Реальность Искажения (джен)

Маяк реальности в руках Лириэль вспыхивает с такой интенсивностью, что его свет пронизывает искаженное пространство башни, создавая эффект сотен преломлений и отражений. Кристаллическая рука полуэльфийки начинает трескаться под напором энергии, кристальные прожилки расползаются вверх по предплечью и плечу. Боль обжигающей волной прокатывается по её телу.

— Это слишком... мощно... — её голос дрожит, но руки держат Маяк твёрдо, направляя его к камере трансмутации.

Одновременно с этим Корвус с невероятной скоростью перенастраивает консоль. Его механические части полностью интегрируются с системой, буквально становясь её продолжением. Данные текут через него как река, и он ощущает каждый параметр, каждую переменную великого эксперимента Хранителей.

— Синхронизация на 67%... 85%... Почти... Есть! — глаза Корвуса вспыхивают тем же пурпурным оттенком, что и свет внутри камеры трансмутации, когда он завершает перенастройку.

Архитектор Промежутка издаёт нечеловеческий вопль, его аморфная тень извивается, пытаясь вырваться из усиливающегося поля Маяка. Щупальца из тьмы обвиваются вокруг кристаллической руки Лириэль, пытаясь отнять Маяк, но зеркальная кожа той отражает каждое прикосновение, усиливая свечение стократно.

"ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ДЕЛАЕТЕ!" — голос существа теперь звучит одновременно повсюду, заполняя каждую щель в реальности. "МИРЫ ДОЛЖНЫ РАЗРУШИТЬСЯ, ЧТОБЫ Я МОГ ПИТАТЬСЯ. ЭТО ЕСТЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК ВЕЩЕЙ!"

В этот момент замершие Хранители оживают полностью. Они формируют полукруг вокруг Лириэль, их тела светятся тем же светом, что и Маяк. Один из них, самый высокий, в потрёпанной форме с нашивками главного исследователя, выступает вперёд:

"Десятилетия... мы искали ключ... Маяк — последняя часть пазла."

Корвус, обрабатывая через себя колоссальные объёмы данных, внезапно понимает финальную часть уравнения:

— Маяк не только завершает систему, он создаёт новый паттерн слияния! Это не просто устройство стабилизации — это матрица для новой реальности! — кричит он.

Когда Лириэль подносит Маяк к камере трансмутации, между двумя устройствами формируется сияющий мост из чистой энергии. Микроскопическая копия чёрной снежинки внутри Маяка увеличивается, идеально отражая форму большей конструкции. Два устройства начинают вращаться в противофазе, создавая визуальный эффект бесконечной спирали.

В этот момент Архитектор вырывается из оцепенения. Его форма превращается в вихрь тёмной материи, который устремляется к самому сердцу слияния, пытаясь разрушить происходящий процесс. Но когда тьма касается двойного свечения Маяка и камеры, происходит нечто неожиданное — вместо разрушения тёмная сущность Архитектора начинает распадаться на миллионы крошечных частиц, которые втягиваются в ритмично пульсирующий свет.

"Оно не разрушается..." — шепчет главный исследователь, наблюдая процесс с изумлением. "Оно трансформируется. Становится... частью новой структуры."

Корвус, подключенный к консоли, внезапно теряет ориентацию в пространстве. Его процессор перегревается от потока данных, но он продолжает удерживать связь:

— Процесс запущен, но что-то не так... Энергетические потоки нестабильны... Слишком много искажений... Система выходит за пределы расчётных параметров!

Весь зал башни начинает трансформироваться. Части стен и потолка исчезают, обнажая прямой вид на другие реальности — океаны жидкого металла, хрустальные леса, города из живой ткани. Всё это сливается в калейдоскоп измерений.

Лириэль, чья кристаллическая рука теперь полностью слилась с Маяком реальности, видит потоки времени не просто раскрывающимися перед ней — она становится их частью. Временные линии проходят сквозь её тело, превращая его в живой проводник хроноэнергии.

"Корвус..." — её голос эхом отдается в множестве измерений одновременно. "Я вижу... все потенциальные варианты новой реальности... Но мы должны выбрать один... направить энергию... иначе процесс... разорвёт нас на квантовые частицы..."

В центре слияния Маяка и камеры трансмутации формируется пульсирующая сфера чистого белого света. Внутри нее возникают и исчезают образы — потенциальные формы новой реальности. Но процесс нестабилен, система колеблется между созиданием и разрушением.

Корвус осознаёт, что они находятся в критической точке:

— Мы должны стабилизировать схождение измерений! Но Хранители не предусмотрели такой мощности... их система не справляется!

В этот момент Хранители, окружающие Лириэль, одновременно поднимают руки, направляя поток энергии в формирующуюся сферу. Их тела начинают растворяться, превращаясь в чистую энергию:

"Мы отдаём себя... ради стабилизации... Но этого недостаточно... Нужен якорь... нечто уникальное..."

Взгляды всех устремляются к Лириэль и Корвусу — существам, изменённым слиянием миров, несущим в себе фрагменты разных реальностей.

"Вы... проводники..." — голос главного исследователя затихает, когда его тело полностью трансформируется в свет. "Только вы можете... задать форму... новому миру..."

Основная башня начинает разрушаться, разваливаясь на фрагменты, которые зависают в воздухе, не подчиняясь гравитации. Пространство вокруг становится пластичным, реагирующим на малейшие мысли и эмоции.

Лириэль и Корвус, связанные с источниками мощи — Маяком и консолью — оказываются в эпицентре формирования новой реальности. Их изменённые тела резонируют с процессом, делая их не просто свидетелями, но активными участниками творения.

Перед ними открывается возможность, о которой не могли мечтать даже Хранители. Направить процесс формирования нового мира, внести в него частицу себя, своё видение будущего. Но цена может быть невообразимой — погружение в саму сущность новой реальности может означать потерю индивидуальности, растворение в большем целом.

Всё вокруг замирает на миг, создавая мимолётную паузу в космическом хаосе, давая секунды на принятие решения, которое определит судьбу не только их мира, но и бесчисленных других измерений.

* * *

Корвус "Осколок" Кроу

Моя рука, интегрированная с консолью, вибрирует от переизбытка энергии, а сенсоры едва успевают обрабатывать бесконечный поток информации. Слова Лириэль пронзают хаос, как луч света: "Формируем новый стабильный мир без искажений и прорывов монстров".

Я чувствую, как моё тело, этот сплав плоти и машины, резонирует с каждым словом. Моё существование — живое доказательство нестабильности и искажений, результат неудачного эксперимента. Хранители хотели стабилизировать свою реальность, не задумываясь о последствиях для других. Архитектор жаждал разрушения, чтобы питаться им. Но Лириэль… её слова звучат как обещание чего-то нового, чего-то действительно стабильного и… чистого.

Башня вокруг нас крошится, открывая взору вихрь миров. Я вижу бесчисленные реальности, их нити переплетаются, рвутся, сталкиваются. Мои механические глаза сканируют эти потоки, и я вижу потенциал. Не просто стабилизацию, а перерождение.

— Да! Стабильность… но не просто отсутствие монстров, Лириэль! — мой голос, искаженный вокс-модулятором, звучит сквозь ревущую энергию. — И не отсутствие Изменений! Изменения — это возможность, а не угроза. Новый мир должен принять их, но сделать их управляемыми, гармоничными! Мы создадим не просто стабильность, а устойчивое слияние! Миры могут сосуществовать, обмениваясь знаниями, энергией, жизнью... А не пожирать друг друга!

Я чувствую, как мои мысли, моя воля начинают формировать энергетические потоки, которые проходят через консоль. Моя рука, словно дирижерская палочка, указывает на белую сферу. Я собираюсь направить колоссальный поток энергии, эту матрицу новой реальности, чтобы создать мир, где Изменения станут источником развития, а не хаоса. Я не просто стабилизирую. Я проектирую будущее. Мой замысел проникает в саму структуру реальности, изменяя её фундаментальные основы.