Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

— Чего?

— Ничего.

— Вот и прекрасно. Давай рассказывай, как у тебя Слизерин в прадедушки затесался.

— А может, мы сначала узнаем, так это или нет?

— Проверки не ошибаются.

— Ну, Том. Тебе сложно, что ли?

— Сложно.

— Том, тебе ведь действительно не сложно.

— Ладно. — Он схватил Гарольда за руку и аппарировал.

Они оказались перед большим гобеленом. Через секунду к ним присоединился Геллерт. Гарольд с интересом стал рассматривать гобелен. Сверху был Сальвазасахасар Салазар Слизерин. Так что, как ни странно, вероятность ошибки исключалась. От него шли четыре линии. К Геллерту Певереллу, Маргону Слизерину, Альфену Гонту и Эллианне Слизерин. Но имя Эллианны было обозначено желтым цветом. «Она была сквибом?». От самой Эллианны шла тоненькая линия к Лили Поттер. А от той к Гарольду Александру Джеймсу Поттеру. «В общем всё правильно. Но как это возможно?». Он решил найти других сквибов и посмотреть, от всех ли тянутся такие тонкие линии. От них были такие же линии, как и от других. С тем лишь исключением, что их дети обычно были маглами. «О! Волшебник...» Он несколько раз перевёл взгляд с надписи "Томас Марволо Риддл" на Тома и обратно. Ещё раз посмотрел на надпись выше: "Меропа Гонт — Томас Риддл". Причём изображения её мужа не было. «То есть он был маглом. Да, и между ними совсем тоненькая линия... То есть и в браке они не были. Бедный Том...»

— Не вижу никого. — Заметил Геллерт.

— Я вижу. — Том озадаченно смотрел на ветку Эллианны.

— Где?

— Вот.

— ...Понятно, почему ты сомневался. — Геллерт посмотрел на Гарольда. — Александр?

— Мгм. — Заметив, что Геллерт удивлён, но не слишком сильно, он решил спросить. — А как такое, — он указал на линию, связывающую Эллианну и Лили, — может быть?

— Ну видишь, твоя мать выглядит точно так же, как Эллианна? Скорее всего, это фактически и была она. Так очень редко делают со сквибами. Ритал называется «спящая душа». Душа как бы засыпает и через сколько-то поколений просыпается в теле потомка-мага. — «Звучит дико и невероятно. Но объясняет произошедшее». — Получается, Том твой... Пра-пра-пра- и ещё пятнадцать раз "пра" племянник.

— Да-да. — Тома больше интересовало другое. — Я решил, что Лили была приёмной, так как ритуал над кровью её сестры не показал твою мать. Но получается, Лили была всё же сестрой Петуньи.

— Ритуалы над кровью маглов и детей показывают родителей и братьев, сестёр. — Пояснил Геллерт. — Но у Петуньи были показаны родители и всё, вот мы и решили... Но я с тобой, Том, не согласен, они родились от одних родителей, но они не сёстры.

— Родились от одних родителей, и значит, сестры.

— Нет.

— Да.

— Отцом Лили был Салазар Слизерин, а отцом Петуньи — магл. Как они, по-твоему, должны быть сёстрами?

— Так.

Они несколько минут играли в гляделки. После чего Том отступил.

— Ладно. — Он посмотрел на гобелен. — Надо было сюда хоть иногда заходить. — Он снова взял Гарольда за руку и аппарировал обратно.

— Давай дальше рассказывай, что там у тебя с родословной.

— Да, смотрите. — Он протянул пергамент. Геллерт и Том пару минут изучали его.

— Хорошо. А с дарами?

— Вот. А как я мог стать наследником Гриндевальдов?

Том недовольно посмотрел на Геллерта. — Я же говорил.

— Хорошо, ты оказался прав. Но давай потом об этом.

— Ладно. — Они стали изучать второй пергамент.

— Тёмная и светлая магия, так как ты серый маг. Менталистика, серпентанго и зельеварение от Слизеринов и боевая магия от Поттеров. В общем, тебе досталось всё, что только могло.

— Чисто теоретически ещё могла быть анимагия от Поттеров и ритуалистика от Блэков.

— Геллерт...

— Просто говорю.

— Так что с Гриндевальдами? — Гарольду хотелось поскорее понять всё, связанное с проверкой.

— С Гриндевальдами... Понимаешь, когда в роду почти не осталось членов, магия может назначить магического наследника.

— Но для этого нужно быть магически связанным с членом этого рода... — Гарольд начал догадыватся, что его зачем-то связали с Геллертом.

— Нужно.

— И?

— Я твой крёстный.

— ...Чего?! В каком смысле?! Почему?!

— Сириус Блэк не мог находиться рядом с тобой, и ваша связь почти исчезла, так что разорвать её ничего не стоило. Так было проще с юридической точки зрения. Да и тебе нужна была магическая подпитка.

— Ясно... — Гарольд улыбнулся. Было понятно, что вторая причина куда более важна. Ибо было бы странно, если бы беглый преступник и тот, кто официально находится в тюрьме, заботились бы о юридической точке зрения. — Спасибо.

— Пожалуйста. А Певереллы, я полагаю, попали в список по схожей причине. Ведь получается, что основатель рода — твой дядя.

«Ну так-то да... Эллианна — его сестра, Лили — это Эллианна, а я — сын Лили... — Гарольд потёр лоб. — Ощущение, что мир за день с ног на голову перевернулся».

Он был очень рад, что открытия закончились и всё стало более или менее понятно. Они поужинали, он почитал часа два, и этот день наконец закончился.

Ещё через два дня Геллерт сообщил, что им в три нужно будет зайти к мастеру палочек и заказать Гарольду палочку. Гарольд поинтересовался, почему "заказать".

— Ну, до магического совершеннолетия дети пользуются совсем универсальными палочками. А дальше маги делятся на два типа. Кто-то берёт универсальную, но с небольшим уклоном в магазине вроде "Олливандера". Такие палочки состоят, как правило, из одного дерева и одной "начинки". Это делают либо потому, что считают, что дети не готовы к нормальной палочке, либо нет денег, либо маглорождённые и полукровки, которые вообще не в курсе, что можно иначе. Но большинство заказывает персональные палочки. Они состоят из нескольких ингредиентов и подходят строго одному владельцу.

— Понятно. «Бедные маглорождённые. Как они вообще живут, если попадают в волшебный мир лишь в одиннадцать? Я много чего не знаю, а им сколько всего навёрстывать...»

Мистер Кервин оказался на редкость молодым магом для мастера волшебных палочек. Лет сорока-пятидесяти. Он измерил Гарольда несколькими артефактами, после чего давал палочки и смотрел на реакцию магии. Минут через сорок они определили, что палочка Гарольда будет из бузины с волосом фестрала, пером феникса, жилой дракона и чешуёй василиска.

— Обожаю работать с серыми магами. Вы всегда сочетаете несочетаемое. Палочка будет готова через три недели. Стоимость составит 760 галлеонов.

Когда они уходили, Гарольд заметил: — Мне кажется, это много.

— Она будет помогать тебе на протяжении всей жизни.

— И всё же...

— Не всё же.

— Как скажешь, Том.

* * *

Альбус Дамблдор в который раз за последнее время задумался о том, кто, зачем и почему решил изменить мальчишке имя. Ему казались разумными несколько вариантов. Его усыновили, у него появился новый крёстный, и это всё же было малое магическое совершеннолетие. Все три варианта имели право на жизнь. Первый и второй могли бы помочь похитителям с юридической точки зрения. Но они бы не дали причинить мальчику серьёзный вред. А он сомневался, что кто-то из нейтралов или тёмных решит обязать себя быть на стороне козыря светлых. «Ну, кроме Северуса, конечно. Но не может же это быть он». Он усмехнулся собственной шутке.

А вот против третьего варианта говорило то, что должен пройти ещё год. Но всё же отсутствие крёстных и родителей было желательно. Так что Дамблдор решил считать верным именно последний вариант.

* * *

Гарольд с восторгом рассматривал новую палочку. Она была красивая, длинная и ложилась в руку просто идеально. И колдовать с ней было проще. К ней шла красивая кобура.

— Спасибо!

Мистер Кервин усмехнулся.

— Наслаждайтесь, молодой человек.

На третий день почти постоянного использования разных заклятий Геллерт забрал палочку у Гарольда. Ещё через два вернул, взяв с Гарольда обещание не доводить себя до магического истощения.

Том подошел к ребёнку, смотрящему в окно, и сел рядом.

— О чём думаешь?

— Я через год пойду в Хогвартс.

— Не хочешь идти?

— Не очень.

Они немного помолчали.

— Том, а как ты думаешь, у меня будут друзья среди ровесников?

— Наверное. — Он пожал плечами. — Ты вроде достаточно общительный.

— А у тебя были друзья?

— Не знаю.

— Это как?

— Скорее знакомые, Абраксас Малфой, например.

— Понятно.

Жизнь снова вошла в привычную колею. Он учил очень много новых заклятий. Много нового по окклюменции. Много нового по серпентанго. В принципе, его стали больше загружать.

В конце октября он пошел на Самайнский бал. Там пообщался с Драко, Блэйзом, Дафной и новым знакомым Теодором Ноттом. Ещё он познакомился с близняшками Падмой и Парвати Патил.

Ещё Геллерт решил начать учить Гарольда итальянскому. Вообще, он иногда поражался, сколько всего знают Геллерт и Том. Они, кстати, стали часто приходить в Слизерин-менор. Нашли портреты Салазара Слизерина: одного, вместе с Годриком Гриффиндором и с сыном Геллертом Певереллом. К сожалению, портреты тогда живыми не рисовали. Но зато Гарольд узнал, что внешне он пошел в Салазара. У них были одинаковые черты лица, чёрные вьющиеся волосы, яркие зелёные глаза и весьма бледная кожа.

В общем, он даже не заметил, как прошла осень и наступила зима. И снова нужно было собираться на бал. В этот раз бал был особенно крупный, и на него он придёт вместе с Геллертом. Он снова выкрасился в чёрный с фиолетовым, «к огромному неудовольствию Тома». И изменил черты лица.

— Привет, Драко!

— Привет. А это твой отец?

— Это мой крёстный.

— Как у вас дела?

— Нормально, кстати, Гарольд, а что ты от родни хочешь на Йоль?

— У нас не принято дарить подарки.

— А... А это как?

— Ну, просто не дарим.

— Понятно. А...

Люциус смотрел на мужчину, который пришел с Гарольдом, знакомым его сына. Он уже который год мучился вопросом, откуда же этот мальчик, и чувствовал некоторое разочарование, когда разгадка оказалась так близка. Так что он решил просто не подходить и не спрашивать.

— Северус, смотри. Тот мальчик.

— Вижу. Чего он тебе так интересен?

— Ну, просто интересно мне.

— Ясно.

Гарольд пригласил Дафну на вальс.

— А сколько лет твоему крестному?

— А что?

— Мужа ищу. А если серьёзно, то мне действительно интересно. Выглядит он лет на тридцать, но ты говорил, он тебя прям старше.

— Спроси у него.

— Тебе сказать сложно?

— Я никогда не спрашивал, сколько ему лет. «Я в книгах прочитал, так что в этом не было необходимости».