Цвет хладного железа (джен)

Следующие несколько дней превратилась для Арчи в непрерывный бег по различным адресам, которые Кайзер успел выудить из дел отца. Арчи даже восхитился феноменальной памятью наставника, но тот лишь пожал плечами, пообещав, что сам Арчи вскоре обзаведется точно такой же.

— Нельзя все время полагаться на записи, ведь они могут попасть в чужие руки, — говорил Петр Ильич, и стажер соглашался.

Работал Арчи в основном ногами. Он посещал каждый адрес, что называл Кайзер, выуживая их из памяти. К несчастью, почти все попытки оказались провальными. Кто-то не открывал дверь, кто-то переехал, кто-то умер. Самые удачливые отделались лишь стиранием воспоминаний о Комитете. Арчи догадался, что это точно делал не отец, он вообще скептически относился к исправлению человеческой памяти. Но, с другой стороны, мало ли менталистов в Комитете? Их даже выделили в отдельный отдел, который почему-то назвали Кармическим.

А вот одну нехорошую квартиру на Гражданском проспекте Арчи запомнил очень хорошо. Совершенно непримечательный пятиэтажный дом без лифта, квартира на четвертом этаже с деревянной дверью, выкрашенной в цвет стен подъезда, и дверным звонком с опаленной зажигалкой кнопкой. Едва Арчи надавил на кнопку звонка, он почуял опасность.

Отец всегда твердил, что своему чутью нужно доверять, поэтому Арчи последовал мудрому совету и сделал шаг назад и в сторону, по направлению к лестнице вниз. За дверью послышались чьи-то тяжелые шаги.

Дверь распахнулась очень резко и обязательно прилетела бы ему в лоб, если бы он продолжал стоять перед ней. За дверью Арчи разглядел высоченного детину, который вместо приветствия или грубости начал поднимать руку. Едва заметив блеск металла, Арчи тут же ссыпался по лестнице, прикрывая голову руками, и постарался как можно скорее укрыться от детины лестничным пролетом.

Предосторожность оказалась не лишней, ведь грохот выстрелов и звук рикошетов разнеслись по всей парадной, отчего захотелось зажать уши. По топоту ног Арчи понял, что за ним гонятся, и припустил вниз, перепрыгивая через ступеньки и надеясь не упасть. Подумать о том, чем же он вызвал такой гнев, не хватало времени.

Вылетев во двор, Арчи захлопнул дверь в парадную и судорожно огляделся в поисках укрытия. Увы, двор пуст, лишь несколько кустиков чахлой растительности, которые не способны спрятать даже кошку.

Он бросился бежать прочь из двора — в надежде, что детина не станет его преследовать. Надежда умерла одновременно с просвистевшей близко от головы пулей. Неожиданно Арчи почувствовал, как его по его правому боку резанули раскаленным ножом. Рефлекторно схватился за бок и с удивлением нащупал горячую липкую жидкость. Пот? Посмотрев на руку, он обомлел — кровь! Его собственная кровь! Его подстрелили!

Удивительно: преследователь ничего не кричал вслед, даже банальное «держи вора». Было глупостью выбегать на открытое пространство, но Арчи все еще надеялся на то, что на улице он сможет привлечь внимание патрульных. Ведь должны же они где-то быть, верно?!

Увы, на улице Арчи видел только редких обеспокоенно оглядывающихся прохожих, что разбегались во все стороны, и Арчи не мог их винить. Не каждый день видишь, как кто-то стреляет в спину убегающему. Поняв свою ошибку, он свернул в ближайший двор и побежал в сторону ближайшего дома. Он увидел выходящую из парадной женщину, взвизгнувшую, когда Арчи рванул мимо нее внутрь, спрятавшись в тени под лестницей. Тяжело дыша, Арчи никак не мог унять сердце, которое так и норовило пробить ребра и выскочить наружу. Он постоянно ощупывал свою рану, которая начала немного ныть при малейшем движении. Он боялся поднять рубашку и посмотреть на неё, но все-таки ему пришлось это сделать. Он боялся увидеть рваную дыру, но, к своему удивлению, обнаружил на боку лишь длинную глубокую борозду, из которой сочилась кровь. Пуля не вошла, а лишь немного содрала кожу и мышцу. Адреналин перестал заглушать боль, и теперь бок горел огнем. Пожертвовав носовым платком, он приложил его к ране. Найти бы пластырь или бинт…

Прошло, по его ощущениям, не меньше часа, прежде чем он рискнул выбраться наружу. Прежде чем выйти на улицу, он поднялся этажом выше и через окно обозрел окрестности. Пусто, лишь бабушка на лавочке и две девочки лет пяти в песочнице. Тогда Арчи осторожно спустился и вышел. Что делать? Ехать к Кайзеру или обратиться за помощью? Все-таки нужно предупредить Кайзера о случившемся, но вначале — остановить кровь. Ходить тяжело, но Арчи, сжав зубы, пошел в сторону ближайшей аптеки, постоянно озираясь.

— Стоять!

Резкий окрик заставил Арчи вздрогнуть. Как он ни озирался, кто-то умудрился подкрасться к нему вплотную. Повернувшись, Арчи увидел хмурого милиционера в патрульной форме. На белом поясе находилась белая же кобура с «Макаровым», глаза смотрели на Арчи с подозрением. Арчи оглядел себя и понял, что изрядно перепачкался, сидя под лестницей. Как же не вовремя! Когда в тебя стреляют — никого нет, а когда ты пытаешься справиться с последствиями — они тут как тут.

— Сержант Шубин, ваши документы.

Арчи вытащил паспорт и протянул его патрульному. Раздражение, что кто-то оказался между ним и аптекой, начало подниматься. Сержант посмотрел паспорт и что-то переписал себе в блокнот. Однако он не торопился возвращать документ.

— Артур Васильевич, вы можете ответить на несколько вопросов?

— Простите, я тороплюсь. — Арчи больше всего на свете хотел обработать и перевязать рану, поэтому и мысли его витали между «продадут ли спирт для инъекций» либо же обойтись марганцовкой?

— Все же я настаиваю! Чрезвычайная ситуация.

— Что еще за вопросы?

— Вы выстрелы слышали?

— Псих какой-то начал палить во все стороны, — зло произнес Арчи, глядя исподлобья на милиционера. — Слышал и видел.

— Где? — ухватился за информацию сержант.

— В паре домов отсюда. Номер дома не знаю, мимо проходил.

Милиционер, прищурившись, посмотрел на Арчи.

— Товарищ сержант, мне бы в аптеку.

— У меня еще есть вопросы…

— Да чтоб тебя!.. Меня подстрелил этот ваш псих, я хочу рану обработать! — вызверился Арчи и поднял полу рубашки, демонстрируя окровавленный платок. Сержант удивленно посмотрел на рану. В этот момент до него дошло, и он схватил рацию.

— Врача к двенадцатому дому на Черкасова! Есть раненый после стрельбы!..

Арчи застонал сквозь зубы. Сейчас пока приедет скорая, пока его оформят, как полагается. Еще и протокол будут составлять. А ему надо сообщить обо всем Кайзеру… Оглядевшись в поисках телефона-автомата, Арчи вздохнул. Ни одного в шаговой доступности, либо же они находятся где-нибудь за углом.

* * *

Арчи сидел в микроавтобусе РАФ скорой помощи, раздетый по пояс, пока молодой врач зашивал его рану. От госпитализации Арчи отказался, правда возникли некоторые трудности, поскольку несовершеннолетним требовалось разрешение родителей, а отец уже несколько дней как проходил Долиной Смертной Тени. Пришлось вызывать тяжелую артиллерию в виде Кайзера. Петр Ильич выглядел не слишком довольным, и по хмурым взглядам, что он бросал на стажера, тот понял, что по возвращении на базу его ждет грандиозный разнос. Наконец врач завязал узелок и, приклеив на рану сложенный в несколько раз кусок бинта, отпустил. Арчи подошел к Кайзеру, и тот кивнул на автомобиль, стоявший чуть в стороне. Ну да, служебные «Жигули» с водителем. Арчи сел на заднее сиденье, и Кайзер нарушил молчание:

— Где тебя подстрелили?

— Я могу показать, откуда вышел стрелок.

— Покажи.

Арчи назвал адрес, и машина моментально сорвалась с места. Сделав круг по району, заехали в нужный двор и поднялись к той самой квартире. Кайзер дернул ручку — заперто.

— Сможешь вскрыть? — спросил он, и Арчи кивнул. Он вытащил из-за пазухи свой пенал с отмычками и, немного повозившись, вскрыл квартиру. В нос тут же ударил очень характерный запах. Металлический запах крови. Кайзер прошел в квартиру и огляделся. Обычная двухкомнатная квартира с проходным залом, явно давно требующая ремонта. Арчи зашел следом, прислушиваясь к каждому шороху — тихо. Он чувствовал себя крайне неуютно, словно боялся увидеть источник запаха. Кайзер не снимал кожаных перчаток, и Арчи пожалел, что сам не озаботился хоть какой-то защитой.

Кайзер обходил квартиру неспешно, вдумчиво, заглядывая в каждый шкаф и каждый угол. Арчи же стоял у входа, нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Стажер, иди сюда. В тебя не этот стрелял? — спросил Кайзер, зайдя в спальню.

Арчи, чувствующий подвох, заглянул в спальню, после чего побежал в ванную и согнулся над унитазом, куда его вырвало. Зрелище, открывшееся перед ним, было ужасным. Кайзер терпеливо подождал, пока Арчи немного придет в себя, и повторил вопрос. Арчи не спешил, точно зная, что увидит в комнате.

— Для Служителя Вечной Госпожи ты слишком нежен, — припечатал Кайзер.

Арчи, превозмогая тошноту, вновь зашел в комнату, стараясь не глядеть на мертвое тело.

— Этот в тебя стрелял?

— Не знаю.

— Стажер! Хватит изображать из себя умирающего лебедя, посмотри на него! — рявкнул Кайзер прямо в ухо Арчи. Кажется, он одновременно увеличил поток выпускаемого воздуха, так как получилось громко. Арчи посмотрел в сердитые зеленые глаза наставника и, нервно сглотнув ком в горле, повернулся в сторону лежащего на кровати мужчины. Желудок вновь скрутило спазмом, но там уже ничего не осталось. Он повернулся к телу и взглянул на лицо.

— Похож. Думаю, он, — Арчи резко отвернулся. Ему не хотелось смотреть на не первой свежести тело.

— Так я и думал, — кивнул своим догадкам Кайзер. — Пойдем. Будем группу вызывать.

Группа из Комитета при поддержке местного участкового и пары оперов из райотдела прибыла где-то через час. Командовал группой капитан Александр Жарков из оперативного отдела КМК. Арчи заметил, что, едва увидев Кайзера, капитан неприязненно прищурился, но виду не подал. Он подробно опросил Арчи, что тот видел, что тот слышал и, самое главное, что чувствовал в тот момент.

— Мне стало не по себе, и я отступил от двери… — начал объяснять Арчи, но Кайзер, присутствовавший рядом, его прервал.

— Стажер, нам нет дела до расплывчатых фраз вроде «стало не по себе», нужны конкретные симптомы — «почувствовал озноб» или «обмочился от ужаса». Понял?

Арчи на это лишь кивнул.

— Тогда начнем сначала. Что ты чувствовал?

Арчи задумался. Встал, походил по кухне и краем глаза увидел, как выносят накрытое простыней тело. Желудок сделал кульбит, но Арчи сдержался.

— Сразу после звонка в глазах как будто двоиться начало, и я подумал, что будет лучше отступить назад. А потом, когда он выскочил, стало уже не до размышлений — хотелось сбежать, и подальше.

— Да… Негусто, — вздохнул Жарков. — Петр Ильич, есть что добавить?

— Откуда? Я сам приехал только после звонка этого юного… дарования, — фыркнул Кайзер.

— Ладно, свободны оба. Я сообщу, если будет что-то интересное. Ну и да, Артур, если вдруг что вспомнишь, сообщи.

Арчи лишь кивнул.

* * *

Утром Арчи пришел на службу и увидел, что в кабинете Кайзера многолюдно. Его обычное место — у дальнего конца стола — оказалось занято, и Арчи не без удивления увидел сидящего там Жаркова. Увы, самому Арчи места в кабинете не нашлось, а Кайзер, увидев стажера, махнул рукой: мол, подожди снаружи. Арчи, ловко орудуя левой рукой, взгромоздился на подоконник и принялся ждать окончания собрания. Правая была прижата к телу, так как рана еще болела. Вечером все еще грустная и задумчивая Элен помогала ему делать ревикстеритовые примочки для ускорения регенерации тканей.

Совещание затягивалось, и он заскучал. Хотел пойти к сестре, но побаивался ее начальницу — Алену Михайловну, да и негоже уходить далеко от кабинета. Побродил по этажу, зашел поздороваться к Кристине и Ангелине, которые с радостью напоили его чаем с ирисками, но пообщаться не могли: у них было слишком много срочной работы. Арчи вернулся в коридор и продолжил украшать собой подоконник, за что получил по шее от местного завхоза с говорящей фамилией Жадин.

Когда собрание завершилось и из кабинета Кайзера потянулись сотрудники Комитета, Арчи заметил выходящего с кислым выражением лица Пакулина. Тот даже не взглянул на Арчи, а пошагал к лестнице. Тогда юноша проскользнул в кабинет, где, кроме Кайзера, откинувшись на стуле сидел незнакомый коренастый мужчина с бритой налысо головой и трехдневной щетиной на лице. Одет он был в простую рубашку и брюки, хотя Арчи с легкостью представил его в форме Комитета. Вот только он не мог понять, какого цвета должна была быть эта форма. Кайзер кивнул стажеру на место за столом, и Арчи сел, приготовившись внимательно слушать.

— Если ты прав, то мы находимся в глубокой заднице, — медленно проговорил мужчина.

— Мы в ней находимся уже несколько лет, — философски заметил Кайзер и ехидно добавил: — О чем я талдычу уже давно, только меня слушать не хотят.

— Может быть, дело в твоем остром языке?

— Не острее твоего!

— Уел. Ладно, скажи, зачем ты пригласил меня? Чтобы я послушал о том, как все плохо?

— Не только. Ты же знаешь, что Васю Тенева в Долину отправили?

— Знаю. Вести быстро разносятся.

— А теперь этот молодой человек, — Кайзер кивнул на Арчи, — объявил вендетту и ждет не дождется, чтобы покарать виновников. При этом самого его чуть не отправили следом, Александр Иванович не даст соврать.

— Ты, кстати, так и не представил этого молодого человека.

— Это стажер, зовут его Артур Васильевич Тенев.

— Наслышан, — мужчина протянул руку через стол. — Будем знакомы, Иван Данилович Резин.

— Артур, — кивнул Арчи, пожимая крепкую ладонь и поняв, что перед ним глава оперативного отдела Комитета.

— Итак, Петр Ильич, что ты от меня хочешь?

— Сможешь оформить нам командировку? — прямо спросил Кайзер. — Не хочу Деймоса об этом просить.

— Не доверяешь?

— Сам знаешь, как он любит формальности. Пока все подписи не соберешь, он пальцем о палец не ударит. Осторожным в последнее время стал, все боится чего-то.

— Сложно, но могу попробовать. Обещать ничего не могу, но… Командировку на тебя одного или стажера возьмешь?

— Возьму. Лишние уши и глаза не помешают. К тому же он кадр обстрелянный уже, пару дней назад на доппеля нарвался, так не запаниковал и смог убежать.

— Молодец! — похвалил Резин. — Я попробую, но, сам понимаешь, обещать не могу.

— Да хоть так.

* * *

На следующий день Артур и Кайзер стояли в кабинете Демосфенова, который выглядел разгневанным. Правда, Кайзер не слишком обращал на это внимание, а вот Арчи видом сердитого начальства проникся и старался смотреть себе под ноги.

— Какого демон-на я узнаю от руководителя, что мои собственные сотрудники, да еще и собственный зам, отправляются в командировку от Оперативного отдела?! Да еще и у меня за спиной?

— А потому, что ты говно как разведчик и как начальник, — пожал плечами Кайзер и наклонился ближе к Демосфенову. — Я знаю, что у вас дома все братья, поэтому ты по привычке в гробу вертел и разведку, и внедрение.

— Ты говори, но не заговаривайся!

— Что ты, Дима, это я еще даже не начал. Я знаю, что ты в этой стране чужой, и я пытаюсь понять: а не вредитель ли ты? Не саботируешь ли ты работу Комитета не просто из собственной некомпетентности, а из иных, более личных причин? — Кайзер хищно улыбался. Арчи с удивлением смотрел на переменившегося наставника. Ему самому хотелось бы научиться так же. — Поясни мне один момент: одного из твоих замов снимает снайпер. После, вместо того чтобы рыть носом землю в попытках отыскать виновника, мы ведем себя как беременные антилопы. Вместо того чтобы поднять весь город на уши, мы проводим гребаный «аудит» его дел: а вдруг там есть что-то порочащее честь мундира? А теперь ты сношаешь мне мозг за то, что я не стал доверять своим товарищам? Дима, ты понимаешь, что сейчас мы держимся только за счет былой репутации? Репутации, которую заработали Каменский, Уваров и Суслова! К ним можно по-разному относиться, но Комитет — это больше их детище, не ваше. У руководителя роль свадебного генерала, ему бы больше нравилось обрушивать небесный огонь на головы грешников, а в свободное время играть на арфе в небесных садах, а не руководить Комитетом!

— И что ты предлагаешь, демоново умертвие? — прошипел Демосфенов. Арчи видел, как лицо мужчины каменеет, превращаясь в маску. Словно перед ним не человек, а ожившая статуя. Хотя что он вообще знает о Демосфенове?

— Я предлагаю тебе не мешать расследованию обстоятельств гибели Васи Тенева.

— Он не умер.

— И я это прекрасно знаю! — прошипел Кайзер. — Итак, его снял снайпер. Я нащупал ниточку и подозреваю, что она ведет в центр клубка. Причем клубок этот — змеиный! Скажи, если бы я пришел и попросил тебя подписать бумагу о командировке, к кому бы ты меня отправил? Не отвечай, я знаю, что ты отправил бы меня по всему зданию. «Смотрите, завидуйте, Кайзер в командировку собирается! А куда?!» Веришь, нет, но ты не оставил мне выбора. Помяни мое слово: лет через пять какой-нибудь молодой да ранний подсидит и руководителя, и тебя, да и Гладышева тоже… Хотя нет, Ноя могут и оставить, пусть свои ковчеги с двигателями внутреннего сгорания конструирует, ведь он, в отличие от вас, от прогресса не прячет голову в песок, — скалился Кайзер.

— Может, мне подать в отставку? Если уж собственные подчиненные ни в грош не ставят… — устало спросил Демосфенов.

— Это было бы замечательно, но подожди, пока Василий вернется. У него прав на этот престол по праву рождения больше! — пошутил Кайзер.

— Уходите отсюда, демонновы умертвия! Видеть вас не желаю! — рявкнул Демосфенов.

Кайзера не нужно было просить дважды, он вышел из кабинета, махнув Артуру, чтобы следовал за ним. Оказавшись в своем кабинете, Кайзер тут же начал заваривать чай.

— Что это было? — осторожно спросил Арчи.

— А, всего лишь производственное совещание, — равнодушно хмыкнул Кайзер. — Бывает.

— А что, Дмитрий Демьянович плохой глава отдела?

— Он — лучший во всем, что касается снабжения, а вот разведчик из него действительно так себе. Он это прекрасно понимает, а сейчас, надеюсь, постарается доказать мне, что я не прав. Так что палок в колеса он ставить не будет.

— А умертвиями он всех ревенантов называет?

— Конечно. Негоже белокрылым с нами общаться!

* * *

Вечером Демосфенов вновь вызвал Кайзера в свой кабинет, где тот пробыл недолго — минут десять. Вернулся он с двумя папками, одну из которых бросил перед Арчи.

— Изучай, стажер. Тебе это понадобится.

Арчи осторожно открыл папку и увидел бумаги о предоставлении летней практики от МГМИ. К личному делу была приколота его фотография. Он посмотрел на имя и увидел: «Тенев Артур Васильевич», но возраст ему добавили.

— Петр Ильич, я думал, мне имя другое назначат.

— С чего это?

— Ну мы же на внедрение едем, а тут…

— Ты вообще в курсе, что существуют системы, которые могут узнать настоящее имя? Это не так просто, поэтому и приходится прибегать к различным ухищрениям. Например, твоего отца многие знают как Бэйзила Шэдоу.

— Да, я знаю.

— Ты не знаешь, когда захотят считать твое имя. Представляешь, считывают имя какого-нибудь Джона Смита, а там Петр Резаков? Одно дело — Питер Каттер можно пояснить, что это просто перевод. Если уверен, что проверять не будут, тогда можно что-нибудь придумать.

— Скажите, Петр Ильич, а есть возможность узнать, какое имя у меня? — спросил Арчи, занервничав. Он-то точно знал, что имя Артур Тенев дал ему отец, но при рождении оно было совершенно другим.

— Ты читать умеешь, стажер? — ехидно спросил Кайзер. — Прочитай и успокойся. Василий все предусмотрел, и у тебя, и у твоей сестры именно те имена, что написаны в ваших паспортах.

— Точно?

— Точнее некуда. Мы, ревенанты, все в одной ситуации. Среди нас хватает тех, кто старается забыть свою прошлую жизнь. Думаешь, я при рождении был Петром Ильичом, а твой отец Василием Ивановичем? Тем не менее все эти системы хорошо известны и поменять имя сложно, но можно.

— Ритуал имянаречения? — предположил Артур. Он вспомнил, что подобный ритуал проводил для них отец. А еще подобный ритуал кузен Вез проводил для своего сына Реджи.

— Он самый, — подтвердил догадку Кайзер. — Не самый приятный ритуал, но действенный, потому и запрещенный. Но для нас, ревенантов, это единственная возможность покинуть свое прошлое.

Неожиданно Кайзер встал со своего места и сел рядом с Арчи.

— Слушай меня внимательно, стажер. Для нашей командировки это будет очень важно. Действовать мы будем отдельно друг от друга. Честно говоря, я не думаю, что от тебя будет большой толк, как и от меня. Но так мы будем иметь два независимых потока информации и будем иметь возможность их сравнить. Поэтому держи уши открытыми, это важно. Вероятно, Резин отправит с нами кого-нибудь из своих ребят, но кто его знает. Отправляемся мы вместе со сменой ЧВК «Грифон».

— ЧВК? Там у них есть снайперы? — спросил Арчи, глядя на наставника.

— Разумеется, — кивнул Кайзер.

— Какова вероятность, что там будет тот, кто стрелял?

— Слишком маленькая. Все-таки компания известная и работает по множеству направлений, а эта экспедиция — капля в море. Продолжим. Ты простой практикант с ЛГУ, потому тебе годик и накинули, чтобы не вызывать подозрений. На вундеркинда ты, прости, не тянешь.

— А на кого тяну? — оскорбился Арчи.

— На пулеметчика, — хохотнул Кайзер.

Инструктаж затянулся почти на час. В основном суть сводилась к способам передачи информации, поскольку контакт студента-практиканта с инспектором из минчара будет слишком заметен. Кайзер предлагал использовать модернизированную систему сигналов. Прямой контакт — только в самых критических случаях.

— Понимаю, для тебя это сложно. Если откажешься от участия, осуждать не буду.

— Нет, Петр Ильич, — Арчи с вызовом посмотрел прямо в глаза наставника. — Вместе так вместе. Я лицо заинтересованное. Как и Элен.

— Ты уже пулю схлопотал, заинтересованное лицо. Как бок, кстати? — вспомнил Кайзер.

— Нормально. Элен примочки из ревикстерита ставила.

— Чего? — поразился Кайзер. — У вас инфарктов и психозов в доме мало? Решили добавить?

— Вы не подумайте, мы открывали окна настежь и…

— Уши бы вам надрать. Обоим. И чья эта гениальная идея?

— Моя! — быстро сказал Арчи, хотя на самом деле идея принадлежала Элен. Кайзер прищурился и покачал головой.

— Идиоты. Оба. Ладно, воспитывать вас поздно, но Василию передам, пусть надерет вам уши. Нет, это ж надо додуматься — открывать ревикстерит в многоквартирном доме, да еще и посреди города. Вы бы лучше плутоний в квартиру принесли. Гуманнее по отношению к соседям. А теперь вернемся к нашим баранам. Отец учил вас Шепоту Ветра?..

— Нет.

— Упущение. Будем исправлять.

* * *

О грядущей командировке Артур рассказал сестре тем же вечером. Восприняла она эту новость, как тот и ожидал, плохо. Она вскочила с места и принялась бегать по квартире, громко ругаясь на всех известных ей языках. Из всех этих языков Арчи понимал только русский, испанский и английский, все остальные оказались для него недоступны, но дословный перевод и не требовался.

Арчи и сам чувствовал себя плохо, оставляя сестру в одиночестве. Он даже попытался дозвониться до тети Дори, но из-за разницы во времени это оказалось невозможно.

— Может, тебе в общаге для сотрудников пока пожить? До Комитета ближе оттуда.

— Нет уж, братец, — разрумянившаяся от гнева Элен с прищуром посмотрела на брата. — Эти сволочи меня черта с два запугают. Я буду таскать с собой оружие и спать в своей кровати! Меня Вискарик охранять будет. Ведь будешь?

Кот в ответ на обращение громко мяукнул.

— Вот видишь, я буду в полной безопасности!

— Лен, я бы не ехал, но это шанс ухватить за хвост тех, кто отправил отца в Долину… — попытался объяснить Арчи.

— Можешь не трудиться, я и так все поняла, — сердито произнесла та. — Справлюсь.

Арчи задумался, не отказаться ли от поездки, как вдруг Элен подошла к нему вплотную и притянула за шею так, что ее дыхание начало щекотать его ухо.

— Если ты думаешь отказаться из-за меня, то не вздумай! Я прекрасно справлюсь и буду крайне осторожна, а вот сволочей, что отца подстрелили и в тебя стреляли, нужно наказать. Это семейное дело, и, как бы я ни уважала Петра Ильича, он — не семья. Поэтому, братишка, вот тебе приказ старшей сестры: найди и покарай их, — прошипела она Артуру прямо в ухо. — Не нужно быть менталистом, чтобы понять, о чем ты думаешь.

— Умеешь ты убеждать, — усмехнулся Арчи.

Элен отпустила шею брата и толкнула его на табурет.

— Уж прости, ты сейчас сам вынудил меня взять старшинство, — развела она руками.

— Тогда слушай мой приказ: будь крайне осторожна!

— Вообще-то я и так собиралась это сделать, — фыркнула Элен. — И да, сейчас ты мне не указ, ибо на ближайшие восемь часов я старшая.