Канарина - цыганка нагадает себе сама! (джен)

— Ты все запомнил?

— Да помню я! — возмущенно посмотрел на меня юный мануш и обиженно пробубнил. — Ты крест режешь, а я поджигаю.

— Ну прости, — я потрепала его по голове и улыбнулась. — Просто я хочу, чтобы все получилось. А без тебя я не смогу!

— Риночка, осталась одна песня! — напомнила запыхавшаяся тетя.

— Пора по позициям, Сар, — я переглянулась со своим помощником и кивнула ей.

Вертись вертись мое колесо

Тянись тянись шерстяная нить

Отдавай мой гость мне мое кольцо

А не хочешь если совсем возьми

Отдавай мой гость мне мое кольцо

А не хочешь если совсем возьми…

Встала на свое место и, в попытке успокоить неожиданно вылезшее волнение, начала крутить в пальцах конец серьги. Тогда в горах Сен подобрал небольшой аметист из которого в решил сделать мне серьги в набор к маминой подвеске. Кристалл висел на тонкой цепочке, что с обратного конца закреплялась небольшим серебряным цветком с передней стороны уха. Он имел естественные, слегка ломаные грани и интересно играл на свету, кидая сиреневые блики. С недавнего времени у меня появилась привычка теребить прядь волос или «висюльку» серег.

… Я себя сегодня не узнаю

То ли сон дурной то ли свет не бел

Отдавай мне душу мой гость мою

А не хочешь если бери себе

Отдавай мне душу мой гость мою

А не хочешь если бери себе…

«Может, живой огонь для танца был лишним?»

По задумке, для большей зрелищности, в середине танца Артур должен будет зажечь специально установленные для этого на сцене резервуары с маслом и спиртом. Должно получится цветное, будто переплетающееся пламя, которое я буду понемногу собирать на свое оружие для «горячих» элементов.

«Было бы проще с иллюзией, но…»

С потерей матери, магия, подобно дару видящей, перестала поддаваться контролю. Я тут «откатилась» в самый низ. Мне стало затруднительно удерживать даже простейшие магические конструкты. Я не смогла определить причину такого моего «недуга». Волшебство и гадание это совершенно два разных аспекта магии, не должных влиять друг на друга. Тогда почему я потеряла оба дара? Резерв полный, магическое ядро цело, а правильно вывести силу я могу одни из пяти раз. В остальных же… Моя осечка могла привести к взрыву магии, что могло навредить окружающим меня людям.

…Звон стоит в ушах и трудней дышать,

И прядется не шерсть, только мягкий шелк,

И зачем мне, право, моя душа,

Если ей у тебя, мой гость, хорошо.

И зачем мне, право, моя душа,

Если ей у тебя, мой гость, хорошо.

«Хватит отвлекаться!» — я дала себе мысленную оплеуху. — «Мой выход!»

Тихо заиграли барабаны. Шаг из тени сцены. Толпа немного оживилась. Звучание струн гитары. В центр плавной походкой. Движение бедра. В почти тишине слышится перезвон монет на юбке. К мелодии присоединились бубенчики. Поднять голову, посмотреть прямо на зрителей. Они завороженно наблюдают за мной.

«Прочь мысли, сегодня я танцую!»

Улыбаюсь им и начинаю следующее движение. Плавный всплеск кистей. Перезвон надетых украшений. Тянет ноту смычек. Прогнуться в спине назад продолжая играть браслетами вытягиваясь руками вверх. Немного присесть — плавно подняться. Теперь еще ниже…

Что ни вечер, то мне, молодцу,

Ненавистен княжий терем,

И кручина, злее половца,

Грязный пол шагами мерить…

Выпрямляюсь и разворачиваюсь. Движения мои становятся резче, быстрее. Выстреливаю руками вперед и по-змеиному двигаюсь телом. Из рук вылетают полупрозрачные ленты ткани. Звон монеток. Народ начинает зажигаться мелодией.

…Завихрился над осиною

Жгучий дым истлевшим стягом;

Я тоску свою звериную

Заливаю пенной брагой. …

Ленты то плывут, то мечутся от стороны в сторону. Бубенчики на ногах задают ритм все ускоряющейся музыке. Снова прогибаюсь, накрывая себя полосами ткани. Замираю.

…Из-под стрехи в окна крысится

Недозрелая луна;

Все-то чудится мне, слышится:

Выпей, милый, пей до дна!..

Ленты слегка колышутся, а ноги делают резкие прыжки понемногу поворачивающие меня вокруг оси. Кружусь, закручивая вокруг себя еще больше, но так и должно быть. Легонько колышусь в «коконе» будто на волне.

… Выпей — может, выйдет толк,

Обретешь свое добро,

Был волчонок — станет волк,

Ветер, кровь и серебро…

Загораются дрожащие фонарики. Музыка становится громче и яростнее. Резко раскручиваюсь обратно так, чтобы ленты образовали спираль и легли вокруг. В моих руках появляются сверкающие клинки. Делаю пару хищных выпадов. Зрители взревели. Лезвия разрезают ленты надвое. Слышаться удивленные вздохи. Это вам не бутафория! Подхватываю их и снова кружусь. Взмах — за клинком следует полоса алой, словно пламя, материи.

…Так уж вышло — не крестись —

Когти золотом ковать,

Был котенок — станет рысь,

Мягко стелет, жестко спать!..

Клинки со свистом рассекают воздух. Не забываю покачивать бедрами. Перезвон монет — то громче, то тише. Я слегка замедляюсь, снова превращаясь в волну. Выписываю плавные фигуры клинками. Мелодия немного стрихает.

… Не ходи ко мне, желанная,

Не стремись развлечь беду —

Я обманут ночью пьяною,

До рассвета не дойду…

Раскачиваясь телом постепенно оседаю на колени. Потряхиваю плечами и грудью чтобы звучали и более мелкие монетки на топе. Делаю волну взад вперед. Клинки в руках выписывают восьмерки…

…Ох, встану, выйду, хлопну дверью я —

Тишина вокруг села —

Опадают звезды перьями

На следы когтистых лап….

Вытягиваю оружие вперед и выгибаюсь. Движения плечами в такт барабанов. Словно бьется огромное сердце. Прижимаю клинки к груди и закручиваясь поднимаюсь в шане.

…Пряный запах темноты,

Леса горькая купель,

Медвежонок звался ты,

Вырос — вышел лютый зверь…

Встаю полубоком к зрителям в одной из боевых стоек, которым меня учил дядя. Немного рисуясь покачала бедрами и плечами, словно кошка перед броском. Поднимаю клинки ввверх и скрещиваю. Мелодия утихает, топа замирает в напряжении…

… Выпей — может, выйдет толк,

Обретешь свое добро,

Был волчонок, станет волк,

Ветер, кровь и серебро…

По краям сцены начинают тянуться полосы огня. Музыка вновь заиграла опасными нотками. Барабаны и бубенцы отбивают бешеный ритм. Я снова кружусь, подираясь ближе к пламени. Легким росчерком клинков касаюсь горящей жидкости. Небольшое количество горючего остаётся на лезвиях, и они так же начинают гореть огнем. В моих руках само пламя. Толпа бушует, а я делаю очередные выпады и замахи.

…Выпей — может, выйдет толк,

Выпей — может, выйдет толк.

Выпей — может, выйдет толк

Был волчонок, станет волк…

Слышаться залихватские свистения и вскрики. Они не спускают с меня глаз. Закручиваю клинки, что в наступившей темноте для всех видится сплошным огненным кольцом. Резко развожу руки в стороны, Делаю резкие движения телом и вновь закрываюсь пламенем, словно ныряю в него. Смотри те же! Я не боюсь его! Играю со все еще горящим оружием не забывая поднимать бедра и встряхивать плечами. В моей крови тоже горит огонь!

Резко вскидываю руки, запуская клинки в специально приготовленные для это мишени. Музыка обрывается при звуке их попадания. Замираю раскинув руки и закрыв глаза и тяжело дыша.

Секунда гробовой тишины взрывается ревом взбудораженной толпы. Со всех сторон слышаться крики и свисты, на сцену летят монетки.

В голове пустота, по телу расходятся волны тепла и стук бешено бьющегося сердца. Под бурные аплодисменты пьяной толпы я словно в трансе спустилась со сцены, а потом, не обращая внимания на ожидающих меня теток и друзей, побежала прочь с площади.

Мимо цветных лавочек, перепрыгивая мешающие пути клумбы и лавочки, по кратчайшим улочкам и подворотням. Я не понимала, как выбираю дорогу, но знала что мне нельзя останавливаться и тратила все те крохи оставшихся сил лишь бы добраться до укромного места.

«Не успеваю!» — промелькнула запоздалая мысль, когда я почувствовала болезненные покалывания по всему телу. Я очень долго сдерживала ее, но видимо мой предел настиг.То, чего я так долго боялась. Она рвется из меня. Неподвластная мне стихия, что сметет все на своем пути.

«Магия»