Человек с Луны (гет)

Они молча шли дальше через разбитый и заброшенный город.

Для Шепард и Кассани эти заросшие, полуразрушенные руины, должно быть, казались чужим, почти инопланетным миром. Но для Эмии всё это было куда привычнее, чем казармы и армейская база. Архитектура относилась к более знакомой ему эпохе, и сама разруха, сама медленная работа времени были ему слишком хорошо известны.

Потрескавшийся асфальт и расколотые бетонные плиты под ногами. Выбоины и следы от пуль, оставшиеся после прежних учений, и простое, неумолимое действие лет. Странное напряжение в воздухе, когда каждый дом и каждая улица вокруг мертвы и безмолвны.

За свою жизнь он проходил через немало таких мест.

Конечно, где-то вдали до них доносился яростный бой. Иногда грохотало что-то покрупнее, слышались взрывы и ещё какие-то странные звуки. Всё это было так далеко, что казалось почти другим миром, и всё же не затихало настолько, чтобы жутковатая атмосфера заброшенного города окончательно воцарилась вокруг.

— Ещё далеко? — на бегу спросил Кассани.

Эмия огляделся, потом скосил взгляд на карту, загруженную в его омни-инструмент. В голове у него уже сложился её мысленный образ, но, как оказалось, многое успело измениться. Где-то улицы были перекрыты обрушившимися зданиями, где-то со временем осели и обвалились канализационные туннели.

— Полкилометра, и выйдем к окраинам. Ещё два, и можно будет выдохнуть, — ответил он.

«Если только по пути снова ни на кого не наткнёмся», мысленно добавил он. Пока что им везло: больше никого они ещё не встретили.

— Как думаете, кто это вообще был, ну, те ребята с гранатой...? — спросила Шепард, глядя Эмии в спину, пока он вёл их вперёд.

Кассани пожал плечами.

— Скорее всего, предыдущая партия новобранцев, которые уже прошли курс молодого бойца и выбрали специализацию, — буднично ответил Эмия. — Но это только догадка.

Шепард резко втянула воздух; в её тоне смешались раздражение и невольное восхищение.

— Что-то вроде дедовщины или... обряда посвящения, да? — пробормотала она. — Да, наверняка

— А? — не понял Кассани. — Почему?

— Бросить свежих салаг в мясорубку и посмотреть, как они себя поведут. Приучить к стрессу, или хотя бы отсеять тех, кто не выдерживает боевого стресса. Дать старшим, лучше подготовленным и лучше вооружённым ребятам немного погонять нас, чтобы мы поскорее привыкли получать по зубам и чтобы стало ясно, кто из нас способен держать голову холодной... — Эмия на миг прервался и чуть усмехнулся. — А заодно сделать нас злыми и жаждущими ответки. Потом, когда мы сами пройдём подготовку и выпустимся, нам позволят проделать то же самое с новыми новобранцами. Удобный цикл, который сам себя подпитывает, — он пожал плечами. — Во всяком случае, я бы устроил это именно так.

После этого никто больше не заговорил. Возможно, сама мысль о столкновении со старшими заставила их задуматься. А может, им просто хотелось лишний раз не шуметь, чтобы не нарваться ещё на кого-нибудь.

Они старались идти через пустые, выпотрошенные здания и узкие переулки, когда это было возможно. Да, такие места легче заминировать, но всё же это было безопаснее, чем бежать по открытым улицам, где тебя заметят за полмили. К тому же ловушки обычно ставят, когда бой идёт уже какое-то время. Эти учения начались только сегодня, даже у остальных групп. Эмия это знал. Так что в их случае спешка была более чем оправдана.

Встроенная медсистема его бронескафандра, после обновления ПО перепрофилированная под имитацию ранений, на деле мешала ему не так уж сильно. Настоящей травмы он не получил, просто система зажимала суставы, создавая сопротивление движениям. Ощущение было странным: будто кто-то повис у него на боку и не давал бедру свободно двигаться. Но он справлялся.

Пока он подстраивался и компенсировал помеху, держать темп было нетрудно. На таком уровне «ранения» это только чуть сильнее выматывало, не более.

В какой-то момент дорога впереди оказалась отрезана, и им пришлось вернуться, а потом перебраться по крышам. Но после того, как одно из зданий едва не сложилось под ними, они всё-таки оставили эту затею, несмотря на выигрыш во времени, и снова спустились на уровень улиц.

Если центр города был просто запущенным, то окраины представляли собой почти сплошные груды щебня и мусора, среди которых деревья и подлесок уже уверенно отвоёвывали брошенную землю. Зелень наступала снаружи к центру, а из-за менее прочных материалов редкие небольшие дома здесь были почти полностью уничтожены.

Для Эмии в этом не было ничего нового. Масштаб города, климат и то, как долго тому позволяли приходить в упадок, были необычны, но сами такие места — нет. За свою жизнь он повидал последствия болезней, войн, голода, стихийных бедствий и многого, многого другого.

А вот для Шепард и Кассани, которые, как понял Эмия, всегда жили в шумных, не знающих сна городах, этот пейзаж был словно из горячечного бреда. Дорогие дома, респектабельные кварталы — места, о жизни в которых они, возможно, могли разве что мечтать, — теперь стояли разрушенные и покинутые.

Вокруг, среди молодой поросли, валялись остатки особнячков, частных домов побольше и поменьше, гаражей и ещё каких-то построек. Эмия даже заметил беседку, которую дерево, выросшее под ней, целиком приподняло над землёй. Голой земли не было видно нигде: где только оставалось место, там уже тянулось к свету какое-нибудь растение.

Подлесок высотой от колена до пояса качался на ветру, как зелёное море. Постепенно над ними начал смыкаться лёгкий полог крон: деревья становились всё гуще, тонкие ветви и листья вытягивались над головами, одевая их в бесформенную тень, дрожащую от ветра.

Шепард понемногу начала сбавлять шаг, глядя по сторонам широко раскрытыми глазами и чуть приоткрыв рот, так что Эмия снова вышел вперёд. Некоторое время он дал им просто глазеть по сторонам, а сам тем временем сверился со своей мысленной картой. Теперь в его распоряжении оставались почти только вид сверху и топографическая схема с высотами относительно уровня моря, так как кроны скрывали всё остальное от спутникового обзора.

Негусто, но такова уж война в джунглях. Туман войны повсюду; нейтральная завеса неопределённости для всех. Даже те, кто живёт в джунглях, знают: местность там вечно меняется, вечно опасна, и через месяц-другой мало какая карта ещё на что-то годится.

Там просто нужно знать правила и каждый шаг делать так, будто ступаешь на незнакомую землю впервые. Уже дважды Шепард и Кассани едва не споткнулись: скрытая под зарослями почва оказывалась совсем не такой ровной, какой казалась сквозь листву.

Когда они зайдут под древние деревья, где кроны почти полностью заслоняют солнце, с подлеском под ногами станет проще. Без света слабые растения погибают, уступая место могучим гигантам, уходящим ввысь где-то впереди. Конечно, если углубиться дальше, начнутся лианы и прочее переплетение, через которое без мачете и нескольких часов работы не пройти.

Но так глубоко они заходить не собирались.

— Да уж, давненько... — почти с ностальгией выдохнул Эмия, невольно задавшись вопросом, стоят ли ещё те первобытные великаны в далёких джунглях, по которым он когда-то шёл в другой жизни. Он до сих пор ясно помнил, какими безупречно прямыми они казались: тёмные, нависающие столпы вечности, словно бесконечный собор, уходящий высоко вверх и тянущийся так далеко, как хватает глаз.

— Ты что-то сказал? — спросила Шепард, поравнявшись с ним.

Эмия моргнул, только сейчас осознав, что произнёс это вслух, и покачал головой:

— Прости. Просто мысли вслух.

— ...Мысли вслух? — Шепард с любопытством склонила голову набок, будто сама фраза показалась ей странным.

— Думал. Прикидывал. Обдумывал. Что-то вроде того, — пожал плечами Эмия, надеясь, что этим разговор и закончится.

Но, наоборот, Шепард, кажется, только сильнее заинтересовалась. Чем дальше они шли, тем очевиднее становилось, что он здесь чувствует себя куда увереннее, чем они с Кассани, и её это всё больше занимало.

— О чём? — спросила она, чуть придвинувшись и не сводя с него глаз на ходу.

Эмия на миг ощутил лёгкое замешательство: он уже снова смотрел вперёд и не ожидал, что она продолжит его расспрашивать. Впрочем, на его лице это никак не отразилось.

— Да просто радуюсь, что этот бронескафандр рассчитан на самые разные условия. Здесь вообще-то здорово, несмотря на климат, — с лёгким пожатием плеч ответил он.

Шепард нахмурилась, кажется, она не вполне поняла, к чему он клонит.

— Ты, наверное, не замечаешь, потому что у тебя открыто только лицо, но тут довольно жарко, а влажность всё делает ещё хуже. Обычно с нас сейчас пот лился бы ручьём, — усмехнулся Эмия, указывая на слепящее солнце наверху.

Она задумалась, и на её лице отразилось понимание.

Действительно: тёплым ощущалось только лицо, а сама она совсем не потела. В костюме было комфортно — ни жарко, ни холодно. Казалось, тот сам поддерживал комфортную температуру, позволяя ей двигаться без остановки.

— А ведь да, — сказала она наконец, чуть улыбнувшись. — Без этих штук тут было бы паршиво.

Эмия только тихо хмыкнул. Он и сам отмечал, как мало они потеют, и это сбивало его внутренние часы. После всей той беготни и ходьбы он до сих пор даже не почувствовал жажды. Совсем не то, к чему он привык когда-то.

Впрочем, жаловаться он не собирался.

Они продолжили путь и вскоре вышли на странно ровную пустошь, огибая город в сторону точки эвакуации. Когда-то на многие километры здесь был сплошной асфальт, и теперь сквозь его трещины пробивались лишь самые упрямые сорняки. Повсюду рос густой подлесок от колена и до самого пояса. На равнине тут и там торчали рухнувшие строения, похожие на скелеты каких-то доисторических зверей, а между ними уже поднимались молодые деревья — предвестники того, что придёт следом.

Похоже, когда-то это была какая-то промзона: вокруг стояли складские корпуса и какие-то технические здания.

Ещё лет десять, и Эмия ничуть не удивится, если это место начнёт превращаться в те самые джунгли, через которые они только что проходили. Возвращение природы оно сдерживало не лучше, чем пригород, просто пока отставало по графику. Впрочем, по мере того как под их ногами крошились остатки асфальта, темп их заметно упал.

Зона тянулась как минимум на полкилометра, рассудил Эмия, пока они перебирались от укрытия к укрытию. Чтобы тебя не заметили издали невооружённым глазом, нужно помнить об основах маскировки: силуэт и форма на фоне местности, слишком яркий цвет, блики на металле и пластике, выбивающаяся тень, резкое движение и звук — всё это может тебя выдать.

Поэтому Эмия выбирал маршрут так, чтобы держаться ближе к обрушенным строениям и большим кустам, идти в тени, не подниматься на верхушки небольших холмов и гребней, насколько позволял рельеф. В общем, прогулка на свежем воздухе в чудесный день получалась почти приятной.

Но всё приятное рано или поздно заканчивается.

*Пшшшззт...*

— А? Что это за... — Шепард повернулась на звук.

*...бу-ум*

Глаза Эмии расширились. Он мгновенно рванулся к Шепард, схватил её за запястье и дёрнул вниз. Она недовольно охнула: от падения из её лёгких выбило весь воздух. Через миг она вырвала руку и потянулась к пистолету.

Ещё через мгновение над их головами просвистел второй выстрел. А сам звук винтовки пришёл секундой позже.

*...бу-ум*

— Мимо, — коротко отметил Эмия, проверяя свой барьер и два индикатора в верхнем углу HUD, показывавшие состояние Шепард и Кассани. С Шепард всё было в порядке. Кассани был весь красный.

— Что... что происходит? — спросила она, только сейчас обратив внимание на вспышки кинетических барьеров.

— Снайпер, — заключил Эмия.

— Чего?

— Между попаданием по барьеру Кассани и неестественно громким звуком выстрела слишком большая задержка. Палят издалека. Снайпер, — пояснил он.

На миг он задумался, как эта штука вообще работала. Их оружие пришлось ослабить, чтобы не перегружать барьеры, а значит, крошечный снаряд на такой дальности просто не должен был ни во что попасть.

Если только компьютер винтовки сам не делал поправки по дальности и не рассчитывал скорость.

Эмия отчётливо услышал треск кинетического барьера Кассани раньше, чем сам выстрел. Значит, снаряд летел быстрее звука. Оружие с такой мощностью на меньшей дистанции спокойно пробило бы их броню насквозь и убило.

— Кассани, ты как? — спросила Шепард, подползая к лежащей неподвижно фигуре.

— Э-э... ну, шевелиться я, кажется, не могу. Тут пишет: «раздроблен позвоночник, незначительное внутреннее кровотечение». Это плохо, да? — тихо откликнулся Кассани, будто у него на груди кто-то сидел.

— Да. Поздравляю, ты инвалид на всю жизнь. Ну, то есть до конца этих учений, — сухо ответил Эмия. — Удивительно, что тебя вообще сразу не убило.

— А... Ну. Бля.

По голосу с Кассани, по крайней мере, всё было в порядке, отметил Эмия, снова переключаясь на обстановку.

Значит, снаряд был выпущен с достаточной скоростью, чтобы долететь досюда, но не настолько большой, чтобы прошить их кинетические барьеры. То есть снайперская винтовка стреляла быстрее прочего оружия, потому что на расчётной дистанции в рамках симуляции пуля всё равно успевала достаточно замедлиться? Похоже, система и правда делала поправки по дальности — вероятно, за счёт программного обеспечения учений. Или этим занимались наблюдатели, отслеживая положение всех участников и подавая винтовке нужные параметры?

А значит, в зависимости от дистанции между выстрелами могла быть небольшая задержка. Этим можно воспользоваться.

— Шепард, хватай Кассани и по моему сигналу рывком вон к тому дому, — сказал Эмия, указывая на остатки когда-то вполне симпатичного двухэтажного домика, жёлтого, с красной черепичной крышей. Даже когда он был целым, эти стены вряд ли защитили бы от ускорителя массы, но как укрытие от глаз они были вполне годны: попасть по ним будет непросто.

Шепард кивнула и поползла, стараясь держаться как можно ниже, к лежащему Франко.

Будь у снайпера хорошие дальнобойные сенсоры, их могли бы расстрелять и сквозь стены. Но раз их до сих пор не прострелили ни через землю, ни через траву, это казалось маловероятным.

Прежде всего ему нужно было найти снайпера.

Впрочем, это не было проблемой. С его опытом дальнего боя и двумя услышанными выстрелами информации у Эмии было более чем достаточно для нескольких обоснованных догадок. Пока они шли, он и так машинально отмечал местность: хорошие места для засад, ловушек, огневых позиций для разного оружия и прочее.

Он видел три удачные точки, откуда могли прийти оба выстрела, тем более что направление у них не менялось.

Если предположить, что снайпер был один, то, пока они заметались, он, вероятно, уже начал смещаться, чтобы не дать себя вычислить и заодно взять лучший угол... Нет. Он сначала ударил по замыкающему только для того, чтобы выиграть себе лишнюю секунду, пока они ещё не поняли, что происходит. Если стреляют в того, кто идёт впереди тебя, ты реагируешь сразу. А тут большинство на мгновение просто растеряется и начнёт озираться, пытаясь понять, что случилось.

Обычно этого времени снайперу хватает, чтобы перевести прицел на следующую цель.

Всё как по учебнику. Даже слишком. Ни малейшей личной манеры — тех мелких штрихов и приёмов, которые всегда выдают опыт и характер стрелка. И хотя Эмия сразу ушёл в укрытие, второй выстрел был слишком поспешным и вовсе не учитывал их движения. Стрелок был новичком. Неопытным. Скорее всего, не намного старше их самих.

Значит, он будет колебаться. А если у него есть поддержка, то сейчас она должна обходить их с флангов, пока снайпер прижимает Эмию огнём. Всё сходилось. План сам собой начал складываться у него в голове — ходов на пятнадцать вперёд, с развилками и проверками на случай, если исходные предположения окажутся неверны или ситуация изменится.

Старые инстинкты Эмии снова начали просыпаться, словно внутренняя сталь встала на место, когда он обратился к навыкам, которые когда-то отточил как заблудший убийца людей.

Но он не мог просто мгновенно среагировать и снять противника. Да и потом, это выглядело бы слишком подозрительно. Даже зная, где почти наверняка сидит снайпер, он не мог вести себя так, словно заранее прочёл весь сценарий. Нужно было отыграть свою роль, не вызывая лишних вопросов.

С той секунды, как он отправил Шепард за Кассани, прошёл всего миг. Эмия включил свой омни-инструмент и пробежался по меню, находя соединение с бронескафандром Кассани.

— Кассани, дай мне доступ к своему интерфейсу, — сказал он, когда система упёрлась в запрос пароля.

— А? Да, ладно, — донеслось в ответ слегка ошарашенная фраза.

Эмия продолжил, пролистывая данные чужого костюма, пока не нашёл нужное. Перед ним всплыло окно видеопотока — то, что Кассани видел прямо сейчас. Эмия усмехнулся и проверил настройки.

«Перемотка назад.»

— Попался, — с довольной усмешкой сказал он.

Он вызвал карту в омни-инструменте, отметил на ней точку Кассани и совместил стоп-кадр с положением на местности. На замершем изображении было видно, как вспыхнул кинетический барьер, останавливая пулю: синяя рябь расходилась по нему, как круги по воде от брошенного камня.

А как на воде можно увидеть центр возмущения, так и на барьере он тоже читался вполне ясно.

Этого хватало, чтобы понять, откуда пришёл выстрел как по горизонтали, так и по высоте. Эмия закрыл омни-инструмент, окинул местность взглядом и прикинул маршрут вперёд и чуть южнее. Ему надо было двигаться по диагонали, заставляя снайпера смещать винтовку с текущей позиции Эмии.

Эмия рванулся вперёд, ползком и на четвереньках проходя через щебень и высокую траву. Плюс у густого подлеска был один: он скрывал тебя. Минус тоже был: высокие стебли качались от каждого движения и выдавали твой путь любому, кто внимательно смотрит.

Вопреки распространённому мнению, ползком можно передвигаться вовсе не так уж медленно. Да, если лежать совсем плашмя, скорость будет скверной. Но тут всё решает понимание рельефа: где можно пройти, где допустимо приподнять корпус. А если удаётся опереться на локти и колени, тогда и вовсе можно двигаться довольно быстро.

Поэтому маршрут приходилось выстраивать заранее. Обычно тебе нужно просто скрыться от прямого взгляда, но сейчас важнее было не тревожить высокую траву. Он двигался быстро, но расчётливо: короткими рывками преодолевал открытые отрезки и замедлялся на опасных местах.

С момента двух выстрелов прошла уже минута. На такой дистанции, если кто-то шёл к ним под прикрытием, он должен был быть уже близко.

— Шепард, приём, — шёпотом сказал Эмия.

— Уже выдвигаться? — донеслось по связи.

— На счёт десять, бегите.

— ...Поняла.

Эмия вдохнул, вытащил пистолет и занял позицию, с которой мог быстро вскочить.

Раз. Два. Три.

Он одним плавным движением поднялся на ноги — ровно настолько, чтобы его голова и плечи показались над кустами.

Это был совершенно лишний риск: стрелять он мог бы и не высовываясь, с такой дистанции через кусты и так всё было видно. Но смысл был не в том, чтобы попасть в снайпера. Нужно было заставить того сфокусироваться на нём. А для этого требовалось подставиться.

Время словно замедлилось; краски поблекли в его глазах, пока он собирал внимание в одну точку. Он прицелился, расслабляясь. Самого снайпера он не видел и деталей местности не знал, но обоснованной догадки было достаточно. Во всяком случае, для его мысленной схемы.

Три возможные позиции, все в пределах сектора градусов в десять относительно его позиции.

Эмия трижды быстро нажал на спуск.

В его воображении каждая из этих пуль прошивала голову одному из трёх гипотетических снайперов, разбрасывая их мозги по ветру. Он тут же пригнулся и снова пошёл вперёд по диагонали, к стрелку. Как и прежде, ползком, используя каждый бугор и каждую неровность. На одном участке лежали остатки рухнувшего дома, и там можно было даже вскочить и броситься настоящим спринтом.

Десять.

— Шепард, доклад.

Секунда тишины.

— Всё нормально! Ты как?

Эмия ухмыльнулся:

— Отлично. Скорее всего, он меня увидел и сейчас занят только мной. Видишь три дома слева от себя?

— Вижу.

— Если нас кто-то и обходит, то придут оттуда. Утащи Кассани так, чтобы вы были закрыты и от того направления, и от снайпера, и подожди полминуты. Если сможете, снимайте их. Если их окажется больше, чем потянете, сидите тихо и дайте им пройти.

Эмия говорил быстро и, закончив, замолчал, прислушиваясь к окрестностям.

«Ничего. Значит, с этой стороны никого нет. Если кто и идёт, то только к Шепард. Как я и думал.»

— Поняла. А потом?

— Если за сорок секунд никто не появится, беги туда и обходи снайпера с фланга. У тебя будет чистая линия для выстрела. Если их тут больше одного, остальные сейчас уже идут в обход. Значит, рядом с ним никого быть не должно. Как только увидишь его спину, работай.

— Хех. Умеешь ты девушке подарочек подобрать.

Судя по голосу, она сейчас улыбалась. Впрочем, и он сам тоже улыбался.

— Конец связи.

— Конец связи.

Эмия глубоко вдохнул... и сорвался на бег.

Бежать по прямой было плохо: это превращало тебя в удобную мишень даже на ходу. Но здесь остатки асфальта ещё не успели полностью уйти под заросли, так что выбора почти не было — ему нужно было прорваться вперёд, даже рискуя. Оставалось полагаться только на неопытность снайпера и на собственную скорость.

«Сейчас.»

Он рухнул, как кукла с обрезанными нитями, в то самое мгновение, когда по равнине прокатился глухой выстрел. Эмия усмехнулся: снова мимо. И раз стрелок не сменил оружие на что-то вроде штурмовой винтовки, значит, при нём и правда только однозарядная винтовка для дальнего боя.

— Топорно, — пробормотал он и продолжил движение.

Потом он замер, заметив подходящий камень — во всяком случае, достаточно похожий, — схватил его и пополз дальше.

Эмия застыл и выждал. К этому моменту снайпер уже столько раз промахнулся, что напряжение наверняка начинало на него давить. Если здесь были ещё противники, скоро стоило ожидать либо стрельбы где-то в стороне, либо сигнала от Шепард. Так что можно было позволить снайперу ещё немного повариться в собственных нервах. Эмия заставил себя успокоиться, но намеренно не сбивал свой пульс до конца. Ему нельзя было обмякнуть посреди боя.

Ладно, хватит.

«Опомниться я ему тоже не дам.»

Он перевернулся на бок, прикидывая в руке вес камня. Должно выйти. Отведя руку назад, он прикрыл глаза. К этому моменту стрелок наверняка уже ушёл с прежней позиции. После того, как его засекли, та, по всем правилам, годилась теперь только как приманка.

Отсюда Эмия не видел сквозь высокую траву ни старой позиции снайпера, ни новой, которую мог лишь предположить. Обе позиции находились вне базовой дальности сенсоров. Видимо, и у снайпера ничего лучше не было, иначе Эмию уже давно бы снова пытались снять.

Но в мыслях Эмии это место оставалось предельно ясным. Если мысленно проложить путь за тем укрытием, за которое отсюда было не заглянуть, новичок-снайпер должен был уйти именно туда.

Он резко метнул камень изо всех сил. В полёте тот и впрямь довольно напоминал светошумовую гранату, которую в них швырнули в прошлом. Во всяком случае, если взглянуть мельком и быть достаточно натасканным на гранаты, чтобы узнавать их с одного взгляда.

Сам Эмия, строго говоря, такой подготовки не проходил.

Но он предполагал, что тот снайпер — да.

Камень мягко стукнулся о землю, дважды подпрыгнул за углом обрушенного дома — прямо в тень, где и должен был сидеть снайпер.

— Бля!

Услышав вдали этот вскрик, Эмия уже поднимался с пистолетом наготове. На этот раз он не высунулся над качающимися стеблями, а лишь приподнялся настолько, чтобы видеть поверх листвы, не ломая её силуэта.

К сожалению, снайпер не выскочил из укрытия. Должно быть, успел понять, что это просто камень, прежде чем совершил бы такую грубую ошибку. А может, от неожиданности просто застыл на месте — и это тоже не редкость. Но и этого отвлечения Эмии хватило, чтобы выровнять прицел.

Спуск — *пффтзз*, спуск — *пффтзз*, спуск — *пффтзз*, спуск — *пффтзз*.

По сравнению со снайперской винтовкой его пистолет звучал до смешного тихо, почти несерьёзно. Зато треск каменной крошки, которую он выбивал вокруг укрытия стрелка, совсем наоборот. Эмия специально бил по твёрдому камню.

Чистой линии поражения по самому противнику у него всё равно не было, а мощности его пистолета в урезанном режиме не хватило бы, чтобы пробить стену. Из-под пуль летели искры, во все стороны сыпались мелкие осколки, и звук был такой, будто кто-то врубил киркой по скале.

Эмия снова пригнулся и пошёл дальше. Пока снайпер занят, он успеет обойти.

Движение.

Что-то вылетело из укрытия, скользнув в воздухе, как маленький фрисби. Эмия на миг замешкался, проследив за предметом взглядом: он точно знал, что мог бы сбить его выстрелом, но понимал и другое — после учений это выглядело бы слишком подозрительно. Поэтому он просто рванул дальше.

И не успел.

Едва заметная волна чего-то прошла через него.

Его HUD мгновенно зарябил помехами, а пистолет в его руке запищал так, словно перегрелся. Не раздумывая, Эмия швырнул оружие в траву за спину и продолжил движение. За ним всё ещё настойчиво пищало. Он отключил HUD и пополз дальше.

Снайпер выскочил из укрытия, уже сменив винтовку на пистолет, и рванул к месту, где пищало оружие.

«Какая-то технограната? Мини-ЭМИ, может. Двойная польза: и пушку вырубает, и позицию выдаёт.»

Эмия прижался к земле, утихомирив своё дыхание.

Снайпер остановился, когда писк смолк; впрочем, перегрев всё равно ещё несколько секунд не дал бы оружию стрелять. На снайпере была совсем другая экипировка — чёрно-зелёный камуфляж и куда более массивные пластины на корпусе и конечностях.

«Средняя или тяжёлая броня. Да и пистолет, скорее всего, всё равно мало бы помог», — заключил Эмия, сжимаясь, как пружина. Едва откроется возможность — едва противник подставится, — он выскочит.

— Вылезай! У тебя пушки нет, салага! Тебе конец! — крикнул снайпер; в голосе у него смешались самоуверенность и облегчение.

Эмия лишь с трудом сдержал усмешку: это окончательно подтверждало его прежнюю догадку о том, кто за ними охотился. Похоже, у тех, кто пришёл на эти учения второй раз, действительно были задания вроде «гоняйте новичков». А то, что снайпер смотрел именно в его сторону, подтверждало ещё и другое: радар на его HUD что-то засёк в этом секторе.

Это было неудобно. Писк перегретого пистолета на миг отвлёк снайпера, но второй раз такой фокус уже мог не сработать.

«Ладно. Запущу на омни-инструменте запись голоса, швырну вон туда, а когда он купится, зайду со спины. Если повезёт, возьму на захвате, заберу его пистолет и добью им же. Если нет, придётся уходить. Маскировки здесь достаточно, чтобы он так и не понял, где я точно нахожусь. Сделаю петлю назад, подниму свой пистолет и попробую ещё раз.»

Эмия едва заметно кивнул самому себе; пульс у него уже разгонялся, а на его губах появилась улыбка.

Где-то на краю сознания он понял, что получает от всего этого удовольствие.

Спуск — *пффтзз*, спуск — *пффтзз*, спуск — *пффтзз*.

Три выстрела неожиданно прозвучали издалека.

— Ыгх, что за...? — снайпер резко обернулся, и Эмия усмехнулся.

«Молодчинка, Шепард.»

Эмия рванулся вперёд, как сорвавшаяся с тетивы стрела, и преодолел расстояние громадными скачками меньше чем за две секунды. Его руки метнулись вперёд: одна ухватила запястье с пистолетом, другая — плечо. Простой и надёжный бросок с захватом руки.

— У-у-уф...! — выдохнул снайпер, с размаху впечатавшись лицом в землю.

Эмия прижал его сверху, вывернул пистолет в сторону большого пальца и вырвал оружие из его руки. Затем перехватил его и упёр ствол в бок визора снайпера.

— Может, на этом и закончим? Не уверен, что кинетический барьер сработает на такой дистанции, знаешь ли, — сказал он.

— На хуй иди! На нём ID-блокировка! Ни хрена ты с ним не сделаешь! — прохрипел тот, дёргаясь под ним.

Эмия моргнул, поднял пистолет, навёл на дерево вдалеке и нажал на спуск.

Ничего.

— Хм. Ну, значит, пойдём трудным путём.

— Ага, и что ты мне сде...

— Шепард, подойдёшь и пристрелишь его за меня? — вслух спросил Эмия.

Секундой позже из кустов вышла Шепард с поднятым пистолетом. До этого момента она не стреляла, потому что Эмия уже сцепился с целью, и с гарантией подстрелить противника она не могла.

Да и, увидев, сколько раз его барьер уже выдержал без особых последствий, она на миг засомневалась, хватит ли мощности её пистолету, прежде чем тот перегреется.

— Конечно. Без проблем. Не возражаешь, если начну с ног? — осклабилась она, беря прицел.

— Эй, погоди...!

Она не стала ждать. Четырнадцать раз подряд всадила ему в ногу, потом сделала короткую паузу, давая пистолету остыть, и продолжила, пока кинетический барьер снайпера наконец не сдал. Когда первые попадания всё же начали доходить и нога у него стала деревенеть, Шепард даже присвистнула.

— Ух ты. Щиты у него куда лучше наших. Нечестно, — с притворной обидой протянула она.

И с явным удовольствием продолжила работу дальше — рука, спина, пока барьер уже не успевал восстановиться. Эмия отпустил противника и стряхнул с себя пыль, пока она закончила плечами и головой.

— Как думаешь, хватит? — спросила она, подняв на Эмию глаза с недобрым огоньком.

Он только беспомощно улыбнулся и пожал плечами.

— Для верности добавь ещё два. В обе руки.

— Сделаем, Эмия.

И сделала.

Лишь убедившись, что снайпер и правда «мёртв», они наконец позволили себе немного расслабиться.

Они прислонили его спиной к остаткам той развалины, в которой он прятался. Выглядел он скорее злым и раздражённым, чем хоть сколько-нибудь пострадавшим, так что положение его, в общем, всех устраивало. На вопросы он отвечать не спешил; только мрачно дулся и упрямо молчал.

— Ты один или у тебя где-то рядом есть поддержка?

Снайпер промолчал, но эта угрюмая досада сама по себе говорила в пользу того, что он и правда был один. Будь поблизости подмога, человек такого склада наверняка попытался бы просто тянуть время, пока его группа или отделение не подойдут и не закончат дело.

Эмия подобрал из травы свой пистолет и осмотрел его на предмет повреждений. Нажал на спуск, всё работало как прежде. Немного пошарив вокруг, он нашёл и тот вращающийся диск, который снайпер бросил ранее, и вернулся с ним обратно.

— А это что такое? — спросил он, поднимая техногранату.

Снайпер отвёл глаза и сделал вид, будто их вообще не замечает. Шепард закатила глаза и слегка пнула его по голени. Тот только поднял голову и злобно уставился на неё, беззвучно съязвив одними губами: «Меня вообще-то уже убили, помнишь?»

Эмия хмыкнул и начал обшаривать его карманы. Таких дисков нашлось ещё несколько, но быстро стало ясно, что всё не так просто, как со знакомыми ему из прежней жизни обычными гранатами. Эмия покосился на снайпера, который старательно делал вид, что не следит за каждым его движением.

Подняв неиспользованный диск, он спросил:

— Это тоже на ID-блокировке... или активируется через омни-инструмент?

Парень попытался с самодовольным видом мотнуть головой, будто не понимает, о чём речь, но выглядело это так, словно у него на секунду начался припадок: бронескафандр был полностью зафиксирован, не давая ему двигаться.

Пожалуй, Шепард и правда немножко перестаралась.

Эмия пожал плечами и вернул диски обратно в подсумок снайпера. Как отвлекающий манёвр они, может быть, ещё и сгодились бы; а если по ним выстрелить, кто знает, вдруг произошло бы что-то интересное. Но если предположить, что пользоваться ими может любой, у кого есть нужный код, то вся группа этого парня вполне могла бы взорвать их прямо у него в подсумке.

Лучше не таскать с собой ни непонятные, ни бесполезные вещи.

И тут он заметил прямоугольный модуль, закреплённый на спине снайпера на ленте Ван-дер-Ваальса, и понял, что это сложенная форма той самой снайперской винтовки. И только когда Эмия снял её, пленник по-настоящему оживился.

Его взгляд тут же прилип к сложенному оружию.

— Твоё или казённое? — с насмешливой улыбкой спросил Эмия.

Снайпер дёрнулся.

— Значит, казённое. Но любишь ты её крепко. Не просто железку, именно её. Как зовут такую красавицу? Линии гладкие, царапин нет, отполирована как новая. И маслом пахнет. Часто за ней ухаживаешь, да? Держишь девочку в идеальной форме.

Эмия с ухмылкой провёл рукой по сложенной винтовке почти ласково, чуть ли не поглаживая её у снайпера на глазах.

— Да пошёл ты, — процедил тот, наконец открыв рот. — ID-блокировка, придурок.

Эмия моргнул и вовремя проглотил колкость, уже готовую сорваться с языка. Но, похоже, Шепард подумала о том же и не собиралась отказывать себе в мелочной мести за устроенную им засаду.

— Что, у тебя и жопа по ID-блокировке? Ты в сортир тоже через омни-инструмент ходишь, что ли?

Эмия хмыкнул, не столько над самой шуткой, она вышла грубее, чем он сам хотел бы сказать, сколько над выражением лица снайпера: сначала непонимание, потом чистое, беспомощное бешенство.

— Ну, я у тебя её ненадолго позаимствую, — сказал он, поднимаясь и похлопывая винтовку по корпусу. — Обещаю вести себя как настоящий джентльмен и вернуть её домой до полуночи.

Теперь снайпер смотрел на них так, будто готов был прожечь обоих взглядом насквозь; он буквально кипел, всё так же безнадёжно пытаясь вырваться. Шепард моргнула — и вдруг расхохоталась в голос, поспешив за Эмией, когда тот уже двинулся обратно.

Нужно было проверить, как там Кассани, и как можно скорее уходить, пока на эту перестрелку не явился кто-нибудь ещё.

* * *

По крайней мере, у них была геномодификации и бронескафандры, подумал Эмия, таща Франко на плечах, перекинув его через плечо по-пожарному.

Впереди Шепард шла дозором, высматривая всё подозрительное. Какой бы быстрой и выносливой она ни была, нести их «раненого» дольше десяти-двенадцати минут она всё равно не смогла бы; просто свалилась бы без сил. Всё упиралось в разницу в весе и в обычное телосложение: когда она пыталась его тащить, ноги у него болтались и цеплялись за всё подряд. Даже генотерапия не могла это полностью исправить — ограничения по закону здесь были слишком строгими.

А значит, нести Кассани пришлось Эмии.

— Сорян, что так вышло, — сказал Кассани.

— Да всё нормально. Если бы меня вывели из строя, я бы тоже рассчитывал, что ты потаскаешь меня на себе, — с лёгкой усмешкой ответил Эмия, хотя бёдра у него уже жгло огнём.

Целый час они двигались почти вдвое быстрее обычного, лишь бы не нарваться на другие группы, которые могли бы прийти проверить, откуда была та перестрелка.

Эмия сделал ещё глоток из фляги и шумно выдохнул.

К счастью, блокировка сервоприводов, ограничивавшая его движение, действовала только изнутри. Так что он не тащил на себе буквально закоченевшего человека, а то это было бы уже совсем неудобно. Пока Кассани расслаблялся, Эмия мог двигать его руками и ногами без особых проблем. А когда тот принимал более-менее удобное положение и слегка напрягался, тело фиксировалось, и нести его становилось проще.

Выходило что-то вроде очень странного рюкзака: лямки дрянные, баланс никакой, вес адский. Но всё-таки лучше так, чем если бы он был совсем деревянный.

«Нужно уметь радоваться мелочам, иначе недолго и с ума сойти.»

Такими темпами к точке эвакуации вовремя им было не успеть, прикинул Эмия. Изначально он собирался идти по краю джунглей, где местность ещё позволяла двигаться без того, чтобы на каждом шагу прорубаться сквозь кусты и свисающие лианы. Но с одним «раненым» такой план уже не годился.

— Ну как ты, есть изменения? — спросил он, снова подняв взгляд и продолжая идти шаг за шагом.

— Не-а. Всё так же калека и истекаю кровью. Тут пишут, меня ещё часов на четырнадцать хватит. Наверное. Только нос, зараза, чешется так, что хоть вой, — с вялой ухмылкой отозвался Франко.

— Ну, хоть что-то, — кивнул Эмия. — Но дело у нас не ладится.

Если бы не ограничение по времени, Эмия не сомневался: он мог бы идти, пока тело в буквальном смысле не рухнет под ним. Такое с ним уже бывало. И на этот раз ему хотя бы не грозили десятки пиявок, облепляющих каждую конечность, и не приходилось терпеть нескончаемый ливень, как тогда.

И Франко, надо признать, всё же весил меньше. А может, дело было просто в генотерапии, сделавшей его самого сильнее. Интересно, распространялось ли это и на иммунитет или в долгую ему всё равно пришлось бы снова опасаться болезней и поноса.

Впрочем, сейчас это было неважно. Учения закончатся раньше, чем подобное станет проблемой. Он осторожно опустил Кассани на землю, сам сел рядом и несколько раз глубоко вдохнул, пока его ноги не перестали ныть. Потом он приложился к фляге и осушил её до последней капли.

— Мою тоже забирай. С таким-то сервисом мне и пить не особо хочется, — хмыкнул Франко.

Эмия благодарно кивнул. Он закрепил пустую флягу на бронескафандре Кассани, взял у него полную и, на всякий случай дав тому пару глотков, чтобы не допустить обезвоживания, сам снова жадно отпил.

И внутри была не просто вода — скорее что-то вроде лёгкого изотоника.

Шепард вернулась, по дороге чуть не споткнувшись о толстый корень, вылезший из земли. К новой местности она уже более-менее приспособилась, но всё ещё не решалась мчаться во весь опор: то кусты цепляли, то лианы норовили обвиться вокруг её ног.

Она бросила на них быстрый тревожный взгляд, села рядом и отпила из своей фляги.

— Придётся нам немного поменять план, — просто сказал Эмия.

— Да? Бросите меня тут? — с напускной бодростью спросил Кассани, хотя тревога в его голосе всё равно слышалась слишком ясно.

Возможно, если бы они с Шепард просто списали его со счетов как «мёртвого», сами они прошли бы на отлично. А вот его собственную оценку за учения это наверняка потопило бы. И пусть его вины в этом почти не было, опасение было вполне естественным.

— Да, — сказал Эмия ровно, как раз в тот момент, когда Шепард уже собиралась его успокоить.

Она моргнула и уставилась на Эмию. Он продолжил:

— Мы добудем транспорт и вернёмся за тобой. Там впереди, у дороги, есть холм. Оставим тебя там и не станем закрывать связь. Посидишь наблюдателем, пока мы попробуем раздобыть что-нибудь на ходу.

Шепард задумалась.

— То есть вы меня всё-таки не бросаете, да? — уже с большей надеждой спросил Кассани, стараясь, чтобы это не прозвучало как жалоба.

Эмия в ответ лишь без выражения посмотрел на него. За свою жизнь ему доводилось таскать на себе слишком многих по-настоящему полумёртвых людей, чтобы всерьёз заботиться о душевном спокойствии этого совершенно здорового бойца. Одно дело вытаскивать из боя человека по-настоящему. Совсем другое, надрываться здесь ради чьих-то итоговых баллов. К тому же он прекрасно понимал: если сейчас он просто упрётся и попытается вытянуть всё силой, это потом обязательно выйдет им и ему боком.

«Работать надо головой, а не спиной.»

— Если не сможем тебя забрать — значит, не сможем, — наконец сказал Эмия, пожав плечами.

— Но если сможем, заберём, — добавила Шепард, не сводя глаз с Кассани.

Их «раненый» переводил взгляд с одного на другого ещё пару секунд, потом как мог изобразил плечами нечто вроде пожатия, насколько позволяла ему его «парализованная» поза.

— Ага. Ладно. Меня устраивает.

* * *

— Ладно. Просто сообщай в общих чертах, что видишь и где именно. Насчёт того, насколько это важно и что всё это означает, я сам разберусь, так что не забивай себе голову, — сказал Эмия, похлопав Кассани по плечу.

В ответ тот только посмотрел на него пустым взглядом:

— Обязательно было запихивать меня именно на дерево?

— Так безопаснее. Вверх обычно никто не смотрит, а обзор оттуда лучше. Одни плюсы, а? — с усмешкой ответил Эмия.

— Ага. А если я свалюсь?

— Очень просто. Не сваливайся, — кивнул Эмия.

— Это не... Эй!

Эмия его проигнорировал и спрыгнул с дерева.

Поднять Кассани наверх оказалось той ещё морокой и заняло время, но Эмия решил, что польза всё равно перевешивает хлопоты. Благодаря генным модификациям и выдрессированной тренировками силе — где Эмия тянул сверху, а Шепард подпирала снизу — они всё-таки сумели затолкать его наверх без особой драмы.

Шепард только посмотрела сначала на Кассани, застрявшего на дереве, потом на Эмию и вопросительно приподняла бровь:

— Серьёзно?

Эмия пожал плечами с самым невинным видом:

— Пошли.

Он даже не дал ей времени ответить. Эмия развернулся и лёгким бегом двинулся вперёд. Услышав, что она пошла следом, он прибавил ходу. Наверняка её удивило, что он двигался не по прямой, а какой-то ломаной траекторией, так что временами она начинала отставать.

Но это было естественно. В дикой природе прямых линий не бывает; там всегда идёшь по пути наименьшего сопротивления. Конечно, с одного взгляда понимать, где пройти легко, а где застрянешь, это отдельный навык. И Эмия когда-то развил его достаточно, чтобы местность такого уровня уже не казалась ему непролазной.

Шепард подстроилась, стараясь ступать туда же, куда и он, а Эмия в свою очередь подгонял скорость под неё, чтобы не отрываться.

Разумеется, такой способ передвижения всё равно получался довольно шумным. Но им нужно было отыграть потерянное время, так что выбирать не приходилось. В лесу — а уж тем более в джунглях — звук был главным признаком опасности. При такой густоте деревьев вокруг дальше чем на двадцать метров не увидишь, если вообще увидишь хоть что-то.

«По твёрдой земле — сперва пятка, потом перекат. По мягкой — сперва носок, осторожная проверка.»

Он это помнил.

Потребовалось немного времени, но вскоре походка к нему вернулась, почти такая же, как много лет назад. Конечно, при том, что позади шуршала и задевала всё подряд Шепард, его собственная относительная тишина мало что меняла, но привычка всё равно была полезной.

Они вышли к дороге, и Эмия сразу присел у высокого дерева, прикрывавшего его с одной стороны. Когда-то ради этой дороги лес здесь вырубили, и потому солнечный свет свободно доходил до земли. Внизу успели разрастись трава и кустарник по пояс, то есть укрытия там более чем достаточно, чтобы спрятать человека.

Шепард остановилась позади него и тоже опустилась на колено.

Эмия подался вперёд, почти прижимаясь к земле, и осторожно вывел голову сквозь траву к самому краю дороги. Он посмотрел влево, потом вправо, выискивая всё, что только мог.

Протянув руку, он коснулся дороги и нахмурился, изучая свежесть и глубину следов. Ночью и ранним утром прошёл дождь, и даже полог кроны над дорогой не успел бы полностью защитить поверхность. Судя по следам, сегодня здесь проехало уже несколько машин.

— Ага. Сгодится.

— Чего? — спросила Шепард, наклоняясь посмотреть, что он там заметил, но оставаясь достаточно низко, чтобы не выдать себя.

Эмия откатился обратно в укрытие и посмотрел на неё:

— Ты что, не слушала? Нам нужен транспорт, верно?

Шепард моргнула. Улыбка на его лице её явно не развеселила.

— Что значит, мы устроим свою засаду и отберём машину у того, кто поедет по этой дороге, — сказал Эмия, находя её серьёзность слишком уж забавной.

— И они просто позволят нам — с этими нашими пукалками — забрать у них военную машину?

Улыбка Эмии стала только шире. Безумные планы часто и срабатывали именно потому, что были безумными.

— Ага. Потому что у нас есть вот это.

Он потянулся за спину и вытащил сложенную снайперскую винтовку. Шепард моргнула; догадка сразу отразилась у неё в глазах. Но в следующий же миг она нахмурилась, вспомнив главную проблему.

— Но она же на ID-блокировке. Тот урод вроде был уверен, что мы её не запустим.

— Ага. Поэтому я его тогда и немного подёргал. По нему же сразу видно: какой-то технарь, с этими его ЭМИ-гранатами и прочим, — объяснил Эмия.

— «Какой-то технарь»? Это что, новый официальный технический термин, с которым меня ещё не познакомили? — язвительно поинтересовалась она.

Он лишь махнул рукой, будто отгоняя её скепсис:

— Он слишком уж дёрнулся на одну конкретную часть винтовки. Вот здесь. Думаю, можно что-нибудь придумать, — ухмыльнулся Эмия.

— Ясно. Значит, берём одну вещь, чтобы добыть другую... В теории может сработать, если только мы сумеем не потерять время. Но если они успеют вызвать помощь или просто передать, что у них угнали машину, чёрт его знает, кто об этом узнает. Да и какой-нибудь транспондер или маячок в машине наверняка есть. И это если ты вообще сумеешь заставить эту штуку работать, — задумчиво проговорила она.

Эмия фыркнул. По одному тону было ясно: мысленно она уже согласилась.

— Ого. Да ты, я смотрю, специалист по угону машин?

Шепард тут же вскинулась и впилась в него взглядом с убийственной серьёзностью. Эмия только ухмыльнулся:

— Ай-яй-яй. Какая нехорошая девочка.

Он сказал это нарочито игриво. Он уже вывел её из равновесия — теперь оставалось только зацепить покрепче. Шепард нервно облизнула губы, явно прикидывая, что ответить. Отпираться? Отшутиться? Было очевидно, что он задел кусочек её прошлого, которым она не особенно гордилась.

Но прежде чем она что-либо сказала, Эмия снова посерьёзнел:

— Сможешь разобраться с маячками? Хотя бы с теми, что будут на виду?

«Показать доверие. Дать человеку участок работы, опираясь на общий секрет. Так доверие и строится.»

Шепард моргнула, а затем собралась, поняв, что он ждёт ответа. Эмия нарочно смотрел в сторону, будто следил за местностью. Не стоило ей понимать, что он замечает каждую её заминку, иначе она легко бы поняла, что он ею играет. Впрочем, сам он считал это скорее вежливостью: дать ей возможность хотя бы внешне сохранить лицо.

— Да. Попробую, по крайней мере, — твёрдо сказала она.

«Только эту тему больше не трогай», осталось невысказанным.

— Хорошо, — кивнул Эмия. — Тогда план такой: я займусь этой штукой, а ты пока найдёшь мне кое-что...

* * *

— Как тебе вот это? Толстый, крепкий. Любую машину остановит как вкопанную, — спросила по связи Шепард, похлопав ладонью по стволу дерева в отдалении.

— Нет, слишком здоровый. Сами же потом себе дорогу перекроем. Нужно, чтобы крона была достаточно густой и объёмной: когда дерево начнёт валиться, они должны запаниковать, но не так, чтобы потом нам самим с ним возиться. И потом, валить его тебе придётся из пистолета, так что думай ещё и о толщине ствола, — ответил Эмия, не отрываясь от работы.

Он разложил на широком листе какого-то растения — размером почти с развёрнутую газету — и принялся разбирать на нём свой пистолет и винтовку. Вообще-то смешивать мелкие детали от двух стволов было ужасной идеей, но оба огнестрела он знал достаточно хорошо, чтобы не переживать из-за этого.

— Так они просто через него проедут, нет?

— Поэтому мы и делаем это именно здесь, — он показал ей на дорогу. — Поворот. Если они попытаются проскочить, не видя дальше полотна, то, скорее всего, уйдут в кювет. А если начнут стрелять, маскировки у нас тут хватит, чтобы просто улизнуть и попробовать в другом месте — или вообще что-нибудь другое.

— Ну... допустим, — пожала плечами Шепард и пошла дальше искать.

— Внимание: на севере города только что, мать его, сложился дом. Сначала будто рвануло, потом он просто рассыпался, — вклинился в канал связи голос Кассани.

Эмия нахмурился, отмечая это про себя и пытаясь понять, что именно произошло — внутренний подрыв, случайное попадание, взрывчатка. Сказать было трудно, но знать стоило.

— Принял.

После этого он вернулся к разборке обоих стволов, одним глазом продолжая следить за дорогой. Шепард тем временем ходила туда-сюда вдоль обочины, постепенно уходя всё дальше и дальше в поисках подходящего места.

Добравшись до блока боеприпасов в снайперской винтовке, Эмия с любопытством присмотрелся. На нём крупными чёрно-жёлтыми буквами было выведено: «Учебные фазовые боеприпасы II — только для учений!».

Что именно это означало, он не знал, так что только пожал плечами и продолжил.

В какой-то момент по дороге проехала машина, и они оба тут же прижались к земле. Что-то вроде шестиколёсного, серьёзно усиленного броневика, хоть и без внешних турелей. Внутри мелькали фигуры в бронескафандрах, а значит, сопротивление там ожидалось бы серьёзное; даже если бы у них уже всё было готово, нападать на такую цель они всё равно не стали бы. И потому Эмия с Шепард просто лежали тихо, надеясь, что их не засекут.

Радар становился всё большей проблемой, и Шепард ещё раньше спросила, нет ли у него идей, как от него прятаться. Эмия немного поэкспериментировал и, к своему удивлению, способ нашёл.

Пока машина проезжала мимо, они оба отключили в бронескафандрах и омни-инструментах основные функции, хотя загрузка при обратном включении означала бы, что в случае боя они останутся совершенно беззащитны. Впрочем, с учётом разницы в числе бойцов это всё равно мало что меняло, рассудил он, и Шепард после недолгих колебаний согласилась, когда он назвал всё это «полевым экспериментом».

До этой функции он добрался, пролистав руководство к бронескафандру и покопавшись в базе данных производителя в экстранете, а также в инструкциях к разным моделям. Военные линейки, судя по всему, немного отличались, но основы оставались теми же.

Конечно, раз их кинетические барьеры при этом не работали вовсе, Эмия почти не сомневался, что ходит по самой грани правил. С одной стороны, костюмы не фиксировали бы попадания, и в этом смысле они становились будто бы «неуязвимыми». С другой же стороны, на деле они оставались голыми: только броня да встроенные медсистемы, а значит, по-настоящему уязвимыми.

Впрочем, от большинства попаданий сама броня всё равно должна была спасти, так что не совсем уж это было самоубийство.

И поскольку никто прямо не запрещал пользоваться этой функцией, а в доступных ему правилах ничего подобного вообще не оговаривалось, они решили, что, если это потом всплывёт, проще будет попросить прощения, чем заранее разрешения. В конце концов, броню-то они не снимали, так ведь?

Когда машина проехала мимо, не замедлившись и даже не остановившись, оба с облегчением выдохнули.

— Похоже, сенсорика цепляет электромагнитный фон от снаряжения, а не какие-нибудь жизненные показатели... — пробормотал себе под нос Эмия.

В этом был смысл: сенсоры, достаточно чувствительные, чтобы ловить жизненные показатели, наверняка хватали бы вообще всё подряд. А избыток информации порой ничуть не лучше её нехватки; это почти как светошумовая граната для глаз.

После этого Шепард, кажется, с удвоенным рвением занялась поисками подходящего дерева, и ещё через пятнадцать минут вернулась туда, где он работал. Без нормального инструмента ему приходилось изгаляться — использовать край кожуха как отвёртку и тому подобное. Впрочем, ему не впервой.

— Ты точно понимаешь, что делаешь? — спросила она, нависая у него над плечом. — Может, лучше просто пользоваться тем, что у нас уже есть? Если свалить на дорогу здоровое дерево, мы и с пистолетами справимся. Остановим машину, потом снимем их из укрытия.

— Нет. У пистолетов мощности не хватит. Нам нужно что-то посерьёзнее, чтобы уравнять шансы.

— Хм-м... Ну, тебе виднее. Я нашла два дерева, которые подойдут. Если забраться наверх и связать их верхушки лианой или верёвкой, одно потащит за собой второе. Если пустить под углом, оба лягут поперёк дороги, крест-накрест, — пожала плечами Шепард.

Эмия поднял взгляд и задумчиво посмотрел на неё:

— Звучит неплохо. Помощь нужна?

— Не-а. Только надо сзади нарезать лиан. Думаешь, сработает?

— Не вижу причин, почему нет, — пожал плечами он и снова вернулся к работе.

Идея была в том, чтобы соединить компьютер его пистолета с компьютером снайперской винтовки — так, чтобы первый выполнял роль базового спускового механизма и одновременно позволял обойти ID-блокировку. Вообще-то Эмия уже придумал три способа это сделать, но к настоящему моменту два из них пришлось отбросить.

Похоже, не он первый когда-то до такого додумался, и встроенные предохранители это ясно показывали. Но если было хоть что-то, в чём он и вправду разбирался лучше большинства, так это оружие. Этим он, по крайней мере, мог гордиться без всяких оговорок. Его жизнь могла быть пустой фальшивкой, жизнью человека, который когда-то случайно набрёл на тропу и потом так ни разу по-настоящему не задумался, куда она ведёт. Но вот это было настоящим: оружие он знал.

Знал, как его делают. Как оно работает — и как система, и как инструмент. Как его чинить, как ломать и как заставить делать почти всё, что тебе нужно.

Так что немного нестандартного мышления, пара перекрёстных проводов, немного возни — и в конце концов у него в руках оказалось нечто, с чем уже можно было работать. Он даже слегка улыбнулся, хотя и отметил, что пистолет, свисающий сбоку снайперской винтовки, делает всю конструкцию ужасно неудобной: носить и прицеливаться с ней более-менее реально разве что лёжа.

Но это ничего. Он мог взять дистанцию и отстрелять их издали. В конце концов, это и была снайперская винтовка.

— Так, теперь проверить...

Он вручную выкрутил мощность на минимум, чтобы звук был потише, и навёл ствол на дерево вдали, на фоне холма. Случайно попасть там в кого-нибудь шансы были бы ничтожны, а при такой густоте деревьев и кустов вокруг звук всё равно должен был приглушиться.

Его сердце чуть ускорило ход, когда его палец лёг на спуск. Момент истины.

Он нажал...

*Бу-ум!*

Эмия широко ухмыльнулся и тихо засмеялся, любуясь оружием и отмечая отдачу и линию выстрела. Из-за того, что компьютер пистолета выступал лишь посредником, автоприцеливание использовать было нельзя: оно просто не было откалибровано под параметры снайперской винтовки. Значит, оставался только простой режим — стрелять на глаз.

Ну и ладно. С этим он справится. С «тупым» оружием старого образца ему приходилось иметь дело предостаточно.

А потом до него дошло.

— Чёрт, — тихо выругался он.

Ствол дерева, в который он выстрелил, оказалось пробито насквозь.

«Защитная прошивка не работает. Она стреляет в полную мощность!»

В учениях такую штуку использовать было нельзя. Если снаряд пробьёт чей-нибудь кинетический барьер, он убьёт.

— Это что было? — спросила по связи Шепард, вырвав Эмию из раздражённых мыслей.

— Починил, но вылезла другая проблема. У тебя там всё нормально?

— А? Серьёзно...? Э-э, да, у меня всё нормально. Почти закончила. Со вторым деревом пришлось работать аккуратно. Выбить из него надо было ровно столько, чтобы оно потом пошло вслед за первым, но при этом не рухнуло раньше времени.

— Отлично. Тогда, как вернёшься, сверим план. Конец связи.

Отключившись, Эмия снова посмотрел на свою собранную на коленке винтовку:

— Чёрт. Об этом я не подумал.

Он разобрал её, собрал обратно свой пистолет и проверил его. Прошивка всё ещё была на месте, и это, по крайней мере, немного успокаивало.

Вскоре Шепард вернулась, села рядом и молча наблюдала, как он снова и снова пытается найти решение.

— А ты правда любишь оружие, да...? — вдруг сказала она.

Эмия так резко застыл, что даже не сразу поднял на неё взгляд.

— Что?

— Ну... у тебя всегда такой вид, будто тебе это нравится. Когда ты копаешься в стволах, — с лёгкой полуулыбкой продолжила она.

— Нет, я просто... Нам нужно, чтобы это заработало, вот и... — слабо возразил он и осёкся, нахмурившись уже самому себе.

Шепард лишь посмотрела на него с любопытством, будто изучала какого-то странного зверька. Эмия покачал головой и снова перевёл взгляд на винтовку.

Она работала отлично. Даже слишком отлично. Он снова вздохнул и скрестил руки.

— И в чём проблема?

Эмия по-прежнему хмурился:

— В прошивке. Базовая система работает, но она разная у этих двух стволов, поэтому такие вещи, как автоприцеливание и регулировка мощности, не срабатывают. Расчёт эффекта массы и узел, который срезает стружку с блока боеприпасов, работают как надо — то есть выстрел идёт. Но из-за того, что конденсаторы и рельсы здесь больше, мощность автоматически масштабируется следом.

— ...То есть если надо прострелить двигатель машины, то без проблем. А вот если стрелять в человека, его просто убьёт? Если, конечно, ты вообще попадёшь.

— Примерно так. И попал бы. Проблема в софте, а значит тут нужен взлом. А я даже не представляю, с какой стороны к этому подступиться, особенно если для этого придётся пролезать через файрволы Альянса Систем... — кивнул Эмия.

Они немного посидели молча, пока Эмия всё злее смотрел на разобранное оружие.

— Так ты всё-таки собираешься податься в Разведчики? — спросила Шепард, кивнув на винтовку, а потом на лес вокруг. — У тебя, похоже, хорошо получается всё вот это.

Эмия снова моргнул; мысль о том, не попробовать ли ему перенастроить всю систему с нуля, даже если для этого придётся сперва спалить часть внутренних датчиков, оборвалась на полпути.

— Ну... что-то вроде того, — признал он.

Общая инженерная подготовка формально и правда позволяла потом податься на программу «Разведчик», но сходства там было так мало, что переучиваться пришлось бы почти с нуля. А он собирался просто на Марс, и всё.

— Ты всегда такой уверенный. А я до сих пор не понимаю, чего хочу. Вообще ни в чём, — тихо призналась Шепард, глядя в землю. — То есть с оружием у меня всё получается только тогда, когда я ношусь как угорелая и не успеваю слишком много думать.

Она выдохнула:

— А единственное направление, где это вообще востребовано и где ты не просто очередной морпех из пушечного мяса, это Солдат по N-программе. Но баллов, чтобы туда пройти, у меня не хватает, — она вздохнула. — Ну, может, и ничего страшного. Отсидела бы пару лет на каком-нибудь корабле до конца контракта. Только, по-моему, я вообще ничего от этого не получу.

Эмия посмотрел на неё, на миг замешкавшись.

Ему хотелось сказать себе, что говорить ему тут нечего. И всё же где-то внутри его собственное мнение упрямо прорывалось наружу.

«Солдат по N-программе, значит?, — задумался он.

Склад у неё был правильный. С теми ребятами из спецназа, которых он встречал в прежней жизни, она бы сошлась без труда. Та самая, почти социопатическая мания в самой гуще боя — тот хищный оскал, который появлялся у неё, стоило только вокруг засвистеть пулям и дать ей в руки оружие, — и вдобавок полное отсутствие по-настоящему близких людей вне службы.

— Д-да... В общем, глупая затея, я...

— Думаю, ты бы вписалась, — сказал он, просто озвучивая честную оценку, и снова вернулся к сборке винтовки с подвешенным к ней пистолетом.

У него появилась одна мыслишка. Возможно, она ещё могла сработать.

— Правда? — спросила Шепард, слегка ошарашенно посмотрев на него.

Он кивнул, даже не поднимая глаз. Либо поверит, либо нет; убеждать её не входило в его обязанности.

После этого они несколько минут молчали, пока Эмия не закончил заново собирать свою криво собранную винтовку.

— Эмия, можно попросить тебя об одолжении? Очень большом.

— М-м? — он поднял на неё взгляд.

Она выглядела серьёзной. Даже решившейся. И это, почему-то, показалось ему правильным.

— У меня недостаточно хорошие оценки, чтобы пройти в N-программу. Письменные тесты я завалила, ну... сам понимаешь. Но если я очень хорошо покажу себя здесь... Если я... если мы выполним много дополнительных задач, мне могут это засчитать и пустить прямо в N-программу.

Эмия долго смотрел на неё, выдерживая её настороженный взгляд.

— ...Давай сначала добудем машину, а потом посмотрим, что можно сделать.

Она улыбнулась, сжала кулак и кивнула:

— Давай.

Он тихо хмыкнул и глубоко вдохнул.

— Но сначала посмотрим, удастся ли мне это вообще заработать.

Шепард моргнула:

— Ты её починил?

— Не-а. Но сейчас я позвоню в техподдержку и послушаю, что она на этот счёт скажет, — с усмешкой ответил он.