Гарри Поттер и посох Паисия (джен)

— Поможете? — спросил он. — Каким, интересно, образом? Свидетелей происшествия нет. Гоблины могут что-то знать, но нужно отчебучить нечто эдакое, чтобы они начали с вами говорить.

— В Гринготтсе они вполне нормальные. Общаются.

— Сравнил! — Уизли покачал головой. — Работники банка набираются из самых адекватных, по меркам людей, гоблинов. А здесь работают те, что побезбашенней, помоложе. Людей они презирают, то и дело припоминая им реальные и мнимые грешки, вспоминают, как их предки воевали с нами и побеждали! Говорил мне Чарли: бросай гоблинов, приезжай ко мне. Драконы гоблинскими заморочками не страдают, говорил он. Почему я не слушал?

— Мы можем осмотреть место его хранения, — отозвалась Гермиона.

— Думаешь, нас пустят? Хотя мне их главный начальник сказал: «Делай, что хочешь». Попробуем. Ложитесь, завтра рано вставать.

* * *

Гарри думал, что если бы данный гоблинами срок не был таким коротким, Билл ни за что бы не согласился на помощь двух юных гриффиндорцев: шутка ли, один из лучших учеников своего выпуска, сильный волшебник, разрушитель проклятий в Египетском отделении банка Гринготтс — и мальчишка с девчонкой, недавно закончившие второй курс? Это они должны были обращаться к нему, а не наоборот. Но всё произошло так, как произошло.

И трое магов, покинув своё жилище с рассветом, сейчас стояли в небольшом глинобитном доме, в самой обширной из комнат.

— Посох стоял здесь, — говорил Уизли. — Его окружили защитными чарами, а у дверей выставили охрану. Дом также защитили куполом. Проникнуть сюда не мог никто, у кого нет навыков взлома или установки и снятия защиты. Сразу скажу, что из всех разрушителей о местонахождении этого дома знал только я один.

— А могли за этим стоять гоблины? — спросил Гарри.

— Могут, только зачем им? — Билл пожал плечами. — Для кротышек он ценности не представляет. Паисий его сам выстругал. Гоблины искали коллекционера, чтобы продать... Ты что делаешь?

Поттер, явно раздосадованный неверностью версии, кинул в окно попавший ему в шлёпанец камешек. Он преодолел расстояние от мальчика до окна, но не вылетел наружу, а отрикоштил и устремился к стене.

— Интересно, — парень подбежал к окну. — Выходит, что поле всё ещё действует, просто над одной частью дома оно неактивно...

— И что это значит?

— Использовался один редкий артефакт. Очень опасный и нестабильный. Но распространённый на чёрном рынке. Идём.

* * *

— От меня ни на шаг не отходить, поняли? — произнёс он. — Здесь очень легко затеряться.

Дети кивнули и схватили друг друга за руки. Вернее, это Гарри схватил Гермиону. Сам он к библиотекам — обширным и не очень — был равнодушен, чего не скажешь о его подруге, у которой от восторга блестели глаза. А посмотреть было на что: сотни шкафов, на полках которых лежали свитки папируса, пергамента и бумаги, стояли тома в кожаных, медных и иных обложках. И мальчик, зная любовь подруги к книгам, посильнее стиснул её руку.

— Предупреждаю, это место — Мекка для контрабандистов, мошеников и постащиков девочек для гаремов. Поэтому даже не оглядывайтесь! Вас могут загипнотизировать, а потом оглушить и продать. Но пока я с вами, вы в безопасности.

Грейнджер испуганно пискнула и прижалась к Поттеру. Больше она никуда не смотрела.

Они подошли к старому арабу. Билл приветливо с ним раскланялся и несколько минут излагал ему что-то длинными фразами. Тот выслушал и также длинно и витиевато ответил. Затем встал, ушёл и вернулся с толстым томом в руках. Бросил его на стол, открыл, нашёл нужную страницу, прочитал и, приблизившись к уху Билла, что-то шепнул. Уизли благодарно кивнул.

Они проговорили полчаса. Потом египтянин угостил их чаем, и трое англичан покинули библиотеку.

— Тот, кто приобретал артефакт перед исчезновением посоха, назвался Корнелиусом Фаджем, — сказал Билл. — Явно не настоящее имя. Юсуф говорит, что он был тощий, смуглый с неухоженными желтовато-рыжими волосами.

— Что будем делать теперь?

— Теперь, мисс Грейнджер, навестим моё начальство. Такие артефакты приобретает только тот, кто точно знает, что за чары взламывает. А без осведомителя это не сделать.