Рон Уизли и Философский камень (джен)

«Кроличья нора» — еще одно ужасное утро в стране, охваченной гражданской войной. Молли Пруитт (бывшая) — обычная домохозяйка. Она уже воспитывает шестерых детей. И скоро должна родить седьмого. Ну, может, хотя бы на этот раз это будет девочка?! Хотя проблема в противозачаточных средствах, они почему-то не всегда срабатывают. А Молли все хотела девочку, поэтому не делала аборт. Хотя Артур предлагал. Ее муж работает в Министерстве магии в отделе защиты магглов от волшебства. Вместе со своим старшим сыном он участвует в разборках Дамблдора и является членом ордена Феникса. Старшие дети решили отправить их в другую страну после частых убийств семей волшебников. Особенно после смерти старших братьев Молли.

Билл собирается отправиться в Египет, чтобы поработать с гоблинами. Чарли учится на пятом курсе средней школы Хогвартс и собирается отправиться в Румынию, чтобы посетить драконий заповедник. Хотя его мать против работы с драконами. Но это далеко от Британии, поэтому она все же согласилась со скрипом в сердце.

Вечер. Кухня Норы. Молли стоит у плиты, готовя очередной куриный суп с лапшой, и в комнату входит уставший Артур Уизли.

— Артур! Артур! Ты это слышал?! Говорят, что Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Поттеров.

— Да, дорогая. К сожалению, это так, — отвечает ей уставший муж. Восемь вызовов по всей стране.…

— О, Артур, — Молли разрыдалась. — А маленький Гарри? Что с ним?

— Он жив. Альбус сказал, что Тот-Кого-Нельзя-Называть пытался убить его и развоплотиться. Все волшебники празднуют, им наплевать, что говорят магглы.

— Но что будет с ребенком дальше, Артур?

— Я не знаю Молли. Они, вероятно, отдадут его родственникам. Пока неясно. Блэк предал их, а ведь он крестный Гарри.

Молли схватилась за грудь. Она тяжело опустилась на стул.

— Артур, как же так?

— Я не знаком с ним, но авроры говорят, что он убил Питера и двенадцать магглов, прежде чем его арестовали. Они посадят его в Азкабан, так что Гарри передадут его родственникам. Возможно, Поттеры, которые уехали в Америку, заберут его. Он их племянник. Хотя Чарльз был против женитьбы Джеймса на Лили. Особенно она не нравилась Дорее. Предположительно, она магглорожденная и жена чистокровного волшебника в пятнадцатом поколении.

Почти десять лет прошло с того утра, когда Темный Лорд был повержен. С тех пор Нора стала еще выше ростом. Наверху появились детские комнаты. Я живу на верхнем этаже. В самой маленькой комнате под чердаком. Надо мной живет упырь и периодически стучит по трубам и воет. И зачем мама его держит? Хотя мама говорит, что он старожил этот дом и ему уже двести лет. Жалко его выгонять на улицу. У них соглашение с Уизли. Они говорят, что он защищает Нору, и они его кормят. Мясо с кровью. Мама говорит, что он любит говядину. Конечно, она не пыталась кормить нас говядиной. Нет, Перси и Билл любят ее, но почему она пытается запихнуть ее в меня? Ну, да, я похожа на Билла, и что с того? Я люблю свинину и курицу. Но старшие братья по копченой говядине просто тащатся вперед. Билл обычно жует ее без соусов, говоря, так вкуснее.

У меня пять старших братьев и младшая сестра. Билл старше, ему около тридцати лет, он работает в банке Гринготтс. Чарли около двадцати пяти лет, и он живет в румынском заповеднике драконов. Близнецы Фред и Джордж уже второй год учатся в Хогвартсе и носят дома разноцветные значки. Без них мы их вообще не отличаем друг от друга. Даже мама. Они так похожи, и у них есть ментальная связь друг с другом. И Перси. Он уже пятый год учится в школе и в этом году поедет на "СОВЕ". И, конечно, моя младшая сестренка Джинни. Подруга Луны Лавгуд, которая живет по соседству с нами. На берегу реки Рэттлснейк. Кстати, Луна немного сошла с ума, как и ее отец после смерти матери. Но девочка забавная.

Мы живем в бедности. Ну, не совсем в бедности, но из-за того, что нас много, денег не хватает на все новое для всех. А еще есть папа, с его увлечением к магловским вещам. Несмотря на то, что он покупает их у старьевщиков, он все равно тратит на это половину своей зарплаты. К сожалению, поскольку я шестой сын в семье, я обычно не покупаю ничего нового. В этом году я иду в школу, и для меня почти все останется по-прежнему. Ну, за исключением подарков от тетушек Лукреции и Мюриэл. Перси подарил мне свою крысу-чесоточницу, потому что мама, вне себя от радости, что он стал старостой, наконец-то купила ему сову. Мой брат был так счастлив, что я и сам захотел такую. Но три совы в семье — это слишком много, а на еще одну сову у родителей нет денег.

И у меня даже есть подержанная волшебная палочка. Ну, по крайней мере, с этим все в порядке. И все благодаря отцу с его машиной. Он вложил в нее почти всю свою зарплату за год, когда покупал и ремонтировал ее. Хорошо, старшие братья присылают нам немного денег. Но они копят на жилье в Египте и Румынии. В конце концов, им самим нужно создавать семью. Особенно Биллу. Мама уже начала подыскивать ему невесту. Но все сводится к тому, что мы чистокровки, а Билл — старший сын в семье. И ему нужна невеста как минимум в пятом поколении чистокровок. Как и Перси в будущем. Его дедушка Пруитт решил взять его к себе в дом в качестве наследника. Билл и Чарли ему не подходили. Билл уже унаследовал дом Уизли, а Чарли — просто забавный придурок. А дедушка, обжегшись на своих детях Фабиане и Хедионе, веселых близнецах, не хочет брать Чарли. Что ж, с Чарли и так все в порядке. Он уже присмотрел невесту из Румынии. Девушку зовут Флория. Но ее родители хотят, чтобы у него был собственный дом. Поэтому он копит на это.

Перси попросил меня присмотреть за его питомцем, хотя на самом деле мне крыса не нужна. Интересно, какая у него крыса — вторая, третья? Он говорит, что эта маленькая крыса живет у него уже десять лет, но я почему-то в это не верю. Он подобрал ее в нашем саду. У меня у самой была крыса, и она прожила в таком состоянии всего три года, и, поплакав об этом, я решил больше не заводить крыс. А вот и Перси со своим питомцем. Ладно, я к этому уже привык. По крайней мере, будет на ком попрактиковаться. Крысы уже привыкли к магии. Близнецы обычно любят кормить его чем-нибудь интересным или перекрашивать в зеленый или синий цвет. Но я хочу, чтобы крыса была ярко-желтой. Нам нужно спросить их, как они перекрасили ее, чтобы она была зеленой в течение двух месяцев, как прошлой зимой, когда они приезжали на каникулы.

Наш сад запущен, но ягодные кусты и фруктовые деревья все еще плодоносят. Мама даже поливает их какими-то зельями для борьбы с вредителями, чтобы они лучше плодоносили. Даже наши гномы их не беспокоят. Но они испортили нам весь огород. Мама поливает свои растения чем-то от гномов, но, видимо, на картошку и морковь ее душит жаба. Ну, ладно, фермеры продают вкусные овощи совсем недешево.

У нас много кур, но мы не держим крупный рогатый скот. Мясо у наших соседей-фермеров довольно дешевое, как и молоко. Периодически мама берет петуха у соседних фермеров, чтобы разводить наших кур-несушек. И тогда через пару месяцев у нас будут куриные ножки и грудки. А еще я люблю отварные лапки. Особенно суп из петуха.

Большую часть своего детства я провел, играя в шахматы с тетей Мюриэл и другими тетями. Правда, иногда братья разрешают им покататься на своих метлах, но не так часто. Они говорят, что им этого мало. Чарли оставил мне свою старую "комету", но она двигалась так медленно, что птицы обгоняли меня. Мы живем недалеко от волшебного поселения Оттери Сент-Кетчпол, недалеко от перехода из магического мира в маггловский. Луна, подруга моей сестры, живет рядом с рекой. Поэтому они все время пропадают вместе. Прочитав о приключениях гильдии магов в нашей части света, я с нетерпением жду семнадцатилетия. Они принимают учеников с этого возраста. Но маме об этом лучше не рассказывать. Она расстроится. Чарли рассказал мне, что, когда его пригласили на работу в Драконий заповедник, разразился настоящий скандал. А что касается работы Билла, мама ворчит, что это опасно. Как только они возвращаются домой, мама всегда ругается с ними из-за работы. Они говорят, что безопаснее работать в министерстве как и отец. Или, если Чарли действительно хочет работать с животными, пусть идет в отдел по борьбе с наркотиками. Где работают магозоологи.

При нашей средней продолжительности жизни до 200 лет довольно часто приходится сначала 7 лет учиться в школе, а затем еще 10-20 лет быть студентом или стажером гильдии. Билл стал полноправным членом гильдии разрушителей проклятий при банке около двух лет назад. Но моя сестра, насмотревшись на свою мать, похоже, решила выйти замуж и стать домохозяйкой. И не для кого-нибудь, а для Гарри Поттера, героя волшебного мира. Она постоянно таскается повсюду со своей куклой и фантазирует о том, какие у них будут дети. Ужас. Конечно, я читал все эти книги о сами-знаете-ком и гражданской войне в Великобритании, и моя мама всегда рассказывала истории о тех временах, но я не хочу быть таким фанатичным по отношению к мальчику моего возраста. Но я бы все равно с ним подружился.

* * *

Обычный летний день, ближе к середине июля.

Я сижу в своей комнате, обдумывая очередную шахматную стратегию. Я также тренируюсь управлять крошечными големами. Хотя я не могу зачаровать их сам, но могу заставить их выполнять команды, а также активировать игровую программу для черного сета. Я превращаю их в воинов и магов, а иногда играю с ними, как с маленькими солдатиками. Шахматная доска также превращается в лес, поле или побережье. А количество ячеек регулируется от обычной шахматной доски до двухсот-трехсот ячеек на каждой стороне, в зависимости от сложности амулетов в наборе. Тетя Мюриэл — настоящая ворчунья, но она любит шахматы. Так что она и меня к ним приучила. А еще она купила мне волшебный набор. Говорят, если хочешь научиться управлять големами, тренируйся на такой мелочи в безопасной обстановке.

Я слышу шелест крыльев. Это Эрол? Он отправился на охоту утром, так как проспал после того, как поздно вечером передал отцу посылку от своего друга. Хм, какая-то странная сова летит. И влетает в мое окно. Я открыл двери. В наших комнатах есть все необходимое для поддержания комфортной температуры, но для этого окна должны быть закрыты.

Я отвязываю от совиной лапы письмо, написанное чернилами.

"Рон Уизли. Оттери Сент-Кэтчпоул. Нора. спальня находится под чердаком".

И герб Хогвартса на печати. Ура! Вытянув руку с письмом, я начинаю танцевать и кричать.

-Мама, мама, мне прилетела сова из Хогвартса!

-Читай скорее, сынок- Я слышу ее голос из кухни.

Я открываю конверт и достаю листок с письмом.

«ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА Хогвартс"

Директор: Альбус Дамблдор

(Кавалер ордена Мерлина 1-й степени,

Великий волшебник, Верховный чародей, президент

Международная конфедерация магов)

Уважаемый мистер Уизли,

Мы рады сообщить вам, что вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Пожалуйста, ознакомьтесь со списком необходимых книг и предметов, приложенным к этому письму.

Занятия начинаются 1 сентября. Мы ждем вашу сову с согласием не позднее 31 июля.

Искренне ваша, Минерва Макгонагалл, заместитель директора!"

Я спускаюсь вниз. Не крича на весь дом. Хотя, возможно, уже слишком поздно. Меня было слышно по всему дому. Хотя уже полдень, так что никто не спит.

-Мам, они ждут нашу сову.

-Я знаю, милый. Я отправлю ее сейчас. Тебе следует написать, что ты берешь крысу Перси в качестве фамильяра. Ты берешь ее?

-Да, мам. А когда мы будем покупать вещи?

— Завтра мы пойдем в Косой переулок.

Мама написала ответ и отправила его с Эролом обратно. А также о крысе Перси. Как оказалось, это была волшебная крыса, которая действительно жила в нашей семье десять лет. Хотя Перси и не привязывал ее к себе. Хотя он и пытался, привязка не сработала. Очевидно, кто-то потерял близкого человека.

Ура, ура. Я наконец-то пойду в школу. Может быть, я даже смогу познакомиться с самим Гарри Поттером? В этом году он тоже должен пойти в школу.

Мы, как обычно, собрались на кухне позавтракать. Сегодня мы всей компанией идем в Косой переулок. Но наша сестра остается с тетей Лукрецией. Она согласилась поиграть с ней, пока мы будем заняты.

Мой отец читал газету "Ежедневный пророк". И он ворчал на Фаджа, говоря, что тот снова принял закон, ущемляющий права маглорожденных. Насколько это возможно, и поэтому они обычно покидают наш мир, чтобы жить в обычном. Особенно если они прожили год или два на границе Волшебного мира. Мой отец ворчал, что кто-то из чистокровных семей снова подкупил министра магии, и тот принял закон, ущемляющий права магглорожденных, которые не вступили в брак с чистокровками. Они говорят, что не хотят брать их никуда, кроме как в министерство в качестве клерков и авроров, а также медсестер в больницу Святого Мунго. Но фермеры в волшебном мире не заботятся об их происхождении, они с радостью берут в свои руки магглорожденных, а также учеников из более простых школ. Они берут к себе и сквибов, хотя в обычном мире принято отдавать их в приемные семьи. Мамин двоюродный брат Сквиб выучился на бухгалтера и спокойно работает. Мама на самом деле не хочет о нем говорить. Как любимый младший брат, и вот оно. И он сам немного обижен на свою семью, хотя и понимает, что без магических способностей ему нет места в волшебном мире.

Я достал письмо и снова открыл его. Я был так взволнован, что даже яичница с сосисками не лезла мне в рот. А такое случалось нечасто. Я всегда хотел есть. Меня даже обследовали в Мунго. Они сказали, что у меня быстрый метаболизм. Говорят, что все яды выводятся быстрее. Но целебные зелья также оказывают на меня худшее воздействие. Вот почему мне нужен целитель в моей команде, который может лечить с помощью магии. Вот письмо. То, что осталось на втором листе, я вчера даже не просмотрел от радости. Перси сказал, что там должен быть список учебников.

Я развернул второй лист бумаги, с принадлежностями, и начал читать. В конверте также был билет на поезд, отправляющийся с платформы девять и три четверти.

Бланк "Хогвартс школа ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБНИЦ"

Студенты первого курса обязаны::

Три простых рабочих халата (черного цвета).

Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день.

Одна пара защитных перчаток (из драконьей кожи или аналогичного материала). — Год назад Чарли прислал мне это в подарок. Я надеваю на них специальные амулеты, чтобы они растягивались по мере роста моих рук.

Одно зимнее пальто (черное, с серебряными застежками).- Тетя Лукреция подарила мне этот плащ на мой прошлый день рождения.Осталось только подогнать его по моей фигуре. Она все равно дала ему подрасти. Он мне великоват примерно на 5 сантиметров. Мама сказала, что оно поднимется и его не будет видно.

Пожалуйста, не забывайте, что на всю одежду должны быть пришиты бирки с именем и фамилией ученика.

Поэтому мама пришьет бирки сама. Хотя она учит нас, как чинить одежду, иногда ее нельзя починить с помощью заклинаний. Магический фон предмета может быть нарушен.

Книги

Предполагается, что у каждого студента должны быть следующие книги:

"Скорописная книга заклинаний и чар" (для первого курса). Миранда Гассокл

"История магии". Батильда Бэгшот

"Теория магии". Адальберт Ваффлинг

“Руководство по трансфигурации для начинающих”. Эмерик Свитч

"Тысяча волшебных растений и грибов". Филадельфия-Спора, "Волшебные отвары и зелья". Жиг Мышяков

"Фантастические звери: места обитания". Ньют Скамандер — Внимание, курс носит вводный характер и изучается самостоятельно.

"Темные силы: руководство по самообороне". Квентин Тримбл

И вам придется покупать почти все у старьевщика. Большинство книг рассчитаны на 5 лет до углубленного изучения предмета. Но тогда вам придется покупать книги для ТРИТОНА, но они меняются каждые пять-шесть лет. Но остальная часть программы устанавливается Министерством магии, и книги меняются только тогда, когда новый учитель чем-то недоволен. Билл рассказал мне, что профессор Снейп, который пришел в школу после ухода Слагхорна, сменил всю учебную литературу по зельеварению на более серьезную.

«У тебя также должна быть: 1 волшебная палочка — ну, у меня уже есть одна. Она подошла, и все в порядке. Хотя я хочу новую.

1 котел (жестяной, стандартного размера № 2), — Мама говорит, что было бы лучше продолжать варить зелья в обычных котлах, но почти все студенческие зелья выбрасываются. Но старшеклассники меняют котлы, потому что жестяные взаимодействуют с зельями.

1 набор стеклянных или хрустальных флаконов, 1 подзорная труба, 1 медная шкала.

Напоминаем, что если вы не возьмете с собой крысу, то также можно взять с собой сову, кошку или жабу.

МЫ НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ РАЗРЕШАЕТСЯ ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ!!!"

О, мне придется оставить свою старую "комету" дома. А братья Брум в школе не разрешают им заниматься квиддичем почти каждый день.

— Мам, мы собираемся все это купить? — спросил я.

— Нет, дорогой. Тебе придется одолжить книги у старьевщика. У тебя уже есть волшебная палочка. Билл сказал, что она тебе подходит. Мы возьмем одежду у братьев. Я сшила тебе дождевик. Осталось только купить телескоп, обычный котел, не хочешь ли сам варить зелья? -Я кивнул, запихивая в рот сосиски и яйцо. — весы и ингредиенты. Думаю, стандартного набора тебе хватит на первый год.

— Мам, у нас заканчивается летучий порошок-Сказал Перси.

— Мы и его купим.

Папа посидел с нами еще немного и ушел на работу в свой отдел в министерстве. Мама ворчала, что он даже по выходным работает сверхурочно. Все пытаются приструнить чистокровных. Они говорят, что издеваются над магглами, но не следят за тем, чтобы их заколдованные вещи не попадали на маггловские аукционы.

* * *

После обеда мы перешли в "дырявый котел". Это был крошечный, ничем не примечательный бар, очарованный вниманием магглов. В зале сидели пьяницы всех мастей. А с потолка вился дым. А настоящие посетители таверны обедали и ужинали в отдельной комнате. Там также был камин. Я выглянул из окна на улицу. Проходящие мимо люди не обращали внимания на бар. Их взгляды блуждали от большого книжного магазина к магазину компакт-дисков, и они, казалось, вообще не замечали барной стойки между двумя магазинами.

Да, диски. У нас даже был волшебный проигрыватель. Однажды папа принес несколько дисков с магловскими песнями, но маме это не понравилось. Она предпочитает слушать "волшебное радио" с песнями Селистины Уорлок. Но сосед-магглорожденный, фермер по имени Дилан, содрал этот проигрыватель у своего отца почти за пятнадцать галлеонов.

На мой взгляд, бар был очень темным и обшарпанным. Хотя внутренний зал выглядит лучше, чем зал с пьяницами. Несколько пожилых женщин сидели в углу и пили вино из маленьких бокалов, одна из них курила длинную трубку. Невысокий мужчина в цилиндре разговаривал со старым лысым барменом, похожим на нахмуренный грецкий орех. Том действительно «красивый» парень. Говорят, ему около трехсот лет. Мы зашли на задний двор "дырявого котла".

Насколько я знаю, бар находится в обычном Лондоне. А за ним находится один из проходов в волшебную часть Лондона. Конечно, это другой мир, но, поскольку пассаж находится рядом с Лондоном, его привыкли считать волшебной частью города. Магглорожденные, как правило, вообще не задумываются об этом. Они думают, что мы живем в маггловском мире и только что построили свои отношения. И они очень удивляются, когда оказываются на границе магического мира. А затем, когда они сталкиваются с магическими хищниками и остатками големов магической цивилизации, рухнувшей в прошлом тысячелетии, они бегут обратно в мир маглов, чтобы жить. И что. Они волшебным образом создадут для себя документы и поступят в колледж, чтобы получить образование. Хотя их родители ворчат, что они потратили так много времени на магическую чепуху.

Мы остановились перед мусорными баками. Тем временем мама начала считать кирпичи в стене над мусорным баком, начиная с самого старого. Видимо, специально для меня. Я никогда раньше не был в Косом переулке. Меня оставили играть в шахматы с тетей Мюриэл. Но, ей следовало поменьше говорить о традициях и этикете магического мира. Говорят, я чистокровный маг в восьмом поколении и должен это знать, хотя наследником я не стану. Меня часто оставляли с ней. Тетя Лукреция заберет Джинни, а Мюриэл заберет меня.

— Три в ряд... Два в сторону, — пробормотала мама. — Помнишь это, Рон?

Она трижды коснулась стены своей волшебной палочкой. Кирпич, к которому она прикоснулась, задрожал, затем дернулся, и в середине его появилось маленькое отверстие, которое быстро начало увеличиваться. Секунду спустя перед нами была арка, достаточно большая. За аркой начиналась извилистая улочка, вымощенная булыжниками. Мусорных баков не было.

-Да, мама. Можно мне попробовать?

Я подождал, пока проход закроется и за резервуарами снова появится стена. Мама отошла в сторону, и я вытащил палочку. Затем постучал по неприметному кирпичу. Незаметному для магглов. Я почувствовал слабый поток магии. Конечно, я не забываю, какой кирпич считается. Итак, три вверх и два влево. Ладно, если я забуду, я спрошу свою маму позже. Она часто ходит в косой переулок. Она продает те же самые снадобья и ягоды, а у фермеров есть свои лавки в одном из дальних переулков.Он называется мясной переулок.

-Добро пожаловать в Косой переулок— сказала мама. Мы прошли под аркой и оказались в волшебном мире. Воздух здесь даже отличается от маггловского.

-Малыш Ронни сегодня собирается за покупками- Я посмотрел на значок на рубашке моего брата. Мы нарядились для прогулки по косому переулку. Фред обычно носит такую футболку.

-Фред, заткнись.- прошипел я.

Мы всей гурьбой прошли под аркой, я оглянулся и увидел, что она сразу же превратилась в глухую стену. Ярко светило солнце, отражаясь в бойлерах, выставленных перед ближайшим к нам магазином. «Бойлеры. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро, золото, инертные металлы. Самоподмешивающийся и разборны» — гласила вывеска, висевшая над нами.

— Так, на обратном пути мы купим бойлер, в конце концов, наш уже протекает. И не из олова или меди, а обычный— сказала мама.

— Но сначала мы сходим в банк за деньгами. Билл недавно перевел часть своей зарплаты. Что бы мы с Чарли без него делали?

Из мрачного магазина доносилось тихое уханье. "Совы в торговом центре "Сова". Обыкновенные, амбарные, длинноухие и полярные совы." Несколько мальчиков примерно моего возраста прижались носами к другой витрине, разглядывая выставленные в ней метлы.

Я бы хотел, чтобы у меня была своя сова, я так завидую Перси.… Нет, я понимаю, что это искусно сделанный голем. Она даже ест как настоящая, но это больше похоже на дух. Мы даже приготовили для них специальное печенье. Сушеные кусочки мяса и ягоды, хотя лучше не кормить их долгое время. Совы должны летать на охоту. В противном случае дух зачахнет и может даже покинуть хозяина, к которому они привязаны как фамильяры. Гермес привязался к Перси и теперь летает охотиться на мышей в полях.

— Смотри, — услышал я разговор мальчиков у окна, — новая модель "Нимбус-2000", самая быстрая.

Метла действительно классная. Но, к сожалению, мы определенно не можем себе ее позволить. Может быть, дедушка и раскошелится на Перси, но он вряд ли летает на метлах. Зачем ему гоночная версия метлы? Хотел бы я, чтобы у меня было хотя бы две сотых кометы.… Я люблю летать, но на метлах долго не полетаешь. Задница устает.

Здесь были магазины, в которых продавались мантии, телескопы и странные серебряные приборы, каких я никогда раньше не видел. Хотя я помогал маме готовить зелья вместе с Джинни. Я больше нарезал ингредиенты и иногда перемешивал их. Если зелье не было сложным. Витрины магазинов по всей улице были заставлены бочонками с селезенками летучих мышей и глазами угрей, покачивающимися пирамидами книг с заклинаниями, птичьими перьями и свитками пергамента, бутылочками с волшебными зельями и лунными шарами...

— Гринготтс, — объявила мама, когда мы, наконец, остановились. Мы оказались перед белоснежным зданием, возвышающимся над маленькими магазинчиками. Здание, казалось, поражало своей величественной красотой. А у отполированных до блеска бронзовых дверей стоял гоблин в алой с золотом униформе.

Он был на две головы ниже меня. У него было темно-зеленое интеллигентное лицо, остроконечная бородка и, как я заметил, очень длинные пальцы на руках и ногах. Он поклонился, когда мы вошли внутрь. Теперь мы стояли перед другими дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строки::

"Входи, незнакомец, но не забывай

Что жадность имеет греховную сущность,

тот, кто не любит работать,

но любит брать, дорого платит

— и вам нужно это знать.

Если вы пришли сюда, чтобы заполучить кого-то другого,

вы никогда отсюда не уйдете."

Два гоблина поприветствовали нас поклонами, когда мы прошли через серебряные двери и оказались в огромном мраморном зале. Еще сотня гоблинов сидела на высоких стульях за длинной стойкой, делая записи в больших бухгалтерских книгах, взвешивая монеты на медных весах и рассматривая драгоценные камни с помощью увеличительных стекол. Из зала вело больше дверей, чем я мог сосчитать, так как другие гоблины впускали и выпускали людей через них. Мама и мои братья подошли к стойке.

— Доброе утро, — сказала мама свободному гоблину. — Мы здесь, чтобы забрать немного денег из сейфа Уизли.

— У вас есть ключ от него, мэм?

Молли достала маленький бронзовый ключ и положила его на прилавок.

Гоблин внимательно посмотрел на него.

-Кажется, все в порядке.

-Насмешник!

Насмешник тоже был гоблином. Мы последовали за ним к одной из дверей.

Он открыл нам дверь. Мы стояли в узком каменном коридоре, освещенном горящими факелами. Дорога круто уходила вниз, и на полу были тонкие перила. Насмешник свистнул, и к нам, лязгая колесами, подъехала большая повозка. Мы забрались внутрь — нам это удалось с трудом, хотя на тележке были расширяющие чары, нас все равно было много, и поехали.

Сначала мы мчались по лабиринту извилистых коридоров. Я пытался запомнить дорогу: налево, направо, налево, налево, прямо на развилке, снова направо, снова налево, прямо, — но вскоре бросил это бесполезное занятие. Дребезжащая тележка, казалось, сама знала дорогу, потому что Насмешник не управлял ею, хотя и держал руку на рычаге. Может быть, у него есть мысленный контроль, как у папиной машины? Хотя там только мысленный контроль высоты. Поворачивайте руль слева направо все равно надо. Я катался на нем со своими братьями, пока мама не видела.

Ледяной воздух обдувал меня, и мои глаза щипало, но я держал их широко открытыми. В какой-то момент мне показалось, что я заметил вспышку огня в конце коридора, и я быстро обернулся, чтобы посмотреть, не дракон ли это, но было уже поздно — тележка резко пошла вниз. В этот момент она проходила мимо подземного озера, на потолке и стенах которого росли каменные колонны. Наконец, мы прибыли на место.

Насмешник отпер дверь. Изнутри повалило облако зеленого дыма, а когда оно рассеялось, я разочарованно вздохнул. Внутри была кучка серебряных монет. Несколько золотых. Еще несколько кнатов.

Мать начала собирать монеты в свою сумку. О, я надеюсь, нам хватит на подержанные вещи. Хотя Билл и Чарли посылают часть своей зарплаты, чтобы помочь нам, денег все равно не хватает на такую ораву школьников. К сожалению, некоторые вещи нужно покупать новыми. И они дорогие. Через два-три года мне понадобится новая палочка.

* * *

Еще одна безумная гонка на тележках, и мы уже стояли возле банка, щурясь на солнце.

— Давайте, дети, сначала заедем к Малкину за мантией Перси.

— Мама, а почему у Перси новая мантия?-Я удивился. В конце концов, они всегда покупали всем подержанные вещи. Только Билл перешел на новые только после окончания школы.

— Потому что он староста, Рон.

Я поморщился. Мне мало учиться у этого зануды дома, но он еще и в школе будет нас воспитывать. Перси, если ты его отпустишь, он не заткнется. Он всегда ворчит по поводу будущих сов. Говорят, у него очень много предметов и все нужно сдать на отлично. Поэтому вам нужно заткнуться и тихо сидеть в своей комнате.

Мадам Малкин оказалась приземистой улыбчивой волшебницей, одетой в лиловую мантию.

— Вы будем учиться в Хогвартсе?— Спросила она, прежде чем мы успели объяснить ей цель нашего визита. -Вы пришли по адресу.

— Нам нужны халаты только для старшего мальчика — В ее монолог вмешалась мать.

— Ну, как пожелаете. Вы подождете здесь или снаружи? — Улыбающаяся женщина указала на ряды стульев у стены студии.

— Здесь.

— Взгляните на ассортимент готовой одежды вон там.

Мадам Малкин поставила Перси рядом с зеркалом. Вокруг него тут же закружились сантиметровые ленты. После этого она начала подгонять ему одежду. Подождав, пока она закончит и оплатит покупку, мы вышли на улицу.

Мы зашли в магазин, чтобы купить пергамент и перьевые ручки. В книжный магазин они не пошли. Они купили мне студенческий кипятильник, сделанный из инертного металла. Обычные зелья не варят в жестяной банке. Но для детей важнее всего ходить в школу. Мне нужен котел, чтобы варить свои собственные зелья. Как будущий маг-искатель приключений, я должен уметь собирать и использовать аптечку первой помощи. В магическом мире все еще довольно опасно.

Потом мы купили в лавке старьевщика потертые весы, а также складной медный телескоп с хорошими линзами. И стопку учебников. Да, они выглядели некрасиво и были старыми, но что поделаешь.

Потом мы посетили аптеку, где все было настолько волшебно, что я даже не заметила ужасного запаха — пахло тухлыми яйцами и гнилыми кабачками. На полу стояли бочки с какой-то слизью, вдоль стен стояли стеклянные банки с сушеными растениями, измельченными корнями и разноцветными порошками, а с потолка свисали пучки перьев, клыков и изогнутых когтей. Пока мама разговаривала с аптекарем — нам нужно было купить всевозможные ингредиенты для приготовления волшебных зелий, — я изучал серебряные рога единорога стоимостью двадцать один галлеон каждый и панцири жуков, блестящие и красные (по шесть кнатов за половник). Фармацевт отправит в школу ингредиенты для занятий. Кроме того, мне выдали стандартный набор ингредиентов для личных целей. Братья Фред и Джордж потратили свои карманные деньги на покупку расширенного набора для приготовления зелий.

Я читал учебники, а днем летал на старой метле со своими братьями. Билл также посоветовал мне заниматься спортом, сказав, что я должен много ходить и бегать, если хочу осуществить свою мечту. И стоит обзавестись оружием, помимо волшебной палочки. Он сам ходит на работу с длинным посеребренным ножом, почти мечом. Можно мне тоже такой купить? Если меня примут…

* * *

Первого сентября утром я проснулся в семь часов и больше не мог заснуть, я был слишком взволнован. Я встал и натянул спортивные штаны — наверное, не стоило идти на вокзал в мантии волшебника, проще было переодеться в поезде. К сожалению, по соображениям безопасности на станцию вел только один проход, и он находился на маггловской стороне. Он также зачарован, чтобы пропускать только волшебников и сквибов. Хотя они и не владеют магией в полном смысле этого слова, у них есть некоторые способности. Но, конечно, их не принимают в Хогвартс. Платформа универсальна, поэтому с нее отправляются поезда в магические школы попроще. Хогвартс — это, в некотором смысле, школа для элиты магического мира. Если вы туда попадете, у вас большой потенциал, и они попытаются заполучить вас после окончания школы. Нас слишком мало, чтобы тратить волшебников впустую. Даже магглорожденные, хотя они обычно слабее чистокровных и понятия не имеют о наших традициях. Поэтому их принимают в школы более простым способом. Где им объясняют все о магическом мире. Говорят, даже в Хогвартсе когда-то был подготовительный курс по традициям волшебного мира.

Я внимательно изучил присланный мне список необходимых книг и вещей, чтобы убедиться, что ничего не забыл. После того, как я отжался и покачал пресс, я посадил Скабберса на плечо и начал расхаживать взад-вперед по комнате, ожидая, пока проснутся остальные Уизли. Два часа спустя мой отец запихнул огромные чемоданы в багажник нашего "Форда", мы все забрались внутрь и уехали.

Ровно в десять тридцать мы были на вокзале Кингс-Кросс. Выгрузив чемоданы и погрузив их на тележки, мы направились к железнодорожной станции.

Над одной платформой висел большой пластиковый знак с цифрой девять, а над другой — такой же знак с цифрой десять. Посередине ничего не было. Как много здесь людей. Я никогда раньше не была в таком многолюдном месте. Мама наложила на нас отвлекающие чары от магглов. На станции мы положили чемоданы в тележки и поехали, а папа отправился на работу.

— Я думал, здесь будет целая толпа магглов...

Мальчик с торчащими во все стороны черными волосами и в круглых очках резко обернулся. Он нас услышал? Магглорожденный, что ли? Он немного напуган и одет в красивую одежду, но она явно не по его размеру. Все вещи упакованы в пакет. Очевидно, он тоже за кем-то охотится.

= Итак, какой у вас номер платформы? — Спросила мама. Да, на Кингс-Кросс довольно много платформ. И не все ведут в школы.

— Девять и три четверти — пропищала Джинни, дергая мать за руку — Мам, можно я тоже пойду?..

— Ты еще слишком маленькая, Джинни, так что успокойся.

Мама взяла с собой мою сестру, чтобы не оставлять ее одну дома. Тетя Лукреция была занята, а мама просто не хотела оставлять Джинни со старой сварливой тетей Мюриэл. А Джинни хотела попрощаться с нами.

— Ну, Перси, иди первым.

Мой брат направился к девятой и десятой платформам. Между нами прошла толпа туристов, а когда они наконец прошли, Перси уже исчез.

— Фред, ты следующий — скомандовала мама.

— Я не Фред, я Джордж — ответил близнец, к которому она обращалась — Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью? Разве ты не видишь, что я Джордж? -

Они снова сменили значки. На нем красный значок Фреда.

— Джордж, дорогой, прости меня — извиняющимся тоном сказала мама.

— Я пошутил, на самом деле я Фред — сказал брат и двинулся вперед. Вот скотина. Кстати, вчера Фред сказал, что они вообще не будут ходить в школу.

Другой близнец крикнул ему вслед, чтобы он поторапливался. И через мгновение Фред исчез из виду, а мы с Джинни остались одни. Теперь настала очередь Джорджа. Он тоже пошел вперед и исчез так же внезапно, как и первые братья.

К нам подошел черноволосый мальчик с зелеными глазами. Черт возьми, они почти светятся. Очки хорошо скрывают их. Хотя у меня тоже яркие глаза. Только светло-голубые. С тележкой, на которой стояли чемодан и клетка с белой совой.

— Извините — робко сказал он.

— Привет, дорогой — Мама улыбнулась ему — Ты впервые едешь в Хогвартс? Рон, мой младший, тоже новичок.

Она указала на меня.

— Да — подтвердил мальчик — Но дело в том... Дело в том, что я не знаю, как...

— ...как пройти на платформу, — понимающе закончила за него мама, и мальчик кивнул — Не волнуйся — Она весело подмигнула ему. Все, что тебе нужно сделать, это пройти прямо через разделительный барьер между девятой и десятой платформами. Самое главное, что ты не можешь остановиться и не можешь бояться, что врежешься в препятствие. Если ты нервничаешь, лучше быстро идти или бежать. Знаешь, тебе лучше уйти прямо сейчас, на глазах у Рона.

— Угу... Хорошо, — согласился мальчик. Он явно был напуган и собирался пробить стену. Определенно, магглорожденный.

Он толкнул свою тележку вперед и посмотрел на барьер. Затем он двинулся к барьеру. Его постоянно толкали проходящие мимо люди, к тому же тележка была для него очень тяжелой. Мальчик оперся на поручень тележки и тяжело побежал. приблизившись к барьеру, он въехал в него и скрылся из виду.

Черт, пора. Я побежал за ним, толкая перед собой тяжелую тележку. Перед барьером я не выдержал и зажмурил глаза. Фу, все прошло. Значит, теперь я никому не причиню вреда. Я остановился и пошел прочь. Джинни выбежала за мной, потом вышла моя мама.

Я стоял на переполненной платформе с алым паровозом. Я знаю, что у магглов его давно нет, но нам он вполне подходит. Надпись на доске гласила::

"Школа в Бирмингеме, 9.30",

"Хогвартс-экспресс. 11.00"

"Школа в Уэльсе, 12.00"

Я оглянулся и увидел, что билетная касса исчезла, а на ее месте стоит арка с коваными воротами и вывеской: “Платформа номер девять и три четверти”.

Сгустки дыма, извергаемые паровозом, плыли над головами собравшихся на платформе людей, а разноцветные кошки бегали у них под ногами. Я тут же спрятал Короста за пазуху. Кстати, я спросил Перси, почему у него такое странное имя. И он сказал, что Короста был очень худым и покрытым струпьями, когда он нашел его в саду. Мне следовало убрать свою крысу раньше, но я уже так привык носить ее на плече, что просто не подумал об этом. Самая умная крыса все понимает. Но ленивый… Я слышал голоса, скрип тяжелых сундуков и недовольное уханье сов, разговаривающих друг с другом.

Первые несколько вагонов были уже забиты школьниками. Мы приехали с опозданием из-за пробки. Школьники высовывались из окон, чтобы перекинуться последним словом с родителями, или боролись за свободные места. Парень с черными волосами уже двинулся дальше по составу, заглядывая в окна вагонов в поисках свободного места. Мы продолжали проталкиваться сквозь толпу и наконец остановились возле вагона, который находился почти в самом хвосте состава. Близнецы уже исчезли в поезде.

Мать, стоявшая у вагона, окликнула их.

— Фред? Джордж? Вы здесь?

— Мы идем, мам.

Мать внезапно вытащила из кармана носовой платок. Мне это очень не нравится.

— Рон, у тебя что-то на носу.

Я попытался увернуться, но она схватила меня и начала вытирать кончик моего носа платком.

— Мама, оставь меня в покое! — Я запротестовал, но мне удалось высвободиться только тогда, когда мама отпустила меня.

— О, о, о, у маленького Ронни грязный нос — насмешливо пропел один из близнецов.

— Заткнись, Джордж — сказал я.

— Где Перси? — Спросила мама.

— Вон он идет.

Старший брат подошел к остальным. Он уже переоделся, и на нем была черная школьная форма, а на груди блестел серебряный значок с буквой "П".

— Я ненадолго, мама — сказал он — Я там, в самом начале поезда, где выделили вагон для старейшин...

Это начинается снова. Как долго мы можем говорить об этом? Он не умолкал весь август.

— Так ты теперь староста, Перси? — Один из близнецов был ужасно удивлен — Почему ты нам не сказал, мы же не знали.

— Да ладно, он, кажется, что-то нам говорил — вмешался второй близнец — Однажды...

— Или дважды — сказал первый.

— Или трижды — продолжил второй.

— Или весь август...

— О, заткнитесь — Перси махнул рукой.

— Почему у Перси новая форма, а у нас старая? — Один из близнецов спохватился и возмущенно указал на новенькую форму.

— Потому что он теперь староста — По голосу матери было ясно, что она гордится своим сыном.

— Что ж, дорогой, я желаю тебе хорошей учебы и пришлю Гермеса, когда доберешься туда.

Она поцеловала Перси в щеку, и он ушел. Затем она повернулась к близнецам.

— Хорошо, теперь вы двое. В этом году вы должны вести себя прилично. Если я снова получу сову, которая сообщит мне, что вы сделали что-то не так — взорвали унитаз или...

— Взорвали туалет? — Один из них был поражен — Мы никогда не взрывали туалеты.

— Почему бы нам не попробовать? — второй усмехнулся — Отличная идея, спасибо, мама.

— Это не смешно — отрезала мать — И присмотри за Роном.

— Не волнуйся, мы не дадим маленького Ронни в обиду...

Лучше быть без присмотра, чем с ними. Они постоянно проверяют свои шутки на каждом встречном. Зельевары — недоучки. Есть стоит только в большом зале и подальше от этой парочки.

— Заткнись, — снова пробормотал я. Хотя я младше близнецов, мы все были примерно одного роста. За последний год я сильно вытянулся, поэтому одежда моих братьев была мне немного коротковата.

— Да, мам, ты не представляешь, — начал Джордж. — Угадай, кого мы только что встретили в поезде?

— Помнишь черноволосого мальчика, который стоял рядом с нами на вокзале? — Спросил Фред свою маму — Ты знаешь, кто это?

— Кто это?

— Гарри Поттер! — Казалось, Джордж воскликнул.

О, что сейчас произойдет. Я посмотрела на свою сестру.

— О, мам, можно я сяду в поезд и посмотрю на него? Мам, пожалуйста...

Кто бы сомневался. Моей сестре не терпится познакомиться с ним.

— Ты уже видела его раньше, Джинни. И не смотри на бедного мальчика так, словно он животное в зоопарке. Это действительно он, Фред? Откуда ты это знаешь?

Я угадал.

— Я спросил его — объяснил Фред — Я увидел его шрам и спросил. Но шрам на самом деле такой, как они говорят, он похож на молнию.

— О, бедняжка, неудивительно, что он был один! — Воскликнула мама. — Я все думала: почему его никто не провожает? Он такой вежливый, такой воспитанный.

Один?! Он герой, но, похоже, о нем просто некому позаботиться?! странный. В книгах написано, что директор Дамблдор спрятал его у своих родственников в безопасном месте. Я и не знал, что Поттеры тоже были бедными. Хотя они ездили в Америку еще в 70-х годах.

— Да ладно, дело не в этом, — перебил ее один из близняшек. — Как ты думаешь, он помнит, как выглядит Сам-Знаешь-Кто?

Мать внезапно стала суровой.

— Я запрещаю тебе спрашивать его об этом, Фред. Даже не думай об этом. Ему действительно нужно напоминать об этом сегодня?

— Хорошо,Хорошо, я не буду -. Громко прозвучал свисток машиниста.

— Давай, поторопись! — сказала женщина, и мы втроем забрались в вагон и, оставшись в тамбуре, послали воздушные поцелуи моей сестре и маме.

Моя сестра вдруг расплакалась. Очевидно, она была расстроена тем, что осталась в Норе одна. По крайней мере, я играл с ней в шахматы.

— Давай, Джинни, мы собираемся присылать тебе письма с совами, — утешал ее один из близняшек.

— Мы пришлем тебе крышку от унитаза из школьного туалета, — пообещал второй.

— Джордж! — Возмущенно воскликнула мама.

— Я просто шучу, мам.

Поезд тронулся. Я увидел, как мама машет нам рукой, а Джинни, то ли смеясь, то ли плача, бежит за поездом. Но вскоре она отстала, потому что поезд набирал скорость.

Поезд слегка вильнул вправо, и платформа исчезла из виду. За окном мелькали дома. Мы шли по поезду.

Но это мой шанс познакомиться с ним поближе. Может быть, я даже смогу стать его другом?

— А где находится купе, в котором сидит Гарри?

— Сейчас мы тебе покажем, — сказал один из братьев. Они уже сняли свои бейджи. Через пять минут ходьбы мы уже стояли под дверью купе.

Я приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

— Здесь свободно?— спросил я черноволосого парня с вокзала, указывая на место напротив.

— В других вагонах вообще негде сесть — Я солгал. Хотя все купе, мимо которых мы проходили, были уже забиты. Но я хотел сесть именно с Гарри.

Он кивнул, и я быстро сел. Так что надо не пялиться открыто. Я украдкой взглянул на него, но тут же отвел взгляд, делая вид, что меня очень интересует пейзаж за окном.

— Эй, Рон! — окликнули меня близнецы, заглянув в купе. Мы поехали. Ли Джордан едет через два вагона от нас, он везет с собой гигантского тарантула.Черт, неужели они не могли не сказать раньше? Я очень не люблю пауков после их очередной шутки. В конце концов, тридцатисантиметровый паук вместо плюшевого мишки — это страшно. К тому же, он еще и укусил меня.

— Продолжай, — пробормотал я.

— Гарри, мы все еще не представились тебе — Близнецы улыбались — Фред и Джордж Уизли. А это наш брат Рон. Увидимся позже.

— Увидимся позже, — сказали мы с Гарри почти одновременно. А близнецы ушли.

— Вы действительно Гарри Поттер? — Выпалил я, меня распирало от желания задать этот вопрос. Надеюсь, это не очередная выходка этих рыжеволосых придурков.

Гарри кивнул.

— О, я думала, это очередная шутка Фреда и Джорджа, — выдохнул я — У тебя действительно есть такая шутка... Ну, ты знаешь...

Я вытянул палец, указывая на лоб Гарри. Гарри провел рукой по волосам, обнажая лоб. Когда я увидел шрам, я не мог отвести от него глаз.

— Так вот где Сам-Знаешь-Кто...

— Да, — подтвердил Гарри — Но я этого не помню.

— Ты что, совсем ничего не помнишь? — Я надеялся на обратное — Ну, совсем ничего?

— Я просто помню много зеленого света, вот и все.

Хм, судя по описанию, это похоже на Аваду. Но после нее не выживают.

— Ого, — покачал я головой. Я сидел и смотрел на Гарри, не отрывая взгляда, словно зачарованный, но потом спохватился и уставился в окно.

— У вас в семье есть волшебники? — спросил Гарри. Мне показалось, что он тоже заинтересовался мной. Что ж, ему следовало бы снова пожить с магглами. Он вообще знает о школе?

— Э-э... да. Думаю, да, — немного подумав, выдал я — У мамы есть двоюродный брат, он сквиб, работает бухгалтером, но мы никогда о нем не говорим.

Нам нужно поподробнее расспросить его о внешности.

— Я слышал, что ты жил у родственников. Мне было очень любопытно. Папа — большой поклонник магглов.А какие они вообще?

— Ужасные... Хотя, возможно, не все из них.

— Но мои тетя, дядя и двоюродный брат ужасны. Они все магглы и ненавидят магию, можешь себе представить? Хотел бы я, чтобы у меня было три брата-волшебника, таких как ты.

Да, думаю, я угадал. Но кто отдал Поттера магглам, разве у него нет дяди и семьи по отцовской линии? Однако они ушли с концами. И мы с американцами не очень ладим, потому что многие магглорожденные в свое время уехали на этот континент. А шабаш салемских ведьм, как правило, возглавляет ренегат из семьи Блэков. Прошло 200 лет.

— У меня их пятеро. — Мой голос звучал совсем не весело. — Я шестой. И теперь я должен сделать все, чтобы быть лучше их. Билл был лучшим учеником в школе, Чарли играл в квиддич и носил капитанскую повязку. А Перси стал старостой. Фред и Джордж, конечно, занимаются всякой ерундой, но у них хорошие оценки, и все их любят. И теперь все ожидают, что я буду учиться так же хорошо, как мои братья. Но даже если это произойдет, это ничего не даст, потому что я самый младший. Поэтому мне нужно стать лучше, чем они, но я не думаю, что у меня получится. К тому же, когда у тебя пять братьев, ты никогда не приобретаешь ничего нового. Поэтому я хожу в школу почти со всем старым — форму я получила от Билла, волшебную палочку — от него же, а крысу — от Перси.

Я начала делиться своей болью. Затем я сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил оттуда жирную серую крысу, которая мирно спала.

Нет, подумать только, что он снова заснул.

— Его зовут Короста, и он совершенно бесполезен — он спит весь день. Папа подарил Перси сову, когда узнал, что тот собирается стать старостой, и я тоже хотел такую, но у них такой нет... Я хотел сказать, что вместо этого поймал крысу.

У меня покраснели уши. Я наговорил много лишнего. Я замолчал и посмотрел в окно. Что, если Гарри не захочет со мной дружить, потому что мы бедные?

Гарри помолчал и сказал, что у него никогда не было собственных денег. И о том, как он носил старую одежду Дадли и никогда не получал настоящих подарков на день рождения. Я немного приободрился. Может быть, я действительно смогу с ним подружиться? Но мне придется написать маме о подарках, даже если это обрадует его на новый год. Она сказала, что наша семья хорошо знала его родителей.

— И пока Хагрид не сказал мне, я даже не знал, что я волшебник, — продолжил Гарри. — И я ничего не знал ни о своих родителях, ни о Волдеморте...

Я отстранился от него, вцепившись в сиденье. Даже храбрые волшебники до сих пор не произносят это имя. Он что, сумасшедший?

— Что ты делаешь? — Гарри был удивлен.

— Ты назвал Сам-знаешь-кого по имени! — В моем голосе были страх и уважение. — Я думал, это кто-то другой, но ты...

— Я не пытался быть храбрым, — объяснил Гарри. — Я просто не знал, что ты не можешь произнести это имя. Теперь ты понимаешь, о чем я говорил? Я все еще многого не знаю, мне еще многому предстоит научиться... И я боюсь... Я боюсь, что буду худшим учеником в школе, — похоже, эта мысль не давала ему покоя уже давно. Я должен подбодрить его. У меня у самого была волшебная палочка, но мама запретила мне колдовать. И я получил ее только этим летом. Но я практиковался в простых заклинаниях с веткой, которые Перси показал мне втайне от мамы. Он просто помешан на учебе.

— Не бойся, — успокоил я его. — В школе много учеников, которые выросли в маггловских семьях, и они довольно быстро всему учатся. В конце концов, в школе довольно строгий процесс отбора. Просто так идиотов и слабаков туда не берут. Все выпускники Хогвартса должны сдать "СОВУ" как минимум на удовлетворительно, а разговор с будущим работодателем начинается с хороших оценок. Некоторые требуют даже отличных оценок по профильным предметам.

К сожалению, у магглорожденных возникают проблемы с высшими ветвями магии, которые требуют большого запаса. Вот откуда взялись все эти запреты министерства. Хотя некоторые ритуалы действительно жуткие. И они были запрещены давным-давно. Но папа говорит, что чистокровные семьи все еще практикуют их по праздникам.

Пока мы болтали, поезд выехал из Лондона и теперь мчался мимо полей и лугов, где паслись коровы и овцы. Мы с Гарри замолчали, глядя в окно. Казалось, его интересовало все, а я думал о том, о чем бы с ним поговорить. И стоит ли вообще дружить? После получасовых размышлений я решила, что это того стоит. Даже при таком небольшом объеме знаний и проблемах в семье. И он мне нравился как человек.

Примерно в половине второго в тамбур постучали, и в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке.

— Ребята, не хотите ли чего-нибудь перекусить? — Гарри поспешно вскочил, услышав заманчивое предложение. Мои уши снова покраснели, и я пробормотала, что захватила с собой бутерброды. И Гарри вышел в коридор один. Хотя у меня были карманные деньги, я приберегла их на Рождество. Это необходимо, чтобы делать подарки. Да, моя мама дала мне бутерброды.

Через несколько минут он вернулся, нагруженный покупками, и вывалил их на сиденье. Я посмотрела на небольшую горку сладостей. Они не порвутся?

— Ты так голоден? — Я спросил его.

— Я ничего не ел со вчерашнего вечера. — ответил Гарри, разворачивая тыквенное печенье и откусывая сразу половину. Я вытащил из чемодана бумажный пакет и достал четыре бутерброда. Черт, опять.

— Она всегда забывает, что я не люблю копченую говядину — Печально сказал я. Ну, когда мама перестанет путать меня с Биллом. Мой брат любит говядину.

— Я заменю ее печеньем — Гарри протянул мне печенье — Давай, присоединяйся ко мне...

— Давай, ешь. — Гарри кивнул на свои сладости. Ну и ладно. Мясо действительно пересушенное. Она все время забывает, что я не люблю говядину. Я пересел на место рядом с ним и протянул руку к сладостям. Ну, их бутерброды. Я оставлю их на запас или отдам Перси. Он любит говядину, в отличие от меня и близнецов.

— Что это? — Спросил Гарри, беря в руки упаковку с шоколадными лягушками — Это ведь не настоящие лягушки, правда?

Я чуть не рассмеялся, представив себе его лицо, когда он развернул лягушку.

— Нет, они ненастоящие, они просто сделаны в форме лягушек, и они сделаны из шоколада, и смотри, они прыгают, и если ты будешь колебаться, они могут отпрыгнуть. Правда, — улыбнулась я — Если будешь есть, не выбрасывай обертку — у меня не хватит агриппы...

— Что? — спросил Гарри.

— О, конечно, ты не знаешь, — сказал я. — Внутри коллекционные открытки. Из серии — Знаменитые ведьмы и волшебники. Многие ребята коллекционируют их. У меня их около пятисот, но Агриппы здесь нет, и Птолемея, по-моему, тоже.

Гарри развернул лягушку и вытащил лягушку. Она попыталась убежать, но он машинально дернул рукой и схватил ее, после чего положил в рот. Хм, ему нужно быть охотником в команде. Хорошие рефлексы и крепкое телосложение. Но у него будут проблемы с покупкой метлы. Прожевав шоколад, Гарри начал вертеть открытку в руках.

— Так вот каков Дамблдор! — воскликнул он.

— Только не говори мне, что ты никогда не слышал о Дамблдоре! — запротестовал я. — Можно я возьму одну из "лягушек" — может быть, Агриппа попадется...

Конечно, меня больше привлекал шоколад. Но открытки тоже интересные, но достать нужную там довольно сложно. Половина моей коллекции — это копии карточек, которые у меня уже есть.

Гарри перевернул открытку и начал читать вкладыш. Затем он снова перевернул карточку и удивился.

— Он куда-то ушел! — закричал он.

Я удивленно посмотрел на него.

— Но ты же не ожидал, что он пробудет здесь весь день, — сказал я. — Он вернется. Но у меня снова выпала Моргана, и у меня их уже шесть штук. Почему бы тебе не воспользоваться этим и не начать коллекционировать?

Я оглядел кучу "лягушек", которые ждали, когда их развернут. Я люблю шоколад. Хотя молочный ханедук намного вкуснее.

— Угощайся, — предложил Гарри, проследив за направлением моего взгляда — Кстати, ты знал, что у маглов, если человека сфотографировать, то он не исчезает с фотографии?

В чем правда?

— О чем ты говоришь? Это так скучно. Хотя это может быть полезно. — Что, они вообще не двигаются? Папа обычно приносил фотоаппарат домой, но он заколдовал его, чтобы фотографии на пленке двигались.

Гарри уставился на карточку, пока на ней снова не появилось изображение Дамблдора. Вскоре у него было восемь таких карточек. Прошло немало времени, прежде чем Гарри отложил последнюю из своей коллекции. Он смотрел на нее минут десять.

— Ты должен быть осторожен, — посоветовал я, заметив, что Гарри взял пакетик с таблетками.

— Здесь написано, что у них очень разные вкусы, так что это чистая правда. Нет, там есть вполне обычные вкусы — апельсиновый, скажем, или шоколадный, или мятный, но иногда попадается шпинат, или почки, или рубец. Джордж утверждает, что ему как-то попались конфеты со вкусом соплей.

Может, он и шутит, но мне попадались довольно неприятные конфеты.

Я выбрала зеленое драже, внимательно осмотрела его и откусил кусочек.

— Фу! — Я поморщился — Брюссельская капуста! Она еще и горькая.

Нам было очень весело есть эти таблетки.

Местность за окном быстро изменилась. Возделанные поля сменились лесами, реками и зелеными холмами. Мы, наверное, уже въехали в волшебный проход и едем вдоль границы.

Кто-то постучал в дверь купе. В дверях появился Невилл Долгопупс, мимо которого я прошел, когда мы шли по платформе. У него был такой вид, будто он вот-вот заплачет.

— Извините, — сказал мальчик, — вы не видели здесь жабу?

Мы с Гарри одновременно покачали головами, и Невилл начал причитать. Мама говорит, что его родители тоже были друзьями нашей семьи, но с ними что-то случилось, и теперь Невилла воспитывает его бабушка. А она еще хуже, чем наша тетя Мюриэл.

— Я потерял ее! Она всегда убегает от меня!

— Она будет там, — заверил его Гарри.

— Да, я полагаю, что так, — печально сказал Невилл...

И с этими словами он ушел.

— Я не понимаю, почему он так волнуется — Я пожал плечами — Если бы у меня была с собой жаба, я бы потерял ее на платформе. Хотя моя крыса ненамного лучше жабы, так что не мне об этом говорить.

Крыса все еще спала, свернувшись калачиком у меня на груди. Может, она давно умерла, а может, спит — это не имеет никакого значения.

— Выглядит так же, — с отвращением сказал я — Вчера я пытался заколдовать его, чтобы он стал желтым — думал, так будет выглядеть интереснее, — но ничего не вышло. Сейчас я покажу тебе, смотри...

Я порылся в своем чемодане и вытащил потрепанную на вид волшебную палочку. Она была потрескавшейся в нескольких местах, а на конце поблескивали белые волоски. О, неужели они не могли хотя бы в этом году купить новую волшебную палочку... Нет, я понимаю, что мне она подходила, но скоро она развалится. Хотя Билл купил себе новую на пятом курсе, может быть, я куплю такую же себе.

— Шерсть единорога почти выпала, — смущенно заметила я — итак...

Прежде чем я успела поднять палочку, дверь купе снова открылась. Пухлый мальчик снова появился на пороге, но на этот раз с ним была девочка с густыми каштановыми волосами, которая уже переоделась в школьную форму. Ее передние зубы были немного великоваты. Я просмотрел "Детей волшебников". Полукровка или магглорожденная?

— Кто-нибудь видел жабу? Невилл потерял ее, и я помогаю ему ее найти. Вы видели ее или нет? — спросила девочка властным тоном. Мне посоветовать им найти старосту или нет? Нет, ну, они…

— Он был здесь раньше, и мы сказали ему, что не видели ее — ответил я, но девушка, казалось, не слушала меня, ее внимание было сосредоточено на волшебной палочке в моих руках.

— О, вы показываете чудеса? Пойдем, мы тоже посмотрим.

Она села на свободное место, и я занервничал. Нет, ну что за девочка.

— Э-э-э, — нерешительно сказал я. — Ну, ладно.

Я прочистил горло и снова поднял палочку:

— Ты, жирная, глупая крыса, пожелтей и стань как масло, как яркий солнечный свет.

Я взмахнул палочкой, как Фред показывал мне вчера, но ничего не произошло. Малыш все еще был серым и мирно спал. Черт, опять не получилось. Он что, пошутил?

— Ты уверен, что это правильное заклинание? — Спросила девочка. — Это не работает, разве ты не заметил? И вот я взяла несколько простых заклинаний из книг, чтобы немного попрактиковаться, и все получилось. Попробуй произнести "мутаре колорем" и представь, что крыса становится желтой.

— “мутаре колорем” — Я представил себе Коросту с ярко-желтым мехом.

Это сработало! Ура, он желтый, как цыпленок. Внезапно его цвет снова изменился на серый. Черт, но даже зимой он спокойно менял цвет своей кожи.

— В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получил письмо из Хогвартса — я имею в виду, приятно удивлена, потому что это лучшая волшебная школа в мире. И, конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, этого будет достаточно, чтобы учиться лучше всех остальных. Репаро — Девочка указала палочкой на очки Гарри, обмотанные синей изолентой. — О, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а тебя?

Она говорила очень быстро, но я все равно уловил смысл ее слов и забеспокоился. Ну, ничего себе. Никто не говорил мне, что учебники нужно заучивать наизусть. Мы с Гарри переглянулись. Нет, он, похоже, тоже их не выучил. Это языки, которые я выучил. Мама принесла с собой какой-то артефакт, который она взяла напрокат на Диагон-аллее, и я ускорил изучение древних языков. Так же, как математику и английский. В конце концов, мы соседи с маггловской Британией. Большинство местных волшебников говорят по-английски. Хотя чистокровные также изучают французский и немного немецкого. В конце концов, Шармбатон и Дурмстранг — тоже очень хорошие школы. Как и все Уизли, мы также изучали ирландский язык. Говорят, наш клан родом оттуда.

— Я Рон из клана Уизли, — пробормотал я.

— Гарри Поттер, — представился Гарри.

— Вы действительно Гарри Поттер? — Взгляд девушки стал очень внимательным — Вы можете быть уверены, что я знаю о вас все. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и ваше имя упоминается в “Современной истории магии”, “Расцвете и упадке темных искусств” и “Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке”.

— да? — Это все, что ошеломленный Гарри сказал. Ну да, чтобы не смущать его, я не стал рассказывать ему, как много пишут о нем.

— Боже, ты что, не знал? — удивилась девушка — На твоем месте я бы прочитала о себе все, что можно найти в книгах. Да, ты знаешь, на какой факультет ты поступишь? Я уже кое-что выяснила, и мне хочется верить, что я попаду в Гриффиндор. Кажется, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, я думаю, что поступить в Когтевран тоже было бы неплохо... Ладно, мы пойдем поищем жабу Невилла. Вам двоим лучше переодеться, я думаю, мы скоро будем на месте.

И она ушла, забрав с собой толстяка. Я все-таки посоветовал им сходить в первом вагоне к старейшинам и попросить их помочь найти жабу Невилла. Говорят, есть простое поисковое заклинание. Жаба полетит сама. Хотя, если двери закрыты, заклинание не сработает. Но вы можете спросить провидца, где она. Они очень хорошо угадывают. Особенно когда видят линии вероятности. Хотя в школе сейчас говорят, что провидец — шарлатан. Но она дает хороший материал.

— Я не знаю, на какой факультет я буду поступать, но я надеюсь, что мы будем на разных факультетах с ней, — прошептал я и убрала волшебную палочку обратно в сундук — У меня ничего не получилось, и все из-за этого дурацкого заклинания. Джордж уверял меня, что это сработает, но теперь мне кажется, что он сам придумал это, чтобы посмеяться надо мной. А трансфигурация, по совету девушки, продолжалась недолго.

— На каком факультете учатся твои братья? — Гарри спросил. Парню было интересно все.

— Гриффиндор, — кивнул я, снова опечаленная мыслью о братьях-проказниках — Мама и папа тоже были там.

Я должен поступить туда. Хотя сейчас программа одинакова для всех факультетов, будущие бойцы традиционно поступают на красный и золотой.

— Я не знаю, что произойдет, если я попаду на какой-нибудь другой. Было бы здорово поступить в Когтевран, но я не могу себе представить, что было бы, если бы я поступил в Слизерин.

Учитывая мое происхождение в сумасшедшей семейке Уизли, меня туда не пустят. Элита магического мира ходит туда, чтобы завести знакомства. Несмотря на то, что мы чистокровные, папу считают немного сумасшедшим из-за его увлечения магглами. И мы не богаты, особенно по стандартам священных двадцати восьми, как они себя называют. Хотя мы тоже входим в их число. Кроме того, папа сейчас не пользуется популярностью среди чистокровных из-за его Закона о защите магглов.

— Это факультет, на котором учился Вольде... Сам-знаешь-Кто? — Гарри быстро исправился под моим пристальным взглядом.

— Ага, — кивнул я и удрученно замолчал.

— Знаешь, мне кажется, усы у Коросты все еще желтые части шерсти, значит, заклинание хоть немного подействовало, — сказал Гарри. Он явно пытался меня утешить. Ну и черт с ним, с крысой. Я спрошу Гермиону об этом заклинании. Раз уж она выучила весь учебник. А он рассчитан на пять занятий. По словам мамы, крысы действительно волшебные.

— А твои старшие братья, которые уже закончили среднюю школу, чем они сейчас занимаются?

— Чарли в Румынии, изучает драконов, а Билл работает в банке Гринготтс и ездил в Африку по своим делам, — объяснил я — Вы слышали о Гринготтсе? Вы слышали, что произошло на днях? "Пророк" написал об этом... Хотя да, у магглов есть и другие газеты... Так или иначе, кто-то пытался ограбить сверхсекретный сейф.

Глаза Гарри расширились — В самом деле? А что случилось с грабителями?

— Ничего. Вот почему об этом так много писали, они этого не заметили. Папа говорит, что это, должно быть, был могущественный темный волшебник, иначе он не смог бы проникнуть в Гринготтс, взломать сейф и выйти оттуда целым и невредимым. Но самое странное, что грабители ничего не украли. Конечно, все боятся, что за всем этим стоит Сам-знаешь-Кто.- я решил перейти на другую тему.

— Ну, ты, конечно, слышал о квиддиче. Я был абсолютно уверен в этом. Это лучший вид спорта в мире. Все мальчики и девочки мечтают играть в него. Или они болеют за профессиональную команду. Я болею за "Ганз", хотя последние тридцать лет они считались аутсайдерами, с тех пор как у них сменился кетчер. Прежний игрок получил травму на матче и больше не выходит на поле.

— Э-э-э-э... На самом деле я не знаю ни одной команды, — признался Гарри.

— О чем ты говоришь? — Я был потрясен — Это лучшая игра в мире! Я начал агитировать за своего первого друга. Хотя я общался с другими детьми волшебников, мы жили в глуши и встречались очень редко.

И я начал объяснять Гарри, что в квиддич играют четырьмя мячами, что в каждой команде по семь игроков и у каждого свое место на поле и свои функции. Затем я начал описывать самые известные матчи, на которых я был со своими братьями. Потом он рассказал мне, какую метлу я бы купил себе, если бы у меня были деньги. Я хотел попробовать себя в качестве вратаря школьной сборной. Поэтому мне нужна метла, которая была бы не слишком быстрой, но зато маневренной. "Комета" — это то, что нужно. Из них получаются хорошие веники и стоят они недорого. В отличие от того же Нимбуса. Я объяснял Гарри тонкости правил игры, когда дверь купе снова открылась. Но это был уже не Невилл, который потерял свою жабу в компании Гермионы Грейнджер.

— Здесь есть места?! В купе вошли трое мальчишек, и в центре стоял бледный мальчик с белыми волосами, типичный Малфой, он с интересом посмотрел на Гарри. У малыша волосы, были намазаны гелем, и серые глаза.

— По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Так это ты, верно?

— Верно, — кивнул Гарри.

Двое, которые пришли с бледнолицым, были крепкими парнями и выглядели довольно неприятно. Стоявшие по бокам бледнолицего мужчины, они напоминали его телохранителей.

— Это Крэбб, а это Гойл, — небрежно представил их бледнолицый, заметив, что Гарри смотрит на его спутников. — А я Малфой, Драко Малфой.

Я прочистил горло. Ну, они дали ему имя. Драко, ничего себе. Хотя я слышал, что Малфои произошли от ледяных драконов. Точно так же, как Уизли — от огненных. Вот почему мы постоянно ссоримся. Я едва сдерживал смех. Драко Малфой неодобрительно посмотрел на меня.

— Ты находишь мое имя забавным, не так ли? Я даже не спрошу, как тебя зовут. Мой отец говорил мне, что если ты видишь рыжеволосого и веснушчатого мальчика, значит, он из семьи Уизли. В семье больше детей, чем могут позволить себе их родители.

И за это получил пощечину? Произнеся эту убийственную тираду, Малфой повернулся к Гарри.:

— Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько волшебных династий, которые намного круче всех остальных. Тебе не нужно дружить с людьми, которые этого не заслуживают. Я помогу тебе разобраться в этом. Ты мой троюродный брат.

Он протянул руку для рукопожатия, но Гарри сделал вид, что не заметил. Черт, он мой троюродный брат, как и Гарри. Но моя бабушка терпеть не может черных так же, как и Малфоев.

— Спасибо, но, думаю, я сам могу разобраться, кто чего заслуживает, — холодно заметил Гарри.

Драко Малфой не покраснел, но на его бледных щеках появились розовые пятна.

— На твоем месте я был бы осторожнее, Поттер, — медленно произнес он. — Если ты не будешь вежливее, то закончишь так же, как твои родители. Они, как и ты, не знали, что для них хорошо, а что плохо. Если ты будешь общаться с такими подонками, как Уизли и этот Хагрид, тебе же будет хуже. Может, ты и полукровка из-за своей грязнокровной матери, но ты один из двадцати восьми.

Мы с Гарри одновременно поднялись со своих мест. Мое лицо стало таким же медно-красным, как и волосы. Сейчас кто-то получит удар. Я разобью ему нос без всякой магии. Как он смеет называть кого-то грязнокровкой? Всепожирающее отродье.

— Повтори, что ты сказал, — потребовал я. Я начал разминать руки перед ударом. Как-то это неправильно. Мы волшебники. Даже будущие.

— О, ты собираешься драться с нами, не так ли?

— Да, — презрительно сказал Малфой.

— Да, если ты немедленно не уберешься отсюда, — храбро заявил Гарри.

— О, мы ведь совсем не собираемся уходить, правда, ребята? — Малфой усмехнулся, поворачиваясь к своим товарищам — Кроме того, мы голодны, а у вас здесь много еды.

Я вспомнил приемы боя, которые Билл показывал мне прошлым летом. Сначала повалите здоровяка справа, затем врежьте в нос левому, а они тем временем придут в себя и устроят этому белокурому грубияну хорошую взбучку.

Гойл потянулся за шоколадными лягушками, лежавшими на одном из сидений. Я прыгнул на Креба, но прежде чем я успел прикоснуться к нему, Гойл издал ужасающий крик.

С руки Гойла свисал Короста, впиваясь в его палец маленькими острыми зубками. Крэбб и Малфой отшатнулись, а Гойл замахал рукой, пытаясь стряхнуть крысу и взвыв от боли. И как только Короста, наконец, разжал зубы и улетел, ударившись о закрытое окно, все трое мгновенно исчезли. Вероятно, они подумали, что в купе прячутся еще крысы, или, может быть, услышали шаги, потому что секундой позже в купе заглянула Гермиона Грейнджер.

— Что здесь происходит? — спросила она, глядя на разбросанные по полу сладости и на меня, держащую крысу за хвост.

— По-моему, он потерял сознание, — сказала я, поворачиваясь к Гарри. А потом я присмотрелась на Коросту повнимательнее. — Нет... Я не могу в это поверить! Представляешь, он снова заснул.

Короста на самом деле спал. Кстати, что еще известно о предложении Хагрида? Именно здесь он видел его с Гарри. Разве он не лесничий и не ходит дальше замка Хогсмид? Хотя Гарри, кажется, говорил что-то о том, что Хагрид принес ему письмо. Так, стоп. Он водил его по магазинам?! Все профессора были заняты?

— Ты когда-нибудь раньше встречался с Малфоем? — Я спросил.

— Да, я познакомилась с ним у мадам Малкин, когда покупала мантии. Он был за то, чтобы выгнать магглорожденных из Хогвартса. И я сам магглорожденная, так как вырос среди магглов. А потом я пошел за покупками с Хагридом, и Малфой увидел его в окно. И он сказал, что он был пьяницей. После нотаций тети Петунии о моих родителях-пьяницах я просто взбесился от таких слов. Поэтому я схватила свою мантию и выбежала из магазина. Я даже не посмотрел на свою одежду. Хотя деньги были. Мне пришлось попросить тетю купить мне свитер и теплые брюки в магазине подержанных вещей.

Да, что я могу сказать. Кстати, почему они отправили с ним этого хулигана? Он даже не сказал ему, как пройти на платформу, и одежды Гарри тоже не было. Мадам Малкин, похоже, считала, что ему, как и всем магглорожденным, нужны только мантии. Но они покупают их в своих магазинах. А Гарри слишком застенчив.

— Я слышала о его семье, — мрачно начал я, вспоминая папины рассказы. Они были одними из первых, кто вернулся к нам, когда Сам-Знаешь-Кто исчез. Они говорили, что он их околдовал. А мой отец в это не верит. Он сказал, что отцу Малфоя даже не нужна была причина, чтобы перейти на Темную сторону. Говорят, что чистокровным магам нравится убивать магглов во время ритуалов и вообще для развлечения, как они делали во время магической войны.

Гермиона все еще стояла в дверях купе, и я повернулся к ней:

— Мы можем вам чем-нибудь помочь? — спросил я.

И почему эта девушка пристает к нам. Я никогда не понимала свою сестру и ее подругу Луну. А тут еще совершенно незнакомый человек. Что за очередная влюбленность в Гарри? Она, однако, пялится на меня. Да ладно.

— Вам лучше поторопиться, иначе у вас не будет времени переодеться. Я только что разговаривала с водителем в кабине. Он сказал, что мы почти на месте. Вы что, подрались здесь? Молодцы, нечего сказать. Мы еще не дошли до школы, а у нас уже неприятности! — Когда же она оставит нас в покое? Как ее отсюда вытащить. Ах да.

— Это Короста подрались, а не мы. — Я сердито посмотрела на девушку. — Почему бы тебе не выйти и не дать нам переодеться?

— Конечно. На самом деле, я просто пришла повидаться с вами, потому что во всех вагонах царит ужасная суета, все ведут себя как маленькие дети и носятся по коридорам. — Гермиона презрительно фыркнула, как бы говоря, что не одобряет такого поведения. — Кстати, у тебя грязь на носу, ты в курсе?

Я посмотрел ей вслед, а Гарри уставился в окно. За окном, где возвышались горы и тянулись бесконечные леса, начало темнеть, и небо стало темно-фиолетовым от первых звезд. Поезд замедлил ход.

Мы с Гарри быстро сняли куртки и натянули длинные черные мантии. Моя мантия была мне немного коротковата, и из-под нее торчали спортивные штаны.

— Мы будем в Хогвартсе через пять минут, — разнесся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте свой багаж в поезде, его доставят в школу отдельно. Не забудьте о фамильярах в купе. Возьмите их с собой. -

Гарри занервничал, а я сильно побледнел.

— Гарри, возьми с собой Буклю и отпусти ее на платформе. В замке есть совятня. Она сама найдет дорогу. Оставь клетку здесь.

Я спрятал Коросту за пазуху. Мы распихали остальные сладости по карманам и вышли в коридор, где уже толпились остальные дети. Букля, обрадованная сова, летела рядом с нами.

Поезд все замедлял и замедлял ход и наконец остановился. В коридоре было жуткое столпотворение, но через несколько минут я наконец оказался на маленькой неосвещенной платформе. На улице было холодно, и я поежился. Затем большая лампа качнулась над головами ребят, стоявших на платформе, и я услышал голос:

— Первокурсники! Первокурсники, идите сюда! Эй, Гарри, с тобой все в порядке?

Над морем голов возвышалось сияющее лицо великана. Интересно, не упал ли Хагрид в детстве в котел с костями? И почему его исключили из школы?

— Итак, все здесь? Тогда следуйте за мной! И смотрите себе под ноги! Первокурсники, за мной!

Поскальзываясь и спотыкаясь, мы последовали за Хагридом по узкой тропинке, которая круто уходила вниз. Нас окружала такая густая тьма, что мне показалось, будто мы пробираемся сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и мы шли почти в полной тишине, если не считать того, что Невилл пару раз чихнул.

— Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — Крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!

— О-о-о! — раздался общий восторженный возглас.

Мы стояли на берегу большого черного озера. А на другой стороне его, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, и в его огромных окнах отражался свет звезд, усыпавших небо.

— По четыре человека на лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодок, покачивающихся на волнах у берега.

Мы с Гарри оказались в одной лодке с Гермионой и Невиллом. Черт… Как говорится, ты будешь общаться с тем, с кем плывешь. Только не с этим ботаником. Я бы выбрал другое судно, но Гарри отказался. И мы сели первыми, а потом Гермиона притащила к нам Невилла с жабой в руках.

— Ты сидишь? — Крикнул Хагрид, у которого была своя лодка. — Тогда вперед!

Флотилия двигалась, лодки скользили по глади озера. Все молчали, глядя на огромный замок. Чем ближе мы подходили к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над нами.

— Кланяйтесь! — Громко крикнул Хагрид, когда мы приблизились к обрыву. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, скрывавших огромную расщелину. Пройдя сквозь заросли, мы вошли в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземному пирсу и высадились на скалы.

— Эй, ты! — крикнул Хагрид, обращаясь к Невиллу. Великан осматривал пустые лодки и, очевидно, что-то заметил. — Это твоя жаба?

— О, Тревор! — Радостно закричал Невилл, протягивая руки и прижимая к себе свою жабу.

Разве он не провел знакомый ритуал связывания со своей жабой? Какого черта он вообще ее привез? У меня есть ручная крыса, ей теперь на все наплевать после шуток близнецов.

Хотя, сколько я себя помню, он был очень спокойным, ел и спал. Да, иногда я играл с Перси и моей крысой.

Хагрид повел нас вверх по каменной лестнице, освещая путь огромной лампой. Вскоре все оказались на мокрой от росы лужайке у подножия замка. Еще один лестничный пролет, и вот мы уже стояли перед огромной дубовой дверью.

— Все здесь? Спросил Хагрид. — Эй, ты еще не потерял свою жабу?

Невилл крепче прижал к себе своего любимца.

Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.

Дверь распахнулась. За ее спиной стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Лицо у нее было очень суровое, и с такой дамой лучше не спорить, да и вообще от нее лучше держаться подальше.

— Профессор Макгонагалл, это первокурсники, — проинформировал ее Хагрид.

— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему ведьма. — Я забираю их.

Она повернулась и пошла вперед, приказав нам следовать за ней. Мы оказались в огромном холле — таком огромном, что наш дом легко мог бы там поместиться. На каменных стенах горели факелы, совсем как в Гринготтсе, потолок терялся где-то наверху, а на верхние этажи вела красивая мраморная лестница. Мы последовали за профессором Макгонагалл по мощеному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, я услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор Макгонагалл вела нас вовсе не туда, а в маленькую пустую столовую. Там было полно первокурсников, и мы сбились в кучу, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь по сторонам.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала нас профессор Макгонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас распределят по факультетам. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с этого момента и до окончания учебы ваш факультет станет вашей второй семьей. Вы будете учиться вместе, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета.

Вот почему я был против такого соседства в лодке. У меня нет желания постоянно видеть Гермиону рядом с собой и выслушивать ее нотации. Мне достаточно Перси.

— В школе четыре факультета — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рэйвенкло и Слизерин. Каждый из них имеет свою древнюю историю, и из каждого вышли выдающиеся волшебники и волшебници. Пока вы учитесь в Хогвартсе, за ваши достижения будут начисляться призовые баллы вашего факультета, а баллы будут списываться за каждое нарушение расписания. В конце года факультет, набравший наибольшее количество баллов, выигрывает соревнование между факультетами, что является большой честью. Я надеюсь, что каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.

Ее взгляд задержался на мантии Невилла, которая свалилась так, что застежка оказалась у него под левым ухом, а затем на моем носу. Черт, может, мне намазать его кремом от пятен? Зачем я его возил, так это из-за близнецов. Точно. Гарри попытался пригладить свои непослушные волосы дрожащей рукой.

— Я вернусь, когда все будут готовы встретиться с вами, — сказала профессор Макгонагалл и направилась к двери. Прежде чем уйти, она обернулась. — Пожалуйста, помолчите.

Гарри сделал глубокий вдох.

— И как будет проходить этот отбор? — он спросил меня.

— Вероятно, нам придется пройти через некоторые испытания, — ответил я. — Фред сказал, что это было очень больно, но я думаю, он, как всегда, пошутил.

Гарри беспокойно огляделся. Все были напуганы и молчали, за исключением Гермионы Грейнджер, которая стояла рядом с нами и шепотом рассказывала всем окружающим о том, какие заклинания она уже выучила, и вслух задавалась вопросом, какое из них ей понадобится на церемонии отбора. Она вообще думает своей головой? Думает с нас потребуют запредельно сложное заклинание. Да, если к середине года у нас начнёт что-то получаться.

Я встал и приготовился к отбору. Надеюсь, близнецы все-таки пошутили насчет тролля. Внезапно воздух прорезали душераздирающие крики, и я увидел, как Гарри подпрыгнул от неожиданности. Черт, я и сам испугался.

— Что?.. — Он начал, но остановился с открытым ртом. Как и все остальные.

Призраки просачивались в комнату через стену напротив двери — их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, разговаривая между собой и, кажется, совсем не замечая нашего сборища или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили.

— А я говорю вам, что вы должны забыть о его грехах и простить его, — сказал один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я думаю, мы просто должны дать ему еще один шанс...

— Мой дорогой Монк, разве мы не дали Пивзу больше шансов, чем он заслуживал? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он никогда не был настоящим призраком...

Призрак в трико и круглом пышном воротничке замолчал и уставился на первокурсников, как будто только что заметил нас.

— Эй, что вы здесь делаете?

Никто не ответил.

— Это новые ученики! — Воскликнул Толстый монах, улыбаясь толпе. — Я полагаю, вы ждете отбора?

Несколько человек неуверенно кивнули.

— Надеюсь, вы попадете в Хаффлпафф! — Монах продолжал улыбаться: Знаете, это мой любимый факультет, я сам когда-то там учился. — Нет, мне не нужно идти к фермерам и служащим министерства.

— Убирайтесь отсюда, — произнес строгий голос. — Церемония отбора вот-вот начнется.

Это вернулась профессор Макгонагалл. Она строго посмотрела на призраков, и они поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать один за другим.

— Постройтесь в шеренгу, — скомандовал профессор, обращаясь к нам. — и следуйте за мной!

Гарри встал позади мальчика со светлыми волосами, а я — позади него, и мы вышли из малого зала, пересекли зал, который мы уже посещали при входе в замок, и прошли через двойные двери в Большой зал. О, какая красота.

Зал был освещен тысячами волшебных свечей, парящих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшеклассники. Столы были уставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор Макгонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к преподавателям и лицом к старшеклассникам.

Передо мной были сотни лиц, бледных в полумраке, как тусклые лампы. Среди старшеклассников то тут, то там мелькали серебристые, размытые силуэты призраков.

— Это было специально заколдовано, чтобы было похоже на небо, — прошептала Гермиона, снова становясь рядом с ним. — Я прочла это в «Истории Хогвартса».

Трудно было поверить, что это на самом деле потолок. Мне показалось, что Большой зал находится под открытым небом. Несмотря на то, что я привык к волшебству, это действительно завораживает. Сегодня нет облаков, и это хорошо. Я даже не хочу думать о том, что было бы, если бы шел дождь. Не принято помогать детям в школе. Умеешь колдовать — сам позаботишься о себе с помощью чар. Некоторые даже собирают свои аптечки первой помощи, чтобы им не пришлось идти в больничное крыло.

Я услышал какой-то звук и, посмотрев на потолок, увидел, что профессор Макгонагалл поставила перед рядом первокурсников самый обычный табурет, а на сиденье положила остроконечную волшебную шляпу. Шляпа была залатанной, поношенной и ужасно грязной.

Все в комнате уставились на Шляпу, и я тоже начал внимательно ее рассматривать. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа пошевелилась. В следующий момент в ней появилось отверстие, похожее на рот, и она начала петь:

«Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем,

Что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть, Пуффендуй ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш — за стол Когтевран.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надёжные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.»

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столикам. Ее рот приоткрылся, она замолчала и застыла.

Что за уроды! Я отомщу им за тролля. Черт, и Перси, и мои родители промолчали, когда я спросил их о церемонии отбора. Каждый должен пройти через это самостоятельно... по крайней мере, дали бы подсказку или что-то в этом роде.

— Значит, все, что нам нужно будет сделать, это примерить это? — прошептал я. — Я собираюсь убить этого лжеца Фреда, потому что он сказал мне, что нам придется сражаться с троллем.

Гарри выдавил из себя улыбку. Надеюсь, я попаду в Гриффиндор. Главное, чтобы эта зануда Грейнджер туда не попала. Хотя чего бояться? Она на пути в Рейвенкло.

Профессор Макгонагалл выступила вперед, держа в руках длинный свиток пергамента.

— Когда я назову ваше имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет, — сказала она. — Давайте начнем. Аббот, Ханна!

Девушка с белыми косичками и розовым лицом, то ли от смущения, то ли от испуга, вышла из очереди, подошла к табурету, взяла шляпу и села. Шляпа, по-видимому, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, она закрыла не только лоб, но даже глаза. И через мгновение...

— ХАФФЛПАФФ! — громко закричала Шляпа. Сидящие за крайним правым столом разразились аплодисментами. Ханна встала, подошла к этому столику и села на свободное место. Я заметил, что толстый Монах, который вертелся у стола, приветливо помахал ей рукой.

— Боунс, Сьюзен!

— ХАФФЛПАФФ! — снова крикнула Шляпа, и Сьюзен поспешно направилась к своей парте, усаживаясь рядом с Ханной.

— Бут, Терри!

— РЭЙВЕНКЛО!

За вторым столом слева раздались аплодисменты, и несколько старшеклассников поднялись со своих мест, чтобы пожать руку Терри, который присоединился к ним.

Мэнди Броклхерст также села за стол факультета Рэйвенкло, а Лаванда Браун стала первым новичком на факультете Гриффиндор. Крайний слева стол взорвался радостными криками, и среди них я увидел своих братьев.

Миллисент Булстроуд была определена в Слизерин.

Я начал волноваться. А что, если меня отправят на другой факультет?

— Финч-Флетчли, Джастин!

— ХАФФЛПАФФ!

Иногда шляпа, как только оказывалась на голове очередного первокурсника или первокурсницы, почти мгновенно называла факультет, а иногда она задумывалась. Итак, Симус Финниган, блондин, стоявший перед Гарри, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила его к столу Гриффиндора.

— Грейнджер, Гермиона!

Очевидно, Гермиона, в отличие от меня, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она почти подбежала к табурету и в мгновение ока надела шляпу на голову.

— ГРИФФИНДОР! — крикнула Шляпа.

Я застонал, несмотря на все свои сомнения, я верил, что отправлюсь туда же, куда и мои братья, и я не хотел учиться с напористой и всезнающей Гермионой.

Нервничал не только я. Когда позвали Невилла Лонгботтома, того самого мальчика, который постоянно терял свою жабу, он умудрился споткнуться и упасть, даже не добравшись до табурета.

Шляпа серьезно задумалась, прежде чем выкрикнуть "ГРИФФИНДОР". Ну и куда же он пошел? Судя по тому, что я о нем знаю, он подходит для Пуффендуя. Потомственный герболог. Невилл, услышав свой вердикт, вскочил со стула и бросился к столу, за которым сидели студенты факультета, забыв снять шляпу. Вся комната покатилась со смеху, а Невилл, спохватившись, развернулся и побежал обратно, чтобы вручить шляпу Макгонагалл.

Когда Малфоя вызвали, он с ужасно важным видом вышел из очереди, и его мечта сбылась в мгновение ока — Шляпа, едва коснувшись его головы, тут же закричала:

— СЛИЗЕРИН!

Ну, я в этом даже не сомневался. Малфой присоединился к своим друзьям Крэббу и Гойлу, которые ранее были отобраны на тот же факультет, и выглядел чрезвычайно довольным собой. Первокурсников, не прошедших отбор, становилось все меньше и меньше.

Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близняшки Патил, затем Салли-Энн Перкс и, наконец...

— Поттер, Гарри! — мальчик сделал шаг вперед, и по комнате пронеслись удивленные возгласы, сопровождаемые громким шепотом.

— Она сказала «Поттер»?

— Тот самый Гарри Поттер?

Прежде чем шляпа была надета на голову Гарри, огромная комната, заполненная людьми, уставилась на него, наклонившись вперед, чтобы получше его разглядеть. Интересно, где он в конце концов окажется?

Гарри крепко вцепился в сиденье стула обеими руками. Прошло несколько минут, и раздалось:

— ГРИФФИНДОР!

Интересно, спорил ли он со Шляпой? Гарри снял ее и медленно подошел к своему столу. Перси вскочил со стула, схватил Поттера за руку и начал трясти ее, в то время как Фред и Джордж кричали во весь голос:

— Поттер с нами! Поттер с нами!

Пожав всем руки, Гарри плюхнулся на свободный стул, оказавшись прямо перед призраком в трико, которого я видел перед началом церемонии. Призрак похлопал его по руке.

Позади нас находился главный стол, за которым сидели учителя. Хагрид сидел в углу, и когда он поймал взгляд Гарри, то поднял вверх большой палец, и Поттер улыбнулся в ответ. А в центре стола стояло большое золотое кресло, напоминающее трон, на котором восседал Альбус Дамблдор. Серебристые волосы директора сияли ярче, чем призраки, ярче, чем что-либо в зале.

Там также был профессор Квиррелл, нервный молодой человек. Сейчас на голове у него был большой фиолетовый тюрбан, поэтому профессор выглядел очень странно. Церемония подходила к концу, и нас осталось только трое. Лизу Терпин записали в Когтевран, и теперь моя очередь. Я даже позеленел от страха. Я подошел к табурету, рухнул на него, и Макгонагалл надела мне на голову шляпу. И через секунду Шляпа громко закричала:

— ГРИФФИНДОР!

Гарри громко аплодировал вместе с остальными, пока я не плюхнулся рядом с ним. Близнецы сидяли далеко от меня. И, к сожалению, Перси сидел почти напротив.

— Отлично, Рон, просто отлично, — с важным видом похвалил меня Перси, в то время как последний в списке, Блейз Забини, уже направлялся к слизеринскому столу. Профессор Макгонагалл свернула свой свиток и унесла Волшебную шляпу из зала.

Я посмотрел на пустую золотую тарелку, стоящую передо мной. Я только сейчас понял, что безумно голоден. Казалось, что купленные в поезде сладости я съел не несколько часов назад, а несколько столетий назад. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко раскинул руки. На его лице сияла улыбка. Он выглядел так, словно ничто в мире не могло доставить ему большего удовольствия, чем ученики его школы, сидящие перед ним.

— Добро пожаловать! — Он сказал. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Ешьте!

Он странный. Хотя в его возрасте такое поведение простительно. Сколько ему лет, сто восемьдесят? Дамблдор сел на свое место. Аудитория разразилась радостными возгласами и аплодисментами. Гарри сидел, удивленный, и молчал.

— Он... он немного сумасшедший? — неуверенно спросил Гарри, поворачиваясь к Перси, который сидел слева от него.

— Он что, сумасшедший? — рассеянно переспросил Перси, но тут же спохватился. — Он гений! Лучший волшебник в мире! Но ты прав, он немного сумасшедший. Как насчет жареной картошки, Гарри?

Тарелки на столе были до краев наполнены едой. Было очень много блюд: ростбиф, запеченная курица, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, отварной картофель, жареный картофель, чипсы, йоркширский пудинг, горошек, морковь, мясные подливки, кетчуп и, по необъяснимой причине, мятные леденцы на палочке.

Я сразу же набросился на еду. Она была просто великолепна.

— Выглядит аппетитно, — печально заметил призрак в трико, наблюдая, как Гарри ест стейк.

— Не хочешь ли ты... — начал Гарри, но призрак покачал головой.

— Я не ел почти четыреста лет. Я не испытываю никакой потребности в еде, но, по правде говоря, мне ее не хватает. Кстати, я, кажется, не представился. Сэр Николас де Мимси-Дельфингтон, к вашим услугам. Призрак, который живет в Гриффиндорской башне.

— Я знаю, кто ты! — выпалил я. — Мои братья рассказывали мне о тебе — ты почти Безголовый Ник!

— Я бы предпочел, чтобы вы называли меня сэр Николас де Мимси, — сурово начал призрак, но Симус Финниган опередил его. Светловолосый мальчик, который стоял перед Гарри в очереди.

— Почти безголовый? Как ты можешь быть почти безголовым?

Черт, только не за столом. Сэр Николас выглядел немного недовольным, как будто разговор зашел не в том направлении, в котором он хотел.

— Вот так, — раздраженно ответил он, дергая себя за левое ухо.

Голова отделилась от шеи и упала на плечо, как будто ее удерживали на пружине и активировали нажатием на ухо. Очевидно, кто-то пытался обезглавить его, но не довел дело до конца. Голова Почти Безголового Ника покоилась у него на плече, и он довольно улыбался, наблюдая за выражением лиц первокурсников. Затем он потянул себя за правое ухо, и его голова вернулась на место. Призрак прочистил горло.

Черт, у меня пропал аппетит. Да пошел ты. Я собираюсь поесть! К сожалению, я почти все время голоден. Протянув руку, я положил себе жареного цыпленка и принялся за еду.

— Итак, за новых студентов факультета Гриффиндор! Я надеюсь, вы поможете нам выиграть в этом году соревнование между факультетами? Гриффиндор никогда так долго не оставался без награды. Последние шесть лет подряд Слизерин побеждает. Кровавый барон, призрак слизеринских подвалов, стал почти невыносимым.

Я посмотрел в сторону слизеринского стола и увидел жутковатого вида привидение с выпученными пустыми глазами, вытянутым костлявым лицом и в одежде, испачканной серебряной кровью. Барон сидел рядом с Малфоем, который был совсем не в восторге от такой компании.

— А почему он весь в крови? — выпалил Симус, которого почему-то очень заинтересовал этот вопрос.

— Я никогда не спрашивал, — деликатно заметил Почти Безголовый Ник.

Когда все поели, тарелки внезапно опустели, снова став идеально чистыми и так ярко сияя в свете свечей, как будто на них не было никакой еды. Но буквально через мгновение появились десерты. Мороженое всех видов, яблочные пироги, фруктовые торты, шоколадные эклеры и пончики с джемом, печенье, клубника, желе, рисовые пудинги...

Пока я накладывал себе на тарелку разнообразные десерты, а Гарри тянулся за пирогом с патокой, мы за столом заговорили о семьях.

— Лично я полукровка, — признался Симус. — Мой папа — маггл, а мама — волшебница. Мама ничего ему не рассказывала, пока они не поженились. Я понял, что он совсем не обрадовался, когда узнал правду.

Все рассмеялись. Да, я не завидую Симусу.

— А ты, Невилл? — спросил ы.

— Я... ну, меня вырастила бабушка, она волшебница, — начал Невилл. — Но вся моя семья была убеждена, что я настоящий сквиб. Мой дядя Элджи все время пытался застать меня врасплох, чтобы я смог сотворить какое-нибудь чудо. Он очень хотел, чтобы я стал волшебником. Так вот, однажды он подкрался ко мне, когда я стоял на пирсе, и столкнул в воду. И я чуть не утонул. В общем, я был самым обычным — пока мне не исполнилось восемь лет. Тогда Элджи зашел выпить чаю, поймал меня и выбросил из окна. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. А потом моя тетя Энид предложила ему торт, и он случайно разжал руки. Я полетел со второго этажа, но не разбился — я словно превратился в мяч, оттолкнулся от земли и покатился по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья. Видели бы вы их лица, когда я получил письмо из Хогвартса — они боялись, что мне его не отправят, что я на самом деле не волшебник. Мой дядя Элджи с радостью подарил мне жабу.

Не мог ли он привязать ее к мальчику? Я прислушался к разговору Перси и Гермионы, которые сидели слева от нас. Впрочем, я мог бы догадаться: Гермиона, конечно же, говорила о занятиях.

— Я действительно надеюсь, что мы начнем заниматься прямо сейчас. Нам еще многому предстоит научиться. Лично меня больше всего интересует трансфигурация, знаете ли, искусство превращать что-то во что-то другое. Хотя, конечно, это считается очень сложной задачей.

Да, это очень сложно, но мне, как будущему повелителю големов, это необходимо. Хорошо, что я могу потренироваться на шахматах.

Не рассчитывайте на многое. Вы начнете с мелочей, будете превращать спички в иголки, что-то вроде этого.

Я согрелся, размяк и почувствовал, что мои глаза начинают закрываться. Гарри сонно моргал рядом с ним. Чтобы не заснуть, я широко раскрыл глаза и начал озираться по сторонам, в конце концов уткнувшись взглядом в учительский стол. Хагрид пил из большого кубка, профессор Макгонагалл разговаривала с профессором Дамблдором, а профессор Квиррелл, который так и не снял свой дурацкий тюрбан, беседовал с незнакомым учителем с сальными черными волосами, крючковатым носом и желтоватой кожей. По-видимому, это Снейп.

— Ой! — Гарри внезапно хлопнул себя ладонью по лбу.

— Что случилось? — спросил Перси.

— Н-н-ничего, — сумел выдавить Гарри.

— Кто это разговаривает с профессором Квиреллом? — спросил он Перси.

О, ты уже знаешь Квирелла? Я не удивляюсь, почему он так нервничает — здесь начинаешь нервничать, когда профессор Снейп сидит рядом с тобой. Он учит тебя, как смешивать волшебные зелья, но, говорят, ему это совсем не нравится. Он хороший ученый, мастер зелий. А его ученики просто выводят его из себя. И что он забыл в школе? Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. И все же он большой специалист по Темным искусствам, этот Снейп.

Гарри некоторое время наблюдал за Снейпом. Меня больше ничего не интересовало. Я был сыт и хотел спать.

Когда все наелись десерта, сладости исчезли с тарелок, а профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все замолчали.

— Хммм! — громко произнес Дамблдор. — Теперь, когда мы все наелись, я хотел бы сказать еще несколько слов. Есть кое-что, что вам нужно узнать до начала семестра. Первокурсникам следует помнить, что всем учащимся запрещено заходить в лес, расположенный на территории школы. Некоторым старшекурсникам также следует помнить об этом для их же блага...

Но там растет много растительных ингредиентов, и в качестве ингредиентов можно использовать животных, если они, конечно, сами вас не убьют. До четвертого или пятого года мне там точно нечего делать. А ночью туда лучше вообще не ходить. Ходят слухи, что в Запретном лесу живет стая оборотней.

Сияющий взгляд Дамблдора на мгновение задержался на рыжих головах моих братьев. Хотя можно пойти на опушку леса, Хагрид живет неподалеку. Там не должно быть ничего опасного.

— По просьбе мистера Филча, нашего школьного директора, я напоминаю вам, что вы не должны творить чудеса на переменах. А теперь о тренировках по квиддичу — они начинаются через неделю. Всем, кто хотел бы играть за команды своих факультетов, следует связаться с мадам Хуч. Наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.

Гарри рассмеялся, но на свете было очень мало таких же веселых людей, как он. Мне это не нравится. Я задницей чую неприятности. Мои братья определенно будут там. И потом, почему мы должны их хоронить?

— Он шутит, да? — пробормотал Гарри, поворачиваясь к Перси.

— Возможно, — ответил Перси, хмуро глядя на Дамблдора. — Это странно, потому что обычно он объясняет, почему мы не можем никуда пойти. Например, с лесом все ясно — там водятся опасные животные, это все знают. И вот тут ему следовало бы все объяснить, но он ничего не говорит. Я думаю, он должен был рассказать нам, по крайней мере, старшим. — Перси тоже нервничает, глядя на близнецов. Хотя он и ворчит на нас, он любит свою семью.

— А теперь, прежде чем мы отправимся спать, давайте споем школьный гимн! — крикнул Дамблдор.

Я заметил, что на лицах всех учителей появились странные улыбки. Что-то здесь не так.

Дамблдор потряс палочкой, как будто отгонял муху, севшую на ее кончик. Из неё вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а затем рассыпалась в слова, повисшие в воздухе.

— Каждый поет на свой любимый мотив, — сказал Дамблдор. — Итак, давайте начнем!

И весь зал закричал:

«Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,

Научи нас хоть чему-нибудь.

Молодых и старых, лысых и косматых,

Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.

В наших головах сейчас гуляет ветер,

В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,

Но для знаний место в них всегда найдется,

Так что научи нас хоть чему-нибудь.

Если что забудем, ты уж нам напомни,

А если не знаем, ты нам объясни.

Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс,

А мы уж постараемся тебя не подвести.»

Каждый пел так, как ему хотелось, кто — тихо, кто — громко, кто — весело, кто — печально, кто — медленно, кто — быстро. И, естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, но близнецы все еще пели школьный гимн, медленно и торжественно, как похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая палочкой, и когда они наконец закончили, именно он хлопал громче всех.

— О, эта музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Ее магия затмевает все, что мы здесь делаем. А теперь идите спать. Шагом марш!

Первокурсники во главе с моим братом прошли мимо старшекурсников, все еще болтавших за своими столами, вышли из Большого зала и поднялись по мраморной лестнице.

Мои ноги снова налились свинцом, но не от волнения, а от усталости и сытости. Я был очень сонным и совершенно не обращал внимания на то, что люди, изображенные на портретах, развешанных в коридорах, перешептывались друг с другом и показывали на первокурсников пальцами. Я считал само собой разумеющимся, что Перси дважды провел нас через потайные двери, одна из которых была скрыта за раздвижными панелями, а другая — за длинным гобеленом, свисавшим с потолка. Зевая и едва передвигая ноги, мы поднимались по одной лестнице за другой. Я терпеливо ждал, пока мы доберемся до места назначения, и тут Перси внезапно остановился.

Я встряхнулся и настороженно замер.

В воздухе перед нами повисли костыли. Как только Перси сделал шаг вперед, костыли угрожающе повернулись в его сторону и начали атаковать. Но они не ударили его, а остановились в нескольких сантиметрах от него, как бы говоря, что он должен уйти.

— Это Пивз, наш полтергейст, — прошептал Перси, поворачиваясь к нам. А затем он повысил голос: Пивз, покажись! — В ответ ему раздалось протяжное пуканье.

— Ты хочешь, чтобы я пошел к Кровавому барону и рассказал ему, что здесь происходит?

Раздался хлопок, и в воздухе возник маленький человечек с неприятными черными глазами и большим ртом. Он висел, скрестив ноги, между полом и потолком и делал вид, что опирается на костыли, в которых явно не нуждался.

— О-о-о! — протянул он со злобным смешком. — Маленькие первокурсники! А теперь мы немного повеселимся!

Внезапно на нас спикировал человек, висевший в воздухе, и все дружно пригнули головы.

— Убирайся отсюда, Пивз, или Барон узнает об этом, я не шучу! — Резко сказал Перси.

Пивз высунул язык и исчез, уронив свои костыли Невиллу на голову. Мы слышали, как он уходил от нас, от злости стуча чем-то по рыцарским доспехам, выставленным в коридоре.

— Вам следует остерегаться его, — предупредил Перси, когда мы двинулись дальше. — Единственный, кто может его контролировать, это Кровавый барон, а Пивз даже не слушает нас, старших. Вот так.

А кровавый барон помогает только слизеринцам. Классно. Что ж, я буду считать это тренировкой. Жаль, что я не помню дорогу.

Мы стояли в конце коридора перед портретом очень толстой женщины в розовом шелковом платье.

— Пароль? — строго спросила женщина.

— Капут Драконису, — ответил Перси, и портрет отодвинулся в сторону, открывая круглое отверстие в стене.

Все преодолели его самостоятельно, только неуклюжего Невилла пришлось подталкивать. Круглая уютная гриффиндорская гостиная была заставлена мягкими креслами. Перси показал девочкам дверь в их спальню, а мальчики вошли в другую дверь. Мы поднялись по винтовой лестнице, комната находилась в одной из башен, и, наконец, мы оказались в спальне. Там стояли пять больших кроватей с балдахинами, покрытых темно-красными бархатными занавесками. Всё уже было застелено. Все слишком устали, чтобы говорить о чем-то еще, поэтому мы молча натянули пижамы и забрались в постель. Я устроился рядом с кроватью Гарри. Он выбрал место рядом с окном. Вот придурок, там будет дуть ветер.

— Мы отлично поужинали, не так ли? — пробормотал я, прячась за тяжелыми шторами. Я недоверчиво посмотрел на Коросту. — Так ты голоднен? Убирайся отсюда, Короста! Представляешь, Гарри, он жует мои простыни!