Привет, я дружелюбный анцати...-2 (джен)

В штабной комнате повстанческого флагмана нас было шестеро. Сенатор и политический лидер Альянса Мон Мотма, генерал Крикс Мадина — специалист по тайным спецоперациям, Люк, приехавший прямо с лечения в репульсорном кресле, Хэн Соло, лейтенант Матеус, занимавшийся просто связью со специалистами, расшифровывающими захваченное имперское послание, и я — исключительно потому, что Хэн с Люком меня с собой потащили на это тайное собрание. В виде голограмм связи также присутствовали Лея, еще не покинувшая Лесную Луну Эндора, и адмирал Акбар, остававшийся на монкаламарианском корабле.

Люк уже чувствовал себя получше… чем сразу после начала лечения — как он сказал, именно когда его начали лечить, стало по-настоящему плохо… но меддроид объяснил, что так и должно быть, такое уж это особенное лечение — «комплексное». Никто не понял, в чем тут суть, но расспрашивать дроида-зануду не решились. В любом случае, через несколько дней Скайуокер будет в порядке.

Хэн успел сообщить мне, что имперский почтовый корабль успешно изловили и без помощи Веджа, которому он строго-настрого велел «не лезть», так что и с Антиллесом теперь все было в порядке.

Что же касается Мон Мотмы, Крикса Мадины и адмирала Акбара, то они меня практически не знали. Точнее, адмирал вообще не был со мной знаком, с Мон Мотмой мы несколько раз встречались, но я обычно шел молчаливым «прицепом» к Лее, Хэну и Люку, так что Мотма знала меня только как «вроде бы, их друга», а Мадину я видел только раз — когда недавно напросился в отряд диверсантов против генератора защитного поля ЗС-2. Возможно, поэтому он только на меня, одного из всех, взглянул с некоторым сомнением.

Наверняка Крикс уже выяснил обо мне все, что можно — в этом я не сомневался. Вот только этого «всего» было не так уж и много. В прошлом — профессиональный наемный убийца, в самом начале эпопеи Восстания я участвовал во вторжении Люка и Хэна на ЗС-1 и спасении Леи. После чего несколько месяцев работал с ними же коллегой-оперативником, принимая участие в их вылазках. Затем — неожиданно отошел от дел и пару лет просто «просиживал штаны» на базах Альянса, жалуясь на плохое здоровье. Перед битвой за Хот улетел, посоветовав использовать против шагоходов тактику связывания ног. Вскоре вернулся, помогал достать чертежи второй ЗС и освободить Лею из плена принца Ксизора, а позже — освободить Хэна из плена Джаббы. И напоследок — участие в этом самом рейде диверсантов против генератора.

И при этом я всегда отказывался официально поступить на службу в Альянсе, принять звание и какие-либо официальные награды, настаивал, чтобы о моем участии в его делах ничего не сообщалось, мало с кем общался, кроме трио Героев Явина — словом, изо всех сил держался в тени. А еще — имел привычку время от времени куда-то улетать «по своим делам». Нечего сказать, подозрительное поведение! Тем не менее, отрицать мои заслуги тоже было нельзя, да и Герои Явина мне доверяли, так что открыто ни Мотма, ни Мадина против меня ничего не говорили. Возможно, они подозревали, что я вовсе не «завязал» с прежней профессией и не хочу ее потерять в обмен на славу героя Альянса… но прямо не спрашивали.

А на самом деле я не стремился записываться в прославленные герои, потому что так мне было удобнее. Именно оставаясь в тени, легче работать над изменением будущего к лучшему. Совершенно не хотелось рисовать на себе мишень ни для имперцев, ни для хаттов и прочих преступников, а кроме того, я понятия не имел, как другие анцати отнесутся к тому, что один из них стал вращаться в высших кругах власти (которыми Герои Явина через некоторое время станут)!

Вообще-то, мне было довольно мало известно об анцати — ну, для того, кто сам является одним из них! Я знал, что «мы» — мозгопийцы, охотники за разумными существами, внешне мало отличимые от людей, но обладаем куда большими силой, ловкостью, регенерацией, способностью считывать чужие характеры и эмоции, а, возможно, и иными способностями Силы, и очень-очень долго живем. И вот, пожалуй, все. Мне даже не были известны координаты «нашей» родной планеты Анзат. До сих пор я не встречал себе подобных, что, впрочем, не удивительно — кажется, в среднем один анцат приходится на десять миллиардов прочих разумных существ Далекой-далекой галактики, а значит, случайно пересечься маловероятно. Если же анцати имели специальные места и время для встреч, то и об этом мне ничего не было известно. Я ничего не знал об их культуре, если таковая у них имелась. И потому, естественно, не знал, как они воспримут мою дружбу с Героями Явина и помощь им. Особенно, когда те встанут у руля Новой Республики… Наплюют ли на это соплеменники, сочтут ли, что так вести себя «не по понятиям», или, наоборот, решат, что могут пользоваться моими связями в своих целях?.. Это была задача со всеми неизвестными, так что мне не очень-то хотелось, чтобы кто-то из них узнал о моих достижениях.

— Поступил перевод, — доложил, наконец, лейтенант Матеус.

И на экране поползли строки письма.

«Имперский губернатор Вилек Нереус (система Бакура) — Его Величеству Императору Палпатину: нижайший поклон.

Бакуре угрожает вторжение со стороны чужеземной цивилизации. Пять крейсеров, несколько дюжин кораблей поддержки и свыше тысячи истребителей. Неизвестная технология. Мы потеряли половину своих военных сил и все аванпосты за пределами системы. Сообщения по Голосети, отправленные в Имперский Центр и на Звезду Смерти-2 остались без ответа. Настоятельно, повторяю, настоятельно, прошу прислать подкрепление».

Затем на голопроекторе возникло беззвучное трехмерное изображение крейсера пришельцев, взорвавшего имперский патрульный корабль, а потом стремительно втянувшего в свои люки все выброшенные тем спасательные капсулы, а также несколько имперских истребителей.

— Взяли пленных, — прокомментировал Мадина.

Несколько секунд спустя мы уже слушали доклад служебного дроида о том, что это за планета Бакура, находящаяся на самом краю галактики.

— Согласно прилагаемому описанию, экономика Бакуры базируется на экспорте редких полезных ископаемых, являющихся составной частью топлива для двигателей, и продуктов переработки экзотических фруктов. Во время Войны Клонов там обосновалась частная горнодобывающая корпорация, а примерно три года назад Бакуру захватила Империя. Ее интерес лежал главным образом в области редких полезных ископаемых.

— Этот мир порабощен совсем недавно и наверняка хорошо помнит, что такое независимость, — тут же заметила Мон Мотма. — Теперь покажи относительное расположение Бакуры и Эндора.

— Не близко, — подтвердил очевидное Люк, взглянув на карту. — Даже на полет в гиперпространстве понадобится не один день. Ясное дело, сейчас Империи не до того, чтобы помогать им. Мы же их… разгромили.

— Как велики имперские силы в этой системе? — поинтересовалась голограмма Леи.

— Бакуру охраняет имперский гарнизон. Отправитель перехваченного сообщения в качестве примечания напомнил Императору Палпатину, что вооружение, которым они располагают, из-за отдаленности системы в значительной мере устарело.

— Очевидно, Империя не предполагала, что этот захолустный мир может кого-то заинтересовать, — презрительно заметила Лея. — Но теперь группировок имперского флота поблизости просто не существует, и помочь Бакуре некому. Империи понадобятся недели, если не месяцы, чтобы собрать свои разрозненные силы, а к этому времени Бакура может пасть… или стать частью Альянса. Если Империя не в силах помочь Бакуре, это должны сделать мы.

— Что вы имеете в виду, ваше высочество? — уточнил адмирал Акбар.

— Если мы окажем помощь Бакуре, очень может быть, она в знак благодарности выйдет из состава Империи, и ее народ обретет свободу.

— А мы заодно получим доступ к редким полезным ископаемым, — пробормотал Хэн, обращаясь к поверхности стола.

— Это очень неплохой шанс, и он потребует от нас не таких уж больших усилий, — продолжила принцесса. — Главное, направить туда достаточно опытного и облеченного полномочиями посланника.

— Вот только стоит тебе шаг ступить на любой из имперских миров, как за твою голову тут же назначат цену, — уточнил Соло, сразу понявший, о каком посланнике идет речь.

— Разве мы можем сейчас позволить себе посылать куда-то свои корабли? — возразил Акбар. — Наши потери в битве составляют двадцать процентов личного состава, не говоря уж о технике. Пусть Империя сама ищет способ помочь Бакуре.

— Но тогда Империя по-прежнему будет заправлять там. Бакура нужна нам не меньше, чем Эндор или любой другой мир, который мы можем перетянуть на сторону Альянса, — сказав это, голографическая Лея выразительно посмотрела на Хэна, и тот сразу подхватил за ней:

— Адмирал, и не думаю, что мы можем позволить себе не посылать туда корабли. Судя по всему, те, кто напал на Бакуру, могут стать причиной серьезных неприятностей во всей этой части галактики.

Мон Мотма благосклонно кивнула — ясно было, что идея вмешаться в дела Бакуры ради освобождения той от власти империи пришла ей в голову сразу.

— Это должна быть совсем маленькая группа, — спокойно сказала она, — но одного корабля недостаточно. Адмирал Акбар, нужно выделить несколько истребителей поддержки для генерала Соло и принцессы Леи.

— Один корабль и несколько истребителей?! — недовольно уточнил «генерал Соло». — Сенатор, вы же читали — у пришельцев там пять крейсеров, и это только те, о которых бакуриане уже знают. Кроме того, мы еще не знаем, согласится ли тамошний имперский гарнизон принять нашу помощь. Эти имперцы бывают такими упрямыми болванами… так что не исключено даже, что нам придется сражаться сразу на два фронта — и с Чужими, и с «благодарными местными»!

— Я не понял, зачем Чужим понадобилось столько пленников? — вставил вопрос Люк. Хотя он-то уже все знал, но явно хотел обратить на этот внимание руководства.

— В сообщении об этом не сказано, — напомнил ему Мадина.

— В обычаях некоторых народов Дикого Пространства и Неизведанных Регионов бывают необычайно жестокие практики обращения с пленными, — пришел я на помощь. И то, что обычно молчаливый «прицеп» к Героям Явина вдруг заговорил, заставило Мотму изумленно уставиться на меня. — Их используют в качестве рабов, живого щита, даже пищи. Еще возможны жертвоприношения или что-то, чего мы даже представить не можем. В любом случае, если пришельцы стараются захватить побольше пленных вместо простого уничтожения врагов — это несомненно имеет важное для них значение. И может иметь не менее важное значение для нас.

— Пищи?! — уточнила Лея. — Разумных существ?!

— Вдали от привычной нам цивилизации бывает всякое…

— По-моему, это очень важное обстоятельство, — усилил напор Скайуокер. — Нужно послать того, кто сумеет во всем разобраться.

— Надеюсь, вы не имеете в виду себя, коммандер? — ответил Мадина. — Судя по вашему состоянию, мы не можем ждать, пока вы поправитесь. Эскадра должна отбыть в пределах стандартного дня.

— Я возвращаюсь к себе, но прошу иметь в виду, что я тоже хочу лететь, — вздохнул Люк.

— Не думаю, что мы пошлем вас на Бакуру, — отрезала Мон Мотма. — Вы нужны Альянсу.

— Она права, коммандер, — прохрипел адмирал Акбар.

— Много ли от меня будет толку, если я стану просто валяться в постели… — возразил тот. Однако под всеобщими укоризненными взглядами быстро смутился и, развернув свое репульсорное кресло, поехал к выходу, напоследок добавив:

— По крайней мере, я могу помочь вам скомплектовать отряд.

Однако, прежде чем Скайуокер отвернулся, я незаметно подмигнул ему — мол, не волнуйся, ты обязательно полетишь. Так оно и должно было быть вскоре.

А в штабной комнате возобновился спор. Лея и Хэн настаивали, что эскадра, идущая на помощь Бакуре, должна быть побольше, адмирал Акбар же уверял, что целых и полностью невредимых кораблей очень мало, а свободных из них — еще меньше — ведь надо не только охранять в основном занятый ремонтом и восстановлением флот, но и проводить разведку, как минимум, в ближайших звездных системах, а лучше — повсюду вплоть до системы Аннадж. А то мало ли… Хотя имперцы и разбиты, у них тоже может найтись какая-нибудь отдельная эскадра, которая вдруг прилетит попортить нам кровушку…

— Если Вейдер, как мы полагаем, увел все силы к Центральным Мирам, — взгляд Леи явно должен был напомнить адмиралу о недавних «переговорах» с бывшим ситхом, в которых тот сам участвовал. — То вряд ли он оставил что-то поблизости.

— Мне тоже хочется на это надеяться, но как можно быть уверенными… — мон каламари, в свою очередь, посмотрел на Мотму.

— Да, хотелось бы верить… — тоже с некоторым сомнением произнесла та. — Но все же стопроцентной уверенности у нас нет.

Крикс Мадина нахмурился, переводя взгляд с сенатора на адмирала и обратно. Он явно почувствовал за их словами еще что-то невысказанное. Его-то с тайной переговоров с Энакином-Вейдером не ознакомили.

— Мы можем послать на Бакуру небольшой, но хорошо оснащенный отряд, — продолжил Акбар. — Имея его за плечами, принцессе Лее будет легче вести переговоры. Пусть пять кореллианских канонерок и корвет эскортируют наш самый маленький авианесущий крейсер.

— Этого мало! — в один голос отозвались Лея и Хэн.

— Может быть, добавить к этому маленькому авианесущему крейсеру еще так… три маленьких крейсера? — уточнил Соло. — И еще столько же канонерок?

Адмирал открыл рот.

— Генерал, но это… дело в том, что четыре небольших виржиллианских крейсера — этот весь наш последний резерв крупных кораблей. Один мы можем передать для вашей экспедиции, но все четыре… Нет!

— Три? — принялся торговаться контрабандист.

— Не больше одного, — упорствовал Акбар.

— Два! — потребовала Лея.

— И это последняя цена! — добавил кореллианец. И смутился, поняв, что сказал то, что нужно, но не так как надо.

— Думаю, двумя крейсерами вы сможете пожертвовать, адмирал, — завершила торг Мон Мотма. — Учитывая довольно спокойную обстановку вокруг сейчас. Ведь так?

— Да, думаю, вы правы… — с явным мучением выдавил из себя мон каламари.

— А также два корвета и десять канонерок, — продолжил окрыленный успехом Соло. — Ладно, девять канонерок.

— Шесть, — устало ответил Акбар.

— Восемь.

— Семь…

— Думаю, восемь будет в самый раз, — улыбнулась сенатор.

— Так и думал, что насчет двух корветов вы не станете возражать, — пробормотал Хэн.

— Хорошо, — только махнул перепончатой рукой адмирал. — Два корвета.

После этого продолжилось обсуждение различных деталей экспедиции, но главное было достигнуто — эскадра, отправленная на помощь Бакуре, увеличилась почти вдвое!

А когда все планы, наконец, были четко определены, и все участники совещания решили закончить его и разойтись по каютам — вдруг из медицинского отсека на связь вышел Люк. И пригласил к себе, чтобы сообщить нечто важное. И сообщил, еще как сообщил — услышанным были изумлены все, кроме, меня, конечно, я-то, как положено, все знал заранее. Люку снова явился призрак Оби-Вана Кеноби…

— Генерал Оби-Ван отдал вам приказ лететь на Бакуру? — переспросил Скайуокера адмирал Акбар.

— Точно так, сэр. Иначе может случиться нечто очень плохое со всеми мирами, и Альянса, и Империи.

— Я не слишком верю в призраков, — мон каламари выглядел слегка смущенным. — Но генерал Кеноби был одним из самых могущественных рыцарей-джедаев, и сообщение коммандера Скайуокера представляется мне заслуживающим доверия.

Генерал Мадина нахмурился.

—Я намеревался поставить во главе группы капитана Антиллеса — не обижайтесь, генерал, — добавил он, слегка улыбнувшись Хэну.

— Ни в коем случае, — поспешил ответить тот. — Я готов отказаться от своих полномочий, в особенности если вы заодно избавите меня и от роли посла.

— Но коммандер Скайуокер нуждается в более серьезном лечении, — напомнил Акбар.

— Со мной все будет в порядке к тому времени, как мы достигнем Бакуры.

— Хорошо, — кивнул адмирал. — В таком случае завтра утром эскадра отправится к Бакуре. Два небольших авианесущих крейсера, восемь кореллианских канонерок и два корвета. Коммандер Скайуокер, этого хватит?

— Вы назначаете меня командиром отряда, сэр? — вздрогнул Люк.

— Не думаю, что у нас есть выбор, — ответила вместо Акбара Мон Мотма. — Генерал Кеноби сказал, что должны лететь именно вы. Ваш послужной список не имеет себе равных. Помогите Бакуре и тут же возвращайтесь обратно. Флот повстанцев нуждается в вас.

Скайуокер молча отдал честь, едва сдерживаясь от того, чтобы широко улыбнуться.

И вот так на следующее утро мы — эскадра Альянса плюс «Тысячелетний Сокол», плюс мой маленький кораблик охотника за головами — отправились к системе Бакура. Там нас ждали нелегкие деньки, но я был уверен, что выпрошенная благодаря моему предупреждению подмога поможет нам со всем справиться.