Джедай почти не виден (джен)

Деловая игра «Звездные войны: выведем галактику из кризиса» в самом разгаре. К студенческим командам Вышки и Плешки уже присоединились их преподаватели, причем из маститых. Сборная правительства и ЦБ, поначалу с отстраненной снисходительностью наблюдала за процессом, теперь обсуждала очередную вводную с азартом, от которого пацаны-студенты шалели.

Как организаторам пришло в голову провести тренинг среди действующих и будущих политиков и экономистов на материалах пресловутой фантастической саги, черт его знает. Студенты откликнулись сразу. В правительстве поворчали, не до игр, мол, у самих доллар того гляди рухнет, будь он не к ночи помянут. Так что Самому пришлось на подчиненных рыкнуть, напомнив о воспитании гражданственности и деловой активности у молодежи.

Но затея оказалась на удивление увлекательной. Так что и депутаты Гос Думы в группах поддержки всех трех команд замелькали. И зам министра финансов считает вполне возможным выскочить в коридор, чтобы позвонить шефу в Пекин и посоветоваться. Причем выскакивает не из-за того, что боится быть подслушанным молодыми конкурентами. Этап, когда каждая команда продвигала исключительно свой проект, давно прошел. Теперь все участвуют в общем мозговом штурме, отрабатывая детали единого плана выхода из галактического кризиса. Просто телефон в актовом зале тихого подмосковного санатория сеть не ловит категорически. Один шаг в коридор — и вся антенна, а внутри — полный ноль у всех операторов.

О том, что, делая этот шаг, они переходят из мира в мир, никто не догадывался. А на неприметных зрителей, наблюдающих за дискуссией, внимания не обращали.

Тогда же как Ле Бертес старался присутствовать на всех раундах обсуждения с начала до конца. Конечно, результаты правительство Корусанта получит в печатном виде. Для этого все и затевалось. Но Бертес старался уловить те детали, которые не войдут ни в конечный документ, ни в стенограмму. Подчас одна фраза способна дать толчок для размышлений.

Как большинство жителей центральных секторов галактики, Ле Бертес привык жить в многоязыкой пестроте рас и легко схватывал новый язык. И сейчас говорить по-русски он не пробовал, но смысл в целом уже улавливал и без синхронного перевода. И еще странно наблюдать за тем, как куча очень разных людей, собравшись вместе, не только амбициями меряются, а решение проблемы не забывают искать. И ведь находят. Может проблема Небесной Реки в том, что Сенат на Корусанте много веков так не работает?

Министру горько об этом думать. Но думать надо, и не только об этом. Поэтому, как ни интересна дискуссия, Бертес вышел из неприметной закрытой ложи, стоило лишь охраннику сообщить о том, что правительство в сборе.

Формально резиденцию из старого комплекса в Храм никто не переносил. Но в последние дни они то и дело собирались именно здесь. Надо лишь пересечь небольшой садик перед храмовой библиотекой, где сейчас играют дети из приюта Органы. Ле Бертес помахал рукой присматривавшей за ними знакомой. Не так чтоб помощница сенатора была ему подругой, но в доме приятеля министра инженера Кравва встречались.

На то, что девушка на приветствие не ответила, спешащий министр не обратил внимание. На удивленный же взгляд более внимательной напарницы Аватта брезгливо сморщила нос:

— Фу. Несется как СИД-истребитель и вырядился во все черное. Не иначе, как новому хозяину подражает. Конформист.

Та согласно кивнула, хотя и проводила молодого амбициозного политика взглядом, скорее заинтересованным, чем осуждающим.

В приспособленном для заседаний бывшем информатории собравшиеся с интересом рассматривали трехмерную карту будущих владений Новой республики. Союз десятка систем, по расчетам специалистов, будет устойчивым и самодостаточным.

— Мало-то как. В империю, да и в старую республику входили тысячи и тысячи… — печально вздохнула Лея.

— Нет, все верно, — с ходу включился в дискуссию Бертес. — Ядро должно быть компактным и сплоченным. И уровень жизни обеспечивать такой, чтоб другие от зависти сдохли. И тогда остальные мало помалу сами к нам придут. Главное — не торопиться.

— Но этот десяток миров нам надо объединять без лишних сантиментов: силой, хитростью, деньгами, — чуть брезгливо передернул плечами Скайуокер-младший.

— Перед этим туда надо долететь. А у нас ни одного работающего ионного реактора нет, — вернул всех на бренную землю Соло.

— Зато спецы с Земли уже справились с вирусом в бортовых компьютерах ИЗР-ов.

— Еще бы им не справиться, если они его и запустили.

— И все для производства топлива у нас есть. Только в разобранном виде. Оборудование на складах Корусанта, а реактор на Луне. И чтоб они встретились, нужно топливо, а его нет.

— То есть имеем чисто техническую проблему доставки груза с планеты на спутник, — куда более азартно заговорил Люк.

— А проблема рабочей силы тебя больше не волнует? — осадил его энтузиазм Хан.

— Я полагал, что техники флота… — смутился председатель временного правительства. Мысль о том, что военный персонал будет рисковать здоровьем у ионного реактора не меньше гражданских, пришла к Люку только что. До этого готовность имперцев выполнить любой приказ казалась само собой разумеющейся. Нет, в выполнении приказа Скайуокер-младший и сейчас не сомневался. Сомневался в этичности такого приказа.

— Правильно полагал. Они присягу давали. Да и рисковать придется не больше чем обычно, — впервые заговорил Вейдер. — Хотя некоторое количество профильных специалистов понадобится.

— Думаю, с десяток инженеров-добровольцев найдем, — откликнулся Бертес. — Списки в министерстве имеются. Встречусь, поговорю. Люди, которым за свое дело обидно, всегда есть. Кроме того, им-то к реактору лезть не надо.

— Что там с вашей программой по перепрограммированию боевых дроидов для работы в активной зоне?

— Возникли трудности с устранением прежних программ. Новые задачи роботы вроде бы решают, но стоит ситуации выйти за рамки штатной, как в них срабатывает прежние установки. А к чему может привести стрельба в непосредственной близости от реакторной зоны, всем ясно, — устало, видимо уже в сотый раз пояснил ситуацию Калриссиан.

— Полностью снести старое программное обеспечение не пробовали? — напротив, впервые оживился пришедший с Вейдером землянин с позывным Псих.

— Не получается.

— Посмотреть надо. Есть у меня программка, говорят, специально для Пентагона деланая. Сжирает все, жесткие диски едва ли не обгладывает.

Из дальнейшего обсуждения Калриссиан с Психом выпали. Обсуждать возможности то ли предназначенной для нейтрализации некоего Пентагона, то ли им заказанной программы интереснее. Остальные все более азартно спорили о том, следует ли сперва восстановить заводик на самом Корусанте, и получить топливо для организации ремонта большого реактора, или не стоит рисковать и без того разбалансированной экосистемой планеты, а оборудование на орбиту доставлять неким нетрадиционным способом, который еще надо придумать. Собственно, Люк и Хан этим и занимались. Сейчас они — не министры антикризисного правительства, а те, кем в сущности всегда являлись — классные пилоты. И им сейчас хорошо от того, что хоть ненадолго они оказались в родной стихии.

А вот Ле Бертесу стало скучно. Видимо, почуявший это Вейдер подошел к нему, а не к пилотам, дискуссия которых его тоже интересовала.

— Позвольте полюбопытствовать, вас-то как в правительство занесло. Вы ж с повстанцами при старом режиме дела не имели. Или мои сведения не верны?

— Нет. Ваши сведения точны, мой лорд. Еще два года назад я работал управляющим транспортного узла Корускант-Центральная. Зарабатывал неплохо и, накопив приличную сумму, за считанные месяцы до кризиса подал в отставку. Решил заняться изучением прошлого. Я еще прошение на ваше имя подавал о доступе к информаторию бывшего джедайского храма. На почве интереса к Ордену познакомился с Люком. Дал ему пару, надеюсь, дельных советов и был приглашен в его команду.

— Хоть в чем-то Люк не ошибся.

— Благодарю вас, мой лорд.

— И зря. Потому что доказывать свою проф пригодность придется прямо сейчас. Наши асы нашли приемлемое техническое решение, а его организационную сторону воплощать вам.

* * *

Двумя неделями позже в районе бывшего центрального парка Корусанта

Отделение капрала Рика стояло в оцеплении внутреннего периметра перевалочной площадки — некогда огромного парка со стороны неплохо сохранившегося стадиона. От парка считай ничего не осталось. Без искусственного орошения и подкормки растения погибли, а стволы растащили на хозяйственные нужды жители окрестных кварталов, да так тщательно, что и пней не осталось.

На этой ровной и свободной площадке в сотню гектаров сейчас лежала очередная партия контейнеров. Противно взвыла сирена и металлический голос оповестил сектор о необходимости немедленно покинуть закрытую зону, строго соблюдать правила техники безопасности и все распоряжения властей в районах, к ней прилегающих.

Рик запрокинул голову, наблюдая за опускающейся на высоту около десяти километров громадиной «Исполнителя». Тень заскользила по пустым трибунам стадиона и замерла над площадкой как приклеенная. Уши заложило от тихого, но вязко-тяжелого звука. О том, что луч захвата посадочной палубы работает вовсе не бесшумно, Рик узнал только что. И, наверное, не он один. В вакууме не слышно, а в атмосфере им никто не пользовался. Теперь же он неспешно заносит в утробу «суперразрушителя» грузы для ионного реактора.

Время от времени луч отклонялся от площадки на десяток метров, и тогда в высь устремлялся столб пыли, мусора, вовсе не маленьких обломков ближайших построек. А ведь все, что казалось не слишком надежным и прочным, убрали в радиусе почти километра. Так что промахнись пилоты «Исполнителя» больше, чем на этот километр, и мало никому не покажется.

Рик с гордостью, словно о собственной заслуге, подумал о том, что пилоты «Исполнителя» не ошибаются. Класс, знаете ли, не тот. И груз заберут, и так же ювелирно к Луне вырулят, и без челноков, а значит — лишних трат топлива, разгрузятся. Это горделивое настроение портила единственная мысль: Рик не знал, остался ли после последнего боя в рубке «Исполнителя» хоть кто-то из прежнего, выдрессированного Дартом Вейдером экипажа.

Мысль о темном лорде вернула капрала к делам насущным. Вечером, после смены надо найти Ишме и попросить, чтоб замолвила словечко о переводе в десантную бригаду флота. Делать это не очень хотелось, но Рик сам себе дал слово, если сегодня «Исполнитель» покажет класс, то он начнет активно добиваться перевода на корабль.

Раньше он с этим не торопился по нескольким причинам. Прежде всего, не хотелось обижать нынешних сослуживцев. Сейчас под названием «имперские штурмовики» кто только не оказался. От действительных бойцов штурмовых отрядов космического десанта, до полицейских и судебных приставов. Словом, все, кто отозвался на зов лорда и встал под ружье.

Лишних вопросов приходящим не задавали. Но во многом благодаря знающим толк в службе парням, как Рик, дисциплину в этом разномастном воинстве навели жесткую. И уровень боевой подготовки довели до весьма недурственного. Во всяком случае, на Корусанте почти не осталось мест, куда их патрулю не стоит заходить без огневой поддержки. Да и население к ним сейчас относится куда теплее, чем даже при императоре. Так что теперь он, пожалуй, гордится службой плечом к плечу со вчерашними квартальными и техниками.

Не в этом суть. А в том, что скоро заработает лунный реактор, а значит, флот пойдет в поход. И махать им вслед платочком Рик не намерен. Капрал аж заулыбался, представляя себя в полном боевом доспехе с голубеньким платочком в руках.

Но тут последний контейнер оторвался от земли и поплыл к «Исполнителю». Стоило ему скрыться в его чреве, как вновь завыла сирена. Но, перекрывая ее рев, с верхних ярусов стадионной трибуны раздались аплодисменты и вопли восторга. Столь шумная компания прыгала и махала руками вслед уходящему «суперразрушителю». Вот ведь неугомонные, через три кордона оцепления пробрались.

Рик грозно развернул цепь своих бойцов в сторону нарушителей. Те замахали теперь солдатам. Мол, видим, уже боимся, и сейчас уходим, не волнуйтесь, ребята. И правда, исчезли.

Но настроение слегка испортилось. Хотя, нарушители тут особо ни при чем. Просить старую знакомую о в общем мелкой помощи было просто неловко. Нет, время, когда Рик шарахался при встрече с Ишме, давно прошло. Не то, чтобы опасался чего-то, просто не хотел напоминать гордой женщине о ее недавнем прошлом.

Но потом стал случайным свидетелем неприятной сцены. Его попросили помочь перетащить какую-то мебель на половине сенатора Органы. (Это начальство друг на друга волками глядят, а рядовым сотрудникам правила общежития куда легче давались). В общем, Рик возился с рассохшимся шкафом, когда в залу зашла секретарь Дарта Вейдера с бумагой для сенатора. Органы и здесь не оказалось. Как Рик понял, Ишме искала его уже довольно давно, но получить внятные пояснения от его окружения не могла. Причем у капрала сложилось впечатление, что те не столько не знали, сколько не хотели помочь.

Мало того, один из вечно крутящихся возле Органы бывших сенатских деятелей презрительно бросил ей в спину грязное «б…». Та, естественно, услышала, но не оглянулась. Только плечи чуть дрогнули, как от толчка в спину. Ну, Рик и не сдержался. Врезал сенатскому прихвостню промеж рог. В общем, уходили они опять шумно: пусть не с боем, но со скандалом. Правда, страсти за спиной сильно поутихли, стоило на границе секторов появиться двухметровой фигуре в черном. Только сенатский хам захрипел в тишине.

— Благодарю вас, капрал, — рокотнул вокодер черной маски. — Вас же, моя госпожа, прошу меня простить. Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы подобное не повторялось впредь.

Черная фигура с неожиданной для ее габаритов ловкостью, опустилась на одно колено и обозначила поцелуй руки дамы. Затем лорд неспешно удалился, уводя свою спутницу под руку. Горделиво держащая голову Ишме лишь на миг повернулась чуть в сторону, чтобы благодарно улыбнуться Рику.

У того отлегло от сердца. Теперь во время случайных встреч в храмовом комплексе они искренно улыбались друг другу. Но обращаться к Ишме с просьбой все равно было совестно.

Но решил — значит решил. Правда, до казармы капрал добрался лишь на следующие сутки. Некая банда наивно решила, что коли войска стянуты на оцепление, то на другом полушарии можно безнаказанно продовольственные склады грабить. Пришлось срочно доказывать неправомерность этой паскудной мысли.

Вернувшись в расположение части, Рик к вечеру перебрался ближе к информаторию. Заходить в приемную лорда Вейдера он не рискнул бы. А тут велик шанс встретить идущую по какому-нибудь делу секретаря. Она, действительно, скоро вышла. Правда, не одна, а в шумной компании министра Соло с супругой и Люка Скайуокера.

Собственно, шум, вопреки здравому смыслу издавали не дамы, а два министра переходного правительства. Причем активная жестикуляция и возбужденная речь вызваны отнюдь не изменениями ключевых показателей базовых отраслей экономики. Насколько Рик мог понять, обсуждался вчерашний полет «Исполнителя». И двое из пяти управлявших «суперразрушителем» пилотов стояли сейчас перед капралом. Сперва сообразивший, о чем речь, штурмовик попробовал обидеться за флотских. Что, у адмирала Пиетта своих классных пилотов нет, чтоб всякую сепаратистскую сволочь за штурвал сажать? Но сделать это как следует у Рика не получилось. В конце концов, маневрировать «Суперразрушителем» в атмосфере — все равно, что на банте через лотки с посудой пробираться. Такому ни в одной Академии не учат, да и на плановых учениях едва ли отрабатывают. Так что, может и правильно, что за штурвалом лучшие из лучших без оглядки на все прочее. Только бывшие асы повстанческого Альянса за пультами такой «крошки» сроду не сидели. Отсюда бурная радость и нескрываемая гордость от успеха в общем-то безнадежного предприятия.

Вот только дамам слушать про геостационарное позиционирование крейсера посредством его маневровых двигателей давно наскучило. Так что обе дружно обрадовались появлению того, кого поджидала их компания. Высокий немолодой мужчина с обожженным лицом подхватил обеих дам под руки и крикнув бравым пилотам, чтоб не отставали, направился вглубь храмовых коридоров.

Это стало для Рика неожиданностью. Он-то, глядя на строгие костюмы мужчин и вечерние платья женщин, решил, что они в город собрались. Поэтому аккуратно отошел к внутренним коридорам, чтоб зря на глаза не попадаться. Разговаривать при посторонних, тем более, столь высокопоставленных людях, он не собирался. А теперь вышло, что торчит прямо у них на дороге, и свернуть некуда.

Впрочем, лишних вопросов о том, чего это он тут не ко времени шатается, ему не задали. Капрал отсалютовал как положено, ему кивнули на ходу и разошлись.

Не то, чтобы расстроенный неудачей, скорее тем, что попытку придется повторять еще, Рик направился к себе. Но встретил на пути министра Бертеса. Этот мимо праздно шатающегося бойца молча не прошел.

— Вы что-то хотели, капрал?

Министр внимательно смотрел на Рика красными от усталости и недосыпа глазами. Не он вел «Исполнителя» в безумно сложный маневр. Но неделю стоящий в оцеплении штурмовик в курсе, кто и какими усилиями обеспечивал расчистку площадки, доставку на нее груза, контроль за отселением соседних кварталов и тысячу прочих мелочей, без которых успех не обеспечил бы самый виртуозный ас на самом совершенном корабле. В общем, нагружать своими проблемками занятого и с ног от усталости валящегося человека капрал намерен не был.

— Никак нет, г-н министр.

— И все же? — поверить на слово природная въедливость не позволила.

— Да, так, парни болтают, что скоро штурмовую бригаду для галактического рейда набирать будут. Вот я и хотел разузнать, как туда попасть….

— Почему рапорт непосредственному начальнику не подали?

— Так ведь слухи только.

— Тем не менее рапорт подавайте. Самое время. Я проконтролирую.

— Спасибо, г-н министр.

Тем временем семейство Скайуокеров шагало по весенней Москве. Город показался Люку странным. Плоский, словно городишки родного Татуина, но неким внутренним величием не уступающий и Корусанту. А по суете уличного движения столице галактики в ее нынешнем состоянии давал сто очков форы. За былое величие Люк не ручался — тогда ему в Корусанте бывать не приходилось.

Лея и Ишме все так же шли с двух сторон от Вейдера. Хан же чуть сбавил шаг и, поотстав, заговорщицки толкнул приятеля плечом.

— Слышь, брат, может к ситху этот театр? Какой-то он с виду и не особо большой… Девочек лорд в одиночку выгуляет, а мы по пивку.

Люк от идеи собирался отказался. Ему было любопытно. В свои двадцать пять в театре он еще не был. Ни в Государственном Академическом Большом города Москвы, ни в Имперском галактическом планеты Корусант, ни в каком еще. И неизвестно, когда такой шанс выпадет в другой раз.

Но отвечать не пришлось. Дарту Вейдеру хватило одного взгляда, чтобы зять резко поменял намерения.

— Папа сказал: балет, значит — балет. Буфет небось и в театре имеется. И как на сцене поют и в нем слышно.

— В балете не поют, — со смехом уточнила Ишме.

Она уже перестала стесняться родни Аникея. Он представил ее сыну и дочери в качестве «своей женщины» ровно через неделю после начала их отношений. Если дело и дальше пойдет такими темпами, скоро, не ровен час, до официального предложения дойдет. Не ровен час — не от того, что Ишме не хотела этого. Просто она не знала, что она должна ответить на подобное предложение. Но несвоевременность подобных хлопот Вейдер и сам чувствовал. А вот отношения со Скайуокерами у потенциальной леди Вейдер (или как там следует величать жену ситха?) сложились вполне теплые.

Когда они вернулись, над этой частью Корусанта была глубокая ночь. Дарт Вейдер задумчиво смотрел на отражающие свет невидимого солнца словно сотня крохотных лун, корабли на орбите, и на настоящую Луну, которая теперь не просто попусту светило, но и грело душу надеждой. Впрочем, к ситху мысли о делах. Вид эскадры на орбите просто красив.

Вейдер наконец задернул штору и повернулся спиной к окну. Холодный и тревожно-щемящий свет звезд и их рукотворных подобий сменило уютное тепло лампы на прикроватном столике. У лампы лежала книга. Лорд недостаточно хорошо читал по-русски. Понял только, что это стихи.

— Спасибо за чудесный вечер.

Ишме уже переоделась в домашний халат и распустила по плечам волосы.

— Я рад, что тебе понравилось.

— Понравилось? Сказать понравилось — это ничего не сказать. Это настолько другое. Я не знаю, как это выразить словами, но дело даже не в пластике. Во внутренней глубине, что ли. Ты же помнишь наши постановки.

— Честно говоря, не очень. Я в театр все больше по работе ходил. На сцену отвлекаться некогда было.

— Если у меня получится может и не в танце — в слове, в музыке, еще как-то донести эту глубину до наших людей, то…

-То жизнь удалась? — мужчина со смехом подхватил свою женщину на руки при этом ухитрился не выронить ридер. Когда они опустились на диван, Ишме аккуратно взяла книгу из его рук.

— Вот, пробовала переводить с русского. На межгалактическом не очень получилось. А на корусанти вроде бы ничего:

Весна шепнет тебе: «Живи…»

И ты от шепота качнешься.

И выпрямишься.

И очнешься.

Все начинается с любви!