Silent Hill: Начало Начал (джен)

В этот раз видения пришли почти без головной боли и жара по сравнению с предыдущими приступами “болезни шаманов”. И Тихое Озеро чувствовала себя более материальной, уже не похожей на холодный ночной ветер. Теперь ее не просто вели ее сны, нет — она сама знала, что делает и кого ищет.

Туманный берег озера, на котором она оказалась во сне, почти не отличался от того, на котором она уснула. Но здесь был кто-то еще, помимо нее самой. Даже не оглянувшись, девушка улыбнулась:

— Мама. Ты все-таки здесь, со мной. — и почувствовала, что в ответном молчании скрыта такая же улыбка. Ей очень хотелось обернуться и увидеть Белое Облако, но она знала, что так делать нельзя. Таковы правила для тех, кто хочет услышать ушедших и побыть с ними рядом.

— Я знаю, ты здесь. — вновь заговорила Тихое Озеро. — И я знаю, что случилось с тобой и отцом. Мне жаль, что все вышло так. Но это то, что случилось, и я не должна это отрицать. Ты — это просто мои мысли о тебе, ведь так?

— Это так, Тихое Озеро. — наконец ответил ей мягкий голос. — Поэтому тебе не нужно искать меня, я всегда рядом с тобой, до самой последней ночи.

— Спасибо. — ответила девушка и долго молчала, прежде чем снова нарушить тишину. — Скажи, того страшного “рая”, что хотела создать Кристабель, больше не будет?

— Ей его не видать. — был ответ. — Но за нею придут другие. Эта земля уже больше не будет прежней, она лишилась своей невинности и покоя. Каждый человек, что жил на ней, оставил свой след — и новые люди будут оставлять свои тоже. Сердца людей полны боли, тьмы и безутешных желаний, земля будет впитывать их, а потом на ней расцветут зловещие цветы и плоды, полные горечи. В этих местах нужно осознавать каждую мысль, чувство и слово, как теперь их осознаешь ты, Тихое Озеро. Но таких людей будет мало. Многие будут идти напролом, не понимая, что происходит. Другие будут в своей гордыне считать, что владеют тайными знаниями и повелевают духами этого места. Лишь немногие, подобно тебе, будут чувствовать биение сердца Толуки и Острова Мертвых и будут беречь и лелеять его. Сейчас тебе удалось успокоить его и погрузить духов в беспокойные сны, но рано или поздно они пробудятся вновь, когда с востока приплывут новые корабли и новые люди сложат дома на том месте, где стоят форт Толука и жилища племени Нипмук. Тогда тьма в сердцах людей снова потянет их к тому, что сокрыто в тумане.

— Значит ничего изменить нельзя?

— Не все из того, что хотелось бы. Страшные миры будут вырастать из сердец людей, как цветы из семян, но и в них будет место искуплению и даже покою. Те, кто сумеет преодолеть свои страхи и боль, кто сумеет взглянуть в глаза правде, сумеют найти дорогу назад. Будет и та, кто вновь успокоит Толуку и ее туманы, такая же смелая, как и ты. Ее именем будет Вереск… Она многое изменит к лучшему, но это будет еще не скоро.

— Вереск… — задумчиво повторила девушка. — А что насчет Анны, отца и других?

— Ты и сама знаешь, Тихое Озеро. Ты ведь почувствовала, что с ними случилось.

— Да. — горько призналась она. — Я ощутила, что они стали глухи ко всему, кроме самих себя. Выходит, они все же попали в ловушку собственных миров и заблудились в них, потому что не сумели побороть свои страхи. Могла ли я помочь им?

— Нет, дочь моя. В какой-то момент каждый остается наедине с собой — и только ты сама можешь помочь себе или наоборот погубить.

— А я сама прошла это испытание? — спросила Тихое Озеро и прикрыла глаза. — После всего, что случилось, я даже не знаю, как мне прожить еще один день. Не знаю, зачем это делать и ради кого. Я ведь осталась совсем одна. Что если я тоже сломаюсь и захочу создать мир, где мне будет лучше?

— Не думаю, что ты так поступишь. — ответил ей голос и девушка явственно почувствовала в нем улыбку. — Ты прошла через такое количество тьмы и вышла на свет, мало кто на такое способен. У тебя впереди целая жизнь, пусть даже сейчас этот путь скрыт от тебя туманами будущего. У тебя еще может быть любовь, могут быть дети и внуки, ты можешь стать истоком для целого рода, если захочешь. Ты можешь передать то, что знаешь, своим потомкам, научить их, как подружиться с духом Черного Лебедя и не бояться грядущего. Ведь людям нужно быть смелыми, чтобы не создавать кошмары и демонов. И тогда земля духов будет видеть спокойные сны.

Тихое Озеро почувствовала, что ее собеседница приближается к ней, и ощутила нарастающее волнение, до мурашек, бегущих по коже. Всей силой сопротивляясь желанию обернуться, она почувствовала, как прохладные руки нежно обнимают ее сзади, а холодная кожа чужой щеки прикасается к ее собственной. Из глаз полились слезы и в горле застрял комок.

…Она открыла глаза и проснулась, всё так же лежа на траве на берегу туманного озера. Она была здесь одна и четко осознавала, что это больше не сон. Несколько минут она сидела, обхватив колени руками, и глядя на темную воду, а затем поднялась, отряхнула платье и медленно пошла сквозь туман, прочь от озера Толука, форта и индейской деревни. Она помнила рассказы отца о том, где находятся ближайшие поселения колонистов, подданных французского короля, и направилась к ним. Ей было уже все равно, на каком языке будут говорить эти люди, какие у них будут обычаи и какой цвет кожи — кровь у всех одинакова, как и тьма в сердце, и смелость встретить ее лицом к лицу. Она начнет новую жизнь, которая, быть может, сложится лучше, чем прежняя. Она ничего не забудет, но воспоминания останутся лишь воспоминаниями, а не станут демонами и ложными “богами”, которым молятся такие как Кристабель или Преподобный.

Мысль о том, что загадочная сестра по несчастью по имени “Вереск” в далеком будущем будет так же стойко противиться тьме, придавала Тихому Озеру сил и она улыбалась, читая про себя тихую молитву-послание, пока шла по туманным лесным тропинкам:

“Я — это твое прошлое.

Ты — это мое будущее.

Будущая я, не теряй надежды,

Как бы ни было тяжело.

Мы не сотворены из одного только горя,

В нас есть и счастье, и радость, и смелость.

Так что будь счастлива и для себя, и для меня.

Не теряй надежды”.