Закалённые в пламени (джен)

Прогнозы магоса-доминус сбылись полностью. Орки накинулись на западный фронт подобно волкам. Генералитет Дорсета проигнорировал предупреждение магоса-доминус и продолжал медленно ползущее наступление. В результате армии Дорсета и Тетийский экспедиционный корпус не успели окопаться и потерпели сокрушительное поражение. Орочий Властелин войны использовал все силы своей воздушной армады и ракетных войск по всей линии западного фронта. За сутки армада совершала по тысяче вылетов. Шквал ракет поднимались в воздух и пересекали атмосферу планеты, только чтобы рухнуть в сотнях километрах от пусковых установок. Орки игнорировали наступающие части людей, отдав предпочтение линиям снабжения и штабам корпусов и бригад. Пилоты западного фронта проявляли героизм, но не смогли защитить наземные войска от угрозы с неба. Через две недели ожесточённых боёв орки сначала расстроили снабжение, затем и вовсе прекратили его, оставив полтора миллионную армию без боеприпасов и еды. Затем они атаковали колоны бронетехники и люди откатились назад под злорадный смех зеленокожих. Покончив с наступлением властелин войны половину армады перевёл на восточный фронт, остальная часть вернулась под прикрытие астероида, где закипела работа по переделке самолётов для космического сражения. Между тем план магоса продолжал идти своим чередом. Акадийцы уходили всё дальше вглубь приглашая орков следовать за собой. Арьергардные бои сменялись отступлением, больше похожим на бегство. Уходя люди оставляли за собой сожжённые городки и сёла, разобранные дороги. Оркам приходилось восстанавливать пути, постоянно задерживаясь. Подвоз припасов и топлива осуществлялся по новым железнодорожным путям. Штаб предпочёл оставить в покое орочьи бригады, сохраняя авиацию для будущей битвы. И вот спустя долгих семи месяцев отступления люди достигли намеченного рубежа и встали, готовые к ожесточённому сражению. За долгие месяцы упорных арьергардных боёв, трудовые армии из мобилизованных гражданских перерыли тысячи кубометров земли, создав глубокоэшелонированную оборону, проложили новые дороги для возможности маневрирования резервами. Каждый рубеж достигал глубины в двадцать километров, окутанный колючей проволокой и минными полями. Армия людей пополнилась очередным призывом, прошедшего трёх месячное обучение. Семьдесят тысяч человек получили имперское вооружение и сформировали мобильный резерв. Два миллиона аккадийских солдат были разделены на три группы войск с задачей удержать фронт любой ценой. Ещё семьсот тысяч составили резервные корпуса. Мобилизация такого числа людей потребовала от правителя Аккадии и аристократии полной перестройки экономики, с чем они со скрипом, но справились. Благодаря дипломатическим усилиям магоса-доминус в преддверии грандиозного сражения, Тетийская держава сняла свои авиационные корпуса, защищавшие территорию государства и укрепила воздушный флот Акадии. На орбите терпеливо ждали своего часа крейсера и фрегат Имперского флота, Саламандр и Механикум. Всё внимание орбитальных авгуров Механикум было обращено на участок фронта, получившим название «Рецианского выступа» с единственной целью предвидеть направление главного удара. Потоки собранной информации струились в новообразованный штаб временного имперского командования. В него вошли члены Акадийского, Тетийского и имперского командования. Мегрен Вальмон вынуждено уступил место главнокомандующего капитану Аксману и магосу Нод, признав за ними главенство в имперской иерархии. С образованием штаба все силы получили название имперских. Анализируя авгурные данные, техножрецы примерно подсчитали что орочья орда составляет около двух миллионов, две с половиной тысячи атмосферных и тысячу двести самолётов, способных вести бои в космической пустоте, и сотни танковых и артиллерийских подразделений, нетерпеливо ждущие своего часа. Собранная в кулак, орда могла сокрушить любое сопротивление на своём пути.

С началом нового дня мир осветился не первыми солнечными лучами, а вспышками сотен артиллерийских орудий. Вслед за ними по всей длине Рецианского выступа зажглись миллионы вспышек ружей, превратившихся в сплошную стену огня. Это пламя горело два часа и только они истекли, пожар разошёлся во все стороны, разгоревшись ещё сильнее.

В штабе имперского командования у гололитного стола собрались все ответственные за управление войсками. Они устремили свой взор на линию соприкосновения, окрасившуюся в кроваво-красный цвет. По обоим сторонам линии стояли полки и дивизии в виде квадратов зелёного и синего цветов. На гололите отображалось передвижение войск, то отступающих, то вновь возвращающихся на место. Над синими квадратами то и дело вспыхивали цифры потерь личного состава имперских войск. Радисты у своей аппаратуры внимательно вслушивались в переговоры командиров и записывали информацию в своих блокнотах. На гололите зажглись новые огни, когда вражеская авиация поднялась в небо для поддержки своих наземных сил. В ответ Вальмон приказал зажечь огни собственной авиации. Первые сутки линия не сдвигалась с места, но к началу следующего дня она плавно начала сдвигаться на восток.

— «Судя по докладам с фронта орки совершили более двух тысяч самолёто-вылетов. Передовая линия полностью уничтожена по всему фронту. Корпуса отступили к первой линии обороны. События показали, что несмотря на полную боевую готовность 4, 17 и 31 воздушные армии не смогли принять адекватные меры по противодействию орокам. Потери составили около семидесяти трёх процентов»- не привычным для людей голосом говорил логис Механикум: «В рядах армий оказалось слишком много молодых лётчиков. План график вылетов нарушен. Орочья авиация полностью захватила инициативу в свои руки».

— «Вышлите на подмогу 2-ю резервную истребительную дивизию»- велел Вальмон.

— «Принято»- отозвался логис, внеся коррективы.

На аэродроме взвыла сирена тревоги. Все пилоты бросили свои дела и побежали к машинам. Младший лейтенант Гудро запрыгнул на крыло своего нового истребителя и залез в кабину. Истребитель новой имперской модели на реактивной тяге блестел в лучах солнца. Три долгих месяца Гудро осваивал управление им и был чрезвычайно горд оказанным ему доверием. Истребитель превосходил во всём его прежнюю машину. Скоростью, высотой, вооружением. Пара лазпушек вынуждала противника оставляя дымный след стремиться к земле. Первый бой оставил приятное впечатление и разогрел кровь в жилах молодого пилота. Это был рутинный патруль, столкнувшимся с тройкой развалюх орков. Пилоты накинулись на них как ястребы и распотрошили врагов ещё до того как те что-либо смогли понять. Гудро закрыл кабину и одел шлем, на лицевом щитке шлема моментально отобразились характеристики самолёта. Как только двигатели протяжно взревели, он подал знак о готовности к вылету своим товарищам. Они повторили его жест и в шлемофоне раздалась команда к вылету. Один за другим, истребители вывернули на взлётную полосы и покинули поверхность земли, поднявшись высоко в небо. Эскадрилья шла в идеальном порядке на предельной скорости. Время подлёта к месту боевых действий пролетело не заметно и вскоре пилоты увидели настоящий воздушный бой. Сотни самолётов маневрировали, охотясь друг за другом. Потоки трассеров и лазерных лучей рассекали воздух. Самолёты вспыхивали когда их настигал рок и превращались в падающие метеоры. Щиток шлема моргнул и Гудро увидел прицельную сетку. Ближайший вражеский самолёт немедленно попал в прицел и Гудро нажал на кнопку. Лазерные пушки разрезали орочий штурмовик пополам. Эскадрилья рассыпалась на пары, выстроив воздушную этажерку. Вступая в бой, пилоты орков сталкивались с имперскими истребителями и набирали высоту, где попадали под огонь пары, следующей выше. Впрочем многие орки предпочитали идти на таран. Имперским пилотам приходилось маневрировать, чтобы избежать столкновения. Если это удавалось самолёты пришельцев пролетали мимо и натыкались на следующий ряд истребителей. Новая тактика показала свою эффективность. Принцип тактики заключался в разделении эскадрильи на ударную и прикрывающую. Ударная поднималась на несколько километров выше и нападала на бомбардировщики и штурмовики орков. В это время прикрывающая группа сковывала истребители боем. Недостатком тактики являлось истребительное прикрытие оголяло другое направление. От имперских пилотов требовались умения действовать в коллективе и умелого использования авгурных систем. Основной целью тактики воздушной этажерки было уничтожение бомбардировочной авиации, охотившейся за наземными силами, чем пилоты с удовольствием занимались. В прицел попал самолёт больше похожий на шар с крыльями. Гудро нажал на кнопку и лазеры превратили шар-самолёт в пылающий шар. Следующей целью стал более совершенный самолёт. Две пушки уже познали вкус крови. Кабина орка-пилота была без стёкол. Гудро удивился как он способен управлять самолётом. Он на секунду увидел довольную улыбку орка и испепелил пилота. У Гудро возникла мысль, что орка не особо волновало управление техникой, только бой. Строй эскадрильи нарушился из-за обилия вражеских самолётов. Маневрируя среди боя, Гудро заметил что отсутствуют в бою отсутствуют тяжёлые бомбардировщики и мифические «истребители-крепости». Орки брали верх не своими смертоносными летающими машинами, а числом. Противостоящие эскадрильи самолёты орков мало отличались от поршневых самолётов Акадии. Новая реактивная авиация даже превосходила их. Размышляя об этом Гудро пропустил появление врага справа. Пули застучали по обшивке и только благодаря реактивным двигателям пилот остался жив. Истребитель проскочил район поражения и резко совершил поворот, срезав два самолёта врага. Гудро отбросил все мысли, полностью сосредоточившись на бое.

Гололит моргнул и тактическая информация полностью изменилась. Количество квадратов синих квадратов уменьшилось, а зелёных напротив увеличилось. Аксман наблюдал за обстановкой и начал подумывать о вступлении в бой роты Саламандр. Однако его приоритетом была миссия, которая и привела всех на этот театр боевых действий. Главный удар орков ещё не бы определён. Поток новых сообщений возрос и из всех вокс-передатчиков разносились голоса командующих:

— «Мы теряем позиции на участке М-13 и М-11».

— «Отступление корпуса 92 на северных участках фронта».

— «Направьте бронепоезда 76е и 76к в район населённого пункта Остий».

— «Первая линия потеряна полностью, авангард орков добрался до второй линии».

— «Орда вклинилась на участке Дубль 03 первой линии и расширяет плацдарм».

— «На участке эпсилон 4-0 отражено наступление крупных воздушных сил противника».

— «Замечено передвижение артиллерийских подразделений на дороге Сады — Педак».

Среди краткий сообщений Аксман уловил один взволнованный голос, сообщавший:

— «Орки подавляющими силами упорно атакуют и теснят части вверенной мне 10 армии, особенно на участке дубль 11-2. Войска обескровлены непрерывными боями. На крайне тесном пространстве узким клином наступают банки-убийцы и горконавты. Вслед за ними идут танки и самоходные орудия. Необходимо срочно прислать подкрепления. В противном случае крах фронта неизбежен».

Аксман нашёл на гололите названый участок фронта и прошептал магосу пару слов. Она кивнула и взмахнув рукой, как по волшебству, переключила гололит. Изображение моргнуло и перед взорами предстала более крупным планом зона ответственности 10 армии. Зелёные квадраты были равны по количеству синим, но парящий над ними тактический обзор говорил о наличии тяжёлых соединений орков. Аксман практически моментально изучил информацию. Орки превосходили и по огневой мощи и по количеству танков и прочей тяжёлой техники.

— «Похоже мы нашли место главного удара. Что скажете магос?»- промолвил капитан.

Дана Нод кивнула и взмахнула ещё раз рукой. Гололит несколько раз моргнул и высветил сразу несколько спектров сканирования. На всём театре боевых действий отображались линии боёв, количество частей и соединений, траффик инфопотоков. Все уставились на разноцветное изображение.

— «Вы совершенно правы. Всё указывает именно на это».

— «Тогда нам нужно направить подкрепления и вызвать флот. Пора переходить ко второй фазе»- сказал Мегрен Вальмон, но капитан Саламандр ему возразил:

— «Вы торопитесь командующий Вальмон. Если мы вышлем подкрепления, то битва превратиться в огромную мясорубку на истощение. Оркам нужно позволить совершить прорыв. Почувствовав запах победы, они устремятся к городу Аква Селек».

Мегрена Вальмона шокировали планы капитана. Он сначала уставился на гололит, но не найдя ответа, он снова обратился к капитану:

— «Я не понимаю. Почему вы уверены, что орки пойдут туда, а не накинуться на фланг Южной группы армий. Выйдя в тыл они перережут снабжение и возьмут в оперативное окружение треть наших войск? Это куда более логичное развитие событий».

— «Какая-то часть орков несомненно так и сделают, но в стратегической перспективе это не даст им ничего. Окружённые войска придётся ликвидировать, а армии отступят ещё на сто-двести километров на юг и всё продолжиться заново. Аква Селек же является основным транспортным узлом, захват которого даёт возможность проводить рейды вдоль всего фронта и вглубь Акадии. Тогда орки достигнут стратегической победы. Акадии придётся заново выстраивать фронт от моря до моря. Это займёт год и у орков будут развязаны руки для наступления на Священный Союз».

— «В ваших словах есть логика, но всё же позвольте высказать возражения?».

Капитан Аксман и магос Нод единогласно согласились дать высказаться Мегрену.

Мегрен подобрался и высказался: «Первое — откуда вы точно знаете планы властелина войны. Ошибка может стоить жизни двумстам тысячам солдат, оказавшимся в окружении. Второе — даже если вы правы, в любом случае для отражения флангового удара, южной группе придётся сражаться на открытой местности. Это приведёт к значительным потерям. Армия будет обескровлена и ликвидировать прорыв не сможет. Пока это всё».

Магос взглянула на Аксмана и попросила слово. Капитан жестом согласился и Дана Нод ответила: «По первому пункту — техножрецы смогли расшифровать коды вокс-передач. Это было не трудно, хотя и утомительно. Мои техножрецы прослушивают все переговоры командования орков. Прибавьте к ним сеть спутниковых авгуров. Нам известны все их перемещения. Второе — пусть Южная группа армий сосредоточиться на защите населённых пунктов. Согласно нашим планам, все они укреплены и представляют небольшие крепости. Если они проявят упорство, то орки, верные своей природе, не смогут пройти мимо них и будут штурмовать каждый. При правильном маневрировании, наступлении будет остановлено. Командованию Южной группы придётся забыть о создании сплошной линии фронта и вести манёвренную войну. Если им необходима помощь, то я могу направить секутора Нокса для помощи».

Мегрен молча выслушал магоса. Невооружённому взгляду было видно недовольство на лице, но Вальмон пересилил себя и принял доводы магоса-доминус Механикум, сочтя что командиры Великого Крестового похода имеют куда большую компетенцию в войнах с ксеносами. Так же он скрепя сердце принял предложение Даны Нод и попросил выслать секутора в штаб Южной группы армий.

Штаб Анри Нивеля был укрыт в подземном хранилище банка Имперской Южной компании в филиале города Аква Селек. Когда адъютанты Нивеля вошли в кабинет директора филиала, он и подумать не мог о тех требованиях, которые они выскажут. Позже он вышел к сотрудникам банка совершенно бледный и рассказал о будущем филиала. Сотрудники в течении недели аккуратно вывозили документы и содержимое сейфов, пока в банке не появился имперец. Своим жгучим угольно-красным взглядом и в испещрённой пулями броне, он привёл в ужас работников банка и громогласно потребовал немедленно освободить здание. К концу рабочего дня здание было освобождено, а все не нужные документы сожжены. В полночь в здание банка нагрянули жрецы Механикум со своими полумеханическими рабами. До рассвета Механикум расширили хранилища, укрепили здание и проложили коммуникации, заполонив подвалы банка вокс-оборудованием и когитаторами. С первыми лучами солнца покинули территорию банка. Отряд охраны прибыл через двадцать минут после ухода и нашёл полностью оборудованный штаб. Нивель до самого начала боёв не мог понять как они сделали за одну ночь и с первым разрывом вражеского снаряда выбросил эту идею из головы. Операторов набрали из лучшей молодёжи Акадии. Все как один отпрыски аристократов, они получили лучшее военное и техническое образование, но всё равно чувствовали себя не уверенно за оборудованием Механикум. Требования выдвинутые магосом Империума показали не состоятельность политической системы Аккадии. Недостаток специалистов в технических отраслях больно ударил по управлению армиями, разбросанными на тысячекилометровому фронту. Храм-фабрика Омниссии только начал выпуск продукции, а людей уже не хватало. Война, которую вели имперцы, сильно отличалась от тех что вели до этого на планете и требовала значительного числа техников и инженеров. Выделив один час своего времени, Нивель прочитал характеристики имперской техники и от осознания отсталости Отечества у командующего разболелась голова. Теперь Акадии пришлось наверствовать упущенное в кратчайшие сроки.

— «Командарм, пришёл приказ из имперского штаба»- голос одного из операторов прервал размышления Нивеля.

— «Что там?»- коротко спросил Нивель.

Оператор встал и обернулся к командарму, после чего зачитал сообщение:

— «Приказ об отходе 21 корпуса на запасные позиции. Подготовить Аква Селек к отражению штурма. Фаза 2 вступает в силу».

Нивель посмотрел на карту и прикинул в уме план переброски и время движения войск.

— «Отлично. Передайте по дивизиям приказ. Гарнизон поднять по тревоге. Включить сирену гражданского оповещения».

Оператор приложил руку к козырьку и вернулся на своё место. Начинался самый трудный этап сражения.

Как только приказ разошёлся по частям, полки и дивизии начали оставлять свои позиции. Орки наступали людям на «пятки», не позволяя оторваться. Многих товарищей солдатам пришлось бросить на произвол судьбы. Арьергарды удерживали позиции до последнего человека, жертвуя собой, но выигрывая время для отхода. Тяжёлая техника орков пересиливала упорное сопротивление героев, не щадя никого. Прорыв постепенно расширялся и наконец фронт был прорван. Орки вышли на оперативный простор и, как и предсказывала магос, разделились на на две части. Основные силы орков перестроились и направились вдоль железнодорожных путей на захват города. Властелин войны оценил важность главного транспортного узла, чем ещё раз доказал командованию Аккадии воинские таланты зеленокожих. От основных сил отделилась ударная группа. Авгуры Механикум передали штабу Южной группы армий примерный состав противостоящих зеленокожих войск. Во фланг устремились лёгкие быстроходные отряды вместе с большим числом пехоты, в то время как на штурм Аква Селек отправились ватаги штурмовиков вместе с киборгами и кучей танков и ракетомобилей. Колонны банок-убийц и горканавтов заполонили дороги. Гретчины снимали орудия с насиженных мест под крики удары хлыстов надсмотрщиков и тащили дальше по опустошённой земле. Бригады рабочих из людей-рабов и тех же гретчинов прокладывали новые железнодорожные пути с огромной скоростью. Бронепоезда, обвешенные самым различным вооружением, коптя небо вплотную следовали за ними, порой игнорируя рабочие бригады и давя рабов. Машинисты орков вопили торопя рабочих и от скуки отстреливая искалеченных ими же рабов. В это время три корабля имперского флота начали спуск на нижнюю орбиту. На всех кораблях выли сирены боевой тревоги. Палубные команды занимали свои места, отсеки изолировались друг от друга. В ангарах прогревали двигатели космические перехватчики Механикум «Ярость» и Астартес «Ксифон». Глаза орудийных сервиторов зашевелились, как только разумы кибернетических рабов обрели зрение через авгуры. В ответ на движение кораблей с земли в пустоту космического пространства поднялись угловатые самолёты орков. Они были гораздо крупнее тех, что терроризировали небо. Мощные двигатели гудели в унисон с силовыми полями. Бортовые орудия рыскали, выискивая цели. Экипажи орков жаждали крови и скоро нашли их, когда самолёты покинули атмосферу планеты.

Гололит очередной раз моргнул высветив обнаруженные позиции вражеской тяжёлой артиллерии. Расчёты зеленокожих старались как можно быстрее переместить орудия ближе к фронту и поддержать своих братьев на поле боя. Осадная и стратегическая артиллерия открыла огонь. До начала второй фазы она молчала, ожидая своего часа. В первой фазе основную роль играла траншейная артиллерия. Конечно она не могла соперничать с крупными калибрами и проигрывала в дуэлях. Благодаря этому орки нанесли тяжёлые потери корпусам Аккадии. Люди выплатили кровавую дань, но выявили местоположения орочьих ватаг. Обнаружив все угрозы, люди выместили всю горечь за своих убитых товарищей. Артиллеристы стреляли по заранее отмеченным квадратам и проведённым векторам. Тяжёлая техника орков гибла под прицельным огнём, но всё же этого было недостаточно. Не зная где будет нанесён главный удар, артиллерию рассредоточили равномерно по всему фронту. Наступая, орки попадали в огневые мешки. Потери росли в арифметической прогрессии. Но на направлении главного удара, усилий артиллеристов не хватало, чтобы орки умылись кровью. Властелин войны бросал танки и прочую технику на подавление артиллерии. Разогнав на полную скорость свои машины, орки спешили уничтожить орудия, приносившие смерть, но попадали в ловушки минных полей и истребительных человеческих команд. Тогда в небо воспарили тысячи штурмовиков орков. Им ответили зенитные батареи. Многие орки были сбиты и погибли на минах. Ватаги штурмовиков, не взирая на потери, всё же сохранили дисциплинированность и приземлялись среди позиций аккадийцев и вымещали на них свой гнев. Истребляя солдат, они спешили дальше. Всё ближе к орудиям, заставляя замолкать их. Аккадийцы предусмотрели такое развитие событий и заранее заминировали орудия. Не раз случалось так,что орки уничтожив расчёты, разворачивали артиллерийские орудия и открывали огонь по запасным позициям, и исчезали в ослепительных вспышках взрывов. Мало по малу, орки продвигались всё ближе к Аква Селек. Согласно планам имперского штаба, части акадийскй армии отступили к городу и пополнили ряды гарнизона. Командарм 1 ранга Нивель укрепил оборону, доведя гарнизон до четырнадцати пехотных дивизий и шести ста танков при поддержке двух с половиной артиллерийских стволов различных систем, включая семь сотен зенитных орудий. По железным дорогам курсировали двадцать бронепоездов оснащённые корабельными орудиями. Эти бронепоезда были построены техножречеством Марса. Сильно бронированные, на них разместили крупные калибры, снятые с кораблей Аккадии. С мощью корабельных орудий мало кто мог потягаться и целые ватаги орков оставались навсегда там, где орки познали сокрушающий гнев Омниссии. Аккадийцы не жалели никого. Ни наступающие ватаги, ни бригады рабов, зачастую даруя освобождение в смерти порабощённым людям. Бронепоезда делали пару-тройку залпов, стремительно уносились прочь, пока орки нацеливали на них свои орудия. У самого города орков встретили три линии обороны: поэтапная система фортификационных сооружений, противотанковых рвов и заграждений, связанная сетью пехотных траншей и бункеров. Последняя линия защиты пролегала через весь город. Каждая улица, каждый дом были превращены в замки. Перекрёстки стали огневыми мешками. Из стен вынули кирпичи, расширив обзор для пулемётных команд и снайперов. Мины заменили брусчатку, о местоположении которых знали только солдаты гарнизона. Для встречи врага всё было готово. Всё это вместе с решимостью защитников города представляло одну смертельную ловушку. Оркам предстояло умыться кровью, но это их не волновало. Обе стороны готовы были заплатить самую высокую цену за победу в войне.

Пока наземные силы испытывали друг друга на решимость стоять до конца в пустоте развернулось грандиозное сражение. Корабли имперского флота опустились на низкую орбиту и встретили лавину орочьего флота. Не дождавшись, пока вся космическая авиация покинет атмосферу, капитаны кораблей открыли огонь выпустили истребительную авиацию, приветствуя тем самым своих врагов. Высоко в небе расцвели новые светила, озарившие поверхность своим пламенем. Отступать было некуда. Преодолев гравитацию планеты, орки выпустили вееры ракет и потустороннего огня. Разразило-истребители и пустотные бомбардировщики орков, собранные полубезумными механами, напичканные разнообразным энергетическим оружием и прикрытые гудящими силовыми полями, показали неожиданную живучесть. Соревнуясь между собой, механы напичкали летающую технику самым лучшим хламом и хитроумными приспособлениями. Навороченные мегапушки изрыгали испепеляющие потоки энергии, а подвесные пушки окутывали цели локализованными силовыми полями, давя в их лепёшку. На некоторые разразилы установили телепортомегашмалялы, чьи мерцающие лучи хватали жертву и швыряли через варп, после чего те материализовались внутри кораблей имперского флота, или просто разрывали на куски. Ответный огонь безвредно молотил по толстой броне истребителя или просто отскакивал от колышущихся пузырей силового поля. Такие самолёты быстро стали первоочередными целями для экипажей кораблей. По команде канониров, сервиторы наводили лэнсы и ракеты на них. Попав под массивный огонь, силовые поля перегружались и схлопывались, оставляя истребители орков без прикрытия. Самолёты исчезали в мстительном огне, превращаясь в космический мусор. Больше всего злились техножрецы Механикум. Орочьи технологии считались оскорблением Омниссии и как только хитроумные самолёты мехов явили себя в околокосмическом пространстве, ведомые техномагией марсианского жречества, пилоты-сервиторы накидывались гурьбой, забывая обо всех остальных. Силовые поля кораблей мерцали, ловя снаряды орков. Всё же некоторые из них смогли миновать защиту кораблей и нарушили целостность корпусов флота, оставив зияющие пробойны. Члены экипажей, оказавшиеся в местах прорыва снарядов, уносились в холодную пустоту космоса, дополняя уже и так заваленное остовами и осколками самолётов орбиту планеты. Космический мусор стал ещё одной угрозой для сражающихся сторон. Остовы самолётов и их обломки на запредельной скорости разлетались во все стороны, неся смерть всякому кому не посчастливилось оказаться на его пути, а затем обрушивались вниз, сгорая в атмосфере или оставались кружиться вокруг планнеты. За штурвалами космической авиации имперского флота находились либо сервиторы Механикум, либо неофиты Саламандр. И те и другие обладали отточенными навыками пилотирования, и ловко обходили различные угрозы. Орки такими умениями похвастаться не могли. Лётчиками становились те орки, что обожали скорость, грохот, здоровенные пушки и большущие взрывы. О каких-либо навыках пилотирования речи не шло. Главное это добрая порция веселья и хорошая драка. Большего и не требовалось. За многими из пустотных самолётов сидели сами мехи. Они, как и прочие орки, любили поучаствовать в сражении, особенно если оно могло доказать превосходство над собратьями. Такое положение удовлетворяло желание магоса-доминус Даны Нод сократить численность механиков и изобретателей орков. Магос Менетий отслеживал каждый вектор каждого орудия крейсера «Огмиос». Часто он вмешивался в руководство канонира-техножреца, корректируя выстрел. «Огмиос» содрогнулся от серии цепных взрывов внутри корпуса. Одной мыслью-командой он прекратил подачу энергии в повреждённые отсеки и отсёк взрывозащитными дверьми. Своим решением, он обрёк на мучительную смерть три тысячи слуг Омниссии. Авгуры-целеуказатели передали местоположение двух самолётов орков, нанёсших повреждение крейсеру и поймал их в прицел орудий противокосмической обороны. Они подчинились воле магоса и открыли перекрёстный огонь. Лэнс-орудия заставили орочьи самолёты вспыхнуть зелёным светом силовых полей, а затем и светом светила, когда генераторы силовых полей отключились. В разуме магоса высветился список повреждений, но магос Менетий просто отмахнулся от него. Главные системы жизнеобеспечения оставались не повреждёнными, а значит крейсер продолжал бой. Прошёл первый час боя, за ним второй, в начале третьего часа крейсер имперского флота «Ранчеа» содрогнулся от цепных взрывов. По его корпусу пробежали трещины, ещё одно попадание и под гогот орков крейсер разломился на две части. Кадор Вилар в ответ изменил курс фрегата «Плеяда» и ворвался в стаю разразил, испепелив каждого орудиями своего корабля. Отомстив за гибель боевого товарища, «Плеяда» начала набирать высоту, постепенно отдаляясь от планеты. Вслед за ним последовал и «Омгиос». Сражение в космосе подходило к концу. Оставшиеся орочьи эскадрильи бросились в погоню, но встретили только свою смерть. Магом Менетий нарочно старался не оторваться от преследования. Каждое попадание в крейсер посылало импульсы боли в его мозг, однако он стоически терпел. Поднявшись на геостационарную орбиту «Огмиос» выпустил по широкой дуге электромагнитные бомбы. Орки легко увернулись от них, не подозревая об изначальной цели бомб. Магос Менетий расчитал нужное время и расстояние и активировал бомбы. Бомбы разорвались и мощные электромагнитные импульсные волны разошлись во все стороны, гася любую энергию питающую технику. Оставшиеся эскадрильи орков беспомощно зависли. Лётчики ревели и колотили по приборным панелям, желая пробудить свою технику. Механы орков оставили штурвалы и полезли копаться в двигателях. Между тем «Омгиос» и «Плеяда» развернулись и в упор расстреляли беззащитных орков. Космический флот зеленокожих перестал существовать. Победа досталась дорогой ценой. Погибла большая часть авиакрыльев Механикум и Саламандр. Сами корабли были тяжело повреждены и требовали ремонта. Магос Менетий прочёл перечень ремонтных работ и отметил первоочерёдность. Больше всего его взволновало попадание в мастерские Легио Кибернетика. Хотя весь Легио вёл войну на планете, магос Нод вряд ли бы обрадовалась такой новости. Менетий направил две ремонтные бригады для скорейшего восстановления мастерских. Отдавая указания своим техножрецам, магос Менетий забыл о войне на поверхности планеты. Сквозь мощного потока указаний и докладов, его разум ухватил сигнал входящего сообщения. Магос ненадолго оставил ремонт на своих техножпровидцев и открыл канал связи:

— «Мастер флота Кадор Вилар. Каковы ваши повреждения?»- без лишнего предисловия осведомился Менетий.

— «Критических повреждений нет. Но ремонт займёт достаточно времени. В более спокойное время я бы увёл фрегат к ближайшей верфи. Меня больше беспокоят главные орудия. Одна из торпед повредила питание орудий. На ликвидацию последствий уйдёт тринадцать часов. А это может нарушить планы по орбитальной бомбардировке».

— «Не волнуйтесь об этом. На орбите полно разбитых самолётов. Я направил команду для сбора остовов».

— «Мне кажется вы торопитесь, магос. Сражение ещё не окончено»- в голосе Вилара послышались нотки недовольства. Менетия это ничуть не задело.

— «Не торопитесь, мастер флота. Я предлагаю не тратить боеприпасы. Они нам ещё пригодятся. Вместо этого мы соберём уничтоженную технику и создадим инертные снаряды. Расчётное время для изготовления первых снарядов — восемь часов тридцать одна минута».

Кадор Вилар на секунду задумался, а потом кивнул:

— «Хорошо. Тогда я освобожу одну из ремонтных команд для сбора мусора. Все собранное будет направлено на «Огмиос».

— «Благодарю»- отозвался магос и сеанс связи был окончен.

Танки орков расчистили минное поле с помощью тралов и в образовавшуюся брешь хлынула орда машин. Следом за ордой медленно двигалась мобильная крепость. Издалека она казалось будто чей-то безумный гений выкопал замок и установил его на шасси. Вблизи её можно было счесть несокрушимой и в этом была доля правды. Крепость возвышалась над зеленокожим воинством. Вдоль бортов, сложенных из тяжёлых бронеплит , поглядывали орудийные башни, пушки которых могли сравниться с тяжёлыми самоходными орудиями. Почти у самого основания окружающие пространство контролировали стволы автопушек. Бронеплиты поднимались вверх, образуя наклон. Мех орков специально сделал это для увеличения стойкости и утолщения брони. Верхняя палуба имела зубцы с бойницами, венчающие парапет крепости. Орки расхаживали по верхней палубе, вглядываясь вдаль. Каждый держал противотанковое ружьё с оптическим прицелом. В руках зеленокожих их можно было ошибочно счесть за обычные винтовки. В воздушное пространство смотрели зенитно-пулемётные и ракетные установки. Переднюю часть колосса венчала башня с тремя мощными пушками, способных сравниться с главными калибрами морских линкоров планеты. Мощное шасси крепости укрывали бронепластины. Мины были совершенны бесполезны против крепости, но главный мех крепости предпочёл не испытывать судьбу и пустил вперёд авангардные части для разминирования. Он опасался возможного повреждения траков. Тогда бы пришлось остановиться и заняться трудоёмким процессом замены траков. Остановка крепости даже на небольшое время могло вызвать гнев Властелина войны, который мех не хотел испытать на себе. При движении воздух вокруг крепости потрескивал. Наблюдательный глаз мог ясно увидеть силовое поле, укрепившего и без того сильную броню крепости. Крепости ехала с небольшой скоростью, пропуская мимо себя рвущиеся в бой бесчисленные бронированные ватаги орков.

Брумовски ещё ни разу не участвовал в битве, даже в небольших перестрелках. Зато за три учебных месяца он научился отлично стрелять. В знак признания его меткости, его наградили перед строем роты значком егеря. В тот же день Брумовски написал матери о награждении. Личный состав полка от полковника и до рядового состоял из двадцати — двадцати семи летних людей. Молодые парни быстро нашли общий язык. За три месяца обучения иномирцы минийского полка гоняли их не оставляя ни малейшего часа на отдых. Поэтому когда полк отправили на фронт настроение в полку стало необъяснимо радостным. Как отличного стрелка его зачислили в бронебойный взвод. Прибытие на позиции тоже ничто не омрачило. Траншеи и окопы вырыли заранее и замаскировали. В бункерах уже ожидали пайки продовольствия. Брумовски и его сослуживцам осталось только расположиться. Дозоры, дежурство на кухне, физическая подготовка и отработка навыков рукопашного боя, дни ожидания потонули в рутинне. Единственным развлечением оставалось обсуждать слухи, курсирующими от части к части. Люди болтали всякое. От того что прибыли корабли Империума с миллионными подкреплениями до внешности имперских легионеров. Бруновски видел минийскую пехоту и они оказались такими же людьми как и он сам, чем вызвали разочарование. Поэтому он не верил в двух метровых рыцарей, крушащих черепа ксеносов как орехи. В последнюю ночь тишины, он заступил в дозор за три часа до рассвета. Смена проходила как и всегда, невообразимо долго и скучно. Бруновски протяжно зевнул и уже собирался пройтись вдоль траншеи когда горизонт осветили тысячи огней. Он недоумённо посмотрел на часы и встретился с таким же растерянными взглядами товарищей. Осознание пришло к ним одновременно. Война началась.

Следующие дни проходили в небывалом напряжении. Горизонт укутывал сплошной завесой дым, в небе сталкивались эскадрильи противоборствующих армий. Бруновски видел огромное число самолётов ксеносов и как его отважные соотечественники смело бросали им вызов. Спокойная размеренная окопная жизнь прерывалась поисками выживших лётчиков. Своим оказывали первую помощь и отправляли в тыл, ксеносов ожидала только смерть. Вести с фронта рисовали ожесточённые битвы и горы трупов. В один из дней им объявили о прорыве фронта и движении ксеносов к ним.Весь полк с молчаливой решимостью готовился погибнуть, но не опозориться перед павшими. Приближение ксеносов можно было отследить по грохоту орудий. С каждым часом грохот становился всё громче и вот перед взорами дозорных явилась орда разношёрстных танков. Полк поднялся по тревоге. Каждый знал своё место и роты быстро рассредоточились. Авангард орков резко выдвинулся вперёд и также резко остановился. Минут десять орки что-то пристально высматривали на земле и не найдя ничего и протяжно завыл на своём языке в рупор. Тогда орда начала движение. Бруновски видел в прицел как броневики и танки становятся всё ближе. Капля пота скатилась по спине вниз и Бруновски поёжился. Ладони вспотели и солдат постарался дышать как можно ровнее, чтобы первый выстрел был точным. Томительное ожидание прервали хлопки. Первыми заговорили миномёты. Мины разорвались прямо в толпе орков. Несколько машин загорелось, но на это никто из ксеносов не обратил внимания. Заревев «Ваагх», орки набрали скорость и бросились в атаку. Полк послал лавину свинца из всего наличного оружия. Полевые пушки, миномёты, бронебойные ружья и винтовки, всё пустили вход. Орки ответили им не менее яростно. Бруновски посылал патрон за патроном. Сначала он расстрелял бронетранспортёр. Пули пробили броню и убили водителя, а затем настала очередь и остального экипажа. Второй целью стал пулемётчик. Ксенос высунулся из башни танка и в беззаботной кровожадности палил без остановки. Пуля угодила ему в грудь и вышла из спины. Ксенос обмяк и опустился внутрь танка. Люк башни остался открытым и по счастливой случайности туда влетела мина. Танк разорвался на куски, убив и покалечив ближайших к нему орков. Бруновски удовлетворенно улыбнулся и оглянулся. Он собирался похвастаться, но увидел мёртвое тело своего сослуживца Базиля Ламота, подающего ему обоймы с бронебойными патронами. Ламот и Бруновски познакомились на призывном пункте и позднее попали в один полк. За время обучения они сдружились. Два товарища мечтали о том как вернутся домой героями и все девушки будут вешаться им на шею. Но судьба распорядилась иначе. Голова убитого напоминала расколотый фрукт. Каска, защищавшая голову, не смогла остановить кусок свинца. Бруновски охватил страх, а затем обида за то, что он вместо того чтобы работать писцом в заводской конторе, куда его устроил отец, и встречаться с девушками после рабочего дня, может погибнуть. Бруновски прильнул к прикладу и принялся стрелять без остановки. Рядом с позицией Бруновски разорвался снаряд. Парень запоздало пригнулся, но судьба оказалась благосклонной. Ксеносы стреляли в одну из полевых пушек. Когда дым развеялся, Бруновски увидел иссечённый осколками расчёт. Бронебойщик прикинул в уме траекторию выстрела и посмотрел в исходную точку. Трёх башенный танк орков медленно полз по полю бою тщательно высматривая цели. В учебке солдатам рассказывали о том, что ксеносы способны собирать машины любых форм и размеров и чем больше была машина, тем смертоноснее она была. Бруновски счёл своим долгом если не остановить танк, то нанести ему как можно больше повреждений. Первым делом бронебойщик накинул на плечо подсумок с запасными обоймами, подхватил ружьё и побежал по траншее. Сменив позицию, он прицелился в пулемётную башню. За секунду до выстрела, Бруновски увидел тонкую смотровую щель водителя. Резко переведя прицел на неё, Бруновски выстрелил. Танк продолжал ехать как ни в чём небывало. Бруновски выстрелил ещё раз, затем ещё и ещё пока танк не остановился. Затем настала очередь пулемётной башни. Пробить её броню оказалось труднее, но солдат упорно продолжал стрелять. Пулемётчик не оставил это без внимания и дал длинную очередь по позиции бронебойщика. Бруновски не стал дожидаться и успел в очередной раз сменить позицию. На новой позиции он увидел новую цель. Тяжёлый бронетранспортёр быстро сокращал дистанцию до траншей, стреляя сразу из пяти башенных пулемётов, цилиндрической формы, расположенных в два яруса. Бруновски забыл о танке и занялся бронетранспортёром. Только разрядив три обоймы в него, он заставил его остановиться. К бронетранспортёру не заметно для врага подполз пехотинец и кинул связку гранат. Раздался взрыв и левое шасси разлетелось на части. В бронетранспортёр полетела ещё одна связка гранат и только после него машина загорелась. Люки открылись и из машины показались оствшиеся члены экипажа. Пехотинцы расправились с ними. Бруновски мстительно кивнул и поспешил снова сменить позицию. Несмотря на все старания солдат, орки ворвались в траншеи. Многобашенные танки принялись стрелять вдоль траншей, скашивая пехотинцев. Кто успел нырнуть в блиндажи или укрыться в других линиях остались целы и продолжили бой. Орки не оставались в долгу. Танки расстреливали в упор из своих пушек укрепления, оставляя после себя разрушение и смерть. В ответ люди расползлись по траншеям как крысы, неоднократно заходя в тыл наступающим колоннам. Танки закидывались гранатами и бутылками с горючей смесью. Орочьи экипажи и шедшие за ними штурмовки попадали под перекрёстный обстрел. Орки смело бросались в атаки, оглушительно ревя, при любой возможности переходя в рукопашную. Нательная броня выдерживала лавину винтовочных пуль и стороны сходились в коротких кровавых схватках. Очень скоро Бруновски сменил танки на штурмовиков. Бронебойные патроны справлялись там где не могли винтовки. Орки гибли один за другим, но этого было мало. Топорами и мечами, а в некоторых местах и кулаками, они уничтожали аккадийцев, всё больше углубляясь в оборону. Страшнее всего оказались поджигатели. Неся большие баки на спинах, они заливали всё вокруг горящим топливом, состоящим из летучей смеси газов и жидкостей. Вопли сжигаемых заживо людей деморализующе действовали на защитников. Не сумев быстро прикончить поджигателей, солдаты бежали кто куда мог. Хуже всего были огнемётные танки. После того как с артиллеристами покончили остановить их было не кому. Орки пристально следили за тем чтобы к ним не подобрались с тыла. Бруновски заметил поджигателя беспечно шагающему по полю боя и послал последний оставшиеся патрон. Бак взорвался, превратив орка в факел. Аккуратно положив ставшим бесполезным ружьё, Бруновски достал из кобуры автопистолет. Лёгкое и компактное оружие собрали по схемам имперских инженеров или как они себя называли жрецами Механикум. Во время инструктажа по использованию нового вида личного оружия Бруновски успешно пропустил мимо ушей всё что не касалось оружия. Солдат передёрнул затвор на всякий случай и побежал. Бой постепенно затихал. Бруновски бежал что было сил, находя только мёртвых. Вражеские танки проезжали мимо, паля во все стороны. Штурмовики обыскивали каждый закоулок траншей, добивая выживших. Незаметно для себя бронебойщик оказался рядом со штабом полка. Точнее с тем что от него осталось. Снаряд пробил стену блиндажа и оставил после себя наполовину засыпанную яму. Бронебойщика охватило отчаяние от осознания тщетности всех усилий. Орки перебили полк и двинутся дальше. Он задумался о том что делать. Единственной здравой мыслью ему показалось бежать куда-нибудь подальше, но тут на глаза попалась неповреждённая полевая пушка. Снаряды и гильзы лежали вперемешку с артиллеристами. Бруновски тяжело вздохнул и решил отплатить ксеносам за пролитую кровь однополчан. Он направился к единственной уцелевшей пушке. Бронебойщик взял один из снарядов и загнал в казённую часть. Целится ему даже не пришлось. Бруновски просто навёл орудие и послал снаряд в ближайший четырёхбашенный танк орков. Одна из башен слетела со своего места. Из корпуса показалось пламя. Бруновски в последний раз в своей жизни радостно рассмеялся. Оставшиеся башни повернулись к нему и синхронно выстрелили в ответ.

Дана Нод смотрела на жирное зелёное пятно. Если бы в ней осталось хоть немного плоти, то она бы испытала сильное отвращение. Гололит в очередной раз моргнул и жирное зелёное пятно превратилось в паука, дёргающего за нити паутины. От подёргиваний зелёные клинья меняли свои направления, расползаясь как зараза в теле человека.

— «Хорошая новость. Властелина войны искать не пришлось. Плохая, добраться до него будет сложно»- проговорила она. Её логис имплант рассчитывал десятки схем и последствий действий и не находил ничего, чтобы её удовлетворило.

— «Моя рота возьмёт крепость штурмом, если только мы сможем избавиться от щитов» — заверил её капитан Саламандр.

— «Без поддержки флота это сделать невозможно. Боевых машин слишком много. Придётся пропустить её в город».

— «Я получил сообщение от Вилара. Флот будет готов к бомбардировке через четырнадцать часов, как только будет закончен аварийный ремонт».

— «Тоже самое сообщил и магос Менетий».

Полковник Стаут вгляделся в гололит и произнёс:

— «Орки опережают график наступления на три часа. За это время мобильный резерв перебросит только шестьдесят процентов своего состава. Этого должно будет хватить для прорыва к крепости».

— «Для прорыва, не для штурма. Потери составят восемьдесят — девяносто процентов. Легионеры смогут ворваться в крепость, но численность гарнизона, как и внутреннее строение крепости нам не известно. Мы просто погибнем, не добившись ничего»- отмёл предложение полковника Аксман.

— «А если поддержать прорыв резервом центральной группы? Пусть орки сначала измотаются в городском сражении, а затем мы всеми силами ударим по ним»- предложил Мегрен Вальмон.

— «Не получится. Солдаты не имеют боевого опыта. Вокс-связью обеспечено сорок процентов наземной техники. Командование младшего и среднего звена плохо знает методы ведения мобильной войны. Неизбежны ошибки, а с ними и излишние потери личного состава. Авиация разгромлена. Тяжёлая и осадная артиллерия рассредоточена по всему фронту. Плотность огня будет недостаточной»- Нод покачала головой — «Нас ждёт полное фиаско».

Мегрен Вальмон внимательно слушал имперских командующих, стараясь не упустить ничего, но он не понимал только одного и поэтому спросил:

— «Капитан Аксман, если ксеносы потерпели поражение в космосе и находятся под угрозой масштабной бормбардировки, то почему они не отступят и не рассредоточат свои войска? Ведь Властелину войны должно быть понятно. Время не на его стороне».

— «После уничтожения космического ударного флота ксеносов, жрецы Марса перехватили приказ об активации «атомных поездов». Пока мы в точности не знаем о чём именно идёт речь, но есть подозрения о наличии ракетных комплексов подвижного железнодорожного базирования. Сейчас мы пытаемся установить их местоположение и численность»- объяснил Аксман.

— «Что ж. В таком случае остаётся только ждать и надеяться на благоприятный исход событий»- подвёл итог Мегрен.

Бронепоезд протяжно завыл прежде чем остановиться. Инерция ещё заставляла его двигаться, а орки уже выпрыгивали для того чтобы размяться в поле. Между ними тут же завязывались драки или устраивались спарринги с холодным оружием. В обоих случаях места схваток тут же собирались толпы и зеленокожие на своём языке подбадривали бойцов. Бронепоезд мало чем отличался от остальных. Так же обвешенный различными пушками и выкрашенными в жёлтый цвет орудийными башнями. Броню бронепоезда украшали черепа людей и знамёна из человеческой кожи с написанными на них рунами. Бронепоезд служил одновременно и устрашением и смертельным оружием. Единственным отличием от прочих было то что бронепоезд передвигался по сверхширокой колеи железной дороги. Это намекало на скрытое оружие внутри вагонов. Технодесантник Саламандр Дронар Сток первым заметил это отличие и сразу же сообщил своему капитану. Орбитальные авгуры моментально перестроились на поиск железнодорожных путей и вскоре на тактическом гололите добавилась ещё одна карта. Имперскому штабу сразу стало понятно где искать атомные поезда. Капитан Аксман взял на себя ответственность за поиск и уничтожение. Магос с ним согласилась. Космодесант куда лучше подходил для рейда по тылам противника.

Рота быстро заняла свои места в транспортных отсеках и в небо поднялись «Огненные хищники» и «Штормовые орлы» Саламандр. Корабли шли на низкой высоте, чтобы не привлечь внимание фронтовой авиации. Встреченные по пути ватаги быстро уничтожались «Огненными хищниками». Саламандры стремительно пронеслись через линию фронта и разделились. «Огненные хищники» проследовали вдоль линии фронта в поисках крупных скоплений зеленокожих. Они нападали на аэродромы, ремонтные мастерские, склады и немногочисленные пункты связи, дезорганизовав и без того хаотичное управление ордами зеленокожих. «Штормовые орлы» углубились глубоко в тыл и смогли незаметно высадить космодесантников. Рота оставила отделение своих братьев для охраны «Штормовых орлов» поспешила к первой цели, а транспорт укрыться среди деревьев. Движение атомных бронепоездов постоянно отслеживалось. Зная время и скорость движения Саламандры смогли заблаговременно укрыться, организовав засады.

Орки не заметили присутствия воинов Императора и старались развлечь себя. Но несмотря на орочью беспечность, от взгляда скаутов не укрылись пристальное внимание авгурных систем бронепоезда. Орудийные башни тоже постоянно шарили в поисках целей. Аксман дождался пока поезд окончательно остановиться и активировал заряды. Впереди и позади поезда пути оказались разорваны . Вместе с взрывами поднялись Саламандры. В своей ярости орки не стали укрываться за бронёй поезда. Возмутительно заревев они накинулись на космодесантников, бездумно прикрыв тем самым Саламандр от собственных орудий. Космодесантники побежали навстречу оркам, стремясь быстрее добраться до бронепоезда. Орков расстреливали из болтеров, а как только они приблизились в ход пошли мельты и огнемёты. В толпе орков образовался разрыв и Саламандры, выставив щиты, бросились в него. В ответ заговорили башенные орудия, но за секунду до них из укрытий открыли огонь автоматические турели «Тарантул», оснащённые набором спаренных лазпушек. Единственный выстрел лучом испепеляющего света турели уничтожал бронированные орудийные башни орков. Воспользовавшись замешательст-вом, Саламандры добрались до вагонов поезда. В амбразуры влетели потоки плазмы и внутри вагонов послышались приглушённые крики боли. Двери расплавили мельта-зарядами и штурмовая группа космодесантников ворвались внутрь бронепоезда. В яростном ближнем бою в тесноте вагонов бронепоезда, орки не смогли противостоять элитным воинам Империума. Орки не предусмотрели возможность вторжения внутрь бронепоезда и поэтому оказались неспособны отразить вторжение. Пытаясь хоть как-то задержать Саламандр, орки баррикадировали переходы, спешно устраивали огневые точки, но всё было тщетно. Прикрываясь абордажными щитами, Саламандры неуклонно шли, очищая вагон за вагоном от орков. Щиты поглощали плотный вражеский огонь, позволяя космодесантникам прорываться дальше. Проходы расчищались огнём болтеров и осколочными гранатами. Применять внутри бронепоезда огнемёты и мельты Аксман поостерёгся. Несмотря на свой гений в создании различных машин, орки часто были крайне небрежны в их сборке. По неизолированным кабелям мог быть бежать ток, движущиеся части машин работать без защитных кожухов, а баки с прометием протекать. Пока внутри бронепоезда разворачивалась резня, снаружи бой принимал всё более ожесточённый характер. Орудия бронепоезда не могли поразить космодесант-ников и излили свой гнев на автоматические турели. Оставив команды сдерживания, орки высыпали из вагонов и попытались обойти Саламандр. Но и тут усилия ксеносов оказались тщетны. Саламандры выстроили из щитов импровизированную стену и вели прицельный огонь. Стаб-оружие орков не могло пробить щиты и доспехи. Не прошло и часа сначала боя как всё было кончено.

Дронар Сток возглавил штурмовую группу. Продвигаясь по вагонам он испытывал сильное отвращение от увиденных ксенотехнологий. Первыми вагонами от локомотива оказались вагоны-общежития. Они попадались и дальше, разбросанные по составу. Как правило обстановка в них была идентичной. Грубо сваренные койки и столы. Развешенное мясо. Куча сваленного вдоль стен мусора. Вагоны-общежития разделяли технологические вагоны. Дизель-электростанция, мастерская-аппаратная, полная всяких контрольно-измерительных приборов и станков, склад запчастей и командный пункт. Командный пункт был битком набит когитаторами систем боевого управления и пультами. Очистив помещение, Дронар Сток подошёл к когитаторам и, прошептав литанию защиты, подключился к ним. Дух ксеномашины возмутился наглому вторжению и попытался сжечь разум технодесантника. Но благословлённый Омниссией дух доспехов Стока отразил нападение и жёстко сокрушил злобную волю духа бронепоезда. Тот пал и смиренно покорился, предоставив полный доступ к системам бронепоезда. Технодесантник отключил все оружейные системы и потратил немного времени для изучения информационных хранилищ, после чего связался с капитаном. Аксман ответил незамедлительно:

— «Слушаю».

— «Бронепоезд захвачен, а его дух сокрушён. Обнаружена связь с другими атомными поездами и передвижной крепостью. Возможно использование ракетного вооружения».

— «Цель и назначение машины?»- моментально спросил Аксман.

— «Назначение — Боевой железнодорожный ракетный комплекс. Двигательная установка -локомотив с ядерной энергетической установкой. Боеприпасы — орбитальные стратегические ракеты с разделяющейся ядерной боеголовкой, мощность каждого блока — девять мегатонн. Число ракет — три единицы. Цель — уничтожение кораблей на орбите планеты. Анализ данных. Согласно данным на вооружении имеются двенадцать ракетных комплексов аналогичной конструкции»- безэмоциональным голосом ответил Дронар.

— «Вероятность перехвата управления ракет удалённым доступом?»- осведомился Аксман.

— «Минимальная, но возможно с вероятностью двадцать процентов»- тем же голосом ответил Дронар.

— «Скопируй данные инфохранилищ. Позже передадим Механикум для исследования. Наведи ракеты на остальные атомные поезда и затем уничтожь».

— «Выполняю» — коротко ответил технодесантник.

Сирены по всему бронепоезду взвыли. Загорелись лампы красного цвета и из динамиков раздался грубый голос ксеноса, орущим что-то на своём языке. Аксман отдал команду о эвакуации. Космодесантники установили заряды и поспешили к месту сбора. Дронар Сток остался один. Орки всегда собирали смертоносную технику как для врагов, так и для самих себя. По этой причине братья оставили Стока. Из всей роты только он один мог запустить ракеты, поскольку был обучен таинствам техноаркан на самом Марсе и принести ксеносам заслуженное возмездие за загубленные жизни. Люки пусковых установок открылись и гидравлика поставила ракеты вертикально вверх. Дронар сверился с координатами других атомных поездов, дождался пока закончится отсчёт и запустил ракеты. Пламя вырвалось из сопел ракет и они одновременно плавно поднялись над поверхностью. Вдруг пламя исчезло и в один краткий момент показалось что они рухнут, но, развеивая любые сомнения в орочьих инженерных умениях, пламя вновь вспыхнуло и ракеты устремились в небо. Аксман проводил взглядом ракеты, оставляющих яркие следы в закатном небе и велел всем грузиться в «Штормовые орлы».

Огромная волна цунами обрушилось на Аква Селек. Все линии обороны ощутили на себе тяжесть удара. В небе плыло неисчислимое количество самолётов. Проходя над укреплениями они сбрасывали тонны бомб и неуправляемых ракет. Зенитные расчёты посылали столько же снарядов в ответ. Самолёты ксеносов из небесных кораблей превращались в бомбы, неся смерть всем кому не посчастливилось оказаться внизу. Властелин войны испытал оборону на прочность и найдя её крепкой, сменил молот на рапиру. Ватаги танков и прочей тяжёлой техники перестроились и сформировали клинок, который наносил колющие удары и пробивал броню укреплений. Создав брешь орки веером расходились, расширяя место прорыва и тут же перестраивались для взлома следующей линии. За сутки орки смогли взломать оборону и ворваться в город. Отряды штурмовиков оставались для прикрытия флангов. Анри Нивель организовал ряд контратак в надежде сломать клинок наступления, но все они были отбиты с тяжёлыми потерями для обоих сторон. В самом городе клинок застрял, уткнувшись в мешанину домов. Орки сносили каждый дом. В танки и шагоходы медленно ползли среди щебня и сожжённых машин. Ксеносы обыскивали каждый закоулок и натыкались на многочисленные ловушки. Смерть собирала обильный урожай из душ погибших. Единственным действенным оружием в распоряжении Нивеля остались новые системы реактивной артиллерии, созданные техножрецами. Конструкция новых боевых машин была проста и эффективна. В сжатые сроки по требованию техножрецов правительство Акадии собрала со всей территории своей империи грузовые автомобили повышенной проходимости. Кузовы убрали и установили рельсовые направляющие и устройства наведения. В задней части машины находились два домкрата, обеспечивающие большую устойчивость при стрельбе. Главной боевой частью стали реактивные снаряды. Совместное применение десятков ракет одновременно также создавало интерференцию взрывных волн, что ещё более усиливало поражающий эффект. Когда две волны детонации встречались, газовое давление взрыва в месте встречи резко возрастало, вследствие чего осколки имели значительно большее ускорение и разогревались до восьмиста градусов и имели хорошее зажигающее действие. Металл плавился, сжигая заживо экипажи. Атакующие орки сгорали во всепоглощающем огне, но не могли остановить волны ксеносов. В места, где атакующие ватаги орки захлёбывались, Властелин войны отправил свой главный резерв, псайкеров-чудил. Чудилами служили сосредоточием психической силы орков, подсознательно генерируемой всеми зеленокожими, — энергией, что связывает их всех воедино. Вокруг голов чудил начинали сверкать вспышки, из глаз летели искры, а изо рта, носа и ушей сочились струйки чистой энергии. Зелёные молнии разрывали врагов в клочья и приводили зеленокожих в состояние неистовой агрессии. Здание банка содрогнулось и с потолка посыпалась штукатурка. Нивель снял фурашку и стряхнул с неё пыль, затем смахнул её с карты города. Амар Альбер прочертил новую линию на карте и произнёс:

— «Парковый район окончательно потерян. Контратака 239 полка отбита. Его остатки отошли на исходный рубеж».

— «Передай четвёртому реактивному дивизиону накрыть весь район»- бросил в ответ Нивель. В подвал незаметно для всех спустился незнакомый офицер. Он бросил короткий взгляд и найдя командарма, направился к нему.

— «Полковник Анатоль Сенешаль. 73 гвардейский пехотный из 2 резервного корпуса»- представился офицер.

Нивель посмотрел ему в глаза и в место традиционного приветствия подошёл и обнял Сенешаля.

— «Ты как раз вовремя. Оборона сыпется. Орки уже забрали себе вокзальную площадь и теперь тебе предстоит её вернуть. Берите как можно больше гранат. Бросил гранату и вперёд, залёг, снова бросил и снова вперёд. Крадитесь между развалинами и остовами танков как крысы, но отбейте. Вокзал должен функционировать во чтобы то ни стало. Не считайтесь с потерями. Судьба города, а может и всей битвы в ваших руках».

Сенешаль выслушал наставления Нивеля и откозырнув, покинул штаб. Нивель устало опустился на стул. Амар протянул флягу командующему:

— «Бурбон. Выпейте, вам не помешает снять напряжение».

Нивель благодарно кивнул и отхлебнул из фляги.

— «Спасибо, но вряд ли поможет. Неистовство ксеносов никак не удаётся погасить. Половина города в их руках, а первые сутки ещё не прошли».

— «Не обращайте внимания. Оборона города ещё крепка. Пусть ползают себе по развалинам и истекают кровью, легче будет скосить этот колос»- успокаивающе сказал Альбер. Нивель обратил внимание на карту. Ксеносы пробили себе дорогу внутрь Аква Селек, но эта дорога была похожа на тонкое бутылочное горлышко. Все три линии обороны оставались на месте и пусть они не представляли одну сплошную линию, полки продолжали сражаться, не позволяя расшириться прорыву.

Бронепоезд остановился у самого края развороченной железнодорожной колеи. Из вагона поднялся длинный ствол гаубицы и раздался первый выстрел. Снаряд попал в бывшую колокольню. Башня содрогнулась и рухнула, похоронив корректировщиков. Отряд оков перемахнул через неё и углубился в храмовый комплекс. Из окон собора заговорили пулемёты. Упали первые погибшие, но орки продолжали бежать. Гаубица снова выстрелила и крыша собора обрушилась. Пулемёты замолчали, к радости атакующих и орки ворвались в здание. Прикончив выживших, они тут же занялись восстановлением опорной точки. Через полчаса гарнизон контратаковал. Вручную выкатив полевые пушки, солдаты в упор обстреляли стены собора, проделав бреши и пехотинцы устремились в них. Артиллеристы поддержали атаку осколочными снарядами. В замкнутом помещении собора укрыться от шрапнели было негде и орки израненные, но ещё живые стали лёгкой добычей. Перебив ксеносов, солдаты заняли руины собора и занялись тем же, чем полчаса назад делали орки. Такое повторялось по всему городу. Руины переходили из рук в руки. Не редко враждующие стороны разделяла стена или лестничный пролёт. Всё что могло послужить укрытием занималось отрядами людей или ксеносов и превращалось в рубеж обороны. Ночь сменила день, а в городе было по прежнему светло. Многочисленные пожары освещали метр города, не оставляя теням ни шанса на существование. В дополнении к ним на горизонте расцвели грибы ядерных взрывов. Ударные волны вызвали сильные помехи в атмосфере и вокс-связь на время прекратила вещание. Дрожь ощутилась по всему региону. Орки, те кто был ближе всего к взрывам, упали на землю. С неба посыпались самолёты зеленокожих, когда их достигла ударная волна. Люди не знали что именно произошло, но всё равно воодушевились, поскольку взрывы виделись на территории ксеносов. Несмотря на разрушения, за пределами города продолжала без остановочно громыхать тяжёлая артиллерия. Отличить где свои, а где чужие не могла ни одна из сторон. Огонь открывался по первому требованию, часто накрывая залпами свои отряды. Нивель сстарался грамотно использовать дивизионны реактивной артиллерии. Машины опустошали боеприпас и уносились с места до того как туда прилетал ответ. В гуще сражения мало кто обратил внимание на ядерные взрывы. Обе стороны продолжали убивать друг друга, ни на что не обращая внимания.

Гололит померк и не зажёгся снова. В штабе воцарилось молчание, прерываемое только щёлканьем вокс-передатчиков. Мегрен Вальмон удивлённо посмотрел на него и спросил:

— «Что произошло?».

Магос какое-то время молчала, закрыв глаза и, только после того как гололит снова загорелся, ответила:

— «Идёт обновление данных. Капитан Аксман использовал оружие орков против них. Атомные поезда оказались ещё одним средством космической обороны. Интересно, откуда орки смогли взять материалы?».

Её холодный взгляд пронзил Мегрена. Вальмон поёжился и пожал плечами:

— «Не знаю. Очередные чудеса ксеносов?».

— «Надо будет разобраться. У них ещё осталось две ракетных установки. Уничтожить корабли у них теперь не удастся, но использовать для возмездия вполне».

— «Тогда их уничтожение — первостепенной важности».

— «Саламандры уже заняты этим»- успокоила Вальмона магос.

Взрывы на короткое время ослепили авгуры атомного поезда, чем незамедли-тельно воспользовался капитан Саламандр. Атмосфера ещё содрогалась, а «Штормовые орлы» космодесантников мчались на полной скорости к цели. Пилоты проявили недюжее мастерство в ручную наведя ракеты на атомный поезд. Ракеты отсоединились от крыльев и устремились к бронепоезду. Броня не выдержала и ракетный комплекс разодрало на части. По орудийным башням застучали болты. Орки открыли ответный огонь, но уже было поздно. «Штормовые орлы» активировали ракетные установки, установленные в корпусах транспортников. Новая волна ракет оставила кучу покорёженного металла. Космодесантники покинули десантные отсеки и побежали к вагонам с ядерными ракетами. Остановить их никто не пытался. Немногие выжившие предпочли бегство, Саламандры не дали им этого сделать. Безжалостно расстреляв беглецов, сыны Вулкана заминировали остатки ракетного комплекса и покинули поле боя.

— «Кадор Вилар»- позвал Аксман по вокс-связи.

Атмосферные колебания ещё создавали помехи, но через них уже можно было прорваться.

— «Капитан, слушаю вас»- услышал сильно искорёженный голос Аксман.

— «Необходимо срочно провести бомбардировку по координатам сорок градусов семнадцать минут пятьдесят минут северной широты и сорок девять градусов тридцать минут восточной долготы».

— «Слушаюсь. Бомбардировка через три минуты».

«Штормовые орлы» поднялись в небо и отправились в расположение Легио. В ту же минуту ракетная шахта фрегата «Плеяда» опустела. Когда транспортно-боевые корабли пересекали линию фронта далеко позади них расцвёл огненный цветок.

— «Отчёт. Крейсер «Огмиос» готов приступить к бомбардировке. Время выхода на нижнюю орбиту — две минуты».

— «Запрос. Орбитальная бомбардировка. Цели — согласно тактической информации. Файл е32фц. Запрос. Бомбардировка дополнительной цели — примечание «Мобильная крепость» — зарегистрировано наличие силовых щитов. Приоритет — бомбардировка основных целей».

— «Ответ. Расчёт произведён. Орбитальная бомбардировка по основным и дополнительным целям через одиннадцать минут двадцать семь секунд. Смерть врагам Бога-Машины».

Жители Экрона давно не помнили как выглядят атомные взрывы и орбитальная бомбардировка. В забытую эпоху восстания машин планета подверглась опустошению и затем восстановлена в последующие тысячелетия упорным трудом бесчисленных поколений людей. Но битва при Аква Селек напомнила жителям об этом. Атомное пламя разожгло огромный пожар в регионе. Леса горели, водоёмы и ручьи пересыхали от жара, местность отравлялась радиацией. Весь тыл фронта зеленокожих горел. Пытаясь спастись от неминуемой смерти из-за огня и радиации, зеленокожие по всему фронту накинулись на позиции людей, стремясь опрокинуть защитников во чтобы то ни стало. Утихший фронт вспыхнул с новой силой.

Корабли опустились на орбиту и на поверхность обрушился весь имеющийся арсенал. Лазеры и макроснаряды падали на головы орков, не оставляя ни малейшего шанса выжить. Броня бронетехники не была рассчитана сопротивлению такой разрушительной силы. Это была не точечная бомбардировка, применявшееся ранее. А опустошительное планомерное истребление. Нельзя было ни убежать, ни спрятаться. Орочьи ватаги, ведущие ожесточённые бои за город, миновала печальная судьба, постигшая зеленокожие орды за пределами города. Магос Менетий и мастер флота Саламандр Кадор Вилар стреляли по площадям, стремясь уничтожить как можно больше техники орков. Защитникам Аква Селек предстояло самим уничтожить орков.

Магос Дана Нод терпеливо изучила тактическую информацию и удовлетворившись результатами работы авгуров бросила пару прощальных слов Мегрену Вальмону. Тот просто кивнул ей в ответ и вернулся к управлению войсками. Полковник Стаут последовал вслед за магосом. Не сказав друг друга ни слова, они разошлись по ждущим их шаттлам. Несмотря на немногословность, все трое командующих знали что надо делать. Наступило время третьей фазы. Шаттлы поднялись в небо и как только они приземлились в местах назначения, в движение пришли свежие имперские резервы. Семьдесят тысяч акадийских солдат шли под знаменем Империума Человечества по опустошённой бомбардировкой земле, неся мщение за убитых соотечественников. Их тела прикрывала имперская броня, состоящая из нескольких слоёв композита абляционного и амортизирующего материала, способного поглотить и рассеять большую часть кинетической и термической энергии, и эффективно защищающего против пуль, лазерных лучей, осколков и близких взрывов. Избранные из тысяч солдат акадии гордились оказанной честью и готовы были оправдать возложенные на них ожидания.

Колло шёл в одном строю со своими солдатами. Танки «Леман Русс» двигались чуть впереди, прикрывая пехотинцев. Чуть позади строя пехоты следовали боевые машины пехоты «Химеры». Для Колло, как и для всех прочих акадийцев, имперская техника внушала уважение и надежду на выживание. Жрецы Механикум оснастили БМП «Химера» пакетами первой помощи и радиостанциями, позволяющими пехоте вызывать огонь артиллерии и быть в курсе общей ситуации на поле боя. Кроме этого, объёмный грузовой отсек «Химеры» перевозил большое количество боеприпасов, что во время боя могло оказаться очень кстати. В башнях большинства «Химер» установили мультилазеры. Никто из акадийцев не знал точно про это имперское вооружение, но на учениях показали как стволы мультилазеров обрушили на мишени поток испепеляющей энергии. Боевым офицерам сразу стала видна способность мультилазеров косить ряды лёгкой пехоты врага и уничтожать лёгкую бронетехнику. Помимо боевых моделей «Химер» в войска поставили командирские и санитарные машины. Командирские модели имели мало места для экипажа, зато битком набиты вокс-аппаратурой. Но больше всего солдат впечатляли санитарные машины. До них раненых с поле боя выносили на себе санитары. Тащить истекающих кровью людей через всё поля боя под огнём противника являлось трудной задачей. На плащ-палатках, собственных плечах, ползком, под постоянными обстрелами. И первую помощь раненым оказывали чаще всего под обстрелом. Сейчас же к раненому могла подскочить «Химера», прикрыть своей бронёй и вывезти человека прочь. В снаряжение санитара входили бинты и обезболивающий наркотик. В санитарной «Химере» можно было найти разное медицинское оборудование, от аптечки до реанимационных приборов.

— «Интересно, а как оснащены первые полки отправившиеся в космос по требованию Терры?»- промелькнула мысль у Колло.

Люди размеренно шли по опустошённой местности, выискивая выживших ксеносов. Удивительно, но они находились среди груд покорёженного металла, бывших недавно грозными машинами войны. В свирепых криках зеленокожих Колло слышал не прикрытое отчаяние. Они не просили о пощаде и не пытались убежать или спрятаться. Оставаясь верными своей природе, они бросались в бой и умирали. Имперская армия уничтожала всех на своём пути. В последних рядах наступающих колон следовали огнемётчики. Они сжигали ксеносов предотвращая ксенозаражение.

— «Ударный отряд «Гоплит», смените направление на юго-западное» — услышал Колло приказ в вокс-бусине.

— «Зачем?» — поинтересовался он.

— «Крепость орков ещё функционирует. Основные силы пойдут на штурм. Авангард продолжит зачистку местности» — объяснил вокс-оператор.

— «Приказ понял. Исполняю» — отозвался Колло. Колоны развернулись и последовали по указанному направлению. Авангард покинула большая часть танковых соединений и лязгая гусеницами покатились вперёд, обогнав пехоту.

Колло рассматривал крепость орков в бинокль, сидя на броне «Химеры». Удивительным образом она не пострадала при орбитальной бомбардировке. Медленно она катилась туда откуда пришла, но не могла сравниться со скоростью имперской бронетехники. Её обходили со всех сторон, держась на почтительном расстоянии, как стая волков преследующая добычу. Как только кольцо сомкнулось каждый солдат услышал голос полковника Стаута, передаваемый через все вокс-динамики.

— «Акадийцы перед вами находится пристанище того кто принёс войну в ваш мир. Властелин войны, как в своём высокомерии называет себя трусливый ксенос, прячется за стеной своей крепости. Он бросил своих сражающихся родичей и убегает прочь от вашего гнева. Не дайте ему сбежать. Пора вытащить его из логова и отомстить за погубленные жизни. Вперёд. В атаку. Не знайте жалости» — вещал полковник.

Его слова воодушевили солдат и они одновременно со всех сторон бросились на стены крепости. Танки послали град снарядов как только достигли эффективного расстояния дальности орудий. Наводчики не целились. Крепость была прекрасно видна среди выжженной пустыни. Остовы орочьей техники стали укрытием, а «Химеры» передвижными щитами для отрядов пехоты. Крепость тоже не осталась в долгу. Как только о её стены застучали первые снаряды, она ответила. Ураган ответного огня разорвал передовые танки. Появились первые убитые и раненые. Акадийцы шли на приступ сквозь завесу огня и стали, не обращая внимание на потери. Заплатив кровавую дань, акадийцы приблизились вплотную и увидели помятые, но не пробитые стены крепости. Небольшое число мелких башенок В «Химеру» влетел ослепительный шар сверхнагретой материи и она исчезла в пламени взрыва. Ударная волна опрокинула Колло на землю. Оглушённый капитан почувствовал как кто-то схватил его за ворот и потащил по земле.

— «Ты в порядке? Ран не видно» — услышал он голос своего друга Атталя.

— «Всё хорошо» — глухо отозвался Колло. Звон в ушах заглушал битву, движения вокруг казались замедленными. Колло постарался собраться и окинул поле боя. Сама крепость пострадала слабо, танкисты смогли повредить или уничтожить большинство автопушек и небольшое количество орудийных башен, а вот сами стены оказались не по зубам.

— «Проклятье! Атака захлебнулась. Нам нужна тяжёлая артиллерия» — гневно прошептал он. Капитан повернулся к Атталю и приказал:

— «Вольт, пробегись и собери всех кого сможешь, после дуйте со всех ног к основанию крепости. Я пойду в противоположную сторону и сделаю тоже самое. Если достигните стен, постарайтесь найти вход. Не важно где».

Атталь кивнул и оба офицера побежали собирать залёгших за укрытиями солдат. Капитан не был единственным кто решил во чтобы то ни стало достичь крепости орков. Мало по малу отделения пехотинцев под прикрытием своих танков и остовов орочьих достигли стен крепости. Они моментально рассредоточились и принялись искать возможность проникнуть внутрь. Первым делом установили мельта-заряды на бронированное шасси и сильно его повредили. К сильному неудовольствию главного меха крепость вынуждена была остановиться. Тогда пехотинцы подорвали мельта-зарядами стены и проделав небольшую брешь, устремились внутрь. Там уже их уже ждали. Первые пехотинцы прошедшие через брешь тут же пали, будучи расстрельными в упор. Орки предвидели такую возможность и укрепили нижнюю палубу пулемётными гнёздами и щитоносцами. Акадийцы оказались зажатыми с двух сторон. В проломе на укреплённых позициях людей ждали орки. Укрыться от их огня было негде, а с другой стороны, с высоты верхней палубы, орки радостно палили по снующим внизу людям. Капитан Колло отрядил половину солдат под командованием Вольта Атталя для уничтожения стрелков верхней палубы. Сделать это оказалось крайне трудно, если не невозможно. Орков укрывал от выстрелов зубчатый парапет и они могли прекрасно видеть что твориться внизу. Акадийцам же прятаться было негде. Стоило только отойти к подбитой или уничтоженной техники, как люди попали под обстрел орудийных башен и оставшихся автопушек. Оставаться у стены также было невозможно, люди были у орков как на ладони. Пробиться внутрь также невозможно. Из вокс-переговоров капитану стало ясно, что штурм провалился. Доклады от оставшихся батальонных и ротных командиров нарисовал картину полного поражения. Колло видел единственный выход из создавшегося положения. Отступление. Он активировал вокс-передатчик и вызвал штаб:

— «Гоплит один, говорит гоплит три. Приём».

— «Слушаю гоплит три»- услышал Колло голос Гиндена.

— «Мы застряли у бреши. Прорваться в крепость не представляется возможным, как и оставаться на месте. Для прорыва необходима поддержка тяжёлой артиллерии или разрешение на отход».

— «Гоплит три. Командованию прекрасно известно о положении. Окопайтесь и держите позицию. Подкрепления уже высланы».

— «Гоплит один. Приказ принял».

Колло плюнул на землю и зло подумал:

— «Окопайтесь. Командование вообще знает что скоро нас всех здесь перебьют?».

Командование не просто знало об этом. Холодный кибернетический разум Механикум учёл успехи и неудачи, потери в людях и технике, возможности исхода штурма и вероятности хода боя и свёл в единую формулу, в решении которой нашлось оптимальное решение.

Орки увлеклись истреблением акадийцев и на время забыли об экранах авгуров, что предупреждали о появлении в небе хищных птиц. Археоптеры Механикум спикировали с высоты и очистили верхнюю палубу залпами фосфорных и лазерных пушек от присутствия ксеносов. К окровавленной палубе опустились «штормовые орлы» и отряды космодесантников спрыгнули на неё. Как только сабатоны коснулись металлического настила Саламандры устремились к основной башне крепости. Расчёт орудий состоял из низкого роста, но мускулистых орков. Снаряды подавались элеватором из зарядного хранилища. Элеватор издавал страшный шум, с усилием поднимая снаряды. Из-за грохота орки не услышали как Астартес ворвались в башню. Бойня не заняла много времени и орудия башни умолкли. Аксман посмотрел на работающий элеватор и приказал брату-сержанту Гриону установить на нём заряды взрывчатки. Грион немедленно выполнил приказ, установив заряд между ставшими ненужными снаряды и взвёл таймер. Элеватор закончил круг и начал спускать груз в хранилище. Секунды медленно текли, Саламандры покинули башню и на короткое время покинули крепость, в ожидании взрыва. Время атаки, от нападения до отступления, заняло не более семи минут. Таймер закончил отсчёт в тот момент когда снаряды опустились в хранилище. Взрыв бомбы поддержали снаряды рядом лежащие снаряды. Возникла цепная реакция и всё хранилище сдетонировало. Взрыв разнёс все переборки и стены на своём пути. Огненная волна разошлась во все стороны, прошла через казематы и верхние уровни крепости, сжигая экипаж и гарнизон заживо. Проникнув в вентиляционные шахты, пламя прошло глубоко вниз в машинное отделение. Небрежно сложенные бочки с прометием вспыхнули от жара. Вспыхнувший пожар перекинулся на масленную систему крепости. Трубопроводы масленной системы имели множество небольших утечек, из-за чего палуба и трубопроводы были покрыты тонким слоем масленной смазки. Мех, отвечающий за машинное отделение, успел активировать грубую, но надёжную систему пожаротушения, прежде чем пламя сожрало его. Из оросителей хлынула пена, прекратившая распространение пожара. Но пламени хватило того отрезка времени, чтобы прикончить весь обслуживающий персонал. Взрыв разрушил несущие конструкции и палубы обрушились вниз, похоронив под собой всех кто был на нижней палубе. Мощь взрыва была такова что стены в месте взрыва вздулись, а верхняя палуба взлетела в воздух. Главная орудийная башня оторвалась от корпуса и рухнула вниз. В своей глупости орки не установили герметичные двери, способные сдержать разрушительную силу. Смяв переборки, огонь не встречая никакого сопротивления захватил командный мостик крепости, вокс-рубку, оружейный арсенал и генераторную крепости. Все кто там находился погибли.

Колло лихорадочно раздумывал о том как выйти выполнить приказ, а на ум ничего не приходило. В это время убитых становилось всё больше. Капитана уже начинала захватывать паника, как его размышления прервал властный голос раздавшийся по вокс-связи:

— «Гоплит три. Саламандр один».

— «Саламандр один. Гоплит три слушает».

— «Отойдите от стены. Через семь минут произойдёт взрыв».

— «Выполняю».

Колло подал знак подчинённым и вскинув лазерную винтовку попятился назад, не забывая вести подавляющий огонь по парапету. Солдаты последовали примеру капитана и отступили от подножья стен. Во время отступления акадийцев, орки успели убить и ранить не мало солдат, но на этом их удача закончилась. Акадийцы не видели как с небес в крепость опустились транспорты и как они покинули её. Поэтому все удивились когда крепость издала протяжный стон и деформировалась от внутреннего мощного взрыва. Акадийцы закричали от радости,смотря на разрушение твердыни, из-за этого незамеченными для всех на землю опустились «штормовые орлы». Солдаты забыли о орках и крепости и собрались в кучу чтобы воочию увидеть Ангелов Смерти Императора. Саламандры позволили простым смертным отвлечься от боя и не высказали никаких замечаний. Один из Саламандр подошёл к Колло и обратился:

— «Капитан, вы остались единственным старшим офицером. Окажите помощь раненым. Организуйте эвакуацию. Выставьте охранение вокруг крепости. Ни одному орку нельзя позволить сбежать. Я и мои братья зачистим остатки крепоти от ксеносов».

Отдав распоряжения Астартес направился по направлению к крепости. Колло выслушал Астартес с благоговением и сразу же принялся за выполнение приказов. Акадийцы с воодушевлением принялись за их выполнение. Все понимали — сражение закончилось и на короткое время война закончилась.

Когорта «Латан» Легио Кибернетики выстроился в идеальные боевые порядки глубоко в тылу орочьих позиций. Легио никто не препятствовал благодаря магосу Менетию и орудиям крейсера «Огмиос». В центре построения находились роботы Механикум и шагоходы «Онагр». «Онагры» и «Кастелаксы» сформировали переднюю линию. Над ними парили «Вултараксы». Во второй линии стояли «вораксы» и «сцилаксы». Между роботами прятались их поводыри-надзиратели дата-кузнецы Механикум. На флангах встали скитарии и сервиторы при поддержке танков «Скорпиус». Позади армии Механикум под защитой «Катафронов» расположился разум и воля когорты магос-доминус Дана Нод, в своём «Лендрейдере». Сознание каждого сервитора, скитария и робота были связаны с разумом магоса. Она могла наблюдать за полем боя через органы чувств своих подчинённых и подопечных, а равно и следить за их состоянием и вести чёткий контроль за их действиями. Прежде чем отдать приказ, магос обновила тактическую информацию. В её разуме появилась копия картины битвы в Аква Селек, отображаемой на гололите штаба имперской армии. После завершения обновления, она выбрала наиболее оптимальные решения, отобразила маршруты движения, составила обзор тактической обстановки, суммировала в цифровой контейнер и послала его альфам кладов. Те раскрыли контейнер и, на основе вложенной в него информации, разработали собственные решения и написали программы поведения подчинённым им кладов. Всё действие заняло не более минуты и как только подтверждающие коды достигли разума магоса, раздалось последнее указание.

— «Альфы кладов, ширина прорыва девять километров. Город полностью разрушен. Две третьи находится под контролем ксеносов. В городе присутствуют очаги сопротивления сил планетарной обороны. Первоочередная цель — полное уничтожение ксеносов. Второстепенное — оказание помощи силам планетарной обороны. Соблюдать построение. Начало операции «Очищение» через пять секунд».

Ровно через пять секунд каждый слуга Омниссии сделал первый шаг.

Ватаги орков повинуясь последнему приказу Властелину войны всё ещё вели бои за расширение коридора. Штурмовики планомерно уничтожали постоянно контратакующих акадийцев. Орбитальная бомбардировка ничуть не уменьшила энтузиазма орд. Сила «Ваагх» вела их только вперёд, навстречу доброй драки. Бронепоезда лишились возможности манёвра, но орки только обрадовались представленной возможности. Машинисты и охрана зеленокожих оставили бронепоезда и поспешили присоединиться к своим братьям. Люди-рабы пугливо собрались у бронепоездов, моля своего Бога смилостивиться над ними и спасти их от смерти. Долго ждать спасения им не пришлось. «Вултараксы» выявили слабые точки бронепоездов и автоматоны Механикум точно направили заключённую в них мощь Омниссии. Завидев на горизонте войска Механикум рабы не стали ждать первых выстрелов и несмотря на крики надсмотрщиков, принялись разбегаться в разные стороны. Обездвиженные бронепоезда стали лёгкими целями. Надсмотрщики успели сделать только один залп по рабам и пали замертво от метких выстрелов Механикум. Когорта миновала уничтоженные бронепоезда и углубилась в коридор прорыва. Боссы орков не ожидали появления в своём такой сокрушающей силы. Боссы орков разворачивали свои ватаги для отражения наступление, но мало что могли поделать. Панцирная броня защищавшая штурмовиков до этого момента оказалась бессильной. Танки и шагоходы являлись приоритетными целями и гибли в ослепительно-голубых лучах света. Лишившись поддержки тяжёлых орудий, штурмовики не могли сдержать наступление. Пули и ракеты штурмовиков разбивались о силовые поля «Онагров» и «Кастелаксов», не причиняя ни малейшего вреда когорте. Следующие по флангам улучшенные кибернетической техномагией клады Механикум прекрасно видели всех ксеносов в сфере своей ответственности. Первыми покарали орков, несущих на себе кибернетические импланты. Для скитариев грех использования кибернетики был куда более тяжким, чем опустошение человеческой цивилизации. Вторыми целями стали вожаки зеленокожих. Укрыться или спрятаться от вездесущего взора скитариев не представлялось никакой возможности. Карающая длань Механикум собирала свой урожай. Число захваченных в перекрестья прицелов и затем уничтоженных целей заполняла банки данных скитариев. Для акадийцев появление когорты «Латан» оказалось таким же сюрпизом. Скитарии, подобно косе, штабелями сваливали ксеносов на землю В местах где ксеносы погибли, немедленно заполнялись отделениями пехотинцев. Они занимали очищенные от присутствия орков окопы и, оставив небольшие отряды для прикрытия, присоединялись к наступлению. Численность наступающих постепенно увеличивалась. Магос через альф скитариев велела акадийским полкам укепить фланги и не допустить прорыва любой ценой. Разорванная линия фронта снова стала сплошной. Орда орков оказалась в окружении. Зеленокожие яростно сопротивлялись. Для них не имело никакого значения, в окружении они или нет. Битва получила новый импульс, сделавший битву только интереснее. Весть о появлении сильных механических людей распространилась со скоростью пожара в сухом зимнем лесу. Они прекратили истребление «слабых людишек» и бросились на когорту Механикум. Со всего города к движению наступления слуг Омниссии стекались потрепанные, но воинственные ватаги орков. К явной радости акадийцев из города бежали все штурмовики с остававшейся техникой и вскоре оставались только гретчины. Движение когорты замедлилось из-за возростшего сопротивления. Магос приказала когорте остановиться и придвинула вторую линию ближе к первой, позволив оркам добровольно нестись навстречу смерти. В узком коридоре бывшего пути наступления возникли свалки подбитой техники. Орда начинала рассыпаться, по мере того как орки лишались своих командиров. Ватаги пытались обойти препятствия, но наткнулись на ожесточённое сопротивление акадийцев. На наиболее слабых участках обороны в небе появлялись «Вулкараксы». Потушив яростный порыв орков прорваться через «слабых людишек» и обойти боевые порядки когорты, они отступали для перевооружения. Битва превратилась в бойню, в которой у зеленокожих не было ни малейшего шанса. Поняв всю бесперспективность контратаки, орки начали возвращаться в город. По указанию Нод когорта пришла в движение. Скитарии беспрепятственно обошли стороной свалку бронетехники и вошли на окраину города, продолжая истребление.

Анри Нивель скрепя сердце был вынужден оставить свой штаб, после того как штурмовики ворвались в здание банка. Охрана штаба сделала всё возможное, чтобы выбить орков, но не преуспела в своих усилиях. Нивель отправил в бой всех кого смог и при первой возможности эвакуировал наиболее ценные кадры. Вокс-аппаратуру разбили вдребезги, карты обороны города, ставшие уже не нужными, сожгли. Командарм покинул штаб одним из последних. Пробираться к своим пришлось через разрушенный город. Где ползком, где короткими перебежками. 897 полк пожертвовал собой для безопасного выхода персонала и командования штаба. Полковник Раус Скалин повёл своих солдат в последнюю атаку на стомпы орков. Шесть стомп стали погребальными кострами в окружении не менее чем четырёхста павших акадийцев. Оказавшись в относительной безопасности окраины города, Нивель развернул новый штаб в одном из разрушенных домов. По его приказу вокс-операторов погрузили в автомобили и вывезли из города. Сам он возглавил остатки обороны. Свежие резервы стекались в город, продолжая сопротивление. Новость о начале третьей фазы он получил от вестового. Выслушав его, он с облегчением выдохнул и принялся на ходу разрабатывать план возвращения города. Ударников вызвался возглавить его друг и помощник Амад Альбер.

— «Город никто лучше нас не знает, а ваша должность не позволяет оставить командование. Поэтому кому как не мне возглавить атаку за возвращение города»- сказал он. Нивель обнял Амара и ответил:

— «Будь осторожнее. Битва подходит к концу и будет обидно погибнуть в конце».

Альбер устало улыбнулся:

— «Как и многим, кто пойдёт в наступление. Но долг зовёт».

Друзья пожали руки и расстались. Ударники воспользовались моментом и отбили центр города, вернув здание банка. Единицы выживших защитников выползали из подвалов и присоединялись к ударникам. Гретчины самоотвержено сопротивлялись, но без своих старших собратьев не могли остановить людей. Командарм второго ранга Альбер увидел здание бывшего банка. В окнах то и дело мелькали гретчины спеша укрепить захваченный дом. Альбер поднялся во весь рост и воскликнул:

— «Вперёд. Вернём то что принадлежит нам».

Взмахнув, он первым устремился вперёд. Гретчины принялись отстреливаться. Ударный отряд побежал вслед за командиров. Забросав гранатами первый этаж, они ворвались в здание. Гретчины бросились в рукопашную. В ход пошли штыки и сапёрные лопатки. Опрокинув ксеносов, отряд разделился. Одних Нивель направил на верх, других возглавив сам и устремился в подвал. Альбер решил во чтобы то ни стало первым войти в подвальное помещение и смыть позор с защитников города за разбитое оборудование, подаренное иномирцами. Взрыв осколочной гранаты убил десяток ютившихся в подвале банка гретчинов, но оставил одного тяжело раненым. Альбер вбежал вниз и не обратил пристального внимания на ксеносов, сочтя всех мёртвыми. В краткий миг, когда пехотинцы не успели проследовать за своим командиров, безымянный гретчин из последних сил поднял револьвер и выстрелил командарма второго ранга Амада Альбера. Пуля попала в горло офицера, разорвав артерию. Амад Альбер бессильно упал и истёк кровью за одну секунду. Озлобившиеся солдаты вытащили ксеноса из груды мёртвых тел и изрубили его на куски.

Анри Нивель шёл с оставшимися офицерами своего штаба по полю боя на встречу с магосом-доминус. Бояться уже было нечего. Ударники вместе со скитариями очистили развалины от присутствия зеленокожих. Некоторые ещё продолжали трусливо прятаться, но опасности не представляли. Дана Нод терпеливо ожидала командарма у своего лендрейдера. Последние шаги на пути к ней Нивель прошёл чётким строевым шагом и отдал честь. Они кивнула и протянула руку.

— «Поздравляю вас и ваши войска с победой. Орда ксеносов полностью истреблена. Властелин повержен благодаря храбрости акадийцев. Армия планетарной обороны проявила чудеса храбрости. О вашей отваге и самопожертвении будет непременно доложено Императору, а сама операция войдёт в анналы когорты «Латан».

Нивель пожал руку магоса и измученно улыбнулся.

— «Спасибо. Спасибо. Ни я, ни кто-либо из акадийцев не забудет о вашей помощи».

Дана Нод обвела взглядом разрушенный город и сказала:

— «Битва ещё не окончена. Нас ждут на других участках, а вам предстоит закончить очищение и дать солдатам заняться ранами. Надеюсь в скором времени увидеть вас».

— «Удачи вам. Закончите как можно быстрее и сохраните силы для новой битвы».

Магос кивнула и направилась к своему транспорту.