Артемизия. Снежный плен (гет)

За окнами расстилался Эдинбург и бледный зимний свет скользил по крышам, дым из труб вился в морозном воздухе, а каменные фасады старых домов держали на своих плечах только что выпавший снег.

Гермиона осторожно устроила Живоглота в переноске, и кот, недовольно фыркнув, тут же свернулся клубком. Драко молча протянул ей пальто. Они вышли на перрон.

Вокруг пассажиры прощались, смеялись, обнимались — вчерашние незнакомцы, ставшие за эту ночь почти родными. Кто-то махал рукой подростку с гитарой, девочка благодарила Куки за пирожки, а пожилая ведьма в вязаной жилетке даже умудрилась ущипнуть Драко за щёку, назвав его «славным мальчишкой». Он скривился, но не огрызнулся, и это тоже можно отнести к рождественскому чуду.

Гермиона шла медленно, вдыхая холодный воздух. Драко шагнул в ногу с ней.

— Ну что, Грейнджер? — он бросил взгляд на город, где уже зажигались рождественские огни. — Ты всё ещё намерена искать эту свою ярмарку?

— А ты всё ещё собираешься меня сопровождать? — она приподняла бровь.

— Кто-то должен следить, чтобы ты не влипла в очередную авантюру.

— Как вчера с поездом?

— Особенно как вчера.

Она рассмеялась и её дыхание превратилось в лёгкое облачко пара.

Они двинулись вперёд: не спеша, не держась за руки, но и не отдаляясь. Между ними висело что-то новое — лёгкое, хрупкое, как первый утренний иней.

А позади, на перроне, «Артемизия» тихо вздохнула, выпуская последнюю струйку пара. Будто отпускала их в этот город, в это утро, в то, что начиналось сейчас.