На его каверзном пути через вселенные (гет)

Жон вгрызся в обильно политый острым соусом шашлычёк и сорвал его прямо с деревянной шпажки. Рядом с ним Беннет, выдающийся юный искатель приключений, проделал то же самое. По их щекам ручьями текли слёзы.

— Так оштро... но так вкушно! — прошамкал Беннет с набитым ртом.

У Жона онемел язык, говорить он не мог, поэтому просто кивнул. Повариха превзошла саму себя. И это безо всяких современных кухонных чудес.

— Фишль многое упускает, где бы она ни была, — добавил Беннет.

Жон снова кивнул и перевёл взгляд вниз по улице. В отличие от своего спутника, он не забывал краем глаза следить за девочкой по имени Фишль, с которой они разминулись. Вон там, далеко-далеко, мелькнула светлая макушка, подпрыгивающая вверх-вниз — невысокая фигурка тщетно пыталась разглядеть что-то поверх чужих плеч. Она ещё не осознала, что отстала от них, а плотный поток прохожих неумолимо уносил её всё дальше.

Ой, кажется, заметила. Голова резко дёрнулась, Фишль с нарастающей тревогой озирала толпу. Как и подобает искательнице приключений, пусть и новичку, девочка сразу перешла к действиям. Короткая команда, и её ворон Оз взмыл в воздух на поиски Жона и Беннета... оставив хозяйку в полном одиночестве в незнакомом городе. До неё быстро дошло, в каком положении она очутилась. Образ уверенной принцессы в мгновение ока сменился образом робкой тихони: она прижала к груди только что купленную книгу, словно спасательный круг, и замерла в ожидании знакомого лица.

*Бум!*

И хотя Жону очень хотелось пробиться к ней, у него возникла более насущная проблема. Он опустил взгляд.

— Ты проклят, что ли, Беннет?

— У-уургх! Гх-х!

Беннет не ответил, точнее, не смог. Он съёжился на мостовой, обеими руками держась за язык. На одном из шашлыков на шпажке виднелся след укуса, а внутри — половина целого стручка перца, замешанного в фарш. Перец был таким острым, что, казалось, светился. Видимо, повариха забыла порезать его на мелкие кусочки, и то, что должно было разойтись по двадцати порциям, досталось целиком одной-единственной.

Это была уже третья неприятность, которая приключилась с Беннетом за... Жон сверился со свитком ...примерно полчаса. Как там говорится? Один раз, два, три...

Неужели Лиза чувствовала себя так же, путешествуя с ним, в постоянном ожидании следующей катастрофы?

Да нет, вряд ли. Он же ангел во плоти.

Поставив парнишку на ноги, он влил в него пару кружек воды, и губы Беннета хоть немного вернулись к прежнему размеру. Они выбросили деревянные вертела и снова двинулись по главной улице. Шли они медленно, проникаясь атмосферой вокруг.

На первый взгляд, жизнь в Ли Юэ протекала очень... очень на виду. Еда продавалась на каждом шагу — в десятках деревянных лавок, где её готовили на крошечных плитах прямо по соседству с модными новинками сезона. Добившиеся успеха повара работали в простых кухнях при не менее простых зданиях, выставляя низенькие столики и стулья прямо у дороги. В азартные игры играли прямо на мостовой, сидя на корточках. Барды держались на окраине толпы, рассказывая истории за монетки и собирая слушателей, которые перегораживали проход. Лиза наверняка назвала бы это микрокосмом общества; Жон же называл это просто улицей.

Он прошёл под мостиком, перекинутым над дорогой и выкрашенным в тот же насыщенный красный цвет, что и полгорода, и случайно встретился взглядом с молодой женщиной наверху. Та фыркнула и спрятала лицо за изящным веером. Такое отношение его уже не удивляло. В помещениях наверху, как правило, царила куда более респектабельная атмосфера, а подобные мостики соединяли здания между собой, позволяя завсегдателям не смешиваться с грязным, потными людишками внизу. Впрочем, это не мешало им свысока разглядывать прохожих и показывать пальцем, мол, город был для них чем-то вроде цирка, откуда они черпали свои мелкие развлечения.

Его взгляд сам собой скользнул к лестнице, ведущей наверх; он задумался, не подняться ли. Мысль о том, как перекосится лицо той надменной дамочки, окажись им вдруг дышать одним воздухом, была сильным мотиватором. Стражники, дежурившие по всему городу, стояли и у подножия лестницы. Насколько он мог судить, они никогда не опускались до грубого отказа тем, кто хотел пройти. О нет, они просто предлагали альтернативный маршрут, а потом для верности делали полные осуждения взгляды.

...Ладно, бог с ними. Это они там, наверху, многое теряют. Слишком далеки от истинного места силы, того дворца, что парит в небесах, и слишком высоко, чтобы слышать любопытные сплетни улиц.

— Столетние яйца! Свежие столетние яйца!

— Две штуки, по одной в каждую руку, и у каждой огромные...

— Шёлка из Инадзумы! Первая партия с момента открытия торговых путей. Кимоно на заказ, по индивидуальному вкусу — запишитесь у Бэй Доу до отплытия!

— Вскрой камень, найди нефрит, вдруг именно сегодня тебе повезёт!

— ...всей деревней, клянусь. Просто чудо, что все успели выбраться до того, как она ушла под воду...

— Эй, капустник, с дороги!

— Тысячелетнее яйцо, в десять раз лучше столет...

— Босс, смотри, тут даже планеры есть! — звонкий голос Беннетта прорезал общий гул.

Бедной Фишль предстояло ещё немного побыть потерянным ребёнком. Жон сменил курс и направился за Беннетом к указанной лавке; тот едва не лишился рассудка при виде стойки со странными устройствами, напоминавшими птичьи крылья. Работа была искусная: металлические каркасы разной формы, ткань расписана так богато, что напоминала небо в разное время суток. Размах крыльев чуть превышал размах человеческих рук.

Одно он понял сразу: эти планеры летать не могут. Форма у них неправильная.

— Только из Мондштадта, от лучших мастеров континента. Каждая пара испытана экспертом, Скаутом Ордо Фавониус, — нахваливал товар хозяин лавки.

— Этой рекомендации мне достаточно! — обрадовался Беннет, копаясь в кошельке. — Я давно хотел новый. Старый сломался, когда племя хиличурлов гнало меня с обрыва.

Лишнее доказательство, что планеры могут падать, а не летать. Жон наклонился ближе, чтобы разглядеть ценник. Постучав костяшками пальцев по прилавку, он привлёк внимание торговца.

— Вы сказали, это импортное? — уточнил он и получил кивок. — Беннет, ты цену-то видел?

— Да ла-а-дно, планеры не такие уж и доро... О Архонты, забудь!

Жон рассмеялся, наблюдая, как Беннет шипит сквозь зубы при виде возмутительной суммы, и сочувственно похлопал его по спине. Пара предыдущих лавок уже дала ему примерное представление о ценности местной валюты.

— Это в пять раз больше, чем я отдал бы в Мондштадте, — посетовал Беннет.

— Наценка за редкость? — предположил Жон, и человек за прилавком энергично закивал.

Жон достаточно часто ходил за продуктами для родителей, чтобы понимать: заграничный деликатес часто означает ограниченный запас на местном рынке. Товары из других Королевств сметали с полок, едва они поступали в продажу. Продавец мог ломить любую цену. Судя по лишним нулям, здесь планеры относились к предметам роскоши.

— И вообще, какой от этой штуки толк? — спросил он торговца. — Меня терзают... смутные сомнения.

— Всё зависит от ветра, почтенный господин, но я как-то видел, как одна юная дева прыгнула с самой высокой точки Мондштадта и, клянусь, через час всё ещё не приземлилась. Благословение Анемо Архонта острее всего ощущается под двумя крыльями, даже на этих далёких берегах. И свобода неба может стать вашей уже сегодня... — он многозначительно повёл бровями.

Надо признать, для рекламной речи очень даже неплохо. Это его даже заинтересовало: торговец, похоже, сам верил в то, что говорил, а значит, устройство заслуживало внимания. И, о боже, у Жона были идеи на этот счёт. Ракетные ботинки давали тягу. Если планер и правда работал как заявлено, он мог дать нормальную подъемную силу. Соединить одно с другим и славный корабль «Жон Арк» наконец-то сможет взять курс к облакам.

Он выудил пригоршню золотых монет и показал их торговцу. Его закрома уже достигли того уровня, когда их можно было не экономить, но цель была благая, так что Лиза поймёт. Наверное.

— Если примете это вместо «моры», то считайте, покупатель у вас есть.

Его улыбка померкла, когда торговец придирчиво осмотрел монеты.

— Странные штуковины, — пробормотал тот, медленно моргая. — Грубая чеканка, да и блеска такого, как у моры, нет. Где вы их взяли? — закончив осмотр, он выпрямился и покачал головой. — Если я прав, в этих монетах нет той чистоты, что отличает работу Властелина Камня. Сомневаюсь, что они имеют ценность, кроме как в качестве сувениров. Оставьте их себе, покупатель.

Жон с досадой цокнул языком. Глупый Властелин Камня, кто бы он ни был.

Надо найти какую-нибудь быструю подработку. Может, в Гильдии искателей приключений нужно перебить монстров. Вот только на данный момент удача от него отвернулась.

— Ну и ладно тогда. Загляну как-нибудь в другой раз, — сказал он. Взмах рукой, и золотые монеты растворились в воздухе. Фокус удостоился жидких аплодисментов торговца, но не более того.

— Товар будет ждать, — заверил хозяин лавки, поворачиваясь к Беннету. — А что насчёт вас, юноша?

Беннет немного помялся. В конце концов, он достал кошелёк.

— Я беру. Нельзя быть настоящим искателем приключений без планера.

— Ну, это ты слегка преувеличиваешь, тебе не кажется? — подметил Жон. Он сам был в некотором роде приключенцем и прекрасно обходился без них.

Пока товар и деньги переходили из рук в руки, Беннет ответил:

— Он на первом месте в списке самых полезных инструментов в нашем арсенале. Можно забираться на высокие места, сбегать от опасности, высматривать укрытия и реки... Некоторые старшие в гильдии даже называют его знаком отличия нашей профессии, — завершив сделку, он с гордостью продемонстрировал покупку — планер, напоминающий огненный закат. — Хочешь посмотреть, как он летает, босс?

Любопытство распирало Жона, ещё как. Но вместо этого он обхватил шею Беннета рукой.

— Притормози, приятель, — ворон опустился ему на плечо, и там, где когти коснулись его куртки, пробежали электрические искорки. Была ли это природа птицы или предупреждение, Жон выяснять не собирался. — Думаю, Фишль нас уже заждалась.

И правда, глаза девочки загорелись при их появлении. Потерянный вид исчез, и она бросилась к ним, не скрывая облегчения.

— Вот вы гд... — Резко затормозив, она сделала изящный реверанс. — Вечность несла я вахту, ибо сердце моё ведало: настанет день, и мы встретимся вновь. Благословенные соратники вечной ночи, я приветствую ваше возвращение.

— Моя госпожа хотела сказать, что волновалась, так как вас двоих не было довольно долго, — пояснил Оз. На щеках Фишль проступил лёгкий румянец, пока она пыталась сохранить величественное выражение лица.

— Моя вина, Фишль, — сказал Беннет.

— Да, прости, — добавил Жон. — Но теперь мы здесь. И чтобы загладить вину: хочешь куда-нибудь сходить?

Она быстро закивала и тут же указала на боковую улочку, ведущую к докам. Точнее, на лестницу, спускающуюся под настил причала. Хотя прохожих там было мало, те, кто поднимался оттуда, часто несли тюки с товарами.

Фишль сменила позу, сделав широкий жест рукой:

— Мой запретный взор никогда не лжёт, и он поведал историю о скрытых богатствах, погребённых в расщелинах меж мирами. Идём же, ступим туда, куда мало кто дерзает ступить.

Там был ещё один рынок, в стороне от главной дороги, и она хотела его посетить. Понятно.

Насчёт «мало кто дерзает» она тоже не ошиблась. Истёртые десятилетиями неровные ступени со сглаженными краями чуть не стоили Беннету жизни, пока они спускались. Лестница привела их на нижний ярус доков, открытый морю с одной стороны, с нависающим сверху настилом вместо крыши. Торговые лавки лепились к внутренней стене. Цены здесь были ниже, а товар представлял собой пёструю смесь остатков груза с соседних кораблей, сбываемых по дешёвке, чтобы освободить место для новых поставок.

Три блондина одновременно взвизгнули от восторга. Там, где другие увидели бы рынок для бедняков, им почудилось полулегальное предприятие, существующее в тенях, полное секретов и сомнительных сделок. То есть идеальное место для группы туристов-исследователей.

Вскоре компания стояла перед лавкой диковин (на самом деле старьёвщика), и Жон разглядывал громоздкую коробку.

— Это что... фотоаппарат?

Древняя эстетика Мистрала, магия, крылья за спиной, а теперь ещё и современные приборы. Эта вселенная была странной смесью разных эпох.

Фишль наклонилась к нему и ахнула, узнав предмет.

— Так и есть! О, у тебя поистине проницательный взор. Я не видела подобного с тех пор, как дорогая Люмин в последний раз посещала Мондштадт, — она выудила устройство с этикеткой «камера» из кучи хлама и подняла повыше. — Увы, сия вещь поломана, как я погляжу, — девочка издала скорбный вздох. — Не годна ни для какой цели.

Это, однако, не помешало ей с удовольствием притворяться, что она фотографирует его, Беннета и Оза. Жон подыграл, принимая супергеройские позы, которые повергли Фишль в восторг своим, по её мнению, новаторским стилем.

— Хотите, покажу кое-что классное? — предложил он, доставая свой свиток, чтобы поразить их воображение. — Фишль, садись рядом с Беннетом. А теперь сделайте знак победы... вы не знаете, что это? Ладно, подними вот эти два пальца и раздвинь их. Можно боком, если хочешь. Идеально. Вот так надо фотографироваться.

На правильных фото всегда должен быть знак победы. По мнению Норы, во всяком случае. Очевидно, это была самая важная вещь, которой он мог просветить местных дремучих провинциалов.

С правильным фильтром два искателя приключений выглядели прямо-таки вдохновляюще, и их не пришлось долго уговаривать сделать ещё снимков. Кадр, где она сидит на перилах на фоне синего океана, зажёг в Фишль искру: она купила камеру с намерением починить её, чтобы запечатлеть идеальный момент для исторических летописей.

Беннет был более прямолинеен и продолжал тратить деньги на уличную еду в доках. Чайки, правда, украли примерно половину, но то, что ему удалось удержать, он объявил шедевром. В Ли Юэ стекались специи со всего мира, и повара не стеснялись их использовать.

У того же старьёвщика Жону удалось обменять свои золотые монеты на мору — хоть и по грабительскому курсу — после того как он наплёл про дайвинг в древних руинах, объясняя их происхождение. Говорят, мора была в ходу тысячи лет, настолько долго, что многие народы используют это слово как синоним денег, примерно как «льена» в королевствах Ремнанта.

Пока он торговался, остальные пошли дальше. Всё было нормально, пока продавец книг не откашлялся и не постучал по табличке.

— Пожалуйста, прекратите читать, если не собираетесь покупать, — укорил он, глядя на Фишль, погружённую в книгу.

Девочка залилась пунцовым румянцем. Груды литературных произведений, которые она никогда не читала, должно быть, казались ей раем, в котором она быстро потерялась.

— Я не... — она запнулась, понимая, что отрицать бессмысленно.

Жон пристроился рядом с ней.

— Конечно, ты не читала, — согласился он. Глянув на табличку, он щелчками отправил монеты моры одну за другой через прилавок; продавец ловко их поймал. — Верно?

Гнев торговца рассеялся как дым. Он подмигнул Жону, пряча деньги в ладонь.

— Приходите ещё, дорогой клиент.

— П-постой, тебе не стоило! — воскликнула Фишль, дергая его за рукав. Она попыталась запихнуть мору ему в карман, но он увернулся.

— Я же говорил, что куплю тебе что-нибудь приятное, — сказал Жон с дразнящей ухмылкой. — Кстати, выбери ещё пару книг. Я всё ещё должен тебе взятки.

— Компенсацию, — вмешался Оз, в его голосе слышалось веселье.

— Одно и то же.

Он положил руку на макушку надувшейся Фишль и взъерошил ей волосы под её громкие протесты.

* * *

Последний лучик солнца скрылся за горизонтом. Его место заняли фонари, осветившие улицы Ли Юэ. Под одним из них группа гостей города столкнулась с беспрецедентным кризисом, которого никто не предвидел.

— Мы на мели, — сказал Жон.

Фишль и Беннет несчастно кивнули. Богатые сувенирами, но бедные деньгами, они стояли в кругу, протянув три пары пустых ладоней, в которых не было даже карманной пыли.

Жон опустил руки и обречённо вздохнул.

— Наверное, пойду продам что-нибудь.

— Что? Ни за что, босс! — тут же возразил Беннет. — Мы не можем тебя заставлять. Нет, это наше испытание, и мы встретим его в лоб. Я голосую за то, чтобы поискать сокровища в горах.

Ну конечно, давайте отправимся в дикую местность ночью. Что может пойти не так?

— В этом нет нужды, — сказала Фишль, качая головой. Она посмотрела на стопку книг и других вещей в сумке у её ног. — В трудные времена сокровищницы Нирваны Ночи должны открыться, ибо их несметные богатства существуют, дабы даровать помощь достойным, кто последует за мной в царство вечной ночи.

Проще говоря, она предлагала перепродать свои покупки. Не сильно отличается от его плана, только он не был привязан к золотым монетам, плавающим в его пространственном Кармане.

— Могу я предложить альтернативу? — спросил ворон Оз. — Вы могли бы соизволить выполнить своё задание для Гильдии искателей приключений и получить оплату там.

Беннет и Фишль переглянулись, первый заговорил быстрее.

— О, то-очно. Было же такое дело?

— Не то чтобы мы забыли, — настояла Фишль, а Беннет энергично закивал. Она выпрямилась, принимая надменный вид. — Ты хорошо справился, Оз. Я щедро награжу тебя за твои труды.

— Нет нужды, моя госпожа. Мне это только в радость. Прошу, нам сюда.

У Жона были сомнения насчёт того, чтобы полагаться на птицу в качестве навигатора, но Оз вёл их верно. В мгновение ока группа оказалась перед богато украшенным зданием в отдельном уголке главной улицы, с ярко-красными колоннами у входа. Рядом стояла доска объявлений. Деревянные таблички на ней подходили по размеру для записей, но, похоже, никто ничего не написал. В это время суток в похоронном бюро не было посетителей, кроме них.

— Они вообще открыты? — спросил Беннет. У входа не было окна, чтобы заглянуть внутрь, но сквозь деревянную дверь с бумажными вставками пробивался свет.

— Трудно сказать. Давайте я постучу, — предложил Жон.

Он несколько раз резко ударил по двери и отступил. Через мгновение послушался голос, доносившийся словно из глубины здания.

— Войдите!

— Отлично, — сказал он. — Похоже, мы в деле. И они тоже.

Он первым вошёл в похоронное бюро. Внутри они обнаружили опрятный холл без единой души за Г-образной стойкой. Комната представляла собой странное сочетание минимализма и роскоши. На стенах не было украшений, но сама конструкция была произведением искусства со сложными деревянными рамами и яркими цветами. Диваны из цельного дерева, без подушек, стояли вокруг низкого столика с изящным чайным сервизом.

Деревянная ширма разделяла пространство, и из-за неё вышла молодая женщина.

Её длинные двойные хвостики свисали почти до пола, а её каштановые волосы были убраны под широкополую шляпу с плоским верхом, украшенную деревянной дощечкой и веточкой красивых красных цветов.

— Добро пожаловать в ритуальное бюро «Ваншэн». Меня зовут Ху Тао, я 77-й директор этого заведения... Ой-ой-ой, — сказала она, опешив при виде их компании целиком. В её голосе звучали живые, певучие нотки. — Один клиент, два клиента, три клиента! Должно быть, сегодня мой счастливый день.

Молодая женщина, Ху Тао, заправила выбившуюся прядь за ухо. Жест подчеркнул её завораживающие глаза: алые радужки со зрачками в форме звёзд. Её взгляд остановился на нём, и Жон готов был поклясться, что она оценивающе осматривает его с ног до головы.

Нет, она определённо это делала, и его эго начало расти...

— Давайте начнём прямо сейчас.

— А?

Подойдя ближе, Ху Тао сунула руку в объёмный рукав своего плаща и вытащила измерительную ленту. Она растянула её поперёк его торса, затем вдоль руки.

— Эм-м, что вы делаете? — спросил Жон через секунду.

Ху Тао ответила тихим хихиканьем.

— Не волнуйся. Будь уверен, у меня есть то, что тебе нужно.

Она нырнула ему за спину. Жон обернулся от лёгкого прикосновения к лопаткам, но она уже исчезла и снова оказалась перед ним.

— Мне кажется, вы ошиблись... — нежный палец прижался к его губам.

— Тсс. Я знаю. Не надо слов, — с хрипотцой прошептала Ху Тао. — Идём, идём. Сюда.

С этими словами она развернулась и зашагала прочь, жестом приглашая следовать за ней. Полы её коричневого плаща развевались при ходьбе, а шортики оставляли стройные ноги открытыми.

Жон переглянулся с Беннетом и Фишль, получив в ответ такой же растерянный взгляд, какой, без сомнения, был и у него. В конце концов, все трое пожали плечами и пошли за девушкой вглубь здания.

В конце короткого коридора Ху Тао отодвинула двери, открывая комнату в два раза больше холла. Это было простое помещение для черновой работы, с грубым и потёртым деревянным полом. Высокие узкие ящики стояли ровными рядами вдоль стен, занимая почти всё пространство. Без лишних слов она окинула их опытным взглядом, затем выбрала один и водрузила на верстак в центре комнаты.

— Вот мы и на месте. Уверена, вы останетесь довольны, — заявила она.

Жон посмотрел на верстак, оценив конструкцию ящика из состаренного, гладко отшлифованного дерева. Он вдохнул успокаивающий запах сосны. Ящик был сделан качественно, идеально под его рост. Не то чтобы он считал последнее плюсом.

Ответа не последовало. Тишина затянулась, пока терпение Ху Тао не иссякло. Молодая женщина упёрла руки в бока и нахмурилась.

— Ну? Чего не залезаешь?

Вопрос вывел его из ступора, и он попятился.

— Я... да ни за что!

Ху Тао надула губы, услышав столь быстрый отказ.

— Почему же нет?

И нет, милый наклон головы ситуацию не спасал.

Ещё один взгляд на ящик подтвердил, что он не сошёл с ума. Жон указал на предмет.

— Дамочка, это гроб. Для мертвецов. А я живой, спасибо вам большое.

Ху Тао покачала головой с явным разочарованием.

— Ай-яй-яй, опять это старомодное мышление. Это не оправдание, понимаешь? — настаивала она. — В конце концов, все в итоге умирают.

Она издевается? Или здесь так принято? Жон повернулся к остальным и убедился, что нет, ничего нормального в этом не было. Фишль открывала и закрывала рот, не в силах осознать происходящее. Беннет потел, нервно оглядывая ряды открытых гробов, многие из которых подходили ему по размеру. Только Оз вёл себя как обычно, но он был птицей.

Не смущаясь, Ху Тао продолжала:

— Каждый день промедления есмь риск провести вечность в сырости, холоде и с червями. А это совершенно безответственно! — она обхватила себя руками и притворно вздрогнула, затем отбросила позу и широко развела руки. — Но не волнуйся, я здесь, чтобы решить твои проблемы! И с нашей сезонной акцией: купи один гроб, получи второй бесплатно. Бесплатно!

— Для друга, вы имеете в виду? — подал голос Оз. Даже у ворона был предел терпения, и в его словах сквозил скепсис.

— Или для заклятого врага! Разве не говорят: если ищешь мести, вырой две могилы? — радостно спросила Ху Тао. Она обошла стол и встала рядом с Жоном, вторгаясь в его личное пространство, чтобы потыкать пальцем в его мышцы. — Хм-м. Руки мечника и такой бойкий нрав, — тычки усилились, пока он не отпихнул её локтем. Она не обиделась, лишь прищурилась, и её улыбка стала шире. — Тот тип юноши, у которого найдутся причины и средства для второго гроба. Уверена, ты отнял немало жизней. Я чувствую это в тебе.

Жон внезапно сильно занервничал.

— На то была веская причина, — поспешно заверил он Беннета и Фишль. — Они были злыми, или пытались навредить детям, или...

Тёплые ладони накрыли его руки. Ху Тао встала на цыпочки и задрала подбородок, глядя ему глубоко в глаза и излучая безмолвное утешение, давая понять, что ему не стоит бояться осуждения.

— Не переживай. Ты не просто клиент, теперь я вижу. Думаю, у нас может получиться отличное партнёрство. Ты только представь.

Он представил:

— Я... вижу кладбище.

Ху Тао кивнула.

— Именно. Я делаю их, ты заполняешь. Небеса ещё не создавали лучшей пары. Ну, что скажешь?

Он бы сказал, что ему очень некомфортно от этого разговора.

— Если он ответит что-то кроме «нет», я вынужден предупредить, что подам в отставку, — прервал их усталый голос. В дверях появился мужчина.

Жону пришлось посмотреть вверх, так как мужчина был выше его (и симпатичнее, но он решил это проигнорировать). Одет мужчина был в элегантный костюм преимущественно коричневых и золотых тонов, а сам он держался с прямой осанкой, излучая уверенность в каждом шаге. Его спокойный взгляд скользнул по комнате.

— Редко мы принимаем клиентов при свете луны. Это считается плохой приметой. Вы из Мондштадта, если меня не обманывают глаза.

— Да, верно, сэр, — ответил Беннет, застигнутый врасплох такой проницательностью. — Я и Фишль, по крайней мере.

— Зовите меня Чжун Ли, — представился мужчина, мельком взглянув на Жона, вероятно, пытаясь определить его происхождение. — Большинство так и делает, ибо я всего лишь консультант похоронного бюро. У вас есть дело здесь, помимо выслушивания сомнительных схем Директора?

Ху Тао возмущённо ахнула.

— Чжун Ли! Чтобы ты знал, я на пороге создания долгосрочной, устойчивой программы сотрудничества с... — она толкнула локтем человека рядом.

— Жоном, — подсказал он.

— ...с Жоном, которая перевернёт всю нашу индустрию. Называть это «сомнительным» значит недооценивать меня.

— Ты планируешь обезлюдить округу, — невозмутимо заметил Чжун Ли.

— От бандитов и прочих злодеев! Подумай, Чжун Ли. Многие люди не могут позволить себе похороны, но в этом случае общество раскошелится, чтобы помочь. Это практически железобетонная страховка для нас, и она не будет стоить нам ни моры.

Беннет поднял руку.

— Эм-м, кажется, это называется «награда за голову», и в Гильдии искателей приключений уже есть люди, которые этим занимаются.

— Именно, — сказал Чжун Ли и вздохнул. — Пожалуйста, не обращайте на неё внимания и скажите, что вам нужно.

Консультант адресовал этот вопрос Жону, полагая, что он лидер, но так как это его не касалось, он просто пожал плечами и уступил место искателям приключений. Фишль поняла намёк и начала рыться в вещах, вскоре достав конверт. Шелест бумаги был единственным звуком в здании, пока Чжун Ли открывал письмо. Пробежав глазами текст, он передал бумаги Ху Тао, чьё выражение лица смягчилось.

— Ай-яй-яй, похоже, меня ждёт долгая поездка. Надеюсь, я хотя бы окуплю расходы, — сказала она.

Жон склонил голову набок.

— Вы даже не думаете отказаться от работы?

— Какая глупость, — Ху Тао постучала пальцем по подбородку. — Так, где моя печать?

Чжун Ли прочистил горло. Несмотря на страдальческий вид, он учтиво протянул директору маленькую коробочку.

— Я знала, что на тебя можно положиться, — похвалила Ху Тао, забирая предмет. Она посмотрела на Беннета и Фишль. — Итак, у кого из вас бланк задания?

Оба приключенца непонимающе моргнули.

— Ну вы зна-а-ете, форма, которую вам выдала Гильдия с деталями задания и маленьким квадратиком, куда я ставлю печать о получении доставки? — тишина в ответ. — Иначе Гильдия вам не заплатит?

Фишль вздрогнула.

— Не заплатит?! То есть, кхм. Ты, верно, шутишь, ибо за свои долгие годы я не встречала столь странной практики! Я...

— Мы обычно просто докладываем Катерине, — пояснил Беннет.

Ху Тао нахмурилась.

— Тогда как кто-то узнает, что вы выполнили задачу? Ох, неважно. Видимо, я просто привыкла к порядкам Ли Юэ. Ладненько.

Подойдя к Фишль, Ху Тао прижала печать к щеке ошарашенной девочки. На её коже остался красный отпечаток бабочки в ромбе, который остальные тут же принялись разглядывать.

— А Гильдия такое примет? — вслух удивился Жон.

— Нет. Я просто сделала это, потому что подумала, что на ней это будет мило смотреться, хи-хи.

— Эй.

Ху Тао одарила его лукавой улыбкой.

— Не волнуйся, не переживай. Я пойду с вами в Гильдию завтра, и мы всё уладим. У меня всё равно там дела, — затем тише: — На этот раз моё предложение примут, я чувствую. Групповые скидки. Комиссионные. Гарантии... — зашептала она как мантру.

Жона и двух приключенцев больше волновала одна малюсенькая деталь:

— Завтра? — пискнул Беннет.

— Да, завтра. Гильдия уже закрыта на ночь, — сообщил им Чжун Ли. — Нет причин для тревоги. Люди часто гонятся за морой, но секрет в том, что она никуда не убежит. Ваш контракт будет исполнен, уверяю вас.

— А-ха-ха, — Жон неловко почесал щёку, избегая взгляда мужчины. — Нет, вся проблема в том, что мы на мели.

Звук урчащего живота прервал разговор. Вновь Фишль оказалась в центре внимания. Она не ела, в отличие от Беннета и Жона, которые перекусывали весь вечер.

Девочка сникла под их взглядами, но быстро собралась, резко повернувшись к ворону.

— Оз! Следи за собой и веди себя как подобает моему вассалу!

Само собой, никто не повелся.

Сжалившись над её смущением, Жон обратился к Чжун Ли.

— Раз уж Директор («Ху Тао, это я!») пойдёт с ними в Гильдию завтра, не могли бы вы выдать им немного моры авансом? Они вернут сумму, когда получат выплату.

С едой проблем не было, он мог заказать блюда через свиток Компании. Но ночлег в этом городе стоил немало.

Чжун Ли задумчиво потёр подбородок.

— Что ж. Контракт между вами и клиентом заключён, договорённости в силе. Но, разумеется, ничто не мешает заключить новый контракт между нами, — спокойное лицо мужчины тронула улыбка. — В обмен на сумму, вычтенную из вашего будущего вознаграждения: ужин и постель, чтобы вы могли отдохнуть. И, что важнее, приятные воспоминания о визите в Ли Юэ. Полагаю, всех устроит. Что скажете?

— Мы согласны! — Беннет тут же ухватился за предложение, а Фишль отчаянно закивала в знак согласия. Оба посмотрели на Жона, словно он имел к этому какое-то отношение.

— Это решает вашу проблему, — сказал он. — Поздравляю вас. Квест выполнен.

— Ура-а, поздравляю! — подхватила Ху Тао, наградив их аплодисментами, от которых приключенцы залились краской гордости. — А раз уж вы остаётесь на ночь, у меня есть как раз подходящее местечко для сна. Та-да~ — она взмахнула руками, указывая на гроб Жона. — Отличная возможность опробовать свой будущий домик, не правда ли?

В похоронном бюро повисла гробовая тишина. Все смотрели на Ху Тао потухшими глазами. Через мгновение Чжун Ли отвернулся от неё.

— Я провожу вас в гостевые комнаты, — сказал он и повёл их прочь из зала.

— Постой, Чжун Ли, не спеши. Я почти их уговорила!

Сложив ладони рупором, Ху Тао крикнула вслед группе:

— Помните, друзья, в ритуальном бюро «Ваншэн» мы всегда рады новым клиентам!