Хранитель утраченной магии (джен)

— Так, и что это значит? — Ева явно была разгневана происходящим. — Почему ты не просыпался? Почему сказал Юре, что ягоды можно есть? И что вообще происходит? Мне совершенно не нравится это! — С каждым словом девушка всё больше распалялась, и далеко не в переносном смысле. Трава вокруг уже начинала тлеть, а воздух ощутимо нагрелся.

Вдруг шкура Войсоша стала испускать ярко-голубое сияние, температура явно падала, а Ева начала успокаиваться. Это всё напомнило Игнату разговор с Лилией в городе гианцев. Подозрения подтверждались прямо на глазах, и это совершенно не нравилось мужчине. Одно дело — опустить температуру, ведь жар, исходящий от разгневанной Евы, было действительно сложно терпеть. И совершенно другое — успокаивать принудительно, даже не попытавшись объяснить происходящее.

Обменявшись взглядами, Лилия и Игнат обошли дракончика с разных сторон. Они ещё в подземельях заметили, что на них подобная функция Войсоша влияет гораздо меньше, только притупляя бдительность и несколько усыпляя. Видимо, сказывался характер — более спокойный, чем у остальных.

— Так дело не пойдёт. — Тяжёлая рука Игната опустилась на дракончика. — Прекращай!

— Что прекращать? — Войсош взирал на компанию настолько честными, невинными глазками, что в своих выводах засомневался бы даже самый опытный и наблюдательный человек. — Я ничего не делаю.

— Делаешь-делаешь, — голос Лилии звенел нотками металла, — и тебе просто необходимо это прекратить. А потом объяснить нам причины твоего поступка, ты же понимаешь, что так делать нехорошо?

— Почему нехорошо? — В этот раз дракончик действительно недоумевал, как ни странно. — Я же просто успокаиваю, это же полезно!

— Нет, это не полезно, — мягко начал Игнат, — это вредно. Ты влияешь на наше отношение к окружающим и происходящему, и это с точки зрения морали совершенно неприемлемо.

— А я всё же повторю вопрос о ягодах, которые ты разрешил есть Юре, — перебившая Игната Ева была неестественно спокойна, — мы его еле спасли!

— Какие ягоды? — Дракончик встрепенулся. — На этой поляне не было же правильных кустов. Я ему показывал то, что можно есть, только совсем в другом месте. Там был лиловик, ягоды кислые жутко, но съедобные. А здесь только вредные ягоды, в том числе и ядовитые.

— Вот эти! — Лилия трясла перед носом дракончика веткой. — Это твой лиловик, или как его там?

— Нет, конечно. — Войсош не выглядел испуганным, однако сразу посерьёзнел. — Это ядовитые ягоды, их не стóит есть. Вы накормили его тралиником, как я понимаю? У Игната должно уже было чутьё на растения проснуться.

— Да, я нашёл нужный цветок. — Игнат покрутил в руках оставшийся стебелёк. — Но мне далось это непросто, и я волновался, что не успею. Насчёт моих сил разберёмся ещё, а вот насчёт своего состояния поясни. Ты как раз мог помочь в этой ситуации, и мне бы не пришлось в срочном порядке осваивать новые возможности.

— Это был стазис. — Дракончик обвил хвостом лапы и вновь стал напоминать статуэтку. — Я в него погружаюсь для подзарядки. Вы были в безопасном месте, зверей, химер или маккалов в окрестностях не было, у вас было занятие — вот я и решил, что могу ненадолго вас покинуть. Меня можно разбудить, влив необходимое количество сил, но вы пока не можете регулировать свою магию и с большей долей вероятности могли навредить, а не помочь.

— Ты можешь пообещать нам, что больше не будешь влиять на нас, успокаивая? — Лилия вновь достала блокнотик и начала листать свои записи. — Я хочу сама управлять своими эмоциями.

— Нет, это же не я этим управляю. — Войсош совершенно не понимал, в чём он виноват. — Если я вижу, что вы разозлены или расстроены, в общем, испытываете сильные эмоции, то я должен вас успокоить. Эту функцию невозможно отключить. Ведь вы должны добраться до Зратовена целыми и невредимыми.

— Что-то пока всё получается строго наоборот. — Игнату совершенно не понравилось услышанное, девушки, впрочем, были с ним полностью согласны. — Мы постоянно влипаем в неприятности, а вот помогать — ты не помогаешь. Более того, когда ты на нас влияешь успокаивающе, наша реакция ухудшается, и мы ищем решение дольше. Как мы можем этого избежать?

— Говорю же, никак. — Войсош упорно стоял на своём, и это ещё больше напрягало мужчину: к дракончику просыпалось всё более явное недоверие. — Пока я в сознании, я буду автоматически на вас влиять. Это не отключить.

— А как можно отключить тебя? — Лилия быстро вычленила из его речи главное. — Ведь если ты будешь в подобном стазисе, в какой впадал недавно, ты не сможешь на нас влиять, верно?

— Не смогу, да, — дракончик явно пытался подобрать слова, чтобы отговорить компанию от подобного шага, — но как вы сможете справиться без меня? Вам же нужно добраться до Зратовена, а вы даже не в курсе, куда надо идти.

— Ну, насколько я понимаю, не в курсе, как именно нам идти, и ты. — Игнату определённо нравилась мысль об отключении дракончика. — А вот мы уже понимаем, в какую сторону нужно двигаться. Как доберёмся до подножья гор, мы вновь тебя активируем. Я думаю, что это вполне реально, не так ли?

Мысль не казалась отличной, но возможность избавиться от странного и излишнего влияния определённо перевешивала возможные минусы. В конце концов, компания и впрямь справлялась с проблемами самостоятельно, Войсош помогал не так сильно, как того бы хотелось, всю необходимую на данный момент информацию они уже получили. А что касается дороги — Игнат помнил слова встреченных маккалов о том, что горы видны почти отовсюду, а значит, проблем с ориентированием на местности возникнуть не должно.

Ева с Лилией перешёптывались, видимо, определяясь с общим мнением, Юрий пока не приходил в себя, но его грудь вздымалась равномерно, так что беспокойства о нём почти не было.

Дракончик смотрел на компанию большими глазами, напоминая незабвенного котика из мультфильма. Сердце Игната почти дрогнуло, но хладнокровная Лилия вышла вперёд, явно собираясь выдать решение.

— Я думаю… — закончить фразу она не успела, потому что очнулся Юрий. Но произошло это не так, как обычно. Он не подскочил, не вскрикнул — просто медленно открыл глаза и неподвижно уставился в небо, словно не понимая, где находится. Его взгляд был мутным и отсутствующим.

— Как ты? — Девушки быстро окружили паренька, но их волнение уже поутихло, сменившись настороженным наблюдением. Он выглядел странно спокойным.

— Юра, я правда не хотел! — Войсош, не в силах сдержать тревогу, по-детски бросился к нему на грудь. — Я тебе совсем другие ягоды показывал! Они похожи, я не виноват!

Юрий медленно, с заметной задержкой, перевёл взгляд на дракончика. Он не обнял его, не оттолкнул — просто смотрел, будто сквозь него.

— Всё... нормально, — проговорил он глуховатым ровным голосом, без единой нотки волнения или упрёка. — Я... помню. Ягоды... Было... плохо.

— Это действие противоядия, — тихо, но чётко объяснил Игнат, обращаясь ко всем, но в первую очередь к самомý Юре. — Тралиник выводит яд, но на время притупляет всё — и чувства, и реакции. Организм экономит силы на восстановление. Ты будешь таким ещё несколько часов, потом всё само пройдёт. Это нормально.

Юрий медленно кивнул, словно даже это простое движение давалось ему с усилием. Казалось, его энергия, его сущность — всё то, что делало его Юрой, — было временно отключено. Осталась лишь тихая функционирующая оболочка.

Спустя полчаса, за которые Юрий так и не пришёл в привычную форму, а лишь сидел, безучастно глядя перед собой, Игнат вернулся к главному.

— Ну так что, можем ли мы тебя на время погрузить в стазис, чтобы потом активировать вновь? — Мало кто мог сбить Игната с мысли. Он смотрел на Войсоша, но следующими своими словами обратился к Юре: — Его «успокоительное» влияние сейчас для нас опасно. Мы должны принимать решения быстро, а не в полуотключке. Ты же понимаешь?

Все замерли, глядя на Юрия. Он снова медленно кивнул, его взгляд скользнул по дракончику.

— Понимаю, — голос Юрия по-прежнему был ровным и лишённым эмоций. — Так... правильно. Мешать... не должен.

В его согласии не было ни обиды, ни одобрения — лишь холодная, отстранённая констатация факта, которую позволила сделать та самая заторможенность от противоядия. Там, где обычно он бы горячо возмутился или засыпал всех вопросами, сейчас была лишь разумная, пусть и вынужденная, покорность.

— Этим ты нам очень поможешь, — твёрдо сказал Игнат, уже обращаясь к Войсошу. — Ты же хочешь нам помочь?

— Правда помогу? — Всё же дракончиком, как и почти любым ребёнком, было просто управлять. — Хорошо, я вас научу. Только сначала надо найти кристалл и наполнить его нужным количеством магии, чтобы разбудить меня после.

— И как выглядит этот кристалл? — Игнат понимал, что он сможет найти необходимый камень, учитывая природу своих сил. — Или как он чувствуется? Ты же можешь показать?

Мягкий тон сделал своё дело, и сосредоточившийся дракончик стал отправлять Игнату, как он выразился, ментальный пакет. Игнат ждал, сам не понимая чего, когда почувствовал сильное давление внутри черепа, словно что-то пыталось вырваться оттуда. Тихий щелчок с горячим потоком, разливающимся по голове — и у Игната возникло чёткое понимание, что следовало искать. Не просто картинка или ощущение, а почти уверенность, будто он встречал этот кристалл неоднократно, и тот ему полностью, до последней трещинки знаком.

Когда мужчина представил искомое, его будто дёрнуло тонкой ниточкой. Опасаясь разорвать её, посекундно сверяясь со своими ощущениями, он двинулся в указанном магией направлении. Его вело за пределы поляны, в сторону деревни, откуда они пришли, точнее, к реке. Но Игнат чётко знал, что идти не нужно было так долго, однако требовалось приблизиться к воде. Ниточка становилась всё крепче, постепенно превращаясь в канат, непрерывно тянущий его в нужную сторону.

Ощущения Игната полностью оправдались: он и следующая за ним компания оказались у уже знакомой реки, но вот место отличалось. Перед глазами был невероятный пляж, сияющий полупрозрачными камнями всех цветов, которые напоминали искусственную гальку для аквариума на Земле. Но в отличие от пластиковой подделки, эти по структуре и впрямь были кристаллами, только гладкими.

— Ого, и как нам тут найти нужный? — Ева была явно потрясена увиденным. — Тут же их куча! Игнат, ты же чувствуешь нужный?

— Н-нет… — Такой простой вопрос поставил мужчину в тупик. — Я просто знаю, что мы на месте, и всё. Войсош, может, ты знаешь, где нужный? Он же для тебя.

— Да любой подойдёт, в принципе, — легкомысленный дракончик обвёл лапками пляж, — но надо, чтобы он был цельным, без повреждений, даже микроскопических. И ещё он должен подходить для наполнения магией. Ну это, наверное, воспринимается вами как то, что камень вам нравится. По крайней мере, это должно так ощущаться. Так что решайте, кто из вас будет учиться наполнять, и пусть он выбирает.

— Я, я хочу! — неожиданно вызвалась Ева. — Я представляю, как это должно происходить, я планирую научиться создавать артефакты, а это первый шаг для этого.

— Ага, — Войсош довольно качал головой, — чтобы создавать их, надо уметь наполнять магией любой возможный предмет. Но в случае с подобными кристаллами это сделать проще всего. Они сами по себе впитывают и удерживают магию, даже если она поверхностная. А уж если направлять поток, то всё произойдёт в разы быстрее и проще.

Игнат уселся на траву, в этот раз уже в неизменённом состоянии наблюдая за полноводной рекой. Она завораживала его, успокаивая почти так же, как и подземелья гианцев. Радостная Ева бегала по пляжу, то и дело отбрасывая неподходящие кристаллы. Лилия сосредоточенно выпытывала у Войсоша подробности пути, а Юрий... Юрий наконец-то начал оживать.

Сначала он просто сидел, безучастно наблюдая за сверкающими камнями. Но когда Ева с возгласом восторга подняла над головой особенно крупный кристалл, переливавшийся всеми цветами радуги, по лицу Юрия проползла первая с момента пробуждения эмоция — слабый отблеск былого любопытства.

— Красиво... — тихо произнёс он, и его голос прозвучал уже не так глухо.

К концу поисков заторможенность почти отпустила его. Разум прояснился, но странное, непривычное спокойствие всё ещё висело на нём мягким покрывалом, приглушая обычную гиперактивность. Он мог ясно мыслить, но не чувствовал привычного внутреннего импульса немедленно куда-то бежать и всё хватать.

Устав сидеть без дела, Игнат начал рыться в рюкзаке: кажется, там был нож и ещё пара нужных вещей. Найдя искомое, он обнаружил неподалёку подходящую палку. Спустя немного времени, у него была готова импровизированная острога. Пользоваться ей он умел, а потому смело двинулся к реке: рыба на обед вряд ли окажется лишней, а тут она явно водилась.

Пока он занимался рыбалкой, Юра с Лилией вытянули из Войсоша всё необходимое, а Ева после нескольких попыток всё-таки нашла и напитала кристалл. У неё явно был талант к созданию артефактов, не зря она заинтересовалась этим делом.

Игнат успел как раз к моменту прощания с Войсошем, которого провожали будто в последний путь. Впрочем, сам дракончик не был расстроен и вёл себя абсолютно смирно, даже старался успокоить девушек и впечатлительного Юрия. Игнат присоединился к компании, молча присев рядом с другими. Не умел он успокаивать, особенно когда не чувствовал в этом нужды. А потому просто внимательно смотрел на манипуляции сосредоточенной Евы, закрепляющей кристалл на передних лапах дракончика. В стазис тот должен был погрузиться самостоятельно, однако перед этим нужно было связать его вместе с накопителем, подготовив небольшой переключатель, позволяющий пробудить Войсоша в нужный момент.

Когда все успокоились, а дракончик стал напоминать красивую статуэтку, зажимающую в лапах сияющий кристалл, Игнат похвастался добычей. Девушки споро развели огонь, подготовив небольшую треногу, благо дров поблизости было немало, а Юрий притащил тонких веток, на которые и насадили рыбу. Очень скоро по пляжу поплыл одуряющий запах крайне аппетитно выглядевшего обеда. Капли жира падали в огонь, почему-то меняя его цвет на синеватый. Это несколько насторожило компанию, однако голод заглушил голос разума, а потому, взяв по ветке с насаженной рыбой, попаданцы начали есть. Точнее, хотели начать, когда мягкий голос прервал их.

— Если вы не собираетесь провести остаток дня в конвульсиях, я бы на вашем месте этого не ел, — из реки бесшумно вышел молодой мужчина в странном обтягивающем комбинезоне. Он с лёгким отвращением покосился на дымящуюся рыбу. — Ядовитая чешуя «синей трески», судя по цвету пламени. Разве вас не учили основам выживания?

— Нет, мы не отсюда. — Игнат, как всегда, взял на себя роль переговорщика. — Спасибо за помощь. А дым не ядовит? Вдруг мы надышаться уже успели.

— Нет, — мужчина язвительно ухмыльнулся, — только рыба. Хотя, если вы настолько неразборчивы в еде, возможно, вам и не повредит немного ядовитого дыма для прочистки мозгов.

Он сделал несколько шагов вперёд, и вдруг его насмешливый взгляд наткнулся на статую Войсоша. Всё его напускное высокомерие мгновенно испарилось, сменившись острым, хищным интересом. Он замер, его глаза сузились, изучая каждую линию каменной фигурки.

— Откуда вы? — его голос прозвучал тихо, но с неумолимым давлением. Он уже не смотрел на них, его внимание было приковано к дракончику. — Что это? Это... живое? Нет... но и не мёртвое. Я такого никогда не видел... — он говорил скорее сам с собой, его пальцы непроизвольно пошевелились, будто жаждая прикоснуться к артефакту.

— А кто вы, собственно? — Ева перешла в наступление, разом вспылив. — Спасибо за помощь, конечно, но приставать с подобными разговорами к незнакомым лю… маккалам очень неприлично.

Мужчина медленно оторвал взгляд от Войсоша, и в его глазах вспыхнул знакомый ехидный огонёк, но теперь в нём читалась жадная заинтересованность.

— Найрон, — представился он, сделав насмешливый полупоклон, — путешествующий нероанец, предпочитаю перемещаться в воде, но иногда выхожу на сушу, учёный-самоучка и, по злой иронии судьбы, ваш спаситель от собственной глупости. А теперь, — его голос стал тише и острее, — вы ответите на мой вопрос. Что это?

— Вы можете дышать под водой? Это же круть крутецкая! — Юрия никто не успел остановить до того, как он выпалил вопрос, выдающий попаданцев с головой. — А как вы на землю выходите? У вас есть жабры? А хвост? Может, руки превращаются в плавники?

Сотня вопросов в минуту, кажется, отправила Найрона, не привыкшего к подобному напору, в ступор.

— У меня есть лёгкие, мальчик, — отрезал он, с раздражением отмахиваясь от вопросов. — Но мы сейчас не об этом! — Он резко повернулся к Игнату. — Вы не отсюда. Вы не знаете элементарного, но при вас... это. — Найрон прищурился, и в его глазах вспыхнул холодный, изучающий блеск. — Вы либо те, за кого себя выдаёте, и тогда это величайшая загадка... либо нечто гораздо более интересное.

— Ну-у-у, мы… мы из другого мира, — внезапно для самогó себя выпалил Игнат, пытаясь закрыть Юрию рот. — А это артефакт, который должен был помочь нам попасть к Зратовену.

Найрон застыл. Его язвительная ухмылка медленно сползла с лица, уступив место полнейшему неподдельному изумлению.

— Другой мир, — медленно проговорил он, растягивая слова, будто пробуя их на вкус. Его взгляд снова метнулся к Войсошу, и в нём вспыхнул огонь настоящей, неуёмной научной страсти. — Артефакт... Так вот откуда такая странная аура...

— Да, из другого, — Лилия, сурово глянув на Игната, решила взять беседу в свои руки, одновременно подталкивая замолчавшего Юру к воинственно настроенной Еве. — Только мы не знаем, как тут очутились и зачем. Войсош — действительно артефакт, по крайней мере, именно так он нам представился. А кто такой Зратовен — мы сами толком не знаем. Но он может помочь нам вернуться обратно.

Найрон обвёл их всех оценивающим взглядом, и на его лице снова появилась улыбка, но на сей раз — не язвительная, а хитрая, полная расчёта.

— Вы знаете про магию? — спросил он, пристально глядя на Еву. — И можете ей пользоваться?

— Не то чтобы можем, — Ева пожала плечами, — только видеть её, да вот научились кристаллы наполнять.

Найрон замер снова, и в его глазах вспыхнула такая алчность, будто ему показали несметные сокровища.

— Научите меня, — сказал он тихо, но с железной уверенностью. — Научите меня видеть магию. Наполнять кристаллы. А я помогу вам добраться до вашего Зратовена. Я знаю дороги, которые не найти на картах. И, что более важно, — он снова язвительно усмехнулся, — я не дам вам отравиться по дороге вашим же безрассудством.

— Хорошо, сделка! — Лилия явно обрадовалась предложению, но и в её глазах читалась осторожность. — С вас дорога и рассказ, с нас учёба, ну и тоже рассказ.

Найрон кивнул, и его взгляд снова прилип к Войсошу.

— О, не сомневайтесь, — прошептал он. — У нас будет о чём поговорить.