Монеты судьбы (гет)

Нео очнулся первым. Знакомый гул систем отдаленным эхом гудел в ушах. Он открыл глаза и осмотрелся. Железные стены, синие двери, переплетение кабелей. Нео лежал на полу в центральном отсеке «Навуходоносора». Рядом с ним уже начали приходить в себя Макс и Тринити.

— Мы… дома…? — спросила она, поднимаясь на локтях. Только сейчас Нео заметил, что вместо привычной формы Зиона, на ней платье из сетки. Они перенеслись из водного мира ровно такими, как были. Его собственная одежда все еще была немного влажной и хранила в себе запах солнца и морской соли.

— Да, — Нео тоже приподнялся и сел, — на корабле. Кажется, даже на нашем.

— Это корабль? — Макс уже принялся оценивать обстановку. — Тот самый, который летает без капли бензина?

— Именно, — кивнула Тринити. — И ты сейчас с нами, так что добро пожаловать.

— Надолго ли… — хмыкнул Макс и встал на ноги.

В коридоре послышались шаги, и на пороге появился силуэт. Чернокожий оператор Линк в темно-синем свитере, с копной роскошных косичек, казался черным пятном на фоне дверного проёма, и лишь глаза и белозубая улыбка создавали резкий контраст.

— Нео? Тринити? Вы куда запропастились? Я вас по всему кораблю ищу?

— Линк? А сколько нас не было? — вопросом на вопрос ответил Нео.

— Часа два… три… Я думал вы, это… Заснули в каком-нибудь машинном отсеке от усталости. Вы же, кажется, полезли клапан чинить?

— Полезли… — выдохнула Тринити. — В нашем понимании нас не было несколько суток.

— Что значит «в вашем понимании»? — Линк подошел ближе, озадаченно почесывая затылок. — И… Ой, кто это с вами?

Макс хотел было что-то сказать, но Нео неожиданно встал рядом, как бы скрывая его неловкость.

— Это Макс Рокатански, — сказал он неожиданно официально, — полицейский, водитель, механик и… он из другого мира, как бы странно это не звучало.

— Более чем странно! — усмехнулся Макс. — Я Макс, просто Макс. Остальное — по ходу дела.

Сказать, что Морфеус был удивлен — это ничего не сказать. Но все его эмоции пока скрывались за вечным спокойствием лидера и пророка. Плюс, как хозяин корабля, он здраво рассудил, что всем трем героям сначала нужно прийти в себя после долгой и странной дороги — отмыться, переодеться и, хотя бы немного отдохнуть.

Ржавый, видавший виды, душевой отсек «Навуходоносора» стал настоящим откровением для Макса. В его мире умыться из канистры удавалось не всегда, а купание в редких оазисах воспринималось как дар небес. Сейчас же вода, даже относительно тёплая, лилась с потолка, и это было давно забытое ощущение. Он уже не помнил, когда его волос касалось настоящее мыло. Здесь оно было химическим, с резким запахом. Но все же реально существовало. Когда, наконец отмывшись и натянув выданную ему потрепанную одежду, Макс наконец вышел на кухню, Нео с Тринити уже сидели за столом, ковыряя что-то в тарелках. Их подземная бледность еще больше бросалась в глаза здесь, на корабле, но лица у обоих выглядели спокойными и расслабленными. Сразу было понятно, что люди вернулись домой. Тринити, чистая и аккуратно причесанная, в грубом, рваном, но довольно опрятном голубом свитере, казалась не идеально, а как-то по-земному красивой. А Нео с его роскошными шелковыми волосами угольного цвета и внимательными темными глазами — почти волшебным.

— Неплохо выглядишь для бродяги! — встретила его Тринити мягкой улыбкой.

Макс впервые за долгое время посмотрел на себя в отражении металлической панели. Он не был высоким, но стройность и осанка выдавали в нем давнюю полицейскую выправку. Густые жесткие волосы, отмытые от песка и соли, лежали красивыми волнами и имели насыщенный темно-каштановый оттенок, а легкая проседь у левого виска теперь казалась не меткой пустоши, а благородным штрихом.

— Садись, — пригласил его Нео, — еда у нас не то чтобы вкусная, но голод утоляет.

— Спасибо, — поблагодарил Макс, — в пустоши все сгодилось бы.

— Я впервые имею дело с подобными пространственно-временными аномалиями, — серьезно сказал Морфеус, оглядывая всех троих, путешественников, когда они почти закончили с ужином. — Получается, что вы перемещались во времени?

— Разве что кроме пиратов... — задумчиво произнес Нео.

— Я уже сделал запрос в базы, — вмешался Линк. — Джек Воробей — собирательный образ фольклора о пиратах, популярный в западной Европе 15 века. В конце 20 века был использован в кинематографе.

— То есть, мы попали в сказку? — глаза Тринити округлились.

— Что-то вроде того. Либо в очень далекое прошлое. Если предположить, что Джек Воробей и «Чёрная жемчужина» существовали на самом деле. Остальные же миры больше похожи на альтернативу нашего. Вопрос только во временных промежутках. Макс, у тебя там какой год был?

— Ээээ… 1985… Если считать от того момента, когда все это случилось.

— Моряк говорил что-то про 2500 какой-то, — неожиданно вспомнил Нео. А у нас…

— 2199, — закончил Морфеус. Иными словами, вы трое в течение нескольких часов побывали в нескольких вариантах возможного будущего нашей планеты. И каждое из них — неутешительно. В одном варианте планета высохла, в другом ее затопило, в третьем — города стали кочевниками на вымершей земле.

— А в вашем Землю захватили роботы, — напомнил Макс. — Если вы считаете мой мир одним из вариантов будущего, то ваш — точно такой же.

— Не спорю, — Морфеус кивнул.

Они говорили еще долго. Точнее, рассказывали. Об эксцентричном и неугомонном Джеке Воробье, который не захотел продавать их в рабство, о городах на колесах и смертельном оружии «Медузе», которая тоже почти компьютер. О том, как Тринити вела по пустыне «Перехватчик», а Нео смог победить бандитов при помощи зеркала. О Моряке с жабрами и водном мире, где они наконец научились плавать по-настоящему.

Вскоре Тринити одолел сон, и она ушла в каюту. Линк дежурил за пультом, а Морфеус остался на кухне с Нео и Максом.

— Ты понимаешь, что мы не знаем природу этих порталов? — капитан «Навуходоносора» внимательно посмотрел на гостя из пустоши.

— Я сам ее не знаю, — пожал плечами Макс. — Меня выкинуло в море, когда я просто копался в брошенной машине. Потом нас швыряло туда-сюда, и это тоже было абсолютно неожиданно.

— Нео сказал мне, что ты хорошо водишь машины и разбираешься в механике, — продолжил Морфеус. — В Зионе ты мог бы быть полезен.

Макс пожал плечами.

— Вообще-то я не люблю долго оставаться в одном месте, — произнес он, исподлобья глядя на Нео. Тот ободряюще подмигнул. — Но, судя по рассказам, в вашем городе люди хотя бы не режут друг другу глотки за воду и бензин.

— Зион — последний оплот человечества, — серьезно сказал капитан, — и, если мы будем драться между собой, машины очень быстро приберут нас к рукам. Да, жизнь у нас тяжелая, но люди держатся друг за друга… и общую веру. Я слышал, ты был полицейским, значит дисциплина и желание помогать для тебя не пустой звук.

Он задумчиво помолчал.

— Земля выжжена, по коллекторам бродят стальные «охотники», так что идти тебе некуда. Но я думаю, что в Зионе очень нужны такие, как ты.

— Какие? — хмуро спросил Макс.

Он ожидал услышать «опытные», «живучие», даже «сломанные», но Нео вдруг мягко продолжил.

— Смелые. Те, с кем вместе не страшно идти в бой.

Макс опешил.

— А если я…? — начал было он, но Нео осторожно пнул его под столом носком грубого ботинка.

— Не волнуйся. Тебе у нас понравится.