Цена свободы (гет)

Утро началось… тяжело. И нет, дело не в побочных эффектах похмелья, легко снимавшихся разными чудо-зельями, а в накатившем осознании того, какое дерьмо я вчера натворил. То, что вчера казалось хоть и проблемой, но легко решаемой, на трезвую голову начало восприниматься как чан, полный отборного и крепкого дерьма.

Поверить в то, что Дафна простит меня после простого «извини», мог только совсем уж слабоумный человек. Но выбора особо у меня не было. Поэтому, перекинувшись парой-тройкой фраз с ребятами и принеся извинения Тео, который просто попал под горячую руку, я быстро привёл себя в порядок и вот уже как полчаса ждал свою, как я искренне надеюсь, всё ещё девушку. Конечно, быть объектом всеобщего внимания в таком контексте мне не очень нравилось, но другого выхода не было. Пусть таращатся на меня сколько влезет. Дафна важнее.

И вот, когда я всерьёз раздумывал о том, а не ушла ли она на завтрак пораньше, дверь в спальню девочек четвёртого курса открылась, и оттуда показалась Гринграсс в сопровождении Пэнси Паркинсон. Хреново. Я надеялся, что она будет одна, и тогда мне будет чуть проще подступиться. Хотя, возможно, Пэнс не будет лезть в наши разборки…

Пока Дафна неторопливо спускалась по лестнице, я безуспешно пытался поймать её взгляд. Но девушка с абсолютным равнодушием и холодом на лице, казалось, смотрела куда угодно, только не на меня. Дерьмово. Очень дерьмово. Чёрт, что сказать? Как сказать? Чем ближе ко мне оказывалась светловолосая слизеринка, тем больше внутри меня зрела паника.

— Дафна, мне очень… — Начал я, едва девушка оказалась на ступеньке, что находилась на одной линии со мной, но тут же подавился словами.

Дафна Гринграсс, не меняя выражения лица, просто… прошла мимо. Словно меня и вовсе не было.

— Даф… — Предпринял я ещё одну попытку обратить на себя внимание, но та, всё так же не сбавляя шаг, спустилась с лестницы и продолжала идти к выходу из гостиной, попутно здороваясь с другими учениками.

Я растерянно смотрел в спину удаляющейся слизеринки, абсолютно не понимая, что и как мне в этой ситуации делать.

— Дай ей время. — Вывел меня из состояния транса голос Пэнси.

— А? — Слегка заторможенно я с трудом оторвал взгляд от Гринграсс и посмотрел на свою, как я надеюсь, всё ещё подругу.

— Время, я говорю, дай ей. — Повторила девушка, эффектно закатив глаза.

Хоть Пэнс и стояла всё ещё на лестнице, но из-за своего низкого роста, когда она облокотилась на перила, наши лица оказались почти на одном уровне.

— И долго? — Почему-то в этот момент это был единственный вопрос, который пришёл мне в голову.

— А я почём знаю? — Паркинсон пожала плечами. — Ты её вчера не просто обидел, но и хорошенько так унизил на глазах у кучи народу.

— Я не хотел… — Начал оправдываться я. — Сам не понимаю, как так получилось.

— Я уже успела заметить, что у тебя плохо с пониманием и взаимодействием с людьми. — Поддела меня брюнетка.

— Туше. — Не стал спорить я. — Как думаешь, у меня есть шанс всё вернуть?

— Без понятия. — Бросила Пэнс. — Всё зависит от тебя. Но опять же, дай ей время. Как бы ни получилось в итоге — это лучшее, что ты можешь сделать в данной ситуации.

Сказав это, похоже, всё ещё моя подруга отклонилась от перил и тоже направилась к выходу, где её ждала Дафна.

— Кстати, Пэнси. — Позвал я брюнетку. Дождавшись, когда она обернётся, я подошёл ближе и продолжил: — Слушай, можешь передать профессору Спраут, что я очень занят подготовкой к следующему этапу турнира и не смогу присутствовать на травологии?

Девушка внимательно посмотрела мне прямо в глаза, а затем слегка улыбнулась.

— Знаешь, Гарри, готова поспорить на своё любимое платье, что главная барсучиха скорее удивится тому, что ты появился на её предмете, нежели тому, что опять его пропустил. — Тихо рассмеялась девушка. — Но не волнуйся, я передам.

— Спасибо. — Тепло поблагодарил я девушку.

Кивнув, Пэнси развернулась и быстрым шагом подошла к Дафне. Девушки о чём-то быстро переговорили, и Гринграсс открыла дверь. Провожая обеих девушек взглядом, я до последнего надеялся, что моя, похоже, уже бывшая девушка обернётся или кинет взгляд в мою сторону, но этого так и не случилось.

Когда дверь за слизеринками закрылась, я тяжело вздохнул. И вот почему Тео нормально меня выслушал и принял все мои извинения? А я ведь ему тоже нагрубил! Как же сложно с девчонками…

Ладно. Я размял шею и начал обдумывать дальнейшие планы. С травологии, как бы она мне ни нравилась, я откосил не просто так. Помимо Гринграсс, в моём списке задач на сегодня стоял разговор ещё с одним человеком — Сириусом Блэком. Хоть крёстного я и не обкладывал хуями, но перед ним я тоже был, по сути, виноват. Я дал ему слово быть аккуратнее с Флер, а по итогу… чуть не прибил её доской. Да, не специально, но это всё равно мой косяк. Не хватало ещё, чтобы и Блэк на меня держал обиду. Я так совсем один останусь.

Душевные терзания на почве чувства вины отбили у меня какой-либо аппетит, так что вместо завтрака я решил разыскать крёстного и по-мужски всё с ним обсудить. Интересно, он сейчас у себя в кабинете? Стоп. От внезапно осенившей меня мысли я как вкопанный замер посреди коридора.

— Какого хрена, Поттер? — Услышал я недовольный голос Забини у себя за спиной сразу после того, как почувствовал, что кто-то врезался мне в спину и чуть не сбил с ног. — Чего так резко тормозишь?

— А чего ты так близко идёшь? — Огрызнулся я в ответ, поворачиваясь лицом к мулату. Резкая вспышка злости мгновенно породила во мне желание вмазать придурку. — Коридор широкий. Иди на отдалении.

— Тебя спросить забыл. — Буркнул слизеринец и толкнул меня плечом, проходя мимо. Сделав несколько шагов, Блейз обернулся и с на редкость мерзкой улыбкой сказал: — Кстати, поздравляю тебя с твоим вчерашним перформансом. Так слажать надо уметь.

— Пожри говна, Забини. — Сквозь зубы процедил я. Не, ну он точно нарывается.

Ещё раз довольно ухмыльнувшись, мой, похоже, всё ещё неприятель продолжил свой путь. Ну, хоть некоторые вещи остаются неизменными. Так. Я вообще не о том думаю. Сириус! Со всем этим дерьмом в последнее время из моей дырявой головы совсем вылетело, что пару недель назад Блэк размышлял о том, что делать после четвёртого этапа.

Согласно легенде, специально нанятый инструктор дуэлей должен был бы по-хорошему покинуть стены школы. Иначе выглядело бы нелогично. А значит, у Блэка оставалось два варианта развития событий. Первый — безвылазно сидеть в Выручай-комнате, так как он потеряет свою «маску» для свободного перемещения по школе. В конце концов, не может же даже свободный Сириус Блэк просто так безосновательно бродить по школе.

Вторым же вариантом было то, что он тихонько покинет школу вслед за настоящим Найджелом Соммерсом. И этот вариант мне откровенно не нравился. Я так сильно привык к Блэку где-то рядом, что уже с трудом представлял, как будет без него.

Безусловно, был и третий — самый идеальный вариант. Блэк возьмёт на себя какой-то факультатив и продолжит тут находиться, но уже в качестве преподавателя. Сириус обещал поговорить об этом с Дамблдором, но после вчерашнего… Вдруг он передумал? Вдруг я тоже стал ему «противен»? Забив на все нормы приличия, я бегом рванул в сторону Выручай-комнаты. Если Блэк ещё в замке, то это будет единственным местом, где он мог быть.

Едва я переступил порог комнаты, как почувствовал, что моё сердце уходит в пятки. Посреди столь знакомого пространства стоял Бродяга и методично собирал свои пожитки в безразмерный чемодан. Где-то на фоне проскочила мысль о том, что удивительно, каким количеством всякого барахла успел обрасти бывший заключённый за столь короткий срок.

— Сириус… — Выдавил я из себя. Я испытал эффект дежавю. Я ведь был ровно в такой же ситуации. Сегодня.

— А, Гарри! — Блэк тепло, но с лёгкой грустью улыбнулся и развёл руки для приветственных объятий.

Не раздумывая ни секунды, я преодолел разделявшее нас расстояние и крепко обнял мужчину.

— Ого! А сердце-то как колотится! — Воскликнул Бродяга. — Бежал что ли?

— Типа того. — Смущённо ответил я, отстраняясь от Сириуса. — Но я рад… рад, что смог застать тебя.

— Я бы ни за что не уехал не попрощавшись.

«Попрощавшись». От его спокойного голоса мне не становилось легче. Я чувствовал, как мне становится тяжело дышать, а по телу распространяется дрожь.

— П-почему? Если это из-за Флер, то прости меня. Я… я не хотел… Это… это получилось…

— Случайно. — Со всё той же слегка грустной улыбкой закончил за меня Сириус. — Я знаю. И в произошедшем нет твоей вины.

— Тогда… тогда почему ты уезжаешь? — Мне казалось, что всё происходящее — просто какой-то дурацкий сон.

— Потому что в произошедшем виноват я.

— Не понимаю.

— Я должен был стать для тебя учителем. Но…

— Ты был прекрасным учителем! — Тут же воскликнул я. — Ты скольким меня научил!

— Приятно слышать. — Усмехнулся мужчина. — Но ты слишком предвзят. Вчера на дуэли ты потерял контроль. Ты увлёкся.

— И мне очень жа… — Начал я, но Блэк быстро перебил, не дав договорить.

— И это моя вина. Если бы я был настоящим учителем, я бы пресёк это ещё месяц или даже два назад, когда впервые заметил. Но я… — Вместо слов Сириус развёл руками и снова грустно улыбнулся. — Ты невероятно сильный и одарённый маг, Гарри. Но твоя одарённость может стать опасной как для других, так и для тебя самого. А я просто боялся что-то сказать, думая, что это может тебя оттолкнуть.

— Бред. — Выплюнул я. — Если в этом единственная причина, то плевать на обучение. Не учи. Но зачем уезжать?

— Потому что это не единственная причина, крестник. Есть и другая. — Сириус нервно почесал затылок. — Помнишь, ты подходил с вопросом о карьере?

— Ну… да. — Протянул я, наклонив голову, не понимая, к чему клонит мужчина.

— Ну и я крепко так задумался. Возможно, мне стоит остаться твоим учителем боя, но… Я всё равно хотел бы стать для тебя… примером. — Блэк крутил головой, словно боялся посмотреть на меня. Было видно, как тяжело ему даётся этот разговор и насколько ему неудобно. — Ты пойми, я ни в коем случае не мечу на место Джеймса. Мне никогда не стать таким, как твой отец, но какой из меня крёстный, если, глядя на меня, ты будешь видеть лишь пьющего и безработного великовозрастного раздолбая?

— Ты не раздолбай.

— Разве? Я целыми днями сижу в школе, прожигая наследство своей семьи. Гарри, ты подарил мне свободу. Второй шанс на жизнь. И, чёрт возьми, пусть я сдохну, если не смогу им воспользоваться и просто продолжу жить на дне! — По ходу своей речи крёстный всё сильнее распалялся. Голос его звучал всё увереннее, а в глазах всё отчётливее загорался огонь.

И тут я понял. Я понял, что мне не уговорить Блэка остаться. Да и кто я такой, чтобы лишать человека права на нормальную жизнь и на поиск себя? Особенно учитывая, что сам в этом не очень преуспел.

— Значит… расходимся? — Неуверенно спросил я.

— «Расходимся»? — Переспросил Сириус. — Ты о чём? То, что я не буду словно домовой эльф торчать в этой коморке, не значит, что мы с тобой больше не увидимся. У нас… у нас будет переписка по почте! Хоть каждый день! И… и я смогу навещать тебя в Хогсмиде!

— Правда?

— Конечно! То, что меня не будет тут, не значит, что мы перестанем быть семьёй! Тем более… у меня есть к тебе просьба.

— Просьба?

— Ага. — Сириус сделал несколько махов руками, словно разминаясь. — Мне тут от предков достался дом в Лондоне. Гадкое место. Но его вполне можно обжить… если ты, конечно, захочешь.

Дом? С Сириусом? Где мы будем жить вместе? Я почти не верил в то, что слышу.

— Конечно хочу! — Тут же выпалил я. — А в чём просьба?

— Ну… его надо обжить. — Слегка смущаясь, произнёс Блэк. — Он старый, пыльный. И если тебе нечем будет заняться на пасхальных каникулах, я буду рад любой помощи.

— Ты шутишь?! — Воскликнул я. — Конечно хочу!

— Я рад это слышать. — Выдохнул крёстный. — Кстати, Флёр тоже к нам должна присоединиться.

— Вот как… — Слегка растерянно протянул я. Оглянувшись по сторонам, я присел на подлокотник стоящего рядом кресла. Вот и настало время. — Как она?

— Более-менее в порядке. Травма не серьёзная, так что скоро она вернётся в школу. — Сириус меж тем вернулся к собиранию вещей.

— Понятно. — Вновь протянул я, не зная что ещё сказать.

На какое-то время в комнате повисла неловкая тишина. Я молча смотрел, как Блэк собирает вещи. Несмотря на то что мы вроде как договорились, что его отъезд ничего не значит, на душе всё равно скребли кошки.

— Она тебя ни в чём не винит и не злится. — Словно между делом обронил Бродяга, не отрываясь от запихивания в чемодан пластинок. — Кстати, тебе какие-то пластинки оставить?

— Да, если можно, то те, что мы слушали на той неделе. — Ответил я. И тут же вернулся к теме Делакур: — Мне правда жаль, что так вышло. Я обязательно попрошу прощения.

— Вряд ли это поможет тебе с её директрисой. Как её… Олимпией Максим. Надо же… Олимпия… У её родителей определённо всё в порядке с чувством юмора. — Пошутил Блэк.

— Я уже привык, что есть люди, которые меня не любят. Ничего нового. — Отмахнулся я. — Но у этой хоть и правда имя прикольное.

— Будь осторожнее с этим, Гарри. — Вдруг серьёзно сказал мужчина. — Грядут сложные времена, и лучше не ссориться ни с кем по пустякам.

— Да это не я с ними, а они со мной. — Отшутился я, тяжело вздохнув. — Я-то лапочка.

— И всё же. — Крёстный оторвался от чемодана и внимательно посмотрел на меня. — Тебе нужны союзники. И чем больше, тем лучше.

— Я понял. — Кивнул я.

— Кстати, свою слизеринку тоже можешь позвать на уборку. — Блэк, к моему великому сожалению, принялся укладывать в чемодан свою коллекцию спиртного.

— Это вряд ли… — Я склонил голову и посмотрел на потолок. — Там… всё сложно.

— Сложно? — В голосе мужчины звучало искреннее удивление. — Когда ты успел углубиться?

Я посмотрел на мужчину, который замер с бутылкой виски в руках и смотрел на меня круглыми от шока глазами.

— Ну… талантливый человек талантлив во всём. — Отшутился я. — Как-нибудь расскажу.

— Зачем как-нибудь? Давай сейчас.

— Не хочу тебя отвлекать. — Покачал я головой.

— Вещи подождут. — Не согласился крёстный. — Любовные терзания моего крестника куда важнее!

Сириус отложил бутылку и, демонстративно захлопнув крышку своего безразмерного чемодана, тоже сел на подлокотник стоящего напротив кресла и выжидательно уставился на меня.

— Ну… я нажрался. — Начал я свой рассказ.

Пересказывать эту не самую весёлую историю крёстному почему-то было крайне неловко. И это даже при том, что Блэк не осуждал и не перебивал. Он спокойно всё выслушал и даже дал несколько советов, половина из которых, как и совет Пэнси, сводились к тому, что пока девушку лучше не трогать. Но между тем ей надо дать понять, что ты осознал свою вину и находишься рядом, но при этом ни в коем случае не навязывать ей своё общество и не бесить. А вот как это между собой увязать — он не пояснил. Возможно, сам не знал. Но звучали его советы очень мудро.

Ещё немного пообщавшись с Блэком на отвлечённые темы, мы, крепко обнявшись, попрощались. Ему и правда надо было собираться, а мне правда пора было идти на уроки. Покидая в этот раз Выручай-комнату, я испытал чудовищное чувство тоски. Я относил себя к категории людей, которые считают, что перемены — это всегда к лучшему. Но иногда… иногда эти перемены уж слишком болезненны.

* * *

Несмотря на отъезд Блэка, моя жизнь не остановилась на месте, а время неумолимо побежало вперёд. Первое время было довольно грустно от осознания того, что у меня больше нет возможности в любой момент перекинуться с крёстным парой слов, но уже через неделю я свыкся с мыслью о том, что пока общение происходит только по почте. А переписывались мы довольно регулярно.

Вторым новшеством стало внезапно огромное количество свободного времени, которое мне срочно нужно было чем-то заполнить. Благо, у меня всё ещё оставались друзья. Правда, как я заметил, пока я носился с Турниром, тренировками и прочими своими проблемами, жизнь моих слизеринцев тоже не стояла на месте, и за это время они успели обзавестись своими делами и хобби, и уже не могли проводить со мной кучу времени.

Что касается Дафны… то она всё так же игнорировала моё существование. Она не избегала меня, не ходила отдельно, училась тоже в общей компании. Просто… просто было такое ощущение, что она меня не видела и не слышала. И в какой-то момент я просто смирился с этим и перестал хоть как-то на это реагировать и пытаться обратить на себя её внимание. Да, было дискомфортно, но не отказываться же от друзей из-за расставания с девчонкой.

Но иногда дискомфорт становился слишком сильным, а на душе становилось совсем гадко. И в такие моменты я предпочитал заниматься в одиночестве, прикрываясь подготовкой к пятому испытанию Турнира. Хотя, справедливости ради, я и правда начал активнее к нему готовиться. Возможно, просто потому что хотел показать Гринграсс, что действительно начал меняться, а возможно, потому что мне просто нечем было заняться.

Но как бы то ни было, в такие дни у меня появилась привычка допоздна засиживаться в библиотеке, так как вечером там обычно минимальное количество людей и в тишине мне было гораздо проще собраться. Да и прогулка по пустым коридорам вечернего Хогвартса всегда доставляла особое удовольствие. Так что всё было вполне неплохо.

Я остановился у высокого окна и посмотрел на улицу. На дворе была середина марта, а погода всё ещё была довольно зимней и довольно дерьмовой. В последнее время меня всё чаще начала беспокоить мысль о том, что уже скоро в школу должен был вернуться настоящий Аластор Грюм. И мне было крайне интересно, насколько он похож на Барти?

Погружённый в свои мысли о Грюме и Крауче, я спустился в подземелье и собирался уже дать привычный крюк по коридорам, как внезапно сильный поток воздуха вырвал меня из мыслей и с силой сбил с ног, отправив в полёт.

Да как же вы заебали с этим заклинанием! От неожиданности я сначала растерялся, но буквально в следующее мгновение мой мозг словно перестроился на новый лад. Палочка тут же оказалась в руке. Решение заняло всего доли секунды. Сделав в воздухе кувырок, я приземлился на ноги.

Едва я почувствовал соприкосновение с поверхностью, как с кончика палочки сорвался настоящий огненный шторм, направленный туда, откуда, как мне казалось, по мне прилетело. В этот момент мне было насрать — была ли это чья-то ёбаная шутка или меня атаковали всерьёз. Тот, кто это сделал, хочет мне навредить — а значит, он угроза.

Поток пламени пролетел по тёмному коридору, опаляя стены и освещая пространство. Никого. Пусто. Там, где должен был быть нападавший, никого не было. Я буквально чувствовал, как в голове крутятся шестерёнки, перебирая все возможные варианты произошедшего. Это был Пивз? Или…

Я крутанулся на сто восемьдесят градусов и, вскинув палочку, прокричал:

— Vortex Ignis! — Ещё один огненный смерч сорвался с палочки, но в этот раз он почти сразу был рассеян кем-то. Единственное, что я успел рассмотреть во вспышке пламени, — массивную человеческую тень.

Но не успел я что-то предпринять, как в тот же момент меня вновь сбил с ног воздушный поток. И буквально сразу, не дав мне возможности сгруппироваться и хоть как-то приземлиться, я почувствовал новый воздушный удар, но уже с противоположной стороны.

Сила второго удара была настолько мощной, что меня развернуло в воздухе и впечатало в стену, выбивая палочку из рук. Дерьмо. Рот заполнился вкусом крови. Я пытался отдышаться и параллельно прикинуть свои шансы. Судя по всему, врагов двое. Кто они? Что делать?

В тот момент раздался голос. Голос, от которого у меня внутри всё сжалось, а сердце словно сдавила чья-то ледяная рука.

— В лучшем случае я назову это серой посредственностью. Это позор, Поттер.

Факелы в коридоре засветились ярче, разгоняя темноту, откуда вышел он. Лицо в шрамах, одна нога — протез. Один глаз настоящий, а второй вертелся как безумный волчок, пока в какой-то момент не зафиксировался на мне. Мужчина сделал несколько шагов, громыхая протезом по коридору. Подойдя ближе, он смерил меня суровым взглядом и чуть ли не прорычал:

— Меня зовут Аластор Грюм. Дамблдор приказал мне стать твоим учителем.