Рон Уизли и Философский камень (джен)

В течение первой недели в школе мы с Малфоем почти не сталкивались — единственными занятиями, которые мы посещали вместе, были занятия профессора Снейпа. Однако, вернувшись от Хагрида, мы с Гарри заметили объявление, вывешенное в гостиной Гриффиндора, и это заставило нас застонать. Полеты на метлах начались во вторник, и первокурсники Гриффиндорского и Слизеринского факультетов должны были научиться летать вместе.

— Это здорово, — мрачно сказал Гарри. Как раз то, о чем я всегда мечтал. Выставил себя дураком перед Малфоем — и не просто дураком, а дураком, сидящим на метле и не знающим, как взлететь.

— Откуда ты знаешь, кто будет выглядеть дураком? — Резонно ответил я. — Конечно, я знаю, что Малфой хвастается перед всеми, что он великий игрок в квиддич. Но я готов поспорить на свою старую метлу, что все это чепуха.

В конце концов, дети получают детские метлы со встроенными ограничителями скорости и высоты. У нас с Джинни была такая. Она, конечно, старая, но летать на ней можно.

Малфой действительно слишком много говорил о полетах. Он громко сожалел, что первокурсников не принимают в факультетские команды, и рассказывал длинные хвастливые истории о том, где и как он летал на самых разных метлах. Истории обычно заканчивались тем, что Малфою удавалось увернуться от магловских вертолетов с невероятной ловкостью и в самый последний момент.

Он за рулем, маггловские машины в наш волшебный мир не летают, да и въехать в него проблематично. На всех входах в волшебный мир есть маглоотталкивающие чары. Однако Малфой был не единственным, кто рассуждал на эту тему — судя по словам Симуса Финнигана, он все свое детство провел на метле. И я был готов рассказать любому, кто согласился бы меня слушать, о том, как однажды я взял старую метлу Чарли и чудом избежал столкновения с дельтапланом. Он, конечно, приукрасил это, но чего только не сделаешь, чтобы привлечь внимание девушек. Лаванде тоже нравилось слушать мои истории.

В общем, все, кто родился в семьях волшебников, без умолку говорили о квиддиче. У меня уже был серьезный спор с Дином Томасом по поводу квиддича. Дин любил футбол, а я думал, что нет ничего интересного в игре, в которую играют всего одним мячом и игрокам запрещено летать. На следующий день я показывал на изображения игроков на плакате футбольной команды Уэстхэма, который висел над кроватью Дина. Я пытался заставить их двигаться. Я не мог поверить, что на маггловских фотографиях все неподвижны, в отличие от фотографий волшебного мира, где люди появлялись и исчезали, подмигивали и улыбались.

Однако среди тех, кто родился в волшебных семьях, были исключения. Так, Невилл признался, что у него никогда в жизни не было метлы, потому что бабушка строго-настрого запретила ему даже думать о полетах. Я полностью с ней согласился — Невилл умудрялся попадать в самые невероятные истории, даже стоя на двух ногах. Он был очень неуклюжим, поэтому давать ему метлу было просто страшно.

Гермиона Грейнджер, выросшая в маггловской семье, как и Гарри, так же, как и Невилл, нервничала из-за предстоящих полетов. Если бы научиться летать можно было по учебнику, Гермиона уже парила бы в небе лучше любой птицы, но это было невозможно. Хотя Гермиона, к ее чести, не удержалась и предприняла хотя бы одну попытку. Во вторник за завтраком она наскучила всем за столом, цитируя советы и хитрости для начинающих пилотов, которые она почерпнула из библиотечной книги под названием "История квиддича". Однако Невилл слушал ее очень внимательно, не пропуская ни единого слова и постоянно задавая вопросы. Очевидно, он рассчитывал, что теория поможет ему продержаться на метле еще несколько часов. Но я был очень рад, когда лекция Гермионы закончилась с приходом почты.

Гарри не получил ни одного письма с пятницы, на что, конечно же, Малфой не преминул указать. Сова Малфоя — вернее, в отличие от других, у него была ушастая сова, потому что Малфой любил подчеркивать свою оригинальность — постоянно приносила ему из дома пакеты со сладостями, которые он торжественно открывал за столом, угощая своих друзей. Впрочем, Гарри не лучше. Его сипуха была единственной полярной совой в школе, но, по крайней мере, они подарили ее ему, и он очень этим дорожит. Он всегда ходит в совятню проведать ее.

Как бы то ни было, во вторник Букля прилетела проведать своего своенравного хозяина, но сипуха Невилла принесла ему небольшую посылку, присланную его бабушкой. Невилл был вне себя от радости и, открыв посылку, показал всем маленький стеклянный шарик. Шар, казалось, наполнился белым дымом.

— Это напоминание! — Объяснил Невилл. — Бабушка знает, что я постоянно все забываю, и этот шар говорит мне, что ты забыл что-то сделать. Смотри, тебе нужно взять его в руку, крепко сжать, и если в нем появятся картинки...

Лицо Невилла вытянулось, когда мяч в его руке внезапно начал высвечивать изображения учебников и предметов.

— ну... — Что? — растерянно переспросил Невилл.

Полезный подарок. Это очень поможет Невиллу вспомнить, что именно он забыл. Он очень старался это сделать, когда проходивший мимо Драко Малфой выхватил мяч у него из рук.

Мы с Гарри одновременно вскочили на ноги. Не то чтобы мы действительно хотели драться — в конце концов, совсем рядом были друзья Малфоя, которые превосходили нас числом, — но и отступить мы тоже не могли. Но тут между нами встала профессор Макгонагалл, у которой нюх на неприятности был острее, чем у любого учителя Хогвартса.

— Что происходит? — строго спросила она.

— Малфой получил напоминание от меня, профессор, — объяснил Невилл.

Малфой нахмурился и положил памятку на стол перед Невиллом.

— Я просто хотел посмотреть, профессор, — невинно сказал он и отошел, испуганно ссутулившись.

Казалось, он пытается съежиться и таким образом избежать возможного гнева профессора Макгонагалл, которая просто не обратила бы на него внимания.

Мы вернулись к еде. На этот раз мне досталось яйцо с сосиской. А Гарри, как обычно, уплетал свою кашу. И почему он так любит овсянку? Невилл упрямо держал памятку в руке, потом шмыгнул носом и пошел за учебниками.

* * *

В половине четвертого Гарри, я и другие первокурсники Гриффиндора поспешили на летную тренировочную площадку. День был солнечным и ясным, дул легкий ветерок, и трава шелестела под ногами. Студенты дружным строем спустились с холма, направляясь к ровной поляне, которая находилась как можно дальше от Запретного леса, мрачно покачивающего верхушками деревьев.

Первокурсники Слизерина уже были там, как и двадцать метел, лежащих в ряд на земле. Я вспомнил, как Джордж и Фред жаловались на школьные метлы, говоря, что некоторые из них вибрируют, если забраться на них слишком высоко, а некоторые всегда отклоняются влево. Вам нужно выбрать метлу, которая не выглядела бы такой потрепанной. Хотя все они выглядят так, словно уже давно являются заслуженными ветеранами.

Наконец, появилась инструктор по полетам мадам Хуч. У нее были короткие седые волосы и желтые, как у ястреба, глаза. Значит, она пьяна? Запах у нее характерный.

— Ну, чего вы ждете?! — огрызнулась она. — Все стоят перед метлой — давайте, двигайте ею.

Я посмотрел на выбранную мной метлу. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны. О, я надеюсь, что она не сломается прямо подо мной.

— Вытяните правую руку над метлой! — Скомандовала мадам Хуч, стоя перед строем. — И скажите "Вверх!"

— ВВЕРХ! — закричали двадцать голосов.

Метла сама прыгнула мне в руки, как и метла Гарри, но большинству других учеников повезло меньше. Метла Невилла вообще не сдвинулась с места, а метла Гермионы Грейнджер по какой-то причине покатилась по земле. Когда Невилл произнес команду "Вверх!", его голос так сильно дрожал, что стало ясно: он предпочел бы остаться на земле.

Затем мадам Хуч показала ученикам, как правильно сидеть на метле, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, и прошлась вдоль строя, проверяя, насколько хорошо мы держим свои метлы. Мы с Гарри были счастливы, когда мадам Хуч внезапно сообщила Малфою, что он неправильно держит метлу.

— Но я летаю уже много лет! — горячо возразил Малфой. В его голосе слышалось негодование.

Тогда мадам Хуч громко и внятно объяснила ему, что это всего лишь означает, что он неправильно летал все эти годы. Малфой слушал ее молча, вероятно, понимая, что если он продолжит дискуссию, то может оказаться, что он вовсе не такой эксперт, каким хотел бы казаться.

Рвач ошибался, или у Малфоя действительно не было учителя полетов?

— А теперь, когда я подую в свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, — сказала мадам Хуч. — Крепко держите метлу, старайтесь удерживать ее в ровном положении, поднимитесь на полтора метра, а затем опуститесь — для этого вам нужно слегка наклониться вперед. Итак, по моему свистку — три, два...

Но Невилл, нервный, дерганый и явно напуганный перспективой остаться на площадке в одиночестве, вскочил прежде, чем мадам Хуч поднесла свисток к губам.

— Вернись, мальчик! — Крикнула мадам Хуч, но Невилл стремительно карабкался вверх. Он был похож на пробку, выскочившую из бутылки. Два метра, четыре, шесть — и я увидел бледное лицо Невилла, испуганно смотревшего вниз. Я увидела, как рот Невилла широко открылся от ужаса, когда он соскользнул с метлы и…

бум! Тело Невилла упало на землю с неприятным звуком. Живой. Я вздохнул с облегчением. Его метла все еще продолжала подниматься, а затем лениво заскользила в сторону Запретного леса и исчезла из виду. Мадам Хуч склонилась над Невиллом, ее лицо было еще бледнее, чем у него.

— Сломано запястье, — услышал я ее бормотание. Когда мадам Хуч выпрямилась, на ее лице отразилось явное облегчение. — Вставай, мальчик! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке. Она повернулась к другим ученикам. — Я отведу его в больничное крыло, а вы подождите меня и ничего не предпринимайте. Оставьте метлы на земле. Любой, кто дотронется до метлы в мое отсутствие, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет произнести слово "Квиддич". Пойдем, мой дорогой.

Мадам Хуч обняла заплаканного Невилла и повела его к замку. Невилл сильно хромал.

Как только они отошли достаточно далеко, чтобы мадам Хуч могла что-нибудь услышать, Малфой расхохотался.

— Ты видел его лицо? Этот неуклюжий парень — настоящий мешок с дерьмом! Он даже не смог замедлить себя с помощью магии.

К нему присоединились остальные первокурсники Слизерина.

— Заткнись, Малфой, — оборвала его Парвати Патил.

— О, ты что, заступаешься за этого придурка Лонгботтома? — Спросила Панси Паркинсон, девочка из Слизерина с грубыми чертами лица. — Я никогда не думала, что тебе нравятся такие толстые, плаксивые мальчики.

— Посмотри на это! — крикнул Малфой, бросаясь вперед и поднимая что-то с земли. — Это глупая вещица, которую прислала ему бабушка.

Напоминание сверкнуло на солнце.

— Отдай ее мне, Малфой, — тихо сказал Гарри. Все замерли и повернулись, чтобы посмотреть на него.

Малфой нагло ухмыльнулся.

— Думаю, я положу это куда-нибудь, чтобы Лонгбот достал его позже, например, на дерево.

— Дай сюда! — Крикнул Гарри, но Малфой вскочил на метлу и взмыл в воздух. Похоже, он не врал насчет того, что действительно умеет летать, и теперь легко парил над верхушкой раскидистого дуба, растущего рядом с детской площадкой.

— А ты забери ее у меня, Поттер! — громко предложил он сверху.

Гарри схватил метлу.

— нет! — Гермиона Грейнджер закричала, и Гарри замер. — Мадам Хуч запретила нам это делать: из-за тебя у Гриффиндора будут неприятности.

Гарри вскочил на метлу, оттолкнулся от земли ногами и взлетел. Он немного отклонился назад и поднялся еще выше под удивленные крики и вопли ужаса девочек, оставшихся на земле, и мои одобрительные возгласы. Гарри крутанул метлу, оказавшись лицом к лицу с Малфоем. Он выглядел изумленным.

— Дай сюда! — Крикнул ему Гарри. — Или я сброшу тебя с метлы!

— действительно? — Насмешливо спросил Малфой, но, несмотря на его тон, на его лице отразилось беспокойство. Гарри наклонился вперед и крепко схватил метлу обеими руками, и она полетела в Малфоя, как камень, выпущенный из пращи. Малфой едва успел увернуться. А Гарри, проносясь мимо, резко повернул метлу. Гриффиндорцы зааплодировали.

Я восторженно кричал в небо и хлопал в ладоши.

— Давай, Гарри, избавься от этого придурка!

— Тебе скучно, Малфой? — Громко крикнул Гарри. — Крэбба и Гойла здесь нет, чтобы помочь тебе.

Малфою, похоже, пришла в голову та же мысль.

— Тогда поймай его, если сможешь! — крикнул он и, подбросив стеклянный шар высоко в небо, бросился вниз, на землю.

Гарри наклонился вперед и направил ручку метлы вниз, а в следующую секунду он почти вертикально нырнул вниз. Скорость увеличивалась. Гарри, не замедляя шага, вытянул руку и, когда до земли оставалось не более полуметра, поймал мяч — как раз вовремя, чтобы выпрямить метлу. И мягко скатился на траву, сжимая мяч в руке.

— ГАРРИ ПОТТЕР!

Позади нас раздался женский крик. Я обернулся. К нам бежала профессор Макгонагалл. Гарри вскочил на ноги, дрожа от предвкушения того, что его ожидало.

— Никогда... Никогда за все время, что я работаю в Хогвартсе...

Профессор Макгонагалл резко остановилась, не в силах дышать от волнения, но ее очки яростно сверкнули на солнце.

— Как ты мог... Ты чуть не сломал себе шею...

— Это не его вина, профессор...

— Я не спрашивал вас, мисс Патил...

— Но Малфой... — Я попытался объяснить своему другу, что строгий декан собирается наказать его.

— Достаточно, мистер Уизли. Поттер, следуйте за мной, сейчас же.

Я заметил радостные улыбки на лицах Малфоя и его друзей. Он подождал, пока профессор отвернется и уйдет, а затем быстро подошел к Малфою и ударил его кулаком в нос. Гарри, пошатываясь, последовал за профессором Макгонагалл, которая направлялась к замку. Гарри побежал за профессором, а я молча сражался с Малфоем. Интересно, что Креб и Гойл вообще не вмешивались в наши разборки. Подбадривая своего лидера криками.

Я надеюсь, что моего друга не исключат. Хотя я так не думаю. Я никогда об этом не слышал. Но тебя могут шлепнуть за то, что ты занимаешься спортом. Так, отбросим все мысли, нам нужен более сильный ублюдок. Я ударил его так, как учил меня Билл. Малфой ударил меня по зубам и в ухо. Креб и Гойл внезапно растащили нас в разные стороны. Черт, я только что почувствовал вкус этого.

Гарри уже поднялся по ступеням, ведущим к воротам замка, и скрылся внутри.

Мы остались ждать мадам Хуч. Через полчаса она вернулась, и мы немного полетали. После этого мы отправились в замок, обсуждая произошедшее на уроке.

Я пошел за аптечкой первой помощи. За настойкой рябины. Я не хочу идти в больничное крыло из-за разбитых губ и опухшего уха. Я собираюсь поправиться прямо сейчас и буду ждать Гарри в большом зале.

* * *

— Ты шутишь...

это было за ужином. Гарри как раз закончил рассказывать мне, что произошло, когда профессор Макгонагалл увела его с игровой площадки. Пока он говорил, я с энтузиазмом уплетал пирог с говядиной и почками. Но теперь, когда Гарри доел, я совершенно забыл о пироге и даже не откусила последний кусочек.

— Охотник? — Я был потрясен. — Но ты ведь первокурсник... Ты, вероятно, станешь самым молодым игроком в истории Хогвартса за...

— ...За последние сто лет, — закончил за меня Гарри, с удовольствием откусывая кусочек пирога. — Вуд уже рассказывал мне об этом.

Я был так поражен услышанным, так изумлен, что просто сидел с открытым ртом и не мог отвести глаз от Гарри. Я даже отложил пирог в сторону, настолько меня переполняли эмоции. Даже моя успешная схватка с Малфоем больше не казалась достижением.

— Я начинаю тренироваться на следующей неделе, — добавил Гарри. — Только никому не говори. Вуд хочет, чтобы это осталось в секрете.

Фред и Джордж вошли в зал и, заметив Гарри, направились к нему — видимо, они искали его здесь.

— Ты молодец, — тихо сказал Джордж. — Вуд ввел нас в курс дела. В конце концов, мы тоже загонщики в команде.

— Говорю тебе, в этом году мы определенно выиграем соревнования по квиддичу между факультетами. — заверил его Фред. — Мы не выигрывали с тех пор, как наш брат Чарли окончил Хогвартс. Мы проиграем то одному, то другому факультету. Но в этом году у нас будет фантастическая команда. Ты, должно быть, очень хорош, Гарри.

Вуд подпрыгивал от восторга, когда рассказывал о тебе.

— Ладно, нам пора, — наконец поняли близнецы. — Ли Джордан утверждает, что нашел новый секретный коридор, по которому можно выбраться из школы. — Едва Фред и Джордж скрылись из виду, как к столу подошел тот, кто нам не понравился. А именно Малфой, конечно же, в сопровождении своих верных телохранителей Крэбба и Гойла.

— Последний школьный обед, Поттер? — Насмешливо спросил Малфой. — Ты возвращаешься к магглам? Во сколько твой поезд?

— Я вижу, ты стал намного смелее на земле, особенно когда рядом двое твоих маленьких друзей. — Холодно ответил Гарри. Крэбб и Гойл состроили недовольные лица.

Этим двум людям нравится притворяться безмозглыми болванами. Я не знаю, зачем они это делают.

— Я могу сразиться с тобой один на один в любое время, — сказал Малфой. — Сегодня вечером, если хочешь. Дуэль волшебников. Никаких кулаков, только волшебные палочки. Что с тобой, Поттер? О, конечно, ты никогда не слышал о дуэлях волшебников.

Я быстро запомнил правила. Маловероятно, что он будет придерживаться правил досконально, в конце концов, его, как и нас, еще не учили боевой магии.

— Он тебя услышал, — быстро сориентировался я, стоя перед Малфоем. — Я буду его секундантом, но кого возьмешь ты?

Малфой посмотрел на своих спутников, оценивая, кто из них больше подходит для этой цели.

— Крэбб, — наконец сказал он. — Миднайт не против? Тогда в полночь мы ждем вас в комнате, где хранятся награды, — она всегда открыта.

Ну, дуэли между учениками начальной школы запрещены. Я должен объяснить Гарри ситуацию, иначе он просто будет хлопать глазами. Когда Малфой ушел, мы с Гарри обменялись взглядами.

— Что это за дуэль? — Гарри спросил. — И что это значит: ты будешь моим секундантом?

— Нам понадобятся секунды, чтобы отнести тебя домой, если ты умрешь, — спокойно заметил я и спокойно начал есть уже холодный пирог. Я понял это, только когда посмотрел на Гарри и увидел выражение его лица. — Но не волнуйся, смерти случаются только на настоящих дуэлях, то есть, если сражаются настоящие волшебники. И самое большее, что вы с Малфоем можете сделать, это посылать друг в друга искры. Вы еще ничего не умеете делать, и поэтому не сможете причинить друг другу серьезного вреда. Кстати, я уверен, он ожидал, что ты откажешься.

— А что, если я взмахну волшебной палочкой и ничего не произойдет? — Гарри спросил.

— Тогда отбрось палочку в сторону и ударь его по носу, — посоветовал я.

Это, конечно, нарушение, но дуэль все равно будет не по правилам.

— Извините...

Раздался позади нас девичий голос. Мы обернулись и увидели, что перед нами стоит Гермиона Грейнджер.

— Могу я здесь спокойно поесть? — многозначительно произнес я.

Гермиона проигнорировала меня, тем более что смотрела она не на меня, а на Гарри.

— Я подслушала, о чем вы с Малфоем говорили...

— Держу пари, это не случайно, — вставил я.

— ...И я хочу сказать тебе, что ты не имеешь права бродить по школе ночью. Если тебя поймают, Гриффиндор получит штрафные баллы, а тебя обязательно поймают. И, если хочешь знать, то то, что ты собираешься делать, игнорируя преподавателей, — это чистый эгоизм.

— Если тебе так хочется знать, это не твое дело, — ответил Гарри.

— До свидания, — закончил я разговор.

Вот настырная девчонка. Интересно, все ли магглорожденные такие?

* * *

Я лежал с открытыми глазами и прислушивался к ровному дыханию Дина и Симуса (нас было пятеро в спальне, но Невилл все еще был в больничном крыле). Весь вечер я давал Гарри очень ценные советы.

— Если он попытается наложить на тебя проклятие, тебе лучше увернуться, потому что я не помню, как с ним бороться, — и все в том же духе. Я рассказал ему все, что помнил о магических дуэлях, пытаясь лучше подготовить его.

Уже половина двенадцатого, — наконец пробормотал я, взглянув на часы. — Если мы не хотим опоздать, нам пора идти.

Мы накинули мантии поверх пижам, взяли волшебные палочки, на цыпочках вышли из спальни, спустились по лестнице и оказались в гостиной Гриффиндора. В камине еще тлело несколько угольков. Их свет превратил стулья в комнате в зловещие, сгорбленные черные тени. Мы были почти у выхода, когда услышали голос с ближайшего стула::

— Я не могу поверить, что ты все-таки собираешься это сделать, Гарри.

Лампа вспыхнула. Гермиона Грейнджер сидела в кресле в розовом халате и хмуро смотрела на нас. Нет, ну перестанет она когда-нибудь вмешиваться?

— Ты?! — Яростно прошептал я. — Иди спать!

— Я чуть не рассказала об этом твоему брату Перси, — огрызнулась Гермиона. — Он староста, он бы положил этому конец. Но я все равно ничего не сказала.

Это раздражает.

— Пошли, — сказал мне Гарри. И, отодвинув в сторону портрет Толстой Дамы, он начал пробираться сквозь дыру.

Однако Гермиона не собиралась так легко сдаваться. Мы уже стояли в коридоре, когда она выбралась из норы вслед за нами и зашипела, как рассерженная гусыня. Ты не думаешь о нашем факультете, ты думаешь только о себе, и я не хочу, чтобы Слизерин снова выиграл межшкольные соревнования. Из-за вас мы потеряем призовые баллы, которые я получил от профессора Макгонагалл, но я знал несколько заклинаний, необходимых для трансфигурации.

— Уходи, — прошептали мы вместе.

— Хорошо, но я тебя предупреждал. И когда завтра ты сядешь в поезд, возвращающийся в Лондон, помни, что я тебе сказала — что ты...

Мы так и не узнали, что должно было последовать за этим "что ты". Гермиона, не закончив, повернулась к портрету Толстой дамы, чтобы сказать ей пароль и вернуться обратно, но обнаружила, что картина пуста. Толстая дама ушла к кому-то в гости, а это означало, что Гермиона не могла вернуться в Гриффиндорскую башню. Чтобы выйти из спальни, пароль не требовался, нужно было просто отодвинуть портрет в сторону, но войти в башню без пароля было невозможно, а тем более без толстой Дамы, которой вы должны были сообщить этот пароль.

— И что мне теперь прикажешь делать? — Спросила Гермиона пронзительным шепотом.

— Это твоя проблема, — сказал я. — Все, нам пора идти, мы вернемся поздно.

Но мы даже не дошли до конца коридора, когда Гермиона догнала нас.

— Я иду с вами, — сказала она.

— Об этом не может быть и речи, — сказали мы в унисон. — Ты думаешь, я буду стоять здесь и ждать, пока Филч не схватит меня? Но если он поймает нас троих, я скажу, что пытался тебя отговорить, и ты это подтвердишь, и тогда они мне ничего не сделают.

— Ты такой высокомерный! — Громко запротестовал я.

— Заткнитесь, вы оба! — Рявкнул Гарри. — Я что-то слышу.

Мы услышали что-то похожее на сопение.

— Это миссис Норрис, — выдохнул я, вглядываясь в темноту.

Но это была не миссис Норрис. Это был Невилл. Он крепко спал на полу, свернувшись калачиком, но тут же проснулся и вскочил, как только мы подкрались поближе.

— Слава богу, вы нашли меня! — воскликнул он. — Я здесь уже несколько часов. Не смог вспомнить новый пароль.

— Потише, Невилл, — прошептал я. — Пароль — "пятачок", но это тебе больше не поможет. Толстая дама куда-то ушла.

— Как твоя рука? — Первым спросил Гарри.

— Отлично. — Невилл вытянул руку и помахал ею в воздухе. — Мадам Помфри заставила кости срастись за одну минуту.

— Что ж, это хорошо, — радостно улыбнулся Гарри, но тут же нахмурился, вспомнив, зачем мы здесь. — Э-э-э..... Послушай, Невилл, нам нужно кое-куда пойти, так что увидимся позже...

— Не оставляй меня! — Закричал Невилл. — С характерной для него неуклюжестью он попытался подняться на ноги, но чуть не упал. Я не останусь здесь один: пока я здесь лежал, ”Кровавый барон" дважды проплыл мимо меня.

Я посмотрел на часы, а затем посмотрел на Гермиону и Невилла.

— Если нас с Гарри поймают из-за вас двоих, я не успокоюсь, пока не выучу "проклятие призрака", о котором мне рассказывал Квиррелл, и не испробую его на вас. — Гермиона открыла рот, возможно, чтобы сказать мне, как наложить "проклятие призрака", но Гарри зашипел на нее. И, приложив палец к губам, жестом пригласил всех следовать за ним.

Мы на цыпочках пробирались по коридорам, освещенным квадратами света, падающими из высоких окон. До сих пор нам везло. Мы сделали последний поворот, взбежали по последней лестнице, оказались на третьем этаже и бесшумно прокрались в комнату, где хранились награды. Малфоя и Крэбба еще не было, так что мы добрались туда первыми.

Лунный свет заливал комнату. Хрустальные шкатулки искрились в лунном свете. Кубки, щиты с гербами, таблички и статуэтки сияли в темноте серебром и золотом. Мы двигались вдоль стены, не сводя глаз с дверей в противоположных концах комнаты. Гарри достал палочку на случай, если Малфой выскочит из темноты и немедленно нападет на него. Но никто не появился. Казалось, будто кто-то замедлил ход времени — минуты тянулись, как часы.

— Он опаздывает, может, струсил. — Прошептал я.

Шум, донесшийся из соседней комнаты, заставил нас подпрыгнуть. Прежде чем Гарри успел поднять палочку, раздался хриплый мужской голос. Он принадлежал вовсе не Малфою.

— Принюхайся хорошенько, моя дорогая. Они, должно быть спрятались в углу.

Это был голос Филча, обращавшийся к миссис Норрис. Гарри махнул нам, чтобы мы следовали за ним, и быстро прокрался на цыпочках к двери, противоположной той, из которой вот-вот должны были появиться Филч и его кошка. Едва Невилл, закрывавший дверь на цепочку, вышел из комнаты, как мы услышали, как в нее вошел Филч.

— Они где-то здесь, — услышали мы его бормотание. — Они, наверное, прячутся.

Гарри посмотрел на нас, привлекая наше внимание.

— Сюда! — беззвучно произнес он, тщательно выговаривая слова, и мы начали красться по длинной галерее, увешанной рыцарскими доспехами. За спиной отчетливо слышались шаги Филча. А потом Невилл вдруг испуганно пискнул и бросился бежать.

Как и ожидалось, неуклюжему Невиллу не удалось убежать далеко. Он споткнулся, судорожно вцепившись в меня, бегущего перед ним. Мы упали, врезавшись в рыцаря в доспехах, стоявшего на невысоком постаменте. Шума и звона, которые мы подняли, было достаточно, чтобы перебудить весь замок.

— ДАВАЙ УБЕГАТЬ! — Гарри закричал, и мы вчетвером побежали по галерее так быстро, как только могли, не оглядываясь и не зная, следует ли за нами Филч.

Мы влетели в открытую дверь, едва не задев дверной косяк, повернули направо, побежали по коридору, а затем перепрыгнули через следующий коридор. Гарри бежал первым, а мы сразу за ним. Черт, я даже не могу понять, где мы находимся.

Мы проскользнули сквозь гобелен и оказались в потайном ходе. Мы пробежали по нему до конца и остановились возле класса, где проводились занятия по заклинаниям. Внезапно я понял, что каким-то образом нам удалось преодолеть действительно огромное расстояние — комната, выбранная для дуэли, была очень, очень далеко отсюда.

— Я думаю, мы отстали, — сумел выговорить Гарри, переводя дыхание. Он прислонился разгоряченным телом к холодной стене и вытер вспотевший лоб рукавом мантии. Невилл, стоявший рядом с ним, согнулся пополам, тяжело дыша и что-то бормоча себе под нос.

— Я... за тебя... Я же говорила тебе, — выдохнула Гермиона, держась за грудь обеими руками. — Говорила.

— Нам нужно вернуться в Гриффиндорскую башню, — сказал я. — И как можно скорее.

— Малфой обманул тебя, — сказала Гермиона. Она еще не отдышалась, но ее натура не позволяла ей молчать. — Надеюсь, вы уже поняли это. Он не собирался приходить туда. И Филч знал, что кто-то должен был находиться в этой комнате. Именно Малфой дал ему понять, что в полночь там кто-то будет.

К сожалению, она права, но он за это заплатит. Нельзя говорить о дуэли, не выдав себя, но можно подкараулить его где-нибудь и ударить по лицу.

— Да ладно, — Гарри махнул рукой.

Не успели мы сделать и десяти шагов, как услышали, как кто-то повернул дверную ручку, и Пивз выплыл из соседнего кабинета. Он сразу заметил нас и даже взвизгнул от восторга.

— Потише, Пивз, пожалуйста — Гарри приложил палец к губам. — Из-за тебя нас выгонят из школы.

Пивз радостно захихикал.

— Тусуетесь по ночам, маленькие первокурсники? Так, так, так, это нехорошо, ребята, это очень плохо, они вас поймают

— Если вы нас не сдадите, они нас не поймают. — Гарри умоляюще скрестил руки на груди. — Пожалуйста, Пивз. —

— Наверное, мне следует позвонить Филчу. Я просто обязан. Этого требует мой долг. — Пивз говорил спокойным голосом, но глаза его сверкали недобрым огнем. — И все это для твоего же блага.

— Уйди с дороги, — не выдержал я и замахнулся на Пивза рукой. Я слишком остро отреагировал, и это было ошибкой.

— УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ! — Оглушительно закричал Пивз. — УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ, ОНИ ПРЯМО СЕЙЧАС В КОРИДОРЕ ЗАКЛИНАНИЙ!

Мы все нырнули под Пивза, который висел в воздухе, и побежали так, словно от нашей скорости зависели наши жизни. Но, добежав до конца коридора, мы наткнулись на запертую дверь.

— Вот и все! — Я застонал, тщетно колотя плечом в дверь. — С нами все кончено! Мы пропали! —

Мы уже слышали шаги — это Филч бежал на крики Пивза.

— Давай, подвинься, — резко скомандовала Гермиона. Она выхватила палочку у Гарри из рук, постучала ею по запертому замку и прошептала: "Алохомора!"

Черт, она ведьма или кто? Ну, кто ходит в волшебную школу без палочки? Маги обычно стараются не класть свои инструменты далеко от себя. В конце концов, мы не ведьмаки, чтобы драться врукопашную. Слишком большой расход энергии при колдовстве без палочки вынуждает вас использовать концентраторы. Некоторые используют волшебные палочки, некоторые — кольца, но они больше используются в качестве накопителей, некоторые бойцы используют посохи и зачарованные короткие клинки, как Билл.

Загремел замок, дверь распахнулась, и мы быстро проскользнули внутрь, закрыв за собой дверь и прижавшись к ней, чтобы слышать, что происходит в коридоре.

— Куда они пошли, Пивз? — До нас донесся голос Филча. — Давай, я жду. — Скажи,пожалуйста.Не зли меня, Пивз! Итак, куда они убежали?

— Пожалуйста, сначала скажи мне, а то я ничего не знаю, — настаивал Пивз. Филча явно раздражал его монотонный голос.

— Ну, ладно, пожалуйста!

— Я НЕ ЗНАЮ! Я ничего не знаю! Радостно закричал Пивз. — Ха-ха-ха! Я предупреждал тебя: ты должен был сказать "пожалуйста" раньше. Ха-ха! Ха-ха-ха!

Мы услышали, как Пивз куда-то умчался, а Филч яростно ругался.

— Он думает, что эта дверь заперта, — прошептал Гарри. — Я надеюсь, что мы выберемся, но отвали, Невилл!

Невилл уже минуту или две дергал Гарри за рукав.

— Чего ты хочешь? — Недовольно спросил Гарри, поворачиваясь к нему.

Как только мы обернулись, то сразу увидели это самое "что". Сначала я подумал, что мне это просто показалось — после всего, что я пережил сегодня, это было бы просто чересчур. Однако то, что я увидел, было реальностью, причем кошмарной.

Я ошибался, когда предположил, что эта дверь ведет в другую комнату. Мы были не в комнате, а в запретном коридоре на третьем этаже. И теперь я понял, почему студентам было строго запрещено входить в этот коридор.

Огромный пес уставился нам в глаза, заполнив собой весь коридор от пола до потолка. У него было три головы, три пары безумных глаз, три носа, нервно подергивающихся и обнюхивающих непрошеных гостей, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, с которых свисала слюна. Пока что собака оставалась относительно спокойной и только обнюхивала нас, уставившись на нас всеми шестью глазами. Единственная причина, по которой мы все еще живы, заключается в том, что наше внезапное появление застало собаку врасплох. Но, похоже, собака уже начала понимать, что произошло. Об этом свидетельствовало низкое рычание, напоминающее отдаленные раскаты грома, вырвавшееся из трех пастей.

Гарри схватился за дверную ручку. Прямо сейчас перед нами стоял выбор между смертью и Филчем — и лично я предпочитаю Филча. В мгновение ока мы выскочили за дверь, захлопнули ее за собой и побежали так быстро, что казалось, будто мы летим. Прежде чем сбежать, я обернулся и наложил на дверь запирающее заклинание. Филча в коридоре больше не было. Вероятно, он ушел отсюда, чтобы поискать нас где-нибудь в другом месте. Но его отсутствие не радовало и не печалило нас — сейчас нам было все равно. Все, чего мы хотели, — это оказаться как можно дальше от этого монстра. Мы не останавливались, пока не оказались на седьмом этаже у портрета Толстой дамы. К счастью, она уже вернулась.

— Где вы были? — спросила она нас, глядя на наши раскрасневшиеся, потные лица.

— Это не имеет значения, — выдохнул Гарри, тяжело дыша, — Пятачок, пятачок!

Портрет скользнул в сторону, и мы пробрались через дыру в стене в Общую гостиную и устало рухнули в кресла, дрожа от долгого бега и всего, что нам пришлось пережить.

Прошло много времени, прежде чем кто-то из нас нарушил молчание. Невилл выглядел так, словно больше никогда не заговорит.

— Что они думали? — Я первый обрел дар речи. — Надо же было придумать что-то подобное — оставить эту собаку в школе. Этому существу явно нужно заниматься спортом, а не сидеть взаперти.

А Цербер живет в области волшебного мира, прилегающей к Греции. Ему здесь слишком холодно. Гермиона тоже пришла в себя, и ее плохое настроение тут же вернулось.

— Зачем тебе глаза, хотела бы я знать? — Недовольно спросила она. — Ты что, не видел, на чем стоял этот пес?

— На полу, — догадался Гарри. — Вообще-то, я не смотрел на его лапы — мне хватало голов.

— Нет, он стоял не на полу, а на люке. Дураку ясно, что он там что-то охраняет. — Гермиона встала, бросив на нас возмущенный взгляд.

— Я надеюсь, вы довольны собой, — резко сказала она. — Нас всех могли убить... или, что еще хуже, исключить из школы. А теперь, если ты не возражаешь, я пойду спать. — Я смотрел ей вслед с открытым ртом.

— Нет, мы не возражаем, — выдавил я, когда Гермиона ушла. — Можно подумать, кто-то приглашал ее пойти с ними...

 от переводчика:

Здравствуйте, я решила возобновить перевод этого фанфика. Извините за долгое ожидание.