Розовая заря (гет)

В ночной тишине был слышен только шелест листьев от весеннего ветра. В место, которое никак не назвать своим домом, возвращаться не особо хотелось обоим. Дорогу во дворец Ван Ю нарочно хотел выбрать подлиннее да извилистее, через улицы, даже днём бывающие малолюдными, а то и вовсе никем не заселённые.

— Что-то не так? — спросил он, вдруг нахмурившись. При плохом освещении он не мог особо разглядеть выражение неудобства или напряжения на лице Соннян, но заметил, что она несколько отстала от него.

«Что ж так не вовремя-то?» — чувствуя смущение, досаду и… некоторое давление в мочевом пузыре, Ки сжала поводья и остановила свою лошадь. Мысль о том, чтобы сказать ему в чём дело, казалась унизительной. Пришлось выдумывать более благовидный предлог для отлучки:

— Я… забыла кошелёк в харчевне, — она спешилась. — Пожалуйста, подождите меня здесь, я быстро…

— Кошелёк? А для чего ты его там доставала? — Ван Ю задумался: — Я помню ведь: с хозяином харчевни расплачивался Талтал…

Соннян стиснула зубы.

— Мне просто надо вернуться назад.

Хорошо, что Ван Ю не видел, как краска залила её щёки.

— Зачем?

— Надо…

— «Надо», — повторил Ван Ю и хмыкнул. В его мыслях мелькнула догадка, когда он услышал, как его возлюбленная красноречиво переступила с ноги на ногу.

«Ну да», — король удержался от усмешки, понимая, что его «колючка» от этого только насупится. Вместо этого он тоже спешился.

— Пойдём вместе, раз «надо».

— Что?.. Я сама справлюсь!

— Будешь одна искать нужник на отшибе ночью? Нет уж. Мало ли кто здесь бродит.

Хотя Ван Ю не показывал открыто своё забавление её внезапной потребностью, Соннян покраснела ещё сильнее. Противиться уже не было смысла. Он взял её под локоть и повёл в сторону какого-то переулка. Поводив так её за собой, Ван Ю наконец указал на неприметную тростниковую постройку.

— Иди. Я останусь и посторожу тут, чтобы… тебя не смущать.

Иными словами, запах от строения доносился даже сюда.

— Зови, если вдруг застрянешь, — Ван Ю всё так же оставался невозмутимым.

— Ваше Величество! — Соннян так же не могла в темноте разглядеть выражение его лица, но король совершенно точно изволил шутить. — Как Вы можете смеяться надо мной?

— Разве можно в таком случае оставаться серьёзным?

Не найдя слов для ответа, Соннян поспешно поднялась по лестнице и скрылась в постройке, с большой осторожностью прикрывая дверь, готовую развалиться в один миг.

Ван Ю улыбнулся. Повернувшись спиной и скрестив руки на груди, он стал разглядывать ночное небо.

Умиротворение…

Бах!

Громкий звук, похожий на взрыв бамбуковых стеблей, набитых смесью пороха и металлической стружки, раздался поодаль.

«Сегодня же не Новый Год, чтобы запускать «небесные огни»», — Ван Ю удивился, потому что это удовольствие было весьма недешёвым для баловства горожанина в обычный день. Он оглянулся, а затем поднял голову, но не заметил ни одного снопа искр. В небе горели только звёзды.

Вернувшись, Соннян так же огляделась вокруг.

— Разве сегодня какой-то праздник?

— Ты тоже слышала это, да? Странно, что огней не было. Давай посмотрим, может быть сейчас увидим, с какой стороны полетит.

Взрыв больше не повторился, но что это всё-таки было?

Подумав, что будет менее опасным: оставить Соннян ждать здесь или пойти вместе, Ван Ю взял её за руку.

— По-моему это было где-то слева от нас. Идём. Только тихо.

Ни одного редкого фонаря на пути больше не встретилось. Они пробирались дальше в непроглядной тьме в предполагаемую сторону взрыва и спустя время вышли к какому-то заброшенному колодцу. Ван Ю случайно наступил на что-то, и оно как-то странно хрустнуло.

— Постой, — сказал, отпуская руку Соннян.

— Вы нашли?

— Похоже на то.

Думая, что под ногой разломалась не до конца сгоревшая праздничная взрывчатка, король присел на корточки, чтобы её подобрать.

— Вот так находка… — произнёс он, едва дотронувшись до неё.

— Что Вас так удивило?

Под ногой Ван Ю хрустнула не бамбуковая взрывчатка, а сломались пальцы на руке человека. Уже мёртвого человека. Рука на ощупь была морщинистой и явно мужской.

— Ещё хотела без меня идти… Здесь только что кого-то убили.

— Я, кажется, догадываюсь, кого…

Тело лежало лицом вниз. Ван Ю повернул его к себе. Да, это точно был мужчина, но больше в темноте было не опознать ничего. Ван Ю вновь оглянулся, затем бросил мертвеца обратно в траву и, встав, побежал осматривать эту местность.

Соннян опустилась на корточки, ощупывая мертвого, чтобы понять, как и чем его убили. Там, где должна была быть рана, одежда должна быть мокрой и порванной. Нагнувшись слишком сильно, Ки действительно почувствовала запах крови и едва сдержала позыв на рвоту. Благодаря нищему детству и закалке воина она прежде могла считать свой желудок достаточно крепким, но с беременностью, похоже, всё изменилось. Резкие запахи и вкусы теперь совершенно точно вызывали у неё тошноту.

«Дело», — настойчиво повторила Ки в мыслях. Чтобы взять себя в руки, она задержала дыхание и продолжила проверять одежду мертвеца.

— Есть! — воскликнула Соннян, почувствовав неприятную липкость в области груди мёртвого старика. Однако ранили не сюда… Желудок вновь сжался, она отпрянула и отвернулась. Выдохнув и вдохнув, Ки вновь задержала воздух в лёгких. Провела ладонью выше — шея мертвеца тоже целая. Голова?.. Голова. Струйка ещё не остывшей крови текла со лба. Соннян провела пальцем по краям раны, нащупав в ней какой-то гладкий осколок.

В то же время Ван Ю пытался обнаружить присутствие людей, но безуспешно. Убийца сбежал, не дожидаясь, пока они поймут, в чём дело, и найдут его. Остановившись, король Корё тихо выругался.

— Ваше Величество, — догнав и окликнув Ван Ю, Соннян вытерла руку о штаны, прежде чем дотронуться его плеча. — Его ранили в голову. Дырка круглая, как будто от выстрела. Наконечник застрял, но древка стрелы нет. Похоже, стреляли из пращи или вроде того. Странно…

— Это не камень из пращи, — ответил Ван Ю. — Выстрел был таким громким, что слышно было издалека. Может быть, и правда «небесный огонь» попал в лоб.

— Нет. Слишком аккуратная рана. Если бы запустили «небесный огонь», его голову бы разорвало от взрыва. Стоит оттащить его на свет. И лицо увидим, и… может быть, ещё что-то поймём.

— Хорошо, — согласился Ван Ю. — Тогда вернёмся туда, где оставили лошадей. Там всё-таки посветлее, — вспомнив о том, что беременным женщинам нельзя носить тяжести, он добавил: — Мертвеца я потащу сам.

Они вернулись к трупу. Старик был худощавого сложения, но не настолько уж легковесен, будучи мёртвым. Перекидывая его через плечо, Ван Ю вздохнул и медленно поднялся, сумев удержать равновесие, чтобы не завалиться вместе с ним. Король подпрыгнул, перехватывая соскальзывающее с плеча безвольное тело поудобнее. Соннян шла рядом, настороженно глядя по сторонам.

Дойдя до места, где остались лошади, Ван Ю положил тело на освещённый участок дороги. Соннян склонилась над трупом, прикрывая свой нос не испачканной в крови рукой, и пригляделась. Видно плохо, но черты лица всё-таки различить было можно.

— Да, это он, — кивнула Ки и повернулась к королю. — Это Лю Фэй.

— Человек, с которым говорили ты и Талтал?

— Да.

— Похоже, что этот старик рассказал не всё.

— Вряд ли он знал об этом много — мелкая сошка или совсем не при чём, как нам и говорил. Но лица артистов Лю Фэй наверняка помнил, и если бы его взяли с собой на поиски, то он мог бы выдать преступника. Убийца опоздал, чтобы убрать свидетеля без лишнего шума: мы встретили Лю Фэя раньше, чем тот приехал в харчевню.

— Хм… Если убийца опоздал, то не знал, что мы уже догадались и успели выйти на него. Императорский евнух и Танашири заперты в своих покоях. Канцлер поручил дело мне, а Танкиши думает, что это я устроил поджог, чтобы их подставить… Выходит, это и впрямь был кто-то не из дворца.

— Ночью ни император, ни канцлер не станут нас слушать, — ответила Соннян. — Надо бы встретиться завтра ещё и с Байаном. Может быть, он нашёл что-то интересное.

Ван Ю кивнул и снова нагнулся над телом. Ковыряясь в ране на лбу Лю Фэя, он с трудом вытащил из неё странную железку.

— Заберём тогда это с собой. Может быть, Байан такое тоже видел.

У высоких ворот Ван Ю сказал уже с усмешкой:

— Ну давай, хитрюга, показывай, как сбегала.

— Почему не через центральные ворота? Хотите обдумать, как закрыть мне все пути к отступлению? — спросила Соннян шутливым тоном.

— Не без этого.

Их окровавленная одежда выглядела пугающе и вызывала много вопросов. Разбираться с тем, как объясняться перед всеми, кому бы они попались на глаза, Ван Ю было уже лень. Поэтому король решил пробраться во дворец так, чтобы их никто не заметил.

Нелепо. Бегая по извилистым коридорам, как воры или те же убийцы, они спорили шёпотом о том, следует ли Ки идти с ним утром, и замолкали, едва замечали кого-нибудь из стерегущих евнухов.

— Нет, я сказал.

— Почему, Ваше Величество?

— Потому что тебе нужен отдых. Тебя шатает от усталости, как тростник на ветру… Сколько часов ты поспала?

Взявшись опять за старое, Соннян убеждала Ван Ю, что от этой беседы для неё и малыша не будет никакой опасности. Это ведь недолго. К тому же, она пообещала не сбегать больше из дворца без разрешения. Ван Ю пришлось напомнить ей, что точно так же начиналось и с желанием поговорить с наложницей Пак.

На это Соннян уже не ответила. В подтверждение его слов об усталости, она сразу же уснула, едва её голова коснулась подушки.

«Вот бы ты всегда была такой сговорчивой», — подумал Ван Ю, погладив любимую по волосам.

* * *

Тусклый рассвет едва начал пробиваться сквозь густые облака, когда Ван Ю вошёл в один из малых залов императорского дворца, где уже собрались Талтал и Байан. Последний сидел, развалившись в кресле, небрежно подпирая кулаком подбородок, и едва сдерживал зевоту. Талтал, хоть и не казался более бодрым, но всё же сидел прямо. Не в доспехах, как Байан, — в своём чиновничьем облачении. Увидев вошедшего он лишь поприветствовал его кивком.

— Раз уж собрались, давайте начнём, — сказал Ван Ю, подходя к столу.

Байан лениво поднял взгляд.

— Выглядишь так, будто всю ночь не спал.

— Да и ты, я гляжу, тоже помят, — не остался в долгу Ван Ю.

Талтал вмешался, прерывая их бесполезный обмен «любезностями»:

— Давайте приведём в порядок всё, что мы знаем, — он подвинул к себе лист бумаги и обмакнул кисть в тушь, начиная писать.