Путь милосердия (джен)

Лилия изменилась — Арнгейр это видел. Её лицо стало суровее, а золотые глаза утратили наивное сияние. Прошло всего несколько дней, но девушка испытала боль, которой хватило бы на целую жизнь, и почти потерялась в ней.

Драконорождённая долго поднималась к Высокому Хротгару. На этот раз путь давался тяжело. Лилия шагала под ливнем по старой каменистой дороге: навстречу то дул сильный ветер, то холодный дождь хлестал по лицу. С сырой, грязной мантии стекали капли и глухо разбивались о землю. Каждый шаг превращался для неё в подвиг. Она то и дело обо что-нибудь спотыкалась и едва не падала, почти теряла сознание, пока далёкий раскат грома не заставлял очнуться и вновь почувствовать промозглый холод вместо окончательной темноты.

Нет, она не могла так просто сдаться. Но и не желала подчиняться судьбе, покоряться людям, которым требовались лишь кровь, война и слава. Что же лучше: умереть или последовать зову рока, пожертвовав собственной душой и душами братьев?

Лилия больше не терзалась догадками о том, кто такая Дельфина. Та сама всё рассказала и сдержала обещание. Её история оказалась ничуть не счастливее судьбы драконорождённой. Лилия сочувствовала ей и потому всё ещё хотела помочь, хотя желания идти путём убийцы не испытывала. Но другого выбора не видела.

И сомнения продолжали терзать её изнутри.

«Почему я должна становиться той, кем не хочу становиться?»

Лилия боялась. Боялась не справиться со своим роком в одиночку. Сейчас ей требовался друг, родственная душа, способная понять её терзания. Среди людей такой не находилось. Иногда девушке казалось, что понять её сумеет лишь дракон. Но среди дова пока не встретился ни один, кто видел бы в ней нечто большее, чем обычную смертную.

Лилия не знала, как поступить, и хваталась за последнее, что ещё оставалось, — шаткую верность Дельфины, которая хотя бы что-то знала о драконах. А ведь этот «клинок» рано или поздно ударит в спину — драконорождённая чувствовала. Но ради возможности идти дальше она готова временно стать послушным орудием в чужих руках.

Дельфина отправила Лилию в талморское посольство, чтобы добыть хоть какие-нибудь сведения о драконах. Проникнуть внутрь оказалось несложно: заклинания успокоения и магия иллюзии прекрасно справились со своей задачей.

Во время задания драконорождённой довелось увидеть лицемерное представление высшего общества. Ярлы, богатые аристократы и талморцы собрались на приёме, чтобы обсудить обстановку в Скайриме. Лилия, большую часть жизни проведшая на улицах разрушенного эльфами Имперского города, чувствовала себя не в своей тарелке. Она не презирала альтмеров, но представители Талмора пробуждали неприятные воспоминания, которые лишь усилились, когда бретонка пробралась в темницу и увидела, как истязают заключённого. К счастью, его удалось спасти.

В последнем крыле здания Лилия украла у смотрителя ключ и открыла люк, ведущий в пещеру. Внутри находилась берлога тролля. Бретонка приманила чудовище и позволила ему пробраться в посольство. Пока существо отвлекало палачей, девушка освободила пленника, и они вместе бежали.

Тем не менее все усилия оказались напрасными. Талмор ничего не знал о драконах и занимался лишь политическими интригами.

«Ничего, — успокаивала себя Лилия. — Я знаю, что Высокий Хротгар даст мне ответы на все вопросы…»

И она не ошиблась. Дорога оказалась трудной, изнуряющей и долгой, но усилия того стоили. Злосчастный Рог Юргена вернулся к Седобородым, а слабость и сомнения остались погребёнными в Устенгреве. Когда Лилия вошла в молчаливый храм, объятый холодным величием, она вновь ощутила безмятежное спокойствие и решимость.

Лилия изменилась — Арнгейр это видел.

В тот день весь Скайрим слышал, как Седобородые провозгласили Довакин. Пело небо, ревела метель, а реки, травы и деревья словно замолчали, прислушиваясь к древнему ритуалу.

Вся северная земля трепетала.

Высокий Хротгар содрогался. Седобородые проводили древний обряд. На Лилию обрушилась сила, погрузившая её в глубокий транс. Старцы в серых мантиях воздели руки к высокому тёмному потолку монастыря и расплылись перед её взором — от них остались лишь круги на воде.

«Ты — Исмир. Довакин. Прими свой дар».

Во время медитации драконорождённая вновь погрузилась в кошмар, повторявшийся изо дня в день. Ей приходилось бороться с самой собой. Но теперь Лилия увидела: там, в Храме Единого, среди пламени войны зародилось нечто великое. Что именно — она так и не сумела понять.

Арнгейр наблюдал за этой борьбой. Лилия пока не осознавала собственной сверхъестественной силы, но пути назад уже не существовало.

Драконья кровь струилась по её венам, однако носительница северной короны, Довакин, так долго притворялась смертной, что теперь боялась обрести власть даже над самой собой…

Что скрывалось за этими сомнениями? Смирение? Нет. Жалость к себе.

Лилия считала, что лучше богов знает собственную природу, и пыталась убежать от предназначения. Но забыла: даже смертные способны стать богами…

«Слушай своё сердце… Сердце — подарок Шора, забытого людьми бога», — повторялось в её сознании. Во время ритуала Лилия наконец поняла смысл этих слов.

«Слушай своё сердце, Довакин. Отбрось сомнения разума», — произнёс кто-то гулким, раскатистым голосом. Он не принадлежал человеку, но казался странно знакомым. Возможно, говорили поглощённые души. Или аэдра. А может, звучал её собственный Голос. Лилия не знала. Но он подсказывал: «Прими свой дар. В тебе живёт великая сила…»

Чем дольше продолжалась медитация, тем отчётливее Лилия слышала этот Голос, пока окончательно не слилась с ним воедино.

Спустя несколько часов внутренней борьбы Лилия вышла из транса, пройдя через преображение. Её учитель, мастер Арнгейр, заметил, как изменился взгляд драконорождённой. Золотистые глаза засияли ярким светом решимости.

* * *

На следующий день Арнгейр застал Лилию за тренировкой. Она стояла на горном склоне, а невероятная энергия струилась вокруг и устремлялась из её души в небо с каждым произнесённым драконьим словом.

— Фус-Ро-Да! — прокричала драконорождённая, и ветер, снег и само время повиновались её приказу, устремляясь к вершинам Глотки Мира.

«Да, она наконец приняла свою силу!» — с улыбкой подумал Арнгейр, наблюдая за Лилией. Девушка чувствовала его взгляд.

— Вульт-На-Кест! — пропела она, подлетев к мастеру. Ветер вновь подчинился ей, подхватил и перенёс к Арнгейру.

— Мастер, спасибо вам! — произнесла драконорождённая, улыбнувшись и поклонившись в знак уважения.

Арнгейр задумался. Нет, он больше не мог оставаться её мастером. Лилия пока не готова, но настанет день, когда она превзойдёт каждого из Седобородых. Её наставником должен стать дракон.

— Не стоит благодарности, Довакин! — ответил Арнгейр. — Поблагодари богов за подаренную тебе силу. Я рад, что драконья кровь одержала верх.

— И я рада, мастер! — улыбнулась Лилия и посмотрела в небо.