Как и ожидалось, моя школьная геройская жизнь не удалась (гет)

По сравнению с первыми двумя днями на геройском курсе в Юэй остальная часть недели выдалась куда менее изнурительной физически. Что неудивительно: в отличие от меня, у большинства не было причуды регенерации, и, хоть Исцеляющая Девочка и способна исцелять поцелуем даже серьёзные раны, большинству учеников требовались дни отдыха, чтобы прийти в себя после мышечных растяжений, перегрузки причуд и прочих сопутствующих сложностей героического курса.

Да, бывали дни, когда нас ждали сплошь лекции и задания — дни, которые манга, зацикленная на «самом интересном» в нашей жизни, скорее всего, пропустила бы. А в аниме-версии в это место наверняка воткнули бы филлер с дешёвым юморком. Хорошо хоть закадровый смех давно вышел из моды. Может, тогда немного фарса? Типа, я что, снова буду случайно натыкаться на голых девушек или ещё чего? Очень надеюсь, что ничего такого больше не повторится... в основном. Проклятье, Заимокудза, вылезай из моей головы! То, что я с тобой пару раз поговорил, ещё не даёт тебе права засорять мне мозги своими паршивыми и дешёвыми идеями для веб-новелл! Кстати, надо бы выяснить, как он там вообще. В какую он, интересно, старшую школу пошёл?

При всём при этом времени на посторонние мысли у меня почти не оставалось. То, что эти деньки были не такими физически тяжёлыми, ещё не значило, что они не выматывали по-своему.

*Хрясь!*

— Ты! — героиня 18+, Полночь, щёлкнула кнутом и направила его на беднягу Каминари Денки. — Что первое приходит тебе в голову, когда ты слышишь моё имя?

— Я, эм, э-э-э... — замялся Каминари, явно не в восторге от того, что его выдернули к ответу. Мысленно я поблагодарил всех богов за то, что выбрали не меня. — Э-э, ваши, эм-м, ваши фотки... то есть ваша внешность, эм-м... ваш послужной список, ну, эм, новости о вас... — пробормотал он, очевидно, не желая заходить слишком далеко и рисковать обидеть учительницу.

Полночь чуть сменила позу, и её угрожающая аура сменилась на более нейтральную.

— Будет честно сказать, что в первую очередь ты думаешь о моей внешности и репутации?

— Эм-м... да, — признал Каминари. — Типа того.

Полночь кивнула.

— Спасибо, Каминари-сан, что ответил на вопрос, который я нарочно сделала неудобным. Если кто-то сомневается: да, я в курсе, что моя репутация далека от безупречной. Кто-то назовёт её пикантной, кто-то скажет, что она граничит с неприличием или даже переходит эту грань.

Да ладно, ваша репутация давно перешагнула эту черту!

*Хрясь!*

Ещё один щелчок кнутом, и его кончик уже указывал на Миуру.

— Ты! Если у меня неидеальная репутация, почему именно я преподаю в Юэй курс по связям с общественностью?

В отличие от Каминари, Миура гораздо спокойнее отреагировала на то, что её вызвали, хотя и выглядела слегка ошарашенной.

— Я... — Миура на мгновение задумалась. — Простите, сенсей, не знаю.

Снова Полночь приняла обычную, расслабленную позу.

— Хороший ответ, Миура, — сказала она и, сделав пару шагов, непринуждённо присела на край стола у доски. — Понимание того, что ты чего-то не знаешь, первый шаг к решению проблемы. Третий вопрос: он для всех, но он риторический, так что не торопитесь выкрикивать ответы. Почему кто-то предпочёл бы скандальное героическое имя вроде «героиня 18+, Полночь» вместо чего-то безопасного и более социально приемлемого, например «героиня Сонная Купальщица, Убаюкивающая Женщина»?

В аудитории повисла глубокая тишина, пока мы обдумывали её слова. Затем Полночь хлопнула в ладоши, возвращая наше внимание.

— Начнём с главного. Меня зовут Каяма Немури, я про-героиня Полночь. Предпочитаю, чтобы вы называли меня Немури-сенсей или Полночь-сенсей. Как бы вы меня ни воспринимали, я веду у вас «Связи с общественностью», потому что очень, очень хорошо знаю своё дело. Обычно этот курс начинается с лекций о брендинге, эмблемах, узнаваемости имени и так далее, чтобы вы успели подготовиться к выбору героических имён до начала стажировок и практик. Однако в этом году мы немного изменим порядок. Догадаетесь почему?

Мидория поднял руку, слегка дрожа от волнения.

— Э-э... это п-потому, что... из-за Всемогущего?

— Верно! — Полночь для акцента хлестнула своим хлыстом по столу. — В этом году внимание прессы к Юэй будет куда пристальнее. «Герои равно заголовки» — это уже почти медийная аксиома, и репортёры слетятся сюда, как стервятники. Они будут спрашивать, каково это учиться у Всемогущего, и так далее. Поэтому мы переставим некоторые темы занятий, чтобы сразу дать вам инструменты для общения со СМИ.

Она сделала паузу, но никто не проронил ни слова.

— Итак. Это была плохая новость. Хорошая же в том, что это внимание ещё и возможность для вас.

По классу прокатился взволнованный шорох; все мои сверхмотивированные одноклассники чуть подались вперёд, чтобы не упустить ни слова. Я тоже слушал внимательно — хотя бы для того, чтобы понять, как избежать всей этой славы и внимания по максимуму.

— Обычно пресса игнорирует первокурсников до самого Спортивного Фестиваля. Но раз уж журналисты уже сейчас могут вами заинтересоваться, мы пропустим несколько шагов и начнём формировать вашу репутацию прямо сейчас.

С этими словами Полночь спрыгнула со стола, опустила проекционный экран, щёлкнула пультом, и проектор ожил. На экране появилась пустая форма с заголовком «Запрос на Геройскую Помощь».

— Это, — сказала Полночь, легонько шлёпнув экран коротким стеком, — форма «Запроса на Геройскую Помощь». Такие уже раздали вашим товарищам с общего, бизнес- и курсов поддержки. По сути, это для вас способ начать практиковаться во взаимодействии с обычными людьми. Значительная часть районной героики — это вовсе не драки со злодеями и не ликвидация последствий катастроф, а снятие кошек с деревьев, урегулирование споров и помощь бабушкам с сумками. То есть вещи, для которых причуда вообще не нужна. Что, кстати, удобно, потому что у вас ещё нет временных лицензий, так что пользоваться причудами вам всё равно нельзя.

Полночь хищно улыбнулась, явно наслаждаясь замешательством на лицах некоторых учеников.

— Не думайте, что это пустая работа, детишки. Помимо практики общения с обычными гражданами, это поможет вам нарастить фан-базу, завести связи с ребятами с курсов поддержки и бизнеса, создать круг людей, которые через пять лет смогут сказать в телеинтервью, что вы были отзывчивы и дружелюбны ещё подростками... и, поскольку работать вы будете в группах, это научит вас командной работе.

Уф. Групповая работа. Либо повод для популярных учеников надавить на одноклассников пониже статусом, чтобы те вкалывали, пока «звёзды» болтают и веселятся, а потом с помощью своих «блестящих навыков презентации» присваивают себе все заслуги. Либо же это удобный способ сделать одного члена группы изгоем, игнорировать его, «случайно» забывать добавлять в общий чат, где оговариваются места встречи, а потом свалить на него все провалы при выставлении итоговой оценки. Впрочем, мы друг друга ещё толком не знали, так что, может, в этот раз всё будет не так ужасно...

— ...Группа D: Хикигая, Юкиношита, Юигахама, Бакуго. Группа E: Хаяма, Дзиро, Каминари, Миура. Это всё.

Погодите, что она сейчас сказала? Я ведь ослышался, да? Не могли же они засунуть меня в команду с тремя людьми, с которыми я с наименьшей вероятностью полажу?

Я оглядел класс. Почти все смотрели на меня с сочувствием, щедро приправленным злорадством, за тремя заметными исключениями. Бакуго выглядел раздражённым, хотя для него это, кажется, норма. Юкиношита — слегка брезгливой. И Юигахама — она изо всех сил старалась бодро мне улыбнуться, но выглядела так, будто её мучает запор. Всё, официально. Мне писец.

— И да, — с ноткой садистской радости в голосе добавила Полночь, — группы окончательные, так что можете не спорить. А пока, если нужно, можете разойтись по учебным комнатам через коридор и обсудить задания. Веселитесь~!

— Подождите! Сенсей! — Миура привстала, торопливо пытаясь привлечь её внимание, прежде чем все разойдутся.

Полночь снисходительно приподняла бровь.

— Ты что, плохо слышала? Я же сказала, что группы окончательные.

Миура покачала головой.

— Нет, я не про это. Вы так и не ответили на тот гипотетический вопрос. Почему вы решили быть... Полночь, а не кем-то другим?

— Ах, — Полночь стукнула ребром кулака по раскрытой ладони. — Точно, чуть не забыла. Ну, причин две. Во-первых, раз уж я открыто и публично играю роль эпатажной героини, то любой другой герой, чья причуда требует обтягивающего костюма или его отсутствия, — тут она многозначительно глянула на Яойорозу и Хагакуре, — на моём фоне выглядит не так вызывающе. Это даёт прикрытие от общественного негодования всем девочкам, которые боятся, что их причуды слишком стыдно использовать.

Ого, поосторожнее, Немури-сенсей, подумал я про себя. Если вы и дальше будете говорить такие крутые вещи, я почти начну вас уважать!

Затем Полночь улыбнулась и откровенно, чувственно облизнула губы.

— Во-вторых, и это главное... это моё хобби.

Ну-у-у вот. Уважение испарилось. Недолго же оно продержалось.

Словно в лёгком шоке, все тихо разбрелись по своим учебным комнатам; кто-то, скорее всего Полночь-сенсей, заботливо прилепил на двери таблички с номерами групп. Вскоре я оказался в комнате, которую, похоже, обычно использовали для хранения лишних стульев и парт. Всё это сгребли к стенке, оставив место ровно под один длинный узкий стол и несколько стульев. Бакуго развалился на стуле, опрокинув его назад и оперевшись спинкой о стену. Юкиношита села во главе стола, будто на троне, а Юигахама — по правую руку от неё, как верная фрейлина. Я, изо всех сил стараясь не скривиться, с шумом оттащил стул к противоположному от Юкиношиты концу стола и сел под прямым углом, чтобы не поворачиваться спиной к двери — на случай, если кто-то войдёт.

И мы сидели. Молча. Почти минуту никто не решался сделать первый ход. Посередине стола лежала коричневая папка с подробным описанием нашего задания, пока нераскрытая, и никто из нас не хотел ничего говорить.

— Э-хе-хе... ну, наверное, надо бы начать, да? — Юигахама, эта отважная душа, первой нарушила неловкое молчание. Разумеется, её тут же отбрили.

— Тск, — цыкнул Бакуго. — Не вижу смысла в этой скучной хрени. Любой тупой статист кошку с дерева снимет. Мы сюда вообще-то пришли учиться на героев, нет?

Юкиношита нахмурилась, глядя на Бакуго.

— Ты ведь... осознаёшь, что «статисты» это вымышленное понятие и в реальном мире их не существует? Если нет, я, пожалуй, начну сомневаться в качестве отбора в Юэй.

— Хех. Как раз то, что сказал бы статист, — закатил глаза Бакуго. — Ты прекрасно поняла, о чём я. Какой-то урод использует причуду, чтобы выхватить сумку, и полиция же не зовёт Всемогущего. Они либо вызывают какого-нибудь третьесортного героя, либо сами справляются. Юэй — школа для лучших из лучших, так какого хера нас грузят тем, что любой сделать может?

— Полночь-сенсей буквально только что перечислила причины, — спокойно ответила Юкиношита. — Хотя не исключаю, что все эти взрывы повредили тебе барабанные перепонки. Ты же в курсе, что в школах уровня Юэй обычно есть службы поддержки для слабослышащих?

— Что ты сейчас сказала, мелкая... — рявкнул Бакуго, вскочив, а его стул с грохотом упал на пол.

— Могу записать для тебя, — перебила Юкиношита, а в глазах у неё едва заметно блеснуло удовлетворение, — если с первого раза плохо слышно.

— Да пошла ты! — взорвался Бакуго, подкрепив реплику настоящим взрывом. — Прекрасно я тебя слышал! И её тоже! Я о том, что большая часть сказанного Полночь — хрень хренью! Ты вот правда веришь, что то, что мы сегодня сделаем, будет иметь хоть какое-то значение, когда мы начнём валить настоящих злодеев? Нас просто заставляют заниматься тупой хернёй! Блядь! А я-то думал, тут не будет как в средней школе!

Уф. Не то чтобы я с ним не соглашался — скорее наоборот, он был прав. Но если он сейчас уйдёт, работать над заданием придётся мне, Юкиношите и Юигахаме, а это звучит как рецепт катастрофы. Нет, если я не хочу остаться наедине с двумя девушками, у которых есть все причины меня ненавидеть, Бакуго нужно удержать. Поэтому, естественно, я его оскорбил.

— Так ты уже сдался? — спросил я.

— Ыа-а-а-а? Повтори-ка. Давай, давай, — прищурился Бакуго в мою сторону.

Я по-прежнему сидел боком к столу и, почти не глядя на него, повторил:

— Да так, просто подумал: если бы я решил отказаться от своей клятвы не отдавать никому первое место, проще всего было бы заявить, что все сложные задания на самом деле не в счёт.

В ладонях Бакуго щёлкнули пара маленьких взрывов — хлоп-хлоп, как петарды.

— Давно морду не били, хренов статист?! Я же сказал, что это тупая херня, а не то, что я не собираюсь её делать! Что в этой хуете вообще сложного?

— А. Моя ошибка, — ровно сказал я. — Значит, когда будем разговаривать с нашим клиентом, говорить вежливо, в формальном тоне, не будет проблемой?

Бакуго уже раскрыл рот, чтобы наорать ещё, но снова цыкнул языком и закрыл его.

— Тск. Всё я умею, просто не вижу никакого на х... — он осёкся, — ...никакого, блин, смысла.

— А. Понял, — кивнул я.

К сожалению, одна потенциальная проблема была решена, и в нашу кладовку снова вернулась тишина. Секунды тянулись, пока, наконец, её опять не прервал Бакуго.

— Так мы и будем сидеть, в носу ковыряться, или всё-таки выясним, что за работа? — прорычал он, зыркнув на Юигахаму, державшую папку.

— Ой! Точно! — спохватилась Юигахама и раскрыла папку.

Помимо самого запроса, там была и фотография клиента. Я успел мельком увидеть симпатичное лицо и белые волосы, прежде чем папку положили на стол. Юкиношита тоже это заметила и слегка подалась вперёд, чтобы рассмотреть.

— Юигахама-сан, — сказала Юкиношита, — похоже, наш клиент девушка. Возможно, придётся принять меры предосторожности.

— Эй. Что ещё это должно означать? — спросил я, и у меня дёрнулась бровь.

— Лишь то, что, учитывая твою склонность перегибать палку с симпатичными девушками, а ещё сомнительный характер твоих недавних действий, нам стоит заранее установить правила, чтобы твои неподобающие взгляды не смущали нашу клиентку, — без обиняков заявила Юкиношита.

— Пф-ф, — я закатил глаза. — Если кто и способен смутить кого-то одним взглядом, так это ты со своим вечно осуждающим личиком. Ты вообще в курсе, что бывают случайности?

Юкиношита кивнула.

— В курсе. Поэтому я и назвала твои действия лишь «сомнительными», несмотря на твои доказанные способности анализировать причуды и их слабости.

— Твою-то мать, Хикигая. Ты что, и её вчерашнему противнику тоже в последний момент накинул к силе, что ли? — недовольно проворчал Бакуго.

Я моргнул, посмотрел на девушек и снова на него.

— Эм-м. Её противником был я. Точнее, мы с Киришимой против них двоих. Ты, э-э, не слышал?

Бакуго фыркнул.

— Ага, да-да. Как будто мне больше нечем заняться, кроме как слушать сплетни про статистов.

Мысленно я перевёл это как «нет, ему никто не говорил». Что ж, он явно не из тех, кто быстро заводит друзей... хотя кому бы говорить.

— Так что, ты злишься, потому что он тебя уделал? — продолжил Бакуго, обращаясь уже к Юкиношите. — Тск. Если есть время злиться, значит, есть время и на то, чтобы стать сильнее и не допустить такого снова.

Юкиношита, на удивление, слегка покраснела.

— Нет, дело не в поражении. Просто... — она на мгновение запнулась, — ...он использовал свою причуду так, что... — опять запнулась, — ...ну, в итоге он увидел нас обеих несколько больше, чем нам бы того хотелось.

Прежде чем я успел придумать хоть что-то в своё оправдание, вмешалась Юигахама:

— Эм-м, Юкинон, я уверена, Хикки не виноват. Даже Всемогущий-сенсей сказал, что такое случается постоянно, и мы тоже это увидели с-случайно, т-так что давайте жить дружно, хорошо?

Пока моё сердце проваливалось в желудок, губы Юкиношиты дрогнули в крошечной улыбке.

— Хм-м, — это и смехом-то не назовёшь, один-единственный беззвучный смешок, но внутри я уже умер. — Да, ты права, — сказала Юкиношита. — Давайте...

Внезапно её перебил стук в дверь.

— Э-эм, это группа D? — донёсся снаружи мягкий, робкий голосок.

Дверь медленно отъехала в сторону. Обладательницей голоса оказалась беловолосая красавица с сияющими голубыми глазами. Короткое каре и спортивная форма придавали ей вид спортсменки, а широкая улыбка была такой чистой и невинной, что казалась абсолютно искренней, даже мне.

— Большущее спасибо, что приняли мой запрос!

На секунду мы все застыли с ошарашенными лицами, лихорадочно соображая, как сказать этому чистому, невинному созданию, что мы вообще-то понятия не имеем, в чём её запрос, потому что ещё не успели его прочитать. Но я быстро собрался.

— Что ж, мы, конечно, будем рады помочь, — сказал я, лишь слегка приукрасив действительность. — Но не могли бы вы чуть подробнее объяснить, что именно вы от нас хотите и почему вам нужна наша помощь?

— Разумеется! — радостно откликнулась она. — Э-эм, в общем, я очень люблю теннис. Играю всю жизнь, и даже моя причуда немного «теннисная». Поэтому, когда меня приняли в Юэй, мне очень хотелось вступить здесь в теннисный клуб! Но, эм-м... — она отвела взгляд, будто подбирая слова. — Оказалось, что из старшекурсников почти никого не осталось, а те, кто есть, играют слабовато. Да и мало кто хочет вступать в спортивные клубы: одни предпочитают тренировать причуды, чтобы пробиться на геройский курс, другим неинтересно, потому что на нашем Спортивном Фестивале мало внимания уделяют обычным видам спорта вроде тенниса, и всё такое. Так что мне прям очень хотелось бы, что вы помогли мне придумать, как набрать побольше людей в клуб, особенно спортсменов! — закончив, она мило и формально поклонилась.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — сказала Юкиношита, постучав по столу папкой с документами. — Группа D состоит из меня, Юкиношиты Юкино, это — Юигахама Юи, у стены — Бакуго Кацуки, а перед тобой — Хикигая Хачиман, — я кивнул беловолосой девушке, когда назвали моё имя. — А ты... Тоцука Сайка, верно?

— Да! Приятно познакомиться! — лучезарно улыбнулась Тоцука, чуть склонив голову набок. К-как же мило! У меня сердце чуть не пропустило удар. Я почувствовал, как к щекам приливает румянец, и кашлянул в кулак, пытаясь это скрыть.

— Отлично! — бодро подхватила Юигахама. — Кажется, ничего сверхсложного, да? Уверена, мы что-нибудь придумаем, чтобы тебе помочь! Ты заходи, присаживайся!

Тоцука села, с тревогой сжав коленки. Мне вдруг захотелось погладить её по макушке, чтобы успокоить.

— Эм-м, в общем, мной было решено, что мне, скорее всего, придётся возглавить клуб, — сказала она. — Значит, мне нужно отточить свои навыки, чтобы не выглядело совсему уж странно, что кто-то с первого курса всем заправляет. Надеюсь, если остальные увидят, как я усердно работаю, они тоже подтянутся. Но кроме этого у меня нет идей: ни как набирать новых участников, когда я стану во главе, ни как заставить оставшихся серьёзно относиться к тренировкам. Кто-нибудь из вас раньше руководил клубом или чем-то подобным?

— Хмф, — хмыкнул Бакуго, всё так же балансируя на стуле. — Не я. Я был слишком занят тренировками, чтобы стать про-героем, — в это я охотно верил: у него мышц было почти столько же, сколько у меня, а ведь я — грязный читер, которому не пришлось ради них вкалывать.

— Я пару раз пыталась вступить в спортивные клубы, — поделилась Юкиношита. — К сожалению, как только я, будучи новичком, начинала уверенно обыгрывать всех остальных, меня неизменно просили уйти.

Тоцука изобразила очаровательно-расстроенную мину. Внутренне я согласился: было непонятно, хвастается она или напрашивается на жалость. Но чувства Тоцуки отразились на её лице, так что Юкиношита поспешила уточнить:

— Ах, но у меня и другие проблемы с одноклассниками в средней школе были. Не думаю, что будут сложности, если ты окажешься сильнейшим участником в своей команде.

Юигахама нервно хихикнула:

— Аха-ха, эм-м... Я в средней школе состояла в клубе моды, но не лидером, так что не знаю. Но! Эм-м, я помню многое из того, что мы делали для набора участников, так что это, наверное, будет полезно, да? — к счастью, это, кажется, приободрило Тоцуку, и та согласно кивнула.

И тут все посмотрели на меня. Обычно я бы сказал, что был «президентом клуба “Иду домой после уроков”», но здесь была милая девушка, которую я ещё не успел смертельно обидеть, так что я решил попытаться показаться чуть менее жалким. Не то чтобы я был на многое способен в этом направлении, но каждая мелочь на счету.

— Ну, у меня тоже нет опыта, но, честно говоря, не думаю, что с набором будут большие сложности, — начал я. — Если мы сделаем рекламу, которая подчеркнёт женственную привлекательность Тоцуки-тян, уверен, многие парни заинтересуются.

Тоцука надула губки.

— Эм-м... Хикигая-сан... — произнесла она, глядя на меня из-под длинных ресниц.

— Да? — спросил я, уже готовясь к отказу. Ну, не впервой же мне получать от ворот поворот от симпатичной де...

— Я парень, — закончил Тоцука.

— А, — внятно сказал я. — Понятно.

— Э-э, ну, я не хочу говорить, что всё в порядке, потому что ненавижу, когда так происходит, но это не в первый раз, так что ты не виноват, — сказал Тоцука-тян, нет, Тоцука-кун, всё ещё немного дуясь очарова... то есть, по-девичьи.

— А, — повторил я, всё ещё приходя в себя от такого сюжетного поворота. — Прости.

Проклятье, почему только я за это получаю? Даже Юкиношита сначала приняла его за девушку!

Бакуго презрительно хмыкнул.

— Ладно уж. Тогда для начала поработаем над твоей верхней половиной тела, чтобы ты не выглядел как тюфяк. У меня должны были остаться старые планы тренировок, которые тебе как раз подойдут...

Тоцука резко слегка сник. Непонятно, то ли от оскорбления, то ли от намёка, что он силён так же, как Бакуго в начальной школе.

— Верно, — вставила Юкиношита. — Если будешь бегать до смерти, отжиматься до смерти и делать выпады до смерти, то быстро увидишь результат... ну, наверное, — Тоцука сник ещё сильнее. — Оу, и я могу дать тебе копии своих планов по развитию ловкости. Ты, наверное, сможешь выполнить... ну, по крайней мере, первые десять-двадцать процентов?

Прежде чем боевой дух нашего клиента окончательно рухнул, я вмешался.

— Мы, конечно, будем тренироваться вместе с тобой, — ох, какое же «веселье» меня ждёт, — и я хоть и не профи, но знаю о теннисе достаточно, чтобы быть для тебя неплохим партнёром по тренировкам.

— А я? — спросила Юигахама, и я на секунду задумался.

— Ну, ты, ясное дело, будешь помогать Тоцуке с тренировками, — сказал я, обдумывая идею, — но, может, ещё взглянешь на форму теннисного клуба? Если она старая или немодная, может, сможешь её немного переделать?

— О! Да! Это я могу! — оживилась Юигахама, но тут же поникла. — Ой, стоп. Нам же нельзя использовать причуды в этом деле.

— Нам нельзя использовать их на публике, — поправил я. — Пока не получим лицензию. Но если ты заберёшь форму домой, то никому не будет дела, использовала ты причуду или швейную машинку, чтобы её перешить.

— А! Точно! — обрадовалась Юигахама. — Хорошо! Предоставьте это мне!

— И раз уж мы заговорили о причудах... Тоцука-сан, ты сказал, у тебя причуда, связанная с теннисом? — спросил я, пока у меня в голове зрела идея. — Её можно как-то использовать на Спортивном Фестивале?

— А? — Тоцука мило склонил голову набок. — М-м, наверное, можно? Не знаю, я ей не так часто пользуюсь. И я не особо хочу становиться про-героем, так что думал просто пропустить фестиваль или поучаствовать чисто для опыта.

— А что, если тебе поучаствовать, чтобы прорекламировать теннисный клуб? — предложил я. — Не спорю, большинство участвует, чтобы показать, что из них выйдут герои, но ведь нет правила, которое обязывает тебя становиться героем, даже если ты хорошо выступишь. Зато участие и хороший результат повысят твою узнаваемость и станут отличной рекламой.

— Эй, — окликнул меня Бакуго, и у него дёрнулась бровь. — Харэ принижать Спортивный Фестивалю. Это не то место, куда любой случайный статист может прийти и... попытаться посоревноваться.

— Хм-м. Наверное, хорошая идея, — сказал Тоцука, — но если это сработает, то Хикигая-сан прав, это будет очень полезно! А если нет, то это всё равно неплохая цель.

— Тск. Твои проблемы, — буркнул Бакуго, разминая пальцы так, словно собирался взорвать Тоцуку прямо здесь и сейчас. — Потому что если ты серьёзно намерен тягаться с профи, тебе и вправду придётся упахиваться до смерти.

И, надо отдать Тоцуке должное, он пахал. Следующие несколько дней Юкиношита, Бакуго, Юигахама и я загоняли будущего президента теннисного клуба до полусмерти. Бакуго и Юкиношита руководили тренировками на верхнюю и нижнюю части тела соответственно, а мы с Юигахамой выполняли упражнения вместе с Тоцукой, чтобы он не делал всё в одиночку. Юигахама, привыкшая полагаться на свою причуду для силы, немножко страдала в процессе. Я же был в достаточно хорошей форме, чтобы справляться с большинством упражнений без особых проблем, но как только Бакуго заметил, что обычные отжимания даются мне легко, он заставил меня перейти на отжимания с хлопком и на одной руке — и то, и другое было сущим адом. Упражнения Юкиношиты на ловкость, с другой стороны, были сложными с самого начала, и стоило мне привыкнуть к низкой скорости, как для усложнения достаточно было просто ускориться. Сам Тоцука держался чуть лучше Юигахамы, но стойко терпел все упражнения, не жалуясь, даже когда с него ручьём лился пот.

После адских тренировок мы переключались на технику: на открытом корте до изнеможения гоняли Тоцуку, обстреливая его мячами, а когда он начинал выдыхаться, давали ему попрактиковаться в роли тренера, чтобы он учил нас теннисным приёмам и готовился так же обучать членов своего клуба. Это, честно говоря, было непросто. Из нас четверых у меня уже были неплохие навыки в теннисе, Бакуго обычно плохо слушал, но компенсировал это врождёнными рефлексами, а у Юкиношиты была невероятно раздражающая привычка схватывать всё идеально с первого раза. К счастью, у нас была Юигахама.

Пару раз нам удалось забронировать время в Зале для причуд, который всегда был нарасхват, ведь по закону тренировки с причудами должны проходить под надзором лицензированного пользователя, а и залов, и надзирателей не хватало, в то время как почти все пытались урвать время для практики перед Спортивным Фестивалем.

Причуда Тоцуки называлась «Отражающая Ракетка» — излучательного типа причуда, позволяющая создавать в воздухе светящиеся синие овальные диски, которые гасили и обращали вспять скорость всего, чего касались. Он мог либо создавать их в статичных точках, либо перемещать относительно частей своего тела. Естественно, мне понадобилось всего минут пять после копирования его причуды, чтобы начать её «взламывать».

— Ну как? Думаешь, с моей причудой можно сделать что-нибудь полезное? — наивно спросил Тоцука, взмахивая синим силовым диском, как теннисной ракеткой. — Я знаю, что могу бить ею по предметам, и этим их можно сбить, если они не закреплены, но это не очень полезно, чтобы, эм-м... причинять вред злодеям или что-то в этом духе.

— Угу, есть парочка идей, — сказал я, создавая свой собственный диск. Как и ожидалось, мои проекции были размером с ладонь и лишь замедляли объекты, а не обращали их движение вспять, но для демонстрации годились. — Если потренируешься создавать их не только у рук, сможешь сделать из них броню, — сказал я, и сияющий диск появился сначала у моего плеча, а затем перед грудью. — Причём броню, которая не замедляет тебя при ударе, а это просто шикарно.

Затем я создал синий диск у своей ноги, под углом примерно в сорок пять градусов.

— Если создавать их у ног и оставлять статичными, можно мгновенно менять направление, не парясь о сцеплении с поверхностью или силе ног, — я попытался наступить на свой диск, и тот тут же сломался, но Тоцука понял, что я имел в виду. — Ты, наверное, даже смог бы ходить по воздуху, когда научишься держать равновесие, отскакивая от них. Или, если создавать их на уровне груди или рук, можно ими отталкиваться, чтобы быстро встать, если потерял равновесие... Ну, это так, для начала. Первое, что приходит на ум.

У Тоцуки отвисла челюсть.

— Хикигая... ты случаем не консультант по причудам?

— Хех, — презрительно фыркнул я. — Даже не говори мне о консультантах по причудам. Я, наверное, ходил к одному каждую неделю на протяжении полугода, пытаясь сделать свою причуду менее бесполезной. Он давал мне всякие упражнения, учил, как извлекать пользу из слабых причуд, но в итоге он просто... сдался, что ли, — я нахмурился, вспоминая. Доктор Кобаякава был просто ещё одним паршивым взрослым, но какое-то время — паршивым взрослым, который мне даже нравился. — В общем, когда он решил, что моя сила никогда не станет полезной, он переключился на уговоры стать консультантом по причудам, как он, вместо того чтобы помогать мне, как должен был. Так что я перестал к нему ходить, — подняв взгляд, я заметил, что все смотрят на меня со странными выражениями лиц, и пожал плечами. — Что? Всё нормуль. Я всё-таки набрался кое-каких полезных навыков, так что это не было совсем уж пустой тратой времени.

— Эм-м, Хикигая-сан, — осторожно начала Юкиношита, — а не могло ли быть так, что тот доктор просто пытался подтолкнуть тебя стать консультантом, потому что считал, что у тебя к этому талант?

— Пфф. У меня-то? Он? — я рефлекторно мотнул головой. — Сильно сомневаюсь. А теперь давайте практиковаться, у нас зал всего на час.

Следующие полторы недели мы впятером вошли в рутину: тренировались, использовали причуды и вместе становились лучше в теннисе. Это было даже как-то весело. Если бы не тот факт, что это было обязательное мероприятие, я, может, даже позволил бы себе задуматься, не так ли ощущается дружба. Так что, естественно, долго наше мирное бытие не продлилось.

— О, вы тоже в теннис играете? — оглянувшись на голос, я увидел Хаяму Хаято из нашего класса. За ним стояли Дзиро, Каминари, Миура и двое парней, которых я не узнал: один пониже, жилистый, со взъерошенными волосами и хитрыми глазами, а другой повыше, коренастый, с приплюснутым носом и слегка туповатым выражением лица. Все были в спортивной форме и с теннисными ракетками. — Не возражаете, если мы присоединимся?

Я посмотрел на них, потом на Тоцуку, который сидел на полу, задыхаясь и весь в поту, с ободранными в кровь коленками после неудачного падения. (Теоретически, я мог бы использовать немного из своего запаса причуды Исцеляющей Девочки, чтобы его подлатать, но я берёг такое на экстренный случай, к тому же её использование было бы очень неловким, так что я не стал. Вместо этого Юкиношита ушла за аптечкой.)

— Вообще-то возражаем, — сказал я с ноткой раздражения в голосе. — Мы здесь не в игры играем. Это наше задание от Полночи.

— Какое совпадение, — с ядовитой ноткой в голосе сказала Миура. — Мы здесь по той же причине. Оока и Ямато готовятся к Спортивному Фестивалю, а теннис отлично развивает ловкость и рефлексы.

— Как, типа, и миллион других вещей, — ответил я. — Тоцука-сан тут специально тренируется в теннисе, чтобы помочь теннисному клубу. Не могли бы вы, может, найти другое место для тренировок, где вы не будете нам мешать?

— Да ладно тебе, чувак, — с неугасимой улыбкой сказал Каминари. — Расслабься. Давайте просто поиграем все вместе? Мы поможем вашему парню потренироваться, а вы — нашим, будет весело!

Резкий хлопок привлёк всеобщее внимание к Бакуго, который сделал в руке небольшой взрыв

— Эй, — сказал он, и за этим последовала пара хлопков поменьше, трещавших, как петарды. — Если тренировка получается веселой, значит, вы делаете её неправильно. Это вам не игра. Этот Девкопарень реально вкладывается, так что не мешайте ему.

Да, именно это у Бакуго считалось комплиментом. Тоцука, который, как и мы, понемногу привыкал к его малокультурному языку, даже слегка приободрился, несмотря на отвратительный вкус Бакуго на прозвища. А наши незваные гости, напротив, выглядели слегка шокированными.

— Так, спокойно — сказал Хаяма, без усилий беря ситуацию под контроль, как и подобает гадскому красавчику-риадзю. — Уверен, Денки-кун не хотел оскорбить ваш упорный труд. Почему бы нам не дать Тоцуке-сану самому решить, как он хотел бы поступить? Давайте сойдёмся на этом? — спросил он и повернулся напрямую к Тоцуке. — Не против потренироваться с несколькими дополнительными людьми, и мы все будем тренироваться вместе? Кажется, Оока и Ямато — твои одноклассники, верно?

Уф. Хаяма играет грязно. Теперь, когда он прямо на это указал, если Тоцука им откажет, он рискует стать изгоем в собственном классе. Ожидаемо, Тоцука ответил, немного заикаясь:

— Ну... эм-м... вообще-то я, наверное, предпочёл бы...

— Что? Громче! Я тебя не слышу! — перебила Миура, сбивая его с мысли.

— Эй, — вмешался я, прежде чем Тоцука поддался давлению. — Не лицемерно ли так давить на Тоцуку? Никто не поступает в Юэй с нежеланием быть героем, — за моим, возможно, заметным исключением, — так что заставлять его выбирать между помощью другим и собственными интересами... вам не кажется, что это дешёвый приём? Особенно когда он и так вкладывает столько усилий ради других людей — просто не тех, которые стоят прямо здесь и сейчас с разочарованными лицами?

Хмф. Даже не думайте использовать грязные приёмчики против такой грязной сволочи, как я. Насколько бы низко вы ни пали, я всегда могу опуститься ещё ниже!

— Тогда как насчёт такого? — с дерзкой ухмылкой спросил Хаяма. — Если мы докажем, что достаточно хорошо играем в теннис и не будем тормозить Тоцуку-сана, тогда проблемы нет, верно?

Хочешь взять силой то, что не смог взять уговорами, да? Впрочем, мы вчетвером довольно усердно занимались теннисом последние несколько дней, так что мы не такая уж и лёгкая добыча. С другой стороны...

— Хе-хе-хе-хе. Вот это я понимаю! Выходим на корт, Бестолковая, и я покажу вам, с кем вы тут связались.

...Или Бакуго мог просто согласиться за всех нас. Ну и ладно. Не могут же они быть настолько лучше нас, правда?

Как оказалось, могли. Точнее, могла Миура. Как только мы приняли вызов Хаямы, она тут же предложила смешанный парный матч, а поскольку Юкиношиты всё ещё не было, на корт вышли Бакуго и Юигахама. Честно говоря, Бакуго, возможно, справился бы, играя против Хаямы или Миуры один на один, а Юигахама смогла бы хотя бы тянуть время, но ни у одного из них не было опыта игры в паре, и Миура это сразу заметила. Мяч за мячом летел точно в слабую зону между ними, что обычно приводило к тому, что либо Бакуго бросался на мячи, на которые не стоило, и терял позицию, либо Юигахама не шла на мячи, которые должна была брать, боясь помешать Бакуго. Когда наступала наша очередь подавать, взрывные подачи Бакуго в прыжке приносили нам очко или два, но подачи Юигахамы были, скажем так, менее полезными.

К тому времени, как Юкиношита вернулась с аптечкой, мы проигрывали 5:2. Проходя через корт, она привлекла всеобщее внимание и, наконец, остановилась у Тоцуки, который к тому моменту сидел на судейской вышке.

— Вот, — сказала Юкиношита, протягивая ему аптечку. — Прости, что так долго, поля здесь довольно большие, и мне потребовалось время, чтобы добраться до медпункта без использования причуды.

— Ничего страшного, — ответил тот, невинно улыбаясь Юкиношите. — Спасибо тебе!

— Ну и? Что тут происходит? — спросила Юкиношита, встав рядом со мной.

— М-м, ну, группа Хаямы хочет делить с нами корты, хотя они будут нам мешать, так что они вызвали нас на матч за право присоединиться. Сейчас они почти выиграли.

Юкиношита резковато на меня посмотрела.

— И почему ты ещё не заменил Бакуго? — резко спросила она. — Как-то сомневаюсь, что мы бы так сильно проигрывали, если бы играл ты.

Я пожал плечами.

— Вообще-то, я планировал упасть на колени и умолять их уйти, если они выиграют. Это было бы супернеловко и неприятно, так что они, скорее всего, ушли бы.

— ...Что? — опешила Юкиношита, так казалось совершенно сбитая с толку. — Зачем тебе вообще такое делать?

Я гниловато ухмыльнулся.

— Герой это ведь тот, кто готов пожертвовать всем ради защиты невинных, даже своим достоинством, верно?

Она просто посмотрела на меня с каменным лицом.

— Нет.

— Нет? — переспросил я.

— Нет, мы не будем этого делать, — она повернулась к другой команде и повысила голос. — Мы ведь можем сделать замену, верно?

Миура пожала плечами.

— Да, если счёт останется прежним. Каминари, Дзиро, кто-нибудь из вас хочет поиграть?

Дзиро вытащила наушник из своего MP3-плеера.

— Не, я пас, — сказала она с явным безразличием. — Денки, хочешь попробовать? — он пожал плечами, так же довольный тем, что за них отдуваются Хаяма и Миура.

Предсказуемо, Бакуго начал ворчать, что его меняют.

— Какого фига ты меня удаляешь? Я нормально играю, это Юигахама всё портит!

На какое-то малое мгновение я задумался, стоит ли объяснять ему правду, но это было слишком муторно, так что я просто пожал плечами.

— Они не меняются, так что если мы сделаем замену, это будет тактическое преимущество. Ты их хорошо приучил к силовым ударам, так что теперь я смогу перейти на резаные и сбить им ритм. Это просто хорошая стратегия.

Его самолюбие было удовлетворено, и Бакуго швырнул мне ракетку.

— Тск. Ладно, Хикигая. Не облажайся.

— Да-да. Я и без тебя знаю.

Со мной и Юкиношитой на корте дела пошли легче. Наше взаимодействие не было идеальным, но мы оба были достаточно атлетичны, чтобы прикрывать ошибки друг друга, а ловкость Юкиношиты делала её отличным защитником на задней линии. К тому же, хоть Бакуго и Юигахама проиграли нам много очков, они успели утомить Хаяму и Миуру. Медленно, но верно счёт пополз вверх: с 5:6 до 7:7, а затем и 9:8. Готовясь к, возможно, последней подаче, я подбросил мяч высоко вверх — в теории это был такая подача, которая давала человеку достаточно времени, чтобы успеть перебежать на другую сторону, принять его самому и с шансом вернуть его на поле противника. Этакий мяч одиночки, товарищ тому, у кого нет друзей.

Предсказуемо, столкнувшись с такой высокой подачей, Хаяма сделал то, что было для него естественно. Он присел, а затем подпрыгнул, взмахнув ракеткой, взмывая в небо, чтобы принять его, — но в последний момент дёрнулся, убирая ракетку, так как вспомнил, что это соревнование без причуд. Уморительно было то, что я с самого начала едва заметно усиливал свои подачи на 20% с помощью причуды Смертельный рук. Да, это было немного нечестно, но ведь и Миура играла не совсем честно: её причуда давала ей врождённое понимание траекторий, даже когда она не метала световые стрелы. Да и вряд ли бы кто-то меня поймал за жульничеством.

— Хорошая подача, — сказал Хаяма, приземляясь, и выглядел он немного раздосадованным. — Её было сложно принять. Пари есть пари, корт ваш.

Я кивнул и улыбнулся ему, а затем быстро подбежал к Тоцуке.

— Эй. Ты же набираешь людей в теннисный клуб, верно? И ты их вот так просто отпустишь?

Глаза Тоцуки расширились от осознания, и он быстро подковылял к команде Хаямы, пока те собирали вещи.

— Эм-м, извините! — сказал Тоцука, и его голубые глаза засияли, пока он подбегал к ним со своими наспех перевязанными коленками. — Эм-м, если теннисные тренировки в самом деле помогут вам подготовиться к Спортивному Фестивалю, то... не хотите ли вы вступить в теннисный клуб? Я ведь всё это затеял, чтобы стать сильнее и набрать новых участников, а вы, ребята, кажетесь довольно классными...

Пока Тоцука пускал в ход своё андрогинное обаяние и успешно завербовал двух новых членов в теннисный клуб, рядом со мной встала Юкиношита.

— Элегантное решение. Отсюда мой вопрос: почему ты додумался до этого только после того, как мы с таким трудом выиграли у них матч, а не предложил с самого начала?

Я вздохнул.

— Всем нравится иметь противника, которого можно перехитрить. Когда победу предлагают вырвать из пасти поражения, это выглядит как одолжение со стороны Тоцуки, а не как нечто, что им было положено изначально. Так больше шансов, что они согласятся на его условия и признают его лидерство позже.

— Понятно, — сказала Юкиношита с лёгким неодобрением в голосе. — А готовность ползать перед ними на коленях — это тоже было частью плана?

Я неловко пожал плечами.

— Эй, главное, что работает, верно?

Юкиношита смерила меня взглядом с секунду, после чего отвернулась и пошла поздравлять Тоцуку с пополнением в клубе и координировать совместные тренировки группы D и E.

Честное слово. Иногда я вообще не понимаю девушек.

* * *

Группа D: