Всё смешалось в Малфой-мэноре, или Необыкновенный диван (гет)

— Получилось! Ура-а, получилось! Мы смогли убежать незамеченными! — захлопала Сандра в ладоши, стоило им с Драко пересечь поляну, отделяющую поместье от леса, и скрыться за деревьями. Здесь пахло хвоей, пели птицы, а стволы деревьев как раз только что окрасились заревом восходящего солнца — гляди и любуйся!

— Ага… только по-моему лезть через забор всё же было необязательно, — прокомментировал Драко, недовольно косясь на разорванный подол своей мантии. (Сандрины джинсы проверку забором выдержали.)

— Не-е, если уж бежать из дома, то всё должно быть по-настоящему… — Сандра встала на упавшее полено и прошептала ему на ухо: — …скрытно.

— Скрытно — это хорошо бы. Ты ведь в курсе, что мне нельзя колдовать за пределами поместья? Я под домашним арестом, и на мне заклинание Следа.

— Это пустяки, — махнула рукой Сандра. — Магглы же ходят по лесу без палочек — и ничего, живы остаются, даром что здесь змеи и медведи⁽¹⁾.

— З… змеи? — голос Драко дрогнул. — Вот те на… Поттеру хорошо — он с ними болтает по-приятельски, а как же мы?! И… медведи? А впрочем, — теперь в его голосе звучало отнюдь не напускное безразличие, — пусть меня лучше ужалят и съедят, чем…

— Короче, чтобы не встречаться со змеями, надо избегать высокой травы и всяких нор, ну и под ноги смотреть. Если уж увидел змею — аккуратно отходишь и назад посматриваешь, нет ли за тобой ещё одной змеи, — делилась Сандра выученными при разных обстоятельствах правилами безопасности. — А медведи — они вообще добрые, только их надо предупредить, что идёшь, а именно — громко разговаривать, — она повысила голос так, что стала перекрикивать птиц: — Например, како-ой тво-ой люби-имый цве-е-ет?

— Знаешь, я как-то не в настроении сейчас вести беседу.

— Ладно. Тогда я петь буду.

Чтобы Драко было понятно, о чём речь в её походных песнях, Сандра переводила их на английский. На форму и точность содержания она забила окончательно: не станет же дикий зверь ждать, пока она подберёт наилучшую рифму или языковую метафору… а попросту говоря, ей было лень.

И вообще, кто сказал, что каждый перевод песни должен быть красивым? Дядя Коля, который при жизни в СССР «Битлов» переводил на русский? Так это же была востребованная тема, многих интересовала, а Сандре просто донести бы значение до одного-единственного человека, вместе с которым они только что порвали узы с обществом и никогда больше не вернутся…

А Драко, глядя на причудливо меняющиеся в вышине тени (и не забывая иногда смотреть под ноги) с удивлением узнал, что в представлении Сандры они идут в какой-то Изумрудный город! Но потом вдруг оказалось, что они направляются в Африку и по дороге собираются здороваться с горами, реками и местной фауной!.. Было в этом нечто сюрреалистическое.

* * *

Кто ж знал, что развести костёр без палочки — дело практически невозможное? («Практически» было здесь самым правильным словом, потому что в теории огонь добывается трением, а вот на практике — шиш тебе, а не пламя.) Драко порезал палец, пытаясь заточить конец веточки перочинным ножом, а теперь, пробуя разные способы вращать её в заполненной листьями дырке трухлявого полена, натирал на ладонях всё новые мозоли.

— Да ладно тебе, оставь, — посоветовала Сандра и полезла в рюкзак: — Сосиски можно и сырыми есть. В любом случае, тётя Марина рассказывала, что когда студенткой в Питер приехала, вообще не знала, что их варить положено.

— Ага, а… откуда у тебя сосиски? — Драко ожидал, что пропитание придётся также добывать самим.

— Фифи с Шеллой поделились.

— Ничего себе, щедрость!

— Да они знаешь, как обрадовались, когда я им сказала, что на нас с тобой больше не надо ни завтрак, ни обед, ни ужин готовить? А уж когда они узнали, что больше не придётся стирать наши вещи…

— А-а… вот оно что.

Жуя холодный полуфабрикат и запивая водой из захваченной Сандрой бутылки, Драко впервые со всей ясностью ощутил бесповоротность своего решения. И пугало его почему-то не то, что вопрос о дальнейшей добыче огня и пищи оставался открытым, а то, что его так вот легко списали со счетов в собственном доме. Родители использовали его как посредника в своей ссоре, Дафна настойчиво призывала соблюдать надоевшие приличия — как будто он маленький мальчик, Фифи с Шеллой и вовсе считали его лишь лишним ртом (у которого можно при случае стащить злаковый батончик). Астория… Неужели Астория за него волновалась? «Да нет, — мигом исправил себя Драко, — ей просто нужно было показать, какой она крутой ме-э-эдик: и про кислород знает, и про истощение… Эгоистка с синдромом спасателя!»

— Послушай, Сандра… ведь это всё-таки хорошо, что мы сбежали, правда?

Почему, почему в его голосе звучит сомнение?

— Ну-у… если подумать, то это было безответственно, — ответила Сандра после паузы.

— БЕЗОТВЕТСТВЕННО?! — вспылил Драко, вскочив с полена, на котором они обедали, и спугнув стайку птичек с соседнего дерева. — Да нас ни во что не ставили, нас использовали для своих целей, а ты говоришь, что это МЫ поступили безответственно?

— О чём ты? — захлопала Сандра ресничками. — Нет, то есть, тебя, может быть, и использовали — этого я точно не знаю, но вот меня приняли со всевозможной любовью. Сначала папа про меня вспомнил и с фермы забрал, потом мачеха приютила — а ведь, подумать только, она увидела меня в тот день в первый раз и сначала ужасно рассердилась! А уж как меня приласкали Дафна, Астория и Фифи с Шеллой! Не каждой сиротке удаётся завести четырёх подруг в первые же сутки на новом месте. А уж какое место!.. Версаль и рядом не стоял. Правда, говорят, есть ещё на свете Петергоф, что в разы роскошнее Версаля, но Петергоф я даже на фотографиях не видела, поэтому…

— Сандра, я теперь совсем ничего не понимаю, — измученно сказал Драко, вновь садясь рядом с сестрой. — Если тебе было так хорошо в мэноре, зачем же ты сбежала оттуда вместе со мной?

— Так я ведь всю жизнь мечтала сбежать из дома! Как можно было упустить такой шанс? — видя непонимание в глазах брата, Сандра посчитала нужным дать разъяснения. — Эта мечта появилась у меня в тот самый момент, когда Александр с фермы — не тот Александр, у которого выгорание было, а теперь есть любимые коровник с трактором, а тот Александр, который сын доярки Александры, которую мы зовём Алекс, он на год меня старше, — так вот, этот Александр с фермы как-то показал мне свой план побега из дома. Он начертил карту фермы, дороги, леса, и стрелочками показал, куда и как будет отправляться. А этот Александр такой был крутой — «Тома Сойера» прочитал на два дня быстрее, чем я, а ещё он умел через ограду загона прыгать и целых пять раз на двери сарая подтягиваться. (Эта дверь потом отвалилась и ему влетело, но не суть.)

— А потом он сбежал?

— Да нет, он вскоре военными фильмами увлёкся и стал расширять под окоп нашу канаву. Но тот его план я хорошо запомнила. И я знаю, что я ему завидовала и сбежать мечтала для того лишь, чтобы стать такой же крутой, и что это нехорошо. Но вчера, когда я узнала, что ты собираешься бежать и стала представлять все наши возможности…

— Ты имеешь в виду какие-то возможности помимо сдохнуть здесь от голода и остаться на съедение змеям и медведям? — уточнил Драко, но Сандра прослушала его замечание:

— Мы могли бы присоединиться к лесным разбойникам, как Ричард Шелтон! То есть, он потом пожалел об этом, но какие же у него были приключения! Или как Гек Финн отправиться в путешествие по Миссиссиппи… по Темзе? Эйвону? Что тебе больше нравится? Ну или найти оставленный деревенскими жителями дом и начать вести своё хозяйство, пытаясь отвести от себя подозрения местного почтальона! Хотя это и вполовину не так интересно, — закончила Сандра со вздохом.

Затем она наконец обратила внимание на брата — и заметила, что тот смотрит на неё с грустной озадаченностью.

— Ричард Шелтон, Гек Финн, почтальон — это всё примеры из книг, которые я читала, — посчитала нужным обозначить она и почувствовала укол совести. Драко плохо, а она как всегда оторваться не может от собственных мечтаний.

— Вот как… Сандра, а не было среди этих книг такой, где герои бегут из дома не ради приключений, а просто потому, что всё надоело? Потому что просто видеть уже не могут дом, в котором выросли, обстановку, в которой жили, людей, которые их окружают? Ты постарайся, Сандра, вспомни такую книжку!

«И скажи, чем она заканчивается?» — прочитала Сандра в его просящем взгляде. Драко хотел как угодно, но узнать, что его может ждать теперь.

Сандра несколько минут растирала между пальцами прошлогодние сухие листья, и Драко уже почти отчаялся получить ответ, как вдруг она сказала:

— Вроде есть такая книжка, называется… «Над пропастью во ржи», вот! Там мальчику надоело, как всё в жизни устроено. Что его товарищи по пансиону — лицемеры и тупицы. Все люди, которых он встречает — притворщики и негодяи! Вот он и задумал уехать туда, где его никто не знает, и там глухонемым прикинуться, чтобы ни с кем не разговаривать.

— Ну а потом-то что было? — Драко едва не подпрыгивал на бревне от нетерпения.

— А потом я не знаю, — призналась Сандра. — Эту книгу не я читала, а Александра, которая Алли. Ей в старшей школе задали.

Несколько минут оба молчали. Потрескивали сосны, перекликались птицы — но только былой радости от этих звуков беглецы не испытывали.

— У того мальчика хотя бы был план, — сказал наконец Драко.

— У Александра с фермы тоже, — как-то некстати добавила Сандра.

— А почему ты не сбежала, когда ещё жила на ферме? Сразу после того, как Александр показал тебе план? — спросил Драко, потому что не знал, что ещё можно спросить.

— Маму было жалко.

Слова Сандры повисли в воздухе.

И конечно, если бы Сандра логически продолжила рассуждения, то сказала бы: «А теперь она умерла, и поэтому мне как-то всё равно.»

И конечно, Сандра не смогла так продолжить. Слёзы защипали глаза; она уткнулась лицом в колени и воскликнула:

— Мамочка, милая мамочка, прости меня, пожалуйста!

А Драко о маме не думал. Потому что боялся, просто панически боялся заглянуть в уголок собственного сознания, где обитали мысли о том, как он поступил с мамой. Не мама с ним, а он с нею.

Он сложил в рюкзак почти уничтоженные припасы, закинул его себе на плечи («А ведь по пути сюда я дал нести рюкзак девочке, которая к тому же младше — вот дурак!») и легонько тронул Сандру за плечо.

— Пойдём обратно.

— Ой! — спохватилась Сандра. — Ты это из-за меня, да? Знаешь, я ведь сама собиралась бежать с тобой, и если ты возвращаешься из-за меня, получается, что я как бы нарушила обещание. Драко, ты не думай, я по-прежнему готова отправиться с тобой хоть на край света!

— Я и сам что-то домой захотел.

— Не врёшь? — нахмурилась Сандра.

— Не вру. Слово Малфоя!

— Ну, раз так… — Сандра позволила себе посомневаться несколько мгновений, а затем хихикнула, подпрыгнув: — Ой, как здорово, что мы возвращаемся! Я ведь только что вспомнила, что Ричард Шелтон, пока не сбежал из дома, нашёл в замке своего опекуна тайные ходы! А я ведь даже не начала исследовать на этот счёт Малфой-мэнор.

«Интересно, а есть ли в нашем мэноре тайные ходы, в самом-то деле?» — Драко никак не мог отогнать от себя эту мысль.

* * *

Вернуться им удалось не сразу. Через пару часов пути во вроде бы противоположную сторону юные Малфои и вовсе набрели на какой-то городок — что было весьма кстати, потому что запасы воды подошли к концу, и лишь благодаря встретившейся на окраине колонке их удалось восполнить. А ещё Сандра сумела ввязаться в разговор с парочкой маггловских охотников, от которых узнала, что лес этот в общем-то безопасный, главное — не идти на юго-восток, потому что там все туристы почему-то частенько блуждают.

Малфои поняли, что этом явлении повинен был защитный барьер вокруг мэнора. Поэтому они распрощались с охотниками (те покачали головами на неподходящий для прогулок наряд Драко) и, чтобы не вызвать дополнительных подозрений, отправились для начала на юго-запад — а потом, пройдя достаточное расстояние, чтобы скрыться из виду, сменили направление на юго-восток. Благо, погода была ясная, а Сандра умела с достаточной точностью определять стороны света по солнцу и наручным часам.

Усталость тем не менее брала своё. Моральный дух держался в основном на песне Сандры о том, что избрание ими обходного пути хоть и столкнуло их с некоторыми трудностями, но тем не менее свидетельствовало об исключительных качествах их характера.

Солнце стремительно катилось к закату, когда в просветах между деревьями показалась наконец белая стена мэнора. Драко сначала бросился бежать к дому, расставив руки — будто хотел его обнять, только вот ноги, ставшие будто железными от целого дня пути, не позволили ему долго держать скорость. Сандре достаточно было лишь немного ускорить шаг, чтобы его нагнать.

— Ой-й, Сандра… А что же скажет мама? — внезапно вспомнил он.

— Ничего не скажет. Я ей записку оставила, что мы с тобой сегодня целый день будем играть в шпионов и потому в мэноре нас, скорее всего, не будет видно. Нет, может, она обидится, что у нас свои игры, но… о том, что мы сбегали, она вряд ли узнает. Давай только зайдём с севера, чтобы она нас из окон гостиной не увидела. А для пущей убедительности можем на самом деле в шпионов поиграть — мы с Александром и Ксан…

— Ты написала в записке, что мы будем играть целый день… Один день?! Так ты знала, что мы сегодня вернёмся!..

Казалось бы, какие тут поводы для облегчения — Сандра, хитрюга этакая, ничего ему о записке не сказала, будто соврала — и тем не менее он хохотал — громко и заливисто, как не смеялся уже года два с половиной…

Сандра тоже развеселилась и пропела на этот раз нечто поистине художественное и неожиданно складное — о том, как они отправились в путешествие и увидели много диковинного, а теперь вернулись домой, где можно будет поесть и лечь спать.

— А ведь это не перевод, — неожиданно для себя определил Драко, перелезая забор, да так, что мантия на этот раз не пострадала.

— Не перевод, — подтвердила Сандра, спрыгивая следом. — Эту песню сочинил англичанин, она из книжки про хоббитов, которые, кстати, тоже из дома уходят. И идут по волшебному лесу. И знакомятся с фермером, выращивающим грибы; хозяином леса, который песенки любит; с храбрым и опытным всадником…

— А чем у них история заканчивается? — спросил Драко, на этот раз спокойно и весело.

— Вот чего не знаю, того не знаю! — так же весело отозвалась Сандра.

— Эту книгу про хоббитов тоже задали Алли в старшей школе?

— Нет, я сама читала. Но она знаешь, какая длинная! У хозяйки три тома стояли. Вот я и не успела, — вздохнула Сандра.

И тут Драко снова поддался сильному джентельменскому порыву — как с рюкзаком после привала. Приняв по наставлению Сандры душ и тщательно осмотрев тело и одежду насчёт клещей, он, забыв об усталости и недавнем желании упасть и не двигаться часов пятнадцать, ринулся в библиотеку.

Его отец выказывал презрение ко всему маггловскому. Зато дед собирал в библиотеке отнюдь не только волшебные книги.

Через несколько минут активного поиска он достал с полки томик, на корешке которого значилось загадочное слово «Хоббит». И те несколько книг рядом, которые также написал «Дж.Р.Р. Толкин».

Прижав к груди увесистую охапку, он развернулся было, собираясь мчаться в западное крыло, чтобы обрадовать сестру — но остановился, заметив на той же полке ещё одно услышанное от Сандры название: «Над пропастью во ржи». Книга была вовсе не такой толстой, как те, что сочинил Толкин — наверняка можно проглотить за вечер-другой. А поодаль на ещё одном корешке значилось знакомое имя Гекльберри Финна…

Конечно, логичнее всего было бы отнести Сандре томики про её любимых хоббитов и вернуться сюда самому. Но он вдруг представил, что в библиотеку могут заглянуть за чем-нибудь родители и что вновь придётся очутиться посреди их ссоры. Несомненно, утомительная роль посредника ждёт его завтра, послезавтра и до самого конца августа, но на сегодняшний-то день Сандра вроде отпросилась у мамы! Так зачем досрочно заканчивать неожиданный выходной?

Так и получилось, что в западное крыло он явился не с четырьмя томиками, а с четырьмя внушительными стопками.

Сандру почти сразу утянули на кухню Фифи и Шелла: «Мы тут, понимаешь, работаем, а ты сначала целый день по лесу шляешься, а теперь книжки хочешь читать? Идём, почитаешь нам вслух!» Сандра предложила компромисс: поставила условие, что читать она будет не с начала, а с того места, где на ферме остановилась. Эльфы условие приняли и в тот же вечер узнали много лестного о своих «собратьях» из Средиземья.

А Драко, оставшийся в западном крыле наедине с Асторией, с удобством разлёгся на диване и стал жадно прочитывать страницу за страницей, как измучившийся от жажды человек заглатывает воду.

Он читал всё подряд, бессистемно и вдохновенно проникался приключениями героев, внезапно перепрыгивая с пятнадцатой страницы на сто пятнадцатую и с Диккенса на Стивенсона. Маггловский контекст иногда не позволял разобраться в деталях, но всё же не мешал переживать вместе с персонажами все подготовленные авторами передряги. Это была не скучная штампованная беллетристика, сочинённая немногочисленными писателями-волшебниками — это был полёт фантазии — нет, многих фантазий таких разных авторов.

И за остаток выходного Драко решил налетаться с этими фантазиями так, чтобы до августа хватило! Астория, может, и хотела что-то заметить о том, что он перебарщивает с объёмом поглощаемой литературы, но вовремя сообразила, что слова об информационном перегрузе — полнейший вздор, если они звучат из уст человека, готовящегося к экзамену по медицине.

Она отвлекла его лишь один раз. У неё никак не получалось составить уравнение по какой-то реакции из тренировочного задания по зельеварению, и она обратилась к нему за помощью. Неожиданно для себя самого, он вовсе не почувствовал досады, отрываясь от очередной истории — вскочил, подошёл, склонился над пособием и энергично начал:

— Ну смотри, вначале у нас здесь экстракт полыни. Формулу помнишь?

Астория и не заметила, как с его подсказками почти сама дошла до решения.

— Вот видишь? Ничего сложного. Попробуй теперь следующий номер. А я пока узнаю, получилось ли у Холдена уехать на запад, — добавил он с глубоким зевком, вновь устраиваясь на диване.

Когда после ужина в западное крыло вернулись Дафна с Сандрой, Драко уже крепко спал с раскрытым томиком Сэлинджера на груди. Ему так и не удалось узнать, чем, собственно, заканчивается «Над пропастью во ржи». Но он успел понять главное: им с Холденом одинаково повезло с младшими сестрёнками.

Между прочим, то обстоятельство, что её спальное место оказалось занято братом, Сандру не смутило. Она мигом спустилась на кухню и выменяла у Фифи с Шеллой свободную подстилку в их каморке на «ещё полглавы Толкина на ночь». И хотя она тоже уснула, не дочитав до оговоренного места, Фифи с Шеллой в этот вечер прекрасно понимали: с Сандрой им несказанно повезло.

(Только вот в отличии от Драко они в этом ни за что бы не сознались. Пусть даже и самим себе.)

1) Как раз медведей в Британии почти что нет. Но если учесть, что Сандра росла на русских сказках, станет понятно, почему она о них подумала.

Вернуться к тексту