Пламя перемен (джен)

Внезапно закончила главу, хех. Думала, будет в июле, но чёт хорошо пошло.

Приятного чтения❤️

Из всех участников ритуала, помимо Майи, Валтор был единственным, кто действительно понимал механизм работы ритуала. Это не была ментальная магия в привычном понимании, не просто синхронизация энергий, волей и намерений. Это был контакт с самой сущностью Блум, поглощенной Пламенем, попытка вернуть её сознание, или хотя бы то, что ещё не успело сгореть в первородной магии. Ритуал, который он с Майей разработал по сути на коленке, должен был лишь оголить уже имеющиеся связи между Блум и её друзьями, создать условия для их взаимодействия на основе того, что вызывает отклик, пока сам он будет отводить от них всю ярость Пламени на себя.

Как и все остальные, Валтор очнулся в пещере. Он поднялся и осмотрел бессознательных ребят, прежде чем подойти к выходу из пещеры. За порогом была темнота, но просканировав то, что скрывалось в ней за пределами пещеры, маг не обнаружил ничего, кроме магически плотной структуры, напряженной и слегка дрожащей. Со вздохом он шагнул в неизвестность, готовясь столкнуться с чем угодно.

И всё же, он был не готов оказаться на Домино.

Бал в королевском дворце, множество безликих людей в парадных нарядах передвигаются по залу и создают фоновый шум из голосов, оттеняющих торжественную музыку оркестра. Он помнил эти композиции, и когда-то даже ненавидел, но сейчас услышать их вновь казалось чем-то потрясающим и отзывающимся тоской в груди. Он так давно не был дома…

Взгляд мага скользнул к тронной части зала. Два трона, на которых сидели Марион и Орител, расслабленные и благородные, а рядом с ними о чем-то весело щебетала Дафна, совсем юная и немного смущенная. Он помнил этот день — праздник принцессы, день, когда Дафне исполнилось восемнадцать и ей передали титул Верховной Нимфы.

Ничуть не сомневаясь, он шагнул к ним. Пусть это и было иллюзией, созданной из его воспоминаний, отозвавшихся на то, как Блум воспринимала Домино и свою семью, но он хотел рассмотреть их поближе, услышать голоса.

— Дядя! — Воскликнула юная принцесса, заметив его, при чём так радостно, что сердце мужчины защемило. Дафна уже спешила к нему, и он видел, как Марион посмеивается вслед дочери, а Орител опять ворчит, что он опять опоздал и плохо влияет на племянницу. — Ты пришел! Я так рада!

— Я не мог пропустить твой праздник. — Улыбнулся маг, и склонился перед племянницей в немного шутливом поклоне, отчего она звонко рассмеялась.

Тогда они ещё не знали, что через год всё будет разрушено. Что вместо музыки и смеха по коридорам замка будут разноситься отчаянные крики.

Тогда он сам ещё не до конца понимал, что именно он стал причиной трагедии.

Чудовище, разрушившее собственный дом.

— Я уже станцевала первый танец с отцом! — Радостная, поделилась юная нимфа. — Теперь, позволите пригласить Вас на танец? — Добродушно попросила она, и протянула ему ладонь, так же шутливо подражая поведению Валтора. Марион на это только добродушно усмехнулась, пока Орител мученически вздохнул и махнул музыкантам. Раз дочь хочет танцевать, то так тому и быть.

Маг отказываться не стал, принял протянутую руку и повел племянницу к центру зала между расступающимися безликими людьми.

Оркестр заиграл вальс. Медленный, тягучий, тот самый, что звучал тогда. Валтор положил ладонь на талию Дафны, чувствуя под пальцами тепло, а не иллюзорную пустоту. Удивительно, насколько реальным это казалось.

Иллюзия была щедра на детали, словно Блум знала, как могло выглядеть Домино в его лучшие времена.

— Ты стал реже появляться при дворе, дядя, — произнесла Дафна, делая плавный поворот. Ее голос звенел, как хрусталь. — Мама скучает. Говорит, что ты слишком часто покидаешь дворец. Изучаешь то, что не следует тревожить.

— Знания не бывают опасными, — ответил Валтор, прикрывая глаза. В такт музыке. В такт воспоминаниям. Он помнил этот разговор. — Опасным бывает их применение.

— Отец говорит иначе. — Дафна на миг отвела взгляд, и в этом жесте промелькнула знакомая ему уязвимость. Дафна всегда была нежным ребенком, трепетно относящимся к близким. — Он переживает, что однажды ты найдешь то, с чем не сможешь справиться.

«Он был прав», — горько подумал Валтор, но вслух ничего не сказал.

Они кружились по залу. Безликие гости расступались перед ними, но их невидимые взгляды давили на плечи тяжестью осуждения — или ему только казалось? Дафна улыбалась, Марион смотрела на них с трона с мягкой грустью, а Орител… Орител отвел глаза. Король уже тогда чувствовал, как Валтор падал в пучины тьмы, пока Марион и Дафна безоговорочно верили в него. Так же как Ванесса и Майк. Как Лайана.

Сердце вновь сжалось от тоски.

Если бы он только послушал Лайану. Если бы не был столь гордым и самодовольным ублюдком.

— Дядя? — Голос Дафны дрогнул, когда маг остановился на середине танца.

— Я обязательно всё исправлю. Как и обещал. — Улыбнулся мужчина и ласково погладил по щеке девушку, смотрящую на него наивным, полным надежды взглядом.

— Правда? — Уточнила нимфа.

— Правда. — Мягко подтвердил он. — Мне пора. Нужно найти Блум.

Дафна ничего больше не уточнила, просто кивнула и отступила на шаг назад, словно зная, о ком он говорит. То, как легко его отпускала иллюзия, показалось Валтору подозрительным. Он ожидал чего-то большего. Как минимум, что Блум вообще не подпустит его для ментального контакта и придется прорываться с боем, или обвинений во всех смертных грехах, но никак не искушения приятными воспоминаниями о доме и пониманием во взгляде племянницы. Впрочем, это могло быть лишь попыткой рассеять его внимание, что потом нанести настоящий удар.

Валтор покинул бальный зал не оглядываясь, так и не подойдя к Марион и Орителу. Не хотел ещё больше бередить душу, ему уже достаточно того, что он хотя бы на миг увидел их.

Пока он бродил по дворцу, то подметил, что многие двери были закрыты, а лестницы на верхние этажи и вовсе отсутствовали. В основном он мог ходить лишь по коридорам первого этажа, там же заглянуть в несколько комнат, выйти во двор или спуститься в подвал. Сокровищницу он тоже мог посетить, как и вернуться в бальный зал, что он и сделал. Только, там уже никого не было, что несколько опечалило. Попытки найти Храм тоже не увенчались успехом, что наводило на две мысли: либо Блум его туда не пускает, либо эта иллюзий чем-то ограничена. Скорее всего, она посещала дворец, и иллюзия преобразила те места, по которым она успела пройти.

Прежде чем пробиваться в Храм, маг решил посетить сокровищницу — не зря ведь туда был доступ.

В последний раз он там был, когда Домино уже пало и проклятье Трёх Древних Ведьм начало сковывать планету во льдах. Тогда же он оставил для Блум подтверждение её принадлежности к королевской семье, немного исказив произошедшие события, чтобы у неё не возникло лишних вопросов и сформировалось нужное отношение к ситуации. А потом просто сдался в руки правосудия и, приняв заключение на Омеге как расплату за свои ошибки, понадеялся, что он останется не более чем тёмным пятном в истории Домино, о котором даже упоминать не будут. Кто бы мог подумать, что у судьбы настолько ироничное чувство юмора, и ему доведется ещё раз увидеть племянницу, да ещё и при таких обстоятельствах.

Сокровищница встретила мужчину блеском драгоценных камней и металлов, но что больше всего поразило его, так это их количество. Сокровищница Домино и так была впечатляющих размеров, но это… Это было бескрайним усыпанным драгоценностями полем под бескрайним тёмным небом, на котором не было ни единой звезды, и которое подпирали уходящие ввысь мощные колонны. Осматривая это пространство, мужчина усмехнулся: не ошибся — сокровищница была нужным местом, учитывая размах и сюрреалистичность.

Оглянувшись назад, Валтор не увидел двери, через которую вошёл, и не удивился. Знал он такие чары, Гриффин часто применяла, когда пыталась запутать противника во время погони. То, что нечто похожее сотворила и Блум, пусть и в собственном подсознании, было не удивительно, да и разум — штука весьма пластичная.

Маг не стал долго думать и шагнул вперед. Золото под ногами зазвенело. Сосредоточившись, он понял, что не ощущает магию в привычном формате. Обычно при колдовстве используются внутренние ресурсы Очага, естественным образом восполняя недостаток магии из окружающего мира, но сейчас он словно потерял доступ к собственным силам. Это не было похоже на пребывание в тех же Диких Землях, скорее напоминало магические кандалы, ограничивающие магию. Магию чувствуешь — но использовать не можешь. К тому же, магия вокруг уже подчинена другому существу. Валтор прекрасно ощущал, что каждая частичка пространства — хорошо знакомая ему магия Пламени, но измененная, та, которая вырывалась из тела Блум.

Очутись здесь неподготовленный человек — оказался бы беспомощен.

Валтор беспомощным не был.

— Ну же, Блум… Выходи. — Позвал маг и плавно провел ладонью в воздухе. Монеты задрожали, повинуясь его воле, и оплавились. Каждый шаг оставляет следы, которые не исчезают — остаются золотыми вмятинами. Это не волшебство и даже не ментальная магия. Это воздействие на само сознание — не только её, но и себя самого. Он буквально внушает себе и ей, что может здесь колдовать.

— Эта магия мне знакома… Пусть она и изменилась. — Ухмыльнулся маг, замечая, как появляются первые искры. — Ведь это и моя магия тоже.

Стоило ему это произнести, как на горизонте вспыхнуло море пламени, стремительно надвигающееся на него, плавя драгоценности и освещая пространство.

— Я понимаю тебя как никто другой. «Моё», да? — Оскалился мужчина, действительно понимая. Он и сам был когда-то ослеплен этим ощущением силы, когда всё, что ты хочешь — может оказаться в твоих руках. Когда ты готов на всё, лишь бы защитить то, что считаешь своим. — Давай, сделай что-нибудь, пока я не забрал себе эту силу.

Тот факт, что, если бы он только попытался это сделать, привело бы к его собственной гибели — сейчас было не важно. Главное было сосредоточить внимание племянницы на себе и дать возможность детишкам добраться до тех частей разума, которые скрылись.

Пламя приближалось, и Валтор стоял неподвижно, глядя на стену огня, надвигающуюся на него. Его лицо оставалось спокойным, но внутри он оценивал, просчитывал, анализировал. Сколько он сможет продержаться? Справится ли? Насколько агрессивно воспримет его сущность Блум в прямом столкновении?

Стена пламени ударила его, но не сожгла. Он погрузился в неё, как в воду. Драгоценности под ногами плавились, золото текло реками, воздух дрожал от жара. Магия здесь была плотной и враждебной, сдавливала горло и жгла легкие. Но он улыбнулся. Не так уж и горячо, он ожидал худшего.

— В тебе недостаточно ненависти. — Усмехнулся маг, вспоминая рассказ Майка и Ванессы о Блум, то, как её магия вырывалась вспышкам из тела, оговорки детишек, и иллюзию, с которой столкнулся здесь. Блум его не ненавидела, она просто защищалась, возможно, даже толком не зная, кто он такой.

Он сделал шаг вперед, и под его ногами вспыхнула магия — не та, что принадлежала Блум, а та, что он смог вырвать из самой иллюзии и подчинить. Он поймал огонь, как ловят струну, и заставил его повиноваться. Пламя в его руке вспыхнуло, задрожало, неохотно подчиняясь.

— Тебе придётся сразиться со мной. Ты можешь отомстить мне, прямо здесь и сейчас. Ведь это я уничтожил Домино.

Пламя вокруг задрожало, и среди всполохов Валтор наконец различил силуэт. Тело, состоящее из угля с трещинами, сквозь которые пробивался огонь, черные провалы глаз, рыжие волосы словно блеклые языки пламени. Живое воплощение сгоревшей в собственной магии сущности Блум.

Валтор медленно улыбнулся, хотя сердце сжалось, и поднял руку. Пламя в его ладони взметнулось, превращаясь в плотный, почти материальный щит — ровно за мгновение до того, как темная фигура взмахом руки обрушила на него поток огня. Удар был сокрушительным — золото под ногами мага раскалилось, и он почувствовал, как жар пробивается сквозь защиту.

— Слишком прямо, — заметил он, отступая на шаг назад. — Ты не думаешь, Блум. Ты просто бьёшь.

Темная фигура не ответила. Вместо этого пламя вокруг неё сгустилось, принимая форму десятков тонких, как иглы, огненных копий. Они сорвались с места одновременно, и Валтор рванулся в сторону, но одно из копий всё равно задела плечо. Ткань вспыхнула, кожа зашипела. Боль была настоящей.

— Тебя никто не учил сражаться, да? — Усмехнулся мужчина, но в тоне чувствовалось сожаление. — Просто бросаешься в бой, надеясь, что силы хватит. Как зверь, загнанный в угол.

Ответом послужила новая волна огня — широкая, захлестывающая, заставляющая его отступить. Валтор не стал уклоняться. Он шагнул навстречу, поднимая руки. Пламя обволокло его, пытаясь сжечь заживо. На мгновение ему показалось, что это конец — но он пропустил часть магии через себя, как делал когда-то давно, ещё до того, как стал чудовищем. Тело изнутри обожгло жаром. Часть пламени послушалась, задрожала в его ладонях — он поймал его и развернул обратно. Две стены огня столкнулись, разлетаясь искрами, заставляя золото под ногами плавиться и течь ручьями.

Валтор не успел даже перевести дыхание. Темная фигура Блум уже двигалась — не бежала, а плавно перетекала сквозь пламя, словно сама была его частью. Воздух вокруг неё сгустился, и сокровищница ответила: золотые монеты и драгоценности взлетели в воздух, закручиваясь в смертоносный вихрь.

Мужчина едва успел защититься. Золотой вихрь врезался в него с такой силой, что мага отбросило назад на несколько метров. Золото под ногами раскалилось добела, подошвы сапог начали дымиться. Он почувствовал, как жар проникает сквозь защиту, обжигая кожу на руках и лице. Будь это сражение с кем-то другим, он мог бы и разозлиться, но это была Блум, та, кого он когда-то защищал из последних сил и намеревался спасти в очередной раз.

Часть пламени, которую он успел подчинить, вырвалась из-под контроля Блум и ударила ей в спину. Тёмный силуэт дёрнулся, но не закричал — вместо этого пламя вспыхнуло, превращаясь в сотни огненных птиц-фениксов. Они ринулись на Валтора со всех сторон, пикируя, как живые снаряды.

На миг маг поразился увиденному. Он привык, что все атаки Хранителей Пламени Великого Дракона так или иначе связаны с ним, а эти птицы… Это точно последствия того, что Блум поглотила силу Даркара.

Крутанувшись на месте, он создавая вокруг себя спираль из расплавленного золота. Птицы врезались в эту стену с оглушительным грохотом. Каждая взрывалась, разбрызгивая жидкое золото во все стороны. Одна из них прорвалась и вцепилась ему в левое плечо. Клюв из чистого золота пробил плоть до кости, пламя прожгло ткань плаща.

Валтор зарычал от боли, но вместо того, чтобы отступить, рванулся вперёд. Он схватил одну из птиц голой рукой, заставляя её подчиниться своей воле, и метнул обратно в хозяйку.

Феникс врезался в грудь тёмной фигуры с оглушительным треском. На миг пламя вокруг Блум дрогнуло, силуэт пошатнулся, и Валтор увидел, как трещины на её теле углубились. Раздался низкий, вибрирующий гул, словно сама сокровищница застонала.

Золото под ногами взорвалось фонтанами. Потоки жидкого металла сформировали гигантские руки, которые схватили Валтора за щиколотки. Он едва успел выставить защититься — пламя в его ладонях вспыхнуло ярче, расплавляя хватку, но в этот момент фигура Блум уже была рядом.

Она двигалась не как человек. Она перетекала сквозь пространство, оставляя за собой шлейф искр и расплавленного золота. Её рука — теперь больше похожая на когтистую лапу — ударила его в грудь. Удар был чудовищным. Валтора отбросило назад на десятки метров, он прокатился по золотому полю, оставляя за собой дымящуюся борозду. Рёбра хрустнули. В груди вспыхнула острая боль.

«Вот вам и ментальное пространство…» — подумал мужчина, упираясь ладонь в золото. Жар пламени снаружи и внутри изматывал, а собственная суть начинала перестраиваться, реагируя на Пламя жизни, что проявлялось в физических изменениях. Лопатки знакомо зачесались, в районе лба зудело, заныли зубы, а на ладонях начали появляться грубые наросты и когти. Проклятая Даркаром сущность во всей красе давала о себе знать.

— Хорошо… — Прохрипел он, оскалившись. — Давить силой ты умеешь просто изумительно… Но вот мастерства явно не хватает.

Валтор едва успел подняться, когда тёмная фигура Блум снова ринулась на него с новой атакой. Удары сливались в один непрерывный вихрь.

Он метнул в неё сгусток подчинённого пламени — она отбила его взмахом когтистой руки, и золотой пол под ними взорвался фонтаном расплавленного металла. Валтор отпрыгнул, но следующая волна огня накрыла его с головой. Жар вгрызся в кожу, он зарычал и ответил ударом, вырвав из самой иллюзии мощный столб пламени. Блум приняла его на скрещенные руки, пошатнулась, но тут же контратаковала — десятки огненных копий и фениксов одновременно.

Маг не отступил, создавая вокруг себя вихрь из жидкого золота. Часть атак отразил, часть пропустил. Боль от ожогов и ран уже не отпускала, только притупилась, превратившись в постоянный фон.

Атаки продолжились.

Блум напирала всё яростнее. Она уже не просто била — она училась. Её движения становились быстрее, атаки — хитрее. Один раз она внезапно оказалась у него за спиной и ударила в позвоночник так, что Валтор полетел вперёд, пролетев несколько метров по золотому полю и влетев в колонну, тут же пошедшую трещинами. В ответ он вцепился в её силу, вырвал часть пламени и хлестнул им, как кнутом. Тёмный силуэт дёрнулся, трещины на тёмном силуэте вспыхнули ярче и в глубине провалов-глаз вспыхнул свет, а его собственные руки ещё больше стали напоминать чудовищные лапы. Одежда на спине затрещала от начавших прорываться перепончатых крыльев.

Они кружили друг вокруг друга, обмениваясь ударами. Валтор чувствовал, как его собственная сущность всё сильнее реагирует на Пламя — крылья прорвались сквозь кожу на лопатках, тело стало массивным и тяжелым, на голове выросли тяжелые рога, делая его образ более устрашающим. Каждый раз, когда он подчинял и поглощал пламя, внутри него что-то горело всё ярче.

Его расплата за предательство.

Следующая атака, казалось, привела в движение всю сокровищницу. Золото поднялось стеной, пламя сплелось в гигантского огненного дракона, который рухнул на него всей своей массой. Валтор выставил обе руки, пытаясь удержать натиск. Когтистые лапы, в которые обратились его ноги, скользили по раскалённому металлу.

Он держался. Ещё один удар. Ещё. Время размазалось в сплошную полосу боли, огня и ярости.

В разуме была лишь одна мысль: продержаться столько, сколько потребуется.

И он держался. Отражал атаки, контратаковал, и надеялся хоть на миг уловить момент, когда племянница сдаст позиции.

Очередная волна пламени обожгла грубую шкуру той чудовищной формы, которую он принял. Темная сущность атаковала всё хитрее, уворачивалась от контратак всё легче. Золото под ногами окончательно превратилось в раскаленную массу, темный небосвод почти не проглядывался за вихрями огня, колонны, подпиравшие небосвод, рушились одна за другой, не выдерживая бой.

Маг утешал себя мыслью, что чем изощрённей атакует сущность Блум, тем больше пробуждается её разум.

Когда он угодил в ловушку из расплавленного золота под ногами, он лишь оскалился и зарычав выдернул из раскаленной массы лапу, в следующий миг вновь отражая атаку из множества птиц-фениксов.

Бой был на истощение, и Валтор прекрасно понимал, что находится в заведомо проигрышной позиции. У племянницы неограниченные ресурсы магии, он же пытается справиться тем, что умудряется подчинить своей воле, но проклятье Даркара разъедает его изнутри, и лишь вопрос времени, когда его собственная сущность сгорит.

Миг, когда во время очередной атаки, темная сущность замерла, стал переломным.

Уголь с тела Блум стал отваливаться, обнажая раскаленное нутро, словно жидкий огонь.

Она взревела и попыталась когтистой лапой притушить открывшийся участок размером с хорошую ладонь на ребрах.

Что бы это ни было, но она была явно недовольна. В ярости. В панике.

Воспользовавшись моментом, Валтор напал. Он не задавался вопросом, что произошло и почему уголь начал крошиться, но не давал ей загасить обнажившиеся участки. Его когтистая лапа врезалась точно в открывшийся участок на рёбрах Блум. Пальцы погрузившиеся в пламя зашипели, как раскалённое железо в воде. Тёмная фигура дёрнулась, издав низкий, вибрирующий рык.

Маг попытался оторвать уголь от её тела со всей своей чудовищной силой, но ничего не вышло. Блум в ответ с размахом ударила его когтистой рукой, отбросив прочь.

Поднявшись, Валтор увидел, что уголь с её тела продолжает отпадать всё больше и больше. Сопоставив всё, что знал, маг понял — это наверняка последствия действий детишек. Они что-то сделали. Что-то, что повлияло на всю сущность Блум.

На миг мужчина подумал, что это конец. У них получилось. Особенно ярко вспыхнула эта мысль, когда сущность взглянула на него в момент, когда с половины её лица откололся уголь. Какой-то затравленное, растерянное выражение появилось в чертах лиц, словно она очнулась ото сна и с трудом понимала, что происходит. Что-то человеческое.

Валтор замер, наблюдая и тяжело дыша. Его грудь вздымалась, рёбра ныли от каждого вдоха, а проклятая Даркаром сущность внутри жгла всё сильнее

Блум — или то, что от неё осталось — смотрела на свои руки. Пальцы, ещё покрытые чёрными осколками угля, дрожали.

— Больше не получается прятаться? — Оскалился маг, что на чудовищной морде было устрашающе. — Эта кучка самоуверенных ребятишек, они пришли за тобой.

Руки сущности затряслись ещё больше, она согнулась, словно пыталась уменьшиться, а потом вцепилась в оставшуюся на лице часть угля и взглянула на него с такой яростью, что Валтор отступил на шаг назад. Это уже была не ярость, основанная на инстинктах и самозащите. Это была самая настоящая ненависть, вполне осознанная и причиняющая душевную боль.

— Это ты виноват… — Многоголосие, раздавшееся с губ Блум, было жутким. А то, что оставшиеся угли прекратили отпадать — насторожило. Что-то шло не так.

Под ногами Блум земля пошла трещинами. Словно по каналам, расплавленное золото стягивалось к ней, образуя золотые узоры на теле, раскаленные добела. Пламя взвилось вверх к небесам.

Валтор ощутил трепет при виде этого зрелища и попытался призвать огонь на свою защиту, но ничего не вышло. Золото тоже не подчинилось.

Блум брала свою магию под контроль.

* * *

Отвлекшись от угольков в руках, ребята осмотрелись, с облегчением видя остальных.

— У нас получилось? — Робко спросила Флора, оглядывая друзей, переглядывающихся между собой, но ответа не услышала. Все взгляды встретились в одном месте — Ривен всё ещё не очнулся, продолжая лежать на полу пещеры. Валтор так же не пришёл в себя.

— Кажется, не получилось… — Озвучил общую мысль Гелия, и вздрогнул, когда Брендон ударил кулаком по земле.

— Проклятье! — Рявкнул специалист, отчаянно уставившись в пол перед собой. Горло сдавил спазм, а глаза защипало.

Никому из ребят не потребовалось много ума, чтобы понять — они все очнулись одновременно. Все, кроме Ривена и Валтора.

— Нет… — Прошептала Флора, отчаянно взглянув на друзей в поисках хоть какой-то надежды. Уставившись в центр ритуального круга, фея прижала уголёк ближе к своей груди. — Так не должно было быть… Мы ведь…

-Нельзя было доверять этому ублюдку… — С ненавистью выплюнул Брендон в сторону Валтора, а затем взглянул на Дарси. Именно она предложила довериться.

— Не нужно на меня так смотреть. — Нахмурилась ведьма, пытаясь разобраться, что произошло. — Ривен тоже не пришел в себя, значит, тут что-то другое.

— Дарси права. — Поддержал ведьму Гелия. — Нужно разобраться. Раз мы сразу не погибли, значит, шанс ещё есть.

— Какой шанс?! — Взвился Брендон и подскочил на ноги, в пару шагов оказавшись рядом с сокомандником. Схватил его за ворот и приподнял. — Мы облажались! Нужно было идти самим, без этого ублюдка и заносчивого засранца!

— Ребята! — Подскочила Флора, чуть ли не плача и сжимая уголёк.

— Не ори на меня. — Гелия просто оттолкнул от себя руку Брендона и поднялся на ноги, одернув одежду. Он понимал, что другу просто надо сбросить часть гнева и чувства вины, но не собирался быть боксерской грушей для него. — Дарси, есть идеи? Только ты здесь разбираешься в ментальной магии.

Ведьма подняла взгляд на ребят, держащих свои угольки. Мыслей было не особо много.

— Расскажите, кто с чем столкнулся. — Попросила она, желая понять логику происходящего.

Флора и Гелия рассказали без проблем, Брендон — еле выдавливал из себя слова, явно не желая делиться личным. Дарси анализировала услышанное и сопоставляла со словами Майи, пытаясь найти закономерности.

— Ритуал сработал именно так, как и было задумано — мы все вошли в подсознание Блум. Каждый из нас столкнулся с тем, что как-то резонирует между нами. При этом она не сопротивлялась нам с целью уничтожить. Запугать, чтобы отступили, оттолкнуть, может даже уберечь. Но то, что мы не отступили… Дало ей что-то важное, может, то, что мы понимаем её и действительно пришли за ней. Все, кто смог доказать ей это — получили угольки. Вряд ли это просто символ. Это как… Частичка её? Ключ к чему-то? Не знаю. — Ведьма вслух начала собирать единую картину, чтобы всем был понятен ход её мыслей. — Но Ривен… — она замолкла на секунду, переводя взгляд на неподвижное тело специалиста. — Похоже, он столкнулся с чем-то, что… Не может в ней принять? Майя ведь сказала, что у нас всех должны быть одно намерение. Видимо, что-то случилось и он не прошел «испытание», как если бы Брендон остался в иллюзии со Стеллой.

Брендону не понравилось, что именно его привели в пример, но главное, что всем была понятна аналогия, потому что Флора и Гелия кивнули.

— Тогда почему, если она не хочет нам навредить, у Ривена не получилось? Он ведь упрямый как осёл, просто наорал бы на неё и за шкирку притащил туда, куда нужно ему. — Произнёс Гелия, не понимая, почему сокомандник не получил свой «уголёк», ведь даже он, знавший Блум меньше всех, справился. Словно она хотела, чтобы у него получилось.

-В Ривене много неуверенности… — Неохотно озвучила ведьма. — Я думала он уже… Справился с этим. Видимо, я ошиблась.

— Неуверенность? Да он самый самоуверенный из нас всех. — Хмыкнул Брендон, за что получил от ведьмы взгляд, от которого захотелось извиниться. — Что?

— Брендон, не надо… — Мягко попросила Флора, и положила парню ладонь на плечо, мягко улыбаясь. Она поняла, о чём говорила Дарси, ведь долгое время пыталась научиться быть уверенной в себе, и до сих пор учится.

— Тц. А что тогда с этим ублюдком? — Раздраженно переключился специалист на мага, такого же неподвижного как и Ривен. Очень захотелось воплотить своё желание пнуть его.

— Валтор… — Ведьма посмотрела на неподвижное тело мага с мрачной решимостью. — Он сделал именно то, что обещал. Он приняв на себя всю ярость первородной магии, пока мы искали путь к самой Блум. Скорее всего, он не очнется, пока все из нас не получат свой «уголёк». И скорее всего, если Ривен не очнётся к моменту, когда у него закончатся силы держать ярость пламени подальше от нас — мы все погибнем.

— Не очень оптимистично. Делать что будем? — Стараясь не впадать в уныние, переключился на более практичную часть вопроса Гелия.

— Я… Не знаю. — С сожалением признала Дарси, виновато взглянув на друзей. Возможно, если бы она принимала участие в разработке ритуала или знала гораздо больше, смогла бы что-то придумать. — Нам остается только надеяться, что Ривен справится.

На несколько мгновений повисла тяжелая, удушающая тишина.

— Может… Мы хоть что-нибудь можем? Поддержать его, или ещё что… — Неуверенно предложила Флора.

— Ага, сядем рядом и будем хвалебные оды петь. «Ривен молодец!» «Ривен, ты сможешь!» Группа поддержки, круто. — Съязвил Брендон, а заметив как на него все уставились, спросил: — Что?

— Ты прямо как Блум с Ривеном язвишь… — Пробормотала Флора, на что Брендон и сам смутился, особенно когда Дарси и Гелия ей поддакнули.

— А если серьёзно, то можно попробовать. Это ведь ментальное пространство, здесь многое зависит от наших мыслей. — Не стала сразу отметать идею Дарси и первой пошла к Ривену.

— Я не буду сидеть и за ручку его держать. — Видя, как ведьма садится рядом со специалистом и берет его за руку, скривился парень.

— А ради Блум? — Хлопнул его по плечу мимо проходящий Гелия.

Контраргументов не нашлось. Пришлось идти и садится рядом с Дарси, потому что с другой стороны от Ривена сели Флора и Гелия.

— Здесь земля какая-то слишком мягкая… — Нахмурилась Флора, заметив разницу. Затем глянула в сторону Валтора. Немного подумав, она под взглядами друзей сбегала и проверила пол возле Валтора, затем на местах где лежал каждый из них. — А здесь одинаковая. Может, это что-то значит?

— Не знаю, Флора. Садись обратно. — Вздохнула ведьма, и чуть сдвинулась ближе к голове Ривена, осторожно поправила его волосы. — Знаете, ментальная магия одна из самых сложных в освоении. Есть область, которую до сих пор не изучили нормально и вовсе считают запрещенной и опасной. Когда человек в коме — разум слишком запутан, сознание и подсознание переплетаются, создавая лабиринты без выхода. Только специалисты высшего уровня могут себе позволить взаимодействовать с таким разумом. При этом многие считают, что человек всё слышит, поэтому с такими людьми советуют разговаривать. Это создаёт своего рода маяк извне, за который человек может зацепиться и очнуться. Мы сейчас в похожей ситуации, только Блум ещё и защищается.

— И мы — кучка неучей. — Вздохнул Гелия, ненавязчиво сжав ладонь Флоры, пока фея держала Ривена за руку.

— Да. — Согласилась Дарси.

— А вдруг это поможет? Давайте хотя бы попытаемся. — Заявила Флора, глянув на друга. — Мы как-то с ним разговаривали на счёт растительных ядов. Ему было очень интересно, задумывался о том, чтобы своё оружие смазывать чем-нибудь. Растительные нейротоксины ему очень приглянулись.

Ребята слушали, как фея природы начала свою лекцию о растительных ядах, не спеша её перебивать. Не только потому, что она начала реализовывать идею с разговором, но и потому, что в очередной раз порадовались, что их подруга милая и добрая фея, иначе с её знаниями можно было бы кучу людей перетравить.

Никто из них не засекал время, но слушая Флору, и сами постепенно включились в разговор, задавая вопросы и рассказывая что-нибудь интересное из того, что знали.

* * *

В темноте было пусто и холодно, и время совсем не ощущалось. Мысли текли вяло, и с каждой из них хотелось лишь одного — просто исчезнуть. Ривена настолько поглотила апатия, что даже счастливые воспоминания поблекли, преобразуясь в нечто далекое и искаженное, порождая очередные убеждения в том, что он нигде не приживается, что без него всем будет лучше и проще, ведь он доставляет одни лишь неприятности.

Обуза для матери.

Помеха для сестры.

Лишний в команде.

Не способный дружить.

Грубый предатель.

Тело словно окоченело, не способное двигаться в этой непроглядной тьме, и он не сразу понял, что что-то изменилось.

Тепло в кончиках пальцев. Легкое давление. А затем и голоса.

— Есть очень интересный яд, его добывают из коры одного редкого дерева. Он не убивает сразу, но парализует мышцы на несколько часов. Его можно использовать как для атаки, так и для лечения…

— А если добавить в краску серебряную пыльцу, она начинает светиться в лунном свете. Я как-то попробовал, но потом неделю не мог отмыть руки…

— А вы знали, что, если создать иллюзию достаточно детальной, она начинает жить своей жизнью? Она может даже не знать, что она — не настоящая…

— Если держать меч слишком крепко, руки быстро устают. А если слишком слабо — можно потерять. Нужно чувствовать грань…

С каждой новой репликой, которую он слышал, от кончиков пальцев словно тысячи иголок впивались в мышцы, обжигая жаром нервные окончания — затекшие мышцы вновь ожидали.

Ривен дернул кончиком пальцев. Затем всем пальцем. Одной ладонью. Другой. Ногами. Всем телом. С трудом, но специалист двинулся. Тьма сопротивлялась, сковывая его, но каждое новое движение давалось всё легче. Он буквально тянулся к голосам, которые услышал. Он не один. Он их слышит. Они рядом.

С криком, Ривен разогнулся, потянулся вперед и вверх, пытаясь зацепиться хоть за что-то.

— Тебе там не место! — Раздался его собственный голос снизу, и уже знакомое ощущение грязи.

— Да пошёл ты! Я не один! Не один! — С отчаянием, словно пытался убедить в этом самого себя, Ривен буквально вцепился в темноту, прорываясь наверх по ней словно по физическим подпоркам, отбрыкиваясь от грязи собственного подсознания, отравлявшей его. Ему всё ещё было страшно, но слыша разговоры ребят, которые были так близко, ему хотелось верить, что в нем есть что-то ценное. Они ждали его. Они надеялись на него. У них общая цель. Он не может их подвести.

Очередной раз выбросив руку вверх, он словно прорвался сквозь преграду. Руку тут же обдало жаром.

Там что-то есть. Что-то другое. Что-то горячее.

Блум.

Вторая рука так же пробила преграду, и он подтянулся вверх, словно пытался выбраться из воды, цепляясь за берег.

По рукам потекло что-то густое, ярко-желтое и безумно горячее. Тьма над Ривеном треснула, вниз полился теплый свет. Парень рванул вперед и с очередным криком выбрался наверх.

Под ногами было расплавленное золото, стекающее в трещины, через которые он никак бы не мог пролезть, но пролез. Вокруг — всполохи пламени. Ривен поднял голову и тут же отшатнулся назад, увидев самое настоящее чудовище. Огры и то выглядели привычней и приятней, в отличии от монстра из страшилок перед ним, смотрящего на него с каким-то недоумением на красной морде с клыками и рогами. Демон, самый настоящий демон. Массивный, с перепончатыми крыльями и когтистыми лапами, в рваной одежде, которую он не успел рассмотреть, потому что сзади что-то шевельнулось.

Обернувшись назад, Ривен увидел Блум. Не признать её он не мог, это определенно была она — рыжая, проблемная, невероятно сильная идиотка.

Он уже хотел заговорить с ней, как демон шагнул к ним, разинул пасть…

— Не подходи! — Рявкнул специалист, тут же вскочив на ноги и приняв защитную стойку. Его трясло, но отступать он не собирался. Если Блум всё это время сражалась с этим чудищем, то он не мог её оставить. Он наконец-то добрался до неё, выбрался из беспросветной тьмы и заткнул страх одиночества. У него не было права отступить.

Чудовище замерло, внимательно смотря на него с каким-то недоумением.

— Уходи…

— Заткнись! — Тут же рявкнул Ривен, не повернувшись к сестре лицом. Не важно, если это всё, что от неё осталось. Она — его сестра. Он вытащит её. Если нужно — голыми руками изобьет тварь перед ними и вытащит её обратно в реальность.

Специалист не обратил внимание на то, что пламя вокруг как-то притихло, а оба взгляда были прикованы к нему.

— Я, Защитник Хранительницы Пламени Великого Дракона по праву крови и магии, — начал парень, пытаясь вспомнить как он на Домино пытался дозваться до Дафны, — признанный братом наследной принцессой Домино, Блум, сын короля Оритела, Ривен, защищу свою сестру любой ценой! — Крикнул он и тяжело задышал, обомлев от собственного заявления. То, что чудовище обомлело не меньше его самого, он не понял, но заметил, как оно замерло.

Позади упало что-то небольшое, затем ещё раз.

Ривен тут же оглянулся, и увидел, как оставшиеся черные угли отпадают с огненной сущности Блум.

— Блум? — Тихо, с надеждой уточнил парень, и вздрогнул, поняв, что чудовище тоже пророкотало её имя с такой же вопросительной интонацией. Внутри закрались жуткие подозрения о том, что эта тварь подражает им всем и пыталась всё это время добраться до неё, подражая им.

— Блум, уходи! — Всполошился специалист. — Скорее!

Валтор, видя энтузиазм парнишки и всё ещё пребывая в шоке от услышанного и увиденного, недовольно зарычал. Он не представлял, как реагировать, ведь Ривен вообще не должен был здесь оказаться, а уж его заявление о том, что он сын Оритела и вовсе что-то из ряда вон выходящее. Это само по себе шокировало, а уж то, что детишки скрыли от него такую информацию — взбесило. Хотелось устроить взбучку малолетним идиотам и достать из Обсидиана одного гада, чтобы и ему всыпать. Подумать только — обзавелся бастардом! Когда только успел? Он же и дворец-то не покидал толком, всё время крутился вокруг Марион как верная псина. Но ведь умудрился!

Сущность девушки среагировала мгновенно, стоило лишь заметить, как специалист вздрогнул и тут же вернулся в защитную стойку, намереваясь отбиваться, а Валтор что-то неразборчиво зарычал. Взмах руки, и мага, которого Ривен не узнал, окутал пламенный торнадо, заглушая любые возражения своим ревом, сжимающийся до тех пор, пока попросту не вытеснил его из пространства.

Ривен замер, удивленно смотря туда, где только что было чудище. Фокус ему был знаком, но на этот раз всё выглядело гораздо… Эффектней.

— Блум? — Тяжело сглотнул специалист, понимая, что его сейчас точно так же могут вышвырнуть. — Не смей…

— Ты что здесь делаешь?! — Рявкнула Блум на парня, убедившись, что больше никого нет. — Я же сказала — не лезть! Какого дьявола ты здесь?!

То, как она на него закричала — громогласно, яростно, — должно было напугать, но вместо этого разлилось внутри теплом. Как же он соскучился по этой язве!

— А я сказал, что вытащу тебя! — Рявкнул в ответ Ривен, сжав кулаки и глядя на неё в упор. — Мы пришли за тобой. Мы все.

Блум молча смотрела на него, потом опустила взгляд на свои ладони. Облик лишь формой напоминал человеческий. Как она может вернуться, если теперь представляет из себя… Вот это?

— Я же уже сказала тебе…

— Да ты достала! — Прервал её Ривен, не желая выслушивать очередную жертвенную речь. — Я не умею в уговоры! Просто возвращайся к нам! Мы уже столько всего сделали! И ещё сделаем! У Майи есть идея, как тебе помочь! Она ждёт нас всех там! И только попробуй ещё хоть раз выкинуть меня из… Вот этого вот что бы оно ни было! — Парень обвел рукой пространство, не представляя, как всё это описать. Подпространство? Подсознание? Ему было плевать. Главное, чтобы она очнулась там, в реальности, и снова начала раздражать всех, с кем сталкивается. Ты нужна нам… Всем нам. И мне.

Сущность глубоко вдохнула и прикрыв глаза подняла голову к звездному небу, которое наконец-то стало видно, когда пламя утихло и теперь ровно горело вокруг. Внутри зародилось какое-то странное чувство, неверие, что она действительно может вернуться, что её ждут. Ждут именно её, какой бы она ни была.

Прислушавшись к себе, Блум ощутила, как её уже куда-то тянет, и, если она поддастся этому притяжению — отправится туда, где её ждут остальные.

— Мы поможем. Просто идём с нами. — Специалист протянул к ней открытую ладонь. Чуть помолчал и через силу добавил: — Пожалуйста.

— Ладно… — Тихо выдохнула сущность девушки, и взялась за протянутую руку. Стоило ей лишь соприкоснуться с рукой брата, как пространство озарил яркий свет, вынудивший Ривена зажмурить глаза и покрепче вцепиться в ладонь сестры.

— Ривен! Ривен, что б тебя! — Донеслись голоса друзей, и в следующий миг специалист ощутил, как его трясут. С трудом открыв глаза, он увидел склонившихся над ним ребят. Дарси взволнованно заглядывала ему в лицо, Флора уже во всю рыдала уткнувшись ему в грудь, а Гелия и Брендон были такими серьезными, что казалось, вот-вот сами сорвутся на рыдания и крики. И всё же, внимание Ривена в первую очередь привлекли не друзья, а ощущение зажатого в ладони предмета, на который он тут же устремил взгляд.

Тлеющий уголёк.

— У меня… Получилось? — Хрипло спросил парень, боясь услышать ответ или понять, что всё случившееся было лишь его воображением, но друзья тут же кивнули, наперебой подтверждая — получилось.

— Всё, пообнимались и хватит, пора заканчивать. — Суровый голос Валтора выдернул ребят из радостного момента воссоединения и осознания своего успеха. Все тут же уставились на него с недовольством и настороженностью.

Буквально пару минут назад, когда маг очнулся после яркой вспышки, озарившей всю пещеру, они уже готовы были попрощаться с жизнью, ведь Ривен всё ещё не приходил в себя, а хмурый вид мужчины, когда он буквально сверлил Ривена тяжелым взглядом — оптимизма не добавлял. И всё же, вот они, все в сознании, у каждого, кроме Валтора, по угольку который остался после встречи с сущностью Блум, и настала пора вернуть их подругу в реальность.

— Что нужно делать? — Шмыгнула носом Флора, первая взяв себя в руки.

— Садитесь на свои места. — Слишком спокойно произнёс маг, при этом не отводя взгляд от Ривена. У него было так много вопросов, но сейчас было не время. Пока всё получается — нужно закончить ритуал и вернуть Блум в сознание. — Выходить будем так же, как и вошли. Думайте о Блум. О встрече с ней в реальности.

Никто спорить не стал, и, переглянувшись, заняли свои места, сжимая угольки.

— А где твой? — Нахмурилась Дарси, так и не увидев у мага его уголька.

— Я свою задачу выполнил, мне он не нужен. — Холодно отрезал маг, чем знатно напряг ребят. Никто не понимал, что с ним, но не рискнули задавать вопросы.

Прикрыв глаза, все сосредоточились на одной цели — увидеть Блум в реальности, очнувшейся, язвительной и совершенно невыносимой.

Вскоре мир знакомо покачнулся, давление магии стало ощущаться так же четко, как и в начале ритуала, но оно изменилось — угольки в ладонях дарили успокаивающее тепло и тянули немного вперед, к центру ритуального круга, пока не исчезли из ладоней, растворившись в бушующей магии, словно знак того, что растворившиеся в магии частички сознания, сущности, наконец-то собрались в единое целое.

Голос Майи стал первым, что они услышали, а следом за ним — крик. Не такой, как раньше, когда Блум была без сознания, а такой, от которого стало и радостно, и стыдно.

Блум орала благим матом, лежа в центре ритуального круга и пытаясь удержать бушующую магию, сорвавшую все ограничивающие чары, что были наложены.

Картинки:

https://vk.com/photo-129263423_457240713

https://vk.com/photo-129263423_457240714

Видосик:

https://vk.ru/clip-129263423_456239448?c=1