Хроники Долоса: Ветра свободы (джен)

Дверь кабинета распахнулась, и Жанна вышла, оставляя последствия своего выбора на откуп судьбе. Несколько рыцарей, обменявшись быстрыми взглядами, последовали за ней, явно не решаясь задерживаться в комнате, где ныне властвовало беззаконие.

В камине медленно тлели угли, редкие искры вспыхивали и гасли. Пламя факелов отбрасывало на стены длинные тени, а на столе, рядом с чернильницей, лежал подписанный приказ. Символ новой власти.

Эмбер осторожно подошла к Долосу ступая почти бесшумно. Она остановилась вплотную, её пальцы машинально сжали лацкан его плаща, словно пытаясь убедиться, что это всё не сон.

— Значит… теперь ты наш Гранд-Мастер? — Эмбер вскинула голову, и в её глазах загорелся живой, тёплый свет. Она произнесла это почти с восторгом, будто говорила о смене дежурного в таверне, а не о перевороте в Ордо Фавониус. Уголки её губ дрогнули в искренней улыбке, она была уверена: с ним Мондштадт будет в надёжных руках.

Долос замер. В её речи не было ни страха, ни лести, ни корысти, только детское доверие, которого он не заслуживал.

«Она смотрит на меня, как на героя… но я лишь жулик, укравший власть». Горечь, что жгла изнутри, вынудила его отвернуться от Эмбер, скрывая взгляд, чтобы она не увидела его настоящего. Он сжал перстень, но сапфир уже потускнел, словно потеряв свою силу.

— Да, Эмбер. Теперь я ваш новый Гранд-Мастер, — пробормотал он, в его тоне не осталось прежней язвительности, только усталость.

Герц, стоявший у двери, стиснул зубы, его лицо было красным от гнева.

— И какие же будут поручения от нашего нового Гранд-Мастера? — прошипел он, презрительно глядя на Долоса. — Попойка в таверне, или, может быть, посещение блудных девиц на деньги Ордо Фавониус?

Долос глубоко вздохнул. В иных обстоятельствах он, возможно, именно так бы и поступил: наплевав на всё, утонул бы в вине и плотских утехах. Но теперь добытое с таким трудом положение в Ордо нужно было подкрепить делом, как бы ему это ни претило. Он оказался среди людей, расположение которых не купишь

ни лестью, ни звонкой монетой.

И, может быть, он всё же хотел снова поймать на себе тот тёплый, полный веры взгляд Эмбер. Взгляд, из-за которого ему сейчас приходилось быть тем, кем он никогда не являлся.

— Герц, — голос Долоса стал острым, как клинок, мгновенно отсекающий лишние эмоции. — Эвакуируй горожан в катакомбы. Обеспечь защиту каждому. Мобилизуй всех лекарей. Если эта тьма пойдёт в атаку, нам придётся встречать её подготовленными. И… собери для меня спецотряд.

Герц застыл, будто ударился о невидимую стену. Лицо его исказила гримаса ярости и непонимания. «Этот жулик смеет приказывать мне?» Но здравый смысл, как ни прискорбно, подсказывал: приказ был чётким, и, кем бы он ни был отдан, он был верным.

— Спецотряд? — переспросил Герц, и в его глазах сверкнуло презрение, словно он уже раскусил замысел Долоса. «Боится идти один, трусливый выродок.»

— Ты не ослышался, — ответил Долос ровно, даже с намёком на усмешку. — Лучших. Таких, кто вернётся живым оттуда, куда я их поведу. Таких, кто не дрогнет, даже если увидит то, от чего другие взмолят о смерти.

Герц стиснул зубы, так что челюсть заскрипела, а кулаки побелели от напряжения. Несколько секунд он сверлил Долоса взглядом, будто пытаясь прожечь в нём дыру, но всё же кивнул.

— Как прикажете… Гранд-Мастер, — процедил он, отдавая честь с таким выражением, будто отрезал себе кусок гордости. После чего резко развернулся и почти вылетел из кабинета.

В дверном проёме на миг возник силуэт. Кэйа, как всегда вальяжный, опирался на меч, и лёгкая, почти насмешливая улыбка мелькнула на его губах. Повязка на глазу делала его взгляд особенно пронзительным.

— Что ж, Долос, ты зашёл на поле большой игры, не пожалей.

Мгновение, и он исчез, оставив Долоса в сомнении: было это наяву или лишь наваждение.

* * *

Спустя час, который показался Долосу вечностью, в штаб вошли трое, каждый из которых нёс на себе печать силы и уникальности рыцарей Ордо Фавониус. Кабинет, недавно служивший ареной для борьбы за власть, теперь превращался в поле новой схватки за доверие и признание.

Дилюк Рагнвиндр, владелец «Винодельни Рассвет», зашел первым. Строгая фигура, тёмно-красный костюм под чёрным плащом с меховой отделкой. Его алые глаза, холодные и пронзительные, скользнули по Долосу. Ни один мускул не дрогнул, но взгляд был настолько откровенно презрительным, что слова были лишними. «Вор. Убийца. Шут. Но не лидер. Как Жанна могла допустить это?»

Следом, словно по подиуму, прошла Эола Лоуренс, капитан разведывательного отряда. Серебристые волосы струились по спине, а ледяные глаза сверкали, как осколки замёрзшего озера. Улыбка, что мелькнула на её лице, была тонкой, как трещина на льду, в ней скрывались и насмешка, и предвкушение. «Интересно… сколько он продержится? И сколько хаоса успеет принести, прежде чем падет?» Она остановилась сбоку, скрестив руки на груди, как зритель, ожидающий первого акта трагедии.

Последней вошла Мона Мегистус. Её сине-фиолетовые одежды с золотыми узорами мерцали в тусклом свете, пальцы сжимали древнюю звёздную карту. Аквамариновые глаза, обычно мечтательные, сузились, отражая внутреннее озарение. Она слегка наклонила голову, оценивая Долоса.

— Судьба смеётся… Какая ирония, — протянула Мона, не поднимая глаз от потускневшей звёздной карты. Её голос звучал тише шёпота, но в пустом кабинете каждая нота отдавала звонким эхом, так что слышали все. — Этот человек должен был погибнуть ещё пару дней назад… Он явно дышит взаймы.

Дилюк вышел вперёд, и тень от его фигуры покрыла весь стол, будто отрезая Долосу путь к отступлению.

— С чего ты взял, что мы пойдём под твоим предводительством? — холодно спросил он.

Долос медленно поднялся с кресла, когда-то принадлежащего Жанне, и пристально посмотрел на Дилюка.

— С того, что Бездна не будет послушно ожидать вас соборе. И без моей мощи ее ничто не сдержит от разрушения всего сущего.

— Звёзды солидарны с ним, — мягко, но зловеще подтвердила Мона. — Если мы не начнём действовать немедленно, завтра от Мондштадта ничего не останется.

Эола шагнула ближе, глядя на Долоса так, будто пыталась разглядеть в его глазах душу.

— Ну что ты, Дилюк, — с заигрыванием обратилась она, — Быть может капитан Герц был слишком предвзят, к нашему новому Грант-Мастеру.

— Мы справимся и без него, — жёстко бросил Дилюк.

Долос чуть склонил голову, уголок его губ дрогнул.

— Можете попробовать. Но чтобы добраться до собора, придётся перешагнуть через тела тех, кто уже подвергся влиянию Бездны. Вы готовы убивать вчерашних соседей… быть может близких друзей?

Эола сжала губы, взгляд её похолодел.

— Если ты пытаешься меня шокировать, то зря. Я видела вещи гораздо хуже.

Мона обратилась к звёздной карте.

— Но видел ли вещи похуже он? — в её голосе прозвучал намёк, суть которого ускользнула от присутствующих.

Дилюк промолчал, вернув взгляд к Долосу.

— Это просто слова, проныра. Твоей болтовней не заполнить Бездну.

— Ты недооцениваешь силу слова, — коротко ответил Долос.

В кабинете вновь воцарилось молчание. Тогда вперёд вышла Эмбер.

— Я поручусь за него, — сказала она уверенно. — Он может быть резким, но не бросает тех, кто ему доверился, — на мгновение она замешкалась, — Образно говоря не бросает.

Дилюк задержал на ней взгляд, словно пытался себя переубедить.

— Я не верю в искренность его намерений, — произнёс он наконец, — но верю тебе, Эмбер. Если готова отвечать за него… пусть будет так.

Дилюк отвернулся, давая понять, что спор окончен. Остальные молчали, но в тишине всё ещё чувствовалось напряжение.

«В другой ситуации я бы послал их всех

к чёрту. Но сейчас я держусь

на краю. Власть, которую я вырвал, слишком шаткая. Неосторожный шаг в сторону, и меня снова вышвырнут.»

Его взгляд невольно остановился на Эмбер. «Забавно… мои угрозы для них лишь лепет. Но стоит открыть рот малышке скауту...» От этой мысли что-то неприятно кольнуло внутри. «Ладно. Пусть так. Главное результат.»

Тишину нарушил лёгкий смешок Эолы.

— Ну что ж… Гранд-Мастер-авантюрист, — сказала она, скрестив руки, — каковы дальнейшие действия? Но учтите, каким бы ни был ваш план, он должен быть элегантным, чтобы прийтись мне по вкусу.

Долос поднял взгляд, и в уголках его губ появилась ухмылка. В глазах мелькнул тот самый безумный огонёк, который всегда предвещал рискованное решение.

— План прост. Пройдем сквозь Ад, и обратно.