Реки и пепел (джен)

На следующий день Ривер понял, что утро в Мегатонне начиналось довольно рано. Не потому, что жители города отличались особой любовью к ранним подъёмам, а потому, что стены из листового металла совершенно не умели сохранять тишину. Кто-то уже с рассветом начинал чинить очередной генератор. Где-то неподалёку ругались из-за протекающей трубы. С верхних уровней доносился скрежет металлических деталей, а за стенами города время от времени раздавался далёкий выстрел. Судя по всему, жизнь на Пустоши вообще не считала сон особенно важным занятием.

Когда Ривер проснулся он вновь некоторое время смотрел в потолок общинного дома и пытался вспомнить, где находится. Затем память окончательно вернулась вместе с неприятным осознанием того, что вчера он успел узнать о собственной жизни больше, чем за предыдущие девятнадцать лет. Может, именно поэтому Риверу на этот раз не снился тот сон с отцом, кнопкой и дверью.

Ривер был полностью согласен с Симмсом, который считал, что выдвигаться до Вашингтона с комбинезоном Убежища, символическим пайком и парой пистолетных обойм будет верным способом самоубийства. Помня о вознаграждении, обещанном Симмсом за обезвреживание бомбы, он отправился к Мойре Браун за инерционным блокиратором взрывателя. Однако визит Ривера к хозяйке «Магазина на кратере» не увенчался успехом.

— Инерционный блокиратор? — Мойра с озадаченным видом посмотрела на полки со снаряжением, после чего сокрушенно покачала головой — Нет, такого у меня нет. С тем, что касается взрывчатки, выбор у меня не очень большой. Так что если найдешь что-нибудь похожее, обязательно принеси. Возможно, это будет наша с тобой следующая глава в Руководстве! Но сначала «Супермарт»!

Ривер понимал, что даже до «Супермарта» с его небогатым снаряжением будет добраться крайне непросто. Поэтому проблемы следовало решать по мере их поступления.

Набор, который Ривер взял для своего похода до Спрингвейла, получился скромным. Пару пистолетных обойм и бутылка очищенной воды — вот и всё, что он смог купить на тот небольшой запас в тридцать три крышки, что у него оставался. Ситуация была незавидной, особенно с учётом того, что у Ривера оставался последний герметичный паёк, взятый сутки назад из его комнаты в Убежище 101. Но Ривер рассчитывал, что вернётся в Мегатонну до наступления темноты и с хорошими новостями о Сильвер для Мориарти.

Именно с таким багажом Ривер выдвинулся в сторону Спрингвейла из Мегатонны в районе девяти утра. Житель Мегатонны, бородатый бродяга Билли Крил, носивший походную бордовую рубашку, бежевую бандану и повязку на левом глазу, чем смахивал на пирата, пошутил, что если уж Спрингвейл, судя по названию, имеет отношение к весне, то ему больше по нраву очень долгая зима.

Очевидно, что главной мотивацией Ривера сейчас были крышки. Вряд ли отцу будет лучше, если Ривер наперевес с пистолетом побежит в Вашингтон сражаться с рейдерами и супермутантами. Об этих существах Риверу перед отправлением в Мегатонну успел рассказать всё тот же болтун Билли Крил. Супермутантами были люди, которые подверглись дикому эксперименту, связанному с Вирусом Рукотворной Эволюции, и превратившиеся в огромных неуправляемых полумонстров, лишь отдаленно напоминавших людей и умеющими только убивать путников в руинах Вашингтона в компании своих таких же агрессивных собратьев. В роли собак-гончих при супермутантах находились кентавры — дикая розовая смесь людей, собак и браминов.

Словом, идти в Вашинтон при таких вводных Ривер решительно отказывался. При этом, за отца он не волновался. Интуитивно Ривер чувствовал, что тот жив и к опасностям Столичной Пустоши готов куда лучше, чем его сын.

Вопрос экономики на Столичной Пустоши был куда сложнее, чем в Убежище 101 с его жетонами и талонами на еду. Здесь деньги буквально звенели. Крышки от бутылок из-под ядер-колы, как по отдельности, так и в связках на веревках (для фиксированных крупных сумм), оказались главным средством расчёта. Почему именно крышки, Ривер так и не понял. Возможно, потому что довоенные деньги давно превратились в бесполезные клочки бумаги, а бутылок после войны осталось гораздо больше, чем здравого смысла. Впрочем, система работала. Четыреста крышек, которые задолжала Сильвер Мориарти, на фоне отсутствия собственных средств теперь казались Риверу особенно внушительной суммой.

Ривер довольно быстро понял и другую особенность местной экономики: цена вещи зависела не только от того, что это была за вещь, но и от того, насколько сильно она была нужна продавцу. Особенно это казалось обычной бутылки очищенной воды, которая обошлась Риверу в магазине Мойры в двадцать крышек. На Пустоши вода была почти отдельной валютой. Мыться каждый день здесь никто не собирался, поскольку это требовало слишком много воды. Тем более, большинство жителей Мегатонны считало, что если человек уже пахнет лучше, чем дохлый радскорпион, то день прошёл вполне удачно.

Для более серьёзных процедур существовали отдельные места, где можно было купить горячую воду или воспользоваться общими запасами. Однако полноценное купание считалось скорее роскошью, чем обычной частью жизни. Ривер вчера вечером успел заметить, как один из жителей Мегатонны вылил на себя целое ведро воды и после этого выглядел так, словно совершил что-то чрезвычайно расточительное.

За сутки на поверхности Ривер понял, что с разнообразием еды дело здесь обстоит не хуже, чем в Убежище. В «Латунном фонаре» можно было получить горячую вермишель с мясом, хлеб, молоко и ещё несколько мясных блюд, происхождение которых лучше было не выяснять слишком подробно. При этом, повар в подобных забегаловках ценился очень высоко — именно он мог сделать мясо чуть более полезным, чем до добычи этого самого мяса. Поэтому довоенная еда, которую американское довоенное правительство изготавливало с прицелом на несколько столетий, чередовалась с кулинарными шедеврами семьи Стал. Зато количество алкоголя разной степени крепости, как Ривер понял ещё в салуне Мориарти, на Пустоши стремилось к какой-то бесконечной величине.

Как ни странно, по дороге до Спрингвейла у Ривера было достаточно времени, чтобы переварить всю сложную систему экономики, хозяйства и быта Столичной Пустоши. В Спрингвейл он шёл не только для того, чтобы получить вознаграждение от Мориарти. Ривер понимал, что Пустошь была огромным рынком, в котором вместо магазинов встречались развалины, вместо продавцов иногда попадались рейдеры, а вместо службы доставки существовала надежда, что нужная вещь случайно окажется там, куда ты собираешься. Так что у него теплилась надежда, что в одном из домов Спрингвейла найдется не только забитая и испуганная Сильвер.

Вот с такой мыслью Ривер продолжил путь к Спрингвейлу, оставив за спиной ржавые стены Мегатонны и последние относительно безопасные места Столичной Пустоши.

Путь до Спрингвейла оказался на удивление спокойным. Настолько спокойным, насколько вообще может быть спокойной прогулка по Столичной Пустоши, где даже обычный куст иногда выглядит так, будто собирается тебя съесть.

По дороге Ривер столкнулся всего с одним кротокрысом и парой дутней. Кротокрыс оказался достаточно глуп, чтобы полезть прямо под выстрел, а дутни, которые являлись мутировавшими мухами и смогли приобрести способность выстреливать жалом, предпочли держаться на расстоянии. К счастью для Ривера, познакомиться с его пистолетом решилось только пара дутней и интеллекта у данных созданий не прибавилось даже после мутации — Риверу хватило трёх выстрелов, чтобы покончить с ними.

Чем ближе становился Спрингвейл, тем тише делалось вокруг. Наконец впереди показались первые разрушенные дома.

Ривер остановился на краю поселения и несколько секунд просто смотрел. Если Мегатонна напоминала город, который каким-то чудом отказался умирать, то Спрингвейл производил совершенно противоположное впечатление. Здесь смерть, похоже, давно выиграла спор и теперь терпеливо ждала, когда кто-нибудь уберёт за ней мусор.

Вдоль дороги тянулись развалины двухэтажных домов. Между ними стояли ржавые довоенные автомобили, давно лишившиеся стёкол, колёс и большей части кузовов. На обочине сохранилась старая детская площадка. Покрытые ржавчиной качели едва заметно покачивались от ветра, хотя рядом не было ни одного ребёнка и вообще никого, кто мог бы захотеть здесь играть.

Чуть дальше виднелась заброшенная автозаправка. А над всем этим возвышалась та самая водонапорная башня, где Ривер по пути из Убежища чуть не угостился радиоактивной водой. Ривер невольно отметил её как хороший ориентир. На Пустоши такие вещи могли оказаться полезнее любой карты.

Ривер посмотрел на дорогу. Она уходила дальше на север, проходя мимо школы, а затем продолжалась к Потомаку. В северной части Спрингвейла, почти у самой реки, виднелось большое разрушенное здание школы. Ривер уже успел привыкнуть к тому, что каждое подобное место на Пустоши наверняка имело собственную историю, обычно не слишком весёлую.

Школу Ривер решил пока не трогать. Ему не слишком хотелось заниматься изучением заброшенных зданий, не закончив дело, ради которого он сюда пришёл. Школу можно было исследовать потом. А вот Сильвер могла решить, что ей пора снова сменить место жительства. Да и школа находилась на достаточном удалении от ранчо, где жила Сильвер.

Именно в этот момент над крышами разрушенного города пролетел небольшой металлический аппарат. Ривер поднял голову. Робот двигался плавно и совершенно бесшумно, если не считать едва слышного гудения двигателей. На его корпусе виднелись знакомые цвета, которые Ривер сразу же определил как принадлежащие Анклаву, о котором ему вчера любезно поведал мистер Варгас.

Из динамика раздался рассудительный спокойный голос:

— Разве ты, моя прекрасная Америка, этого не заслуживаешь? Разве ты не заслуживаешь будущего без войны, страха и ужасной неопределённости? Будьте уверены, я не повторю ошибок моих предшественников. Джон Генри Эдем отстроит страну — и отстроит ее на века. По-американски.

После этого жизнеутверждающего спича робот начал проигрывать какую-то бодрую патриотическую мелодию. Ривер на всякий случай потянулся к пистолету — Анклав, скорее всего, не должен был причинять вред одиноким гражданским, но мало ли что? Однако робот не продемонстрировал к Риверу никакого интереса. Он задумчиво вильнул петлю около почтового ящика, и вскоре скрылся за разрушенным домом.

— И тебе хорошего дня, дядя Сэм, — пробормотал Ривер.

По крайней мере, один вывод можно было сделать сразу: Анклав пока не считал его достаточно важным, чтобы стрелять. Ривер решил не проверять, насколько долго продлится эта взаимная симпатия.

Ривер двинулся дальше. Главной задачей оставался поиск ранчо, на котором жила Сильвер. Ривер шёл медленно, стараясь не просто найти Сильвер, но и запомнить всё, что могло оказаться полезным. Пустошь постепенно учила его новой привычке: никогда не проходить мимо развалин просто потому, что они выглядят как развалины. Ривер быстро учился и именно поэтому в одном из автоматов для продажи «Ядер-Колы» он обнаружил десять уцелевших крышек.

Неплохо, неплохо. Ривер осторожно потряс автомат, прислушался, а затем достал их. В другом нашлись ещё две бутылки «Ядер-Колы». Оружия с несколькими обоймами, разумеется, не нашлось, но для начала было неплохо.

В нескольких домах от времени и пожаров остались только стены. В других сохранились отдельные комнаты, мебель и разбросанные по полу довоенные вещи, но ничего, что Ривер мог бы использовать прямо сейчас. Он нашёл пару инструментов, однако состояние у них было таким, что продавать их не имело смысла, а тащить с собой было бессмысленно. Впрочем, пару гаечных ключей и молоток, которые хотя бы выглядели прилично, он решил положить в рюкзак.

Небольшое ранчо, где, согласно сведениям Мориарти, жила Сильвер, выглядело довольно опрятно и даже необычно на общем фоне. По сравнению с остальными строениями Спрингвейла так вообще дворцом.

Людей поблизости не было видно. Ривер откашлялся, поправил ремень пистолета и направился к ранчо. Врываться в дверь Сильвер со злым лицом и пистолетом наперерез он не стремился — всё-таки Ривер, как ни странно, даже в такой ситуации хотел сохранить некоторые манеры, хотя считать себя аристократом после 19 лет подземной жизни было смешно.

Ривер постучал в дверь. Ответа не последовало. Он подождал несколько секунд и постучал ещё раз. На этот раз изнутри донёсся какой-то шум, после чего дверь неожиданно распахнулась. Ривер едва успел сделать шаг назад — ему в лицо направлен старый, но ещё вполне действенный револьвер

— Не двигайся! — воскликнул грубый женский голос.

Вот так-то. Никогда не недооценивайте загнанных в угол и насмерть перепуганных девчонок.

Как же глупо. Сейчас пристрелит она его как радтаракана и будет абсолютно права. Пошёл за крышками и даже пистолет не потрудился вынуть в нужный момент. Герой, твою налево.

— Очень гостеприимно, — заметил Ривер, смотря в дуло револьвера.

— Я не приглашала гостей, — парировала обладательница голоса, отходя чуть назад. На фоне слабого света в домике Ривер наконец смог её разглядеть Сильвер было около двадцати двух, но голос совершенно не соответствовал возрасту. Грубый, прокуренный, с хрипотцой, он принадлежал скорее женщине, которая успела прожить несколько лишних десятилетий и не слишком удачно. Русо-серебристые волосы были растрёпаны, под глазами залегли тёмные круги. Лицо казалось худым и несколько осунувшимся. Даже Риверу, который не особенно разбирался в подобных вещах, было нетрудно заметить признаки человека, давно и близко знакомого с наркотиками.

— Вопросов нет, — кивнул Ривер, подняв руки. — Хвалю за бдительность и рефлексы.

Сильвер прищурилась и быстро оглядела его с головы до ног. Похоже, что увиденное чуть успокоило её, хотя пистолет Сильвер опускать не решилась

— Ты от Мориарти, — произнесла Сильвер без вопросительной интонации

— А ты быстро догадалась, — слегка приподнял бровь Ривер.

— Потому что сюда обычно приходят только рейдеры, — хмыкнула Сильвер — А рейдеры не стучат. Так ты от него?

Что ж, отпираться не было смысла.

— От него. Но давай оговоримся, — Ривер попробовал проявить дипломатию — Я ничего против тебя не имею. Но если ты продолжишь держать пистолет у меня перед носом, мне будет немного сложнее проявлять дружелюбие

— Ты пришёл за крышками, да? — Сильвер чуть сильнее сжала рукоять пистолета

— Именно, — кивнул Ривер. Сильвер медленно опустила пистолет

— Ладно, пока я не намерена в тебя стрелять, — усмехнулась она — Заходи, раз уж пришёл. Только без глупостей

Ривер переступил порог и огляделся. Внутри было довольно чисто. Не богато, конечно, но после большинства помещений, которые ему довелось видеть в Пустоши, это уже считалось почти роскошью.

Сильвер закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

— Ну?

— Мориарти сказал, что ты задолжала ему четыреста крышек, — рассказал Ривер.

— Свежо предание, — хмыкнула Сильвер.

— Он утверждает, что дал тебе деньги на закупку винта и психо, а ты потом исчезла вместе с деньгами.

Сильвер коротко рассмеялась.

— Врёт, — коротко рассмеялась Сильвер — Ничуть не меняется

— Я тоже так подумал, — миролюбиво согласился Ривер — У него слишком удобная версия. Обычно самые удобные версии и оказываются самыми подозрительными.

— Умный ты мальчик, — ухмыльнулась Сильвер — Жизнь на Пустошах не сахар, но у тебя есть шансы пожить подольше с такой соображалкой.

Она прошла к столу и села на стул. На её лице было злое и загнанное выражение

— Все эти крышки мои, — продолжила Сильвер. — До последней. А этот ублюдок просто хочет от меня избавиться. Всё-таки я живое напоминание его несовершенства.

— Я хочу услышать всю историю, — пожал плечами Ривер — Полезно выслушать обе стороны. Так что выкладывай и постарайся не нервничать.

— Раньше я работала на Мориарти, — вздохнула Сильвер. — Оказывала услуги клиентам салуна. Ты ведь уже познакомился с Новой? Вот я её предшественницей была. Работа как работа. В Мегатонне не так уж много способов заработать. Особенно если у тебя нет семьи, хорошего оружия и желания таскать всякий мусор из развалин. А потом мне всё это надоело. Надоели пьяные мужики, надоел салун, надоел Мориарти, который считал, что может распоряжаться мной только потому, что платит. Я сказала ему, что ухожу.

— И он согласился? — Риверу трудно было представить Мориарти, который с миролюбивым видом принимает прошение об отставке.

— Сначала да, — Сильвер криво усмехнулась — Я сказала, что заберу свою долю денег и больше ему ничего не должна. Он согласился. Даже спорить особо не стал. Подозрительно было. Ну я и расслабилась, и мы даже переспали, чтобы сделку, так сказать, закрепить. Можно считать это последним рабочим днём.

Она произнесла это совершенно буднично, без смущения или попытки оправдаться.

— Наутро всё изменилось.

— Мориарти передумал?

— Он объявил, что никакой сделки не было. Мол, надо ещё мне побыть. Рановато меня отпускать. Мы только начали договариваться. Урод конченный. Так что пришлось уйти самой. Разумеется, не с пустыми руками, а с честно заработанными крышками.

Ривер задумался и вспомнил вчерашний разговор с миссис Варгас

«Он её выставил за ворота Мегатонны. У неё при себе только кухонный нож был. Для Пустоши это почти то же самое, что выйти без оружия вовсе».

Интересная картина складывается. То есть никто Сильвер за ворота не выставлял. Она ушла сама, обведя ночного мэра Мегатонны вокруг пальца. Мориарти, похоже, действительно не смог такой наглости простить. Поэтому и сделал то, что умел лучше всего: превратил собственное поражение в историю, где виноват кто угодно, только не он.

Ривер невольно усмехнулся. Получалось, что слухи, ходившие по Мегатонне, были не более чем удобной версией событий. Возможно, Мориарти специально позволил людям думать, будто сам выгнал Сильвер из города. Мол, вот что бывает с теми, кто решает пойти против Колина Мориарти.

«Ага, — подумал Ривер — Спесь-то и с тебя можно сбить»

— Чего это ты ухмыляешься? — нахмурилась Сильвер. Ривер оттолкнулся от стены

— В Мегатонне думают, что Мориарти лично выставил тебя за ворота, — рассказал он — А тут такой сюжетный поворот

— Расскажешь народу правду? — поинтересовалась Сильвер

— В сплетнях не участвую, — ответил Ривер — Да и образ святой мученицы тебе идёт.

— Всё равно мне придётся отсюда убираться, — мрачно заключила Сильвер — Я ж теперь злобная воровка и наркоманка. Слухи от Мориарти быстро по Пустоши распространяются.

— Но ведь ты могла меня пристрелить и не сделала этого, — заметил Ривер

— А смысл? — развела руками Сильвер — Ну пущу я тебе пулю в лоб. Через неделю ещё кто-нибудь заявится. Этот седой козёл не успокоится же. Я всё ещё принимаю психо, чтобы забыть обо всем. И вообще этим не горжусь

— Что ж, — задумался Ривер — Я могу решить эту проблему. Дай крышки и я скажу Мориарти, что тебя нет. Как только он получит своё, вряд ли он будет заниматься кровной местью и искать тебя по всей Столичной Пустоши.

Кажется, аргументы Ривера подействовали на Сильвер. На её лице проступила тень согласия.

— Знаешь, а это идея, — Сильвер с выражеием полной покорности судьбе взглянула на Ривера — Мне надоело прятаться здесь, словно дикой собаке. Пожалуй, так и надо поступить.

Силвер поднялась со стула, подошла к кровати и достала из-под неё небольшой металлический ящик. Открыла его, пересчитала крышки и выложила на стол.

— Здесь четыреста, — заключила она — Это все, что у меня есть. Прошу, теперь сделай так, чтобы Мориарти оставил меня в покое. Спасибо тебе.

— С тобой приятно иметь дело, — Ривер убрал крышки в сумку — Что теперь планируешь делать?

— Сначала накачаюсь психо до потери памяти. А потом...попробую опять начать новую жизнь. Если получится. А если нет, то, может быть, сделаю так, что твоя легенда про то, что я исчезла, станет правдой. А ты всё-таки постарайся не иметь дел с Мориарти. Иначе будешь выслушивать чужие проблемы, после чего у тебя или голова распухнет, или ты в беспринципную скотину превратишься. Ну, удачи тебе. Постарайся сделать так, чтобы это была наша последняя встреча.

Ривер понимающе кивнул. Он понимал, что такая перспектива после долгого общения с Мориарти вполне реальна. Он коротко махнул рукой Сильвер и направился к двери, аккуратно прикрыв её с другой стороны.

Спрингвейл снова встретил его тишиной. Ривер оглянулся на дом Сильвер, затем на пустую улицу и ржавые машины. Четыреста крышек приятно оттягивали карман. На секунду у Ривера мелькнула шальная мысль сбежать куда подальше с добытыми крышками. Но количество усилий, которые пришлось бы потратить, чтобы быстро исчезнуть из поля зрения Мориарти, явно было дороже, чем та сумма, что он получил от Сильвер. Да и возможности Мориарти, открывающиеся Риверу после успешно выполенного задания с Сильвер, могли бы в дальнейшем очень пригодиться.

Ривер машинально проверил, на месте ли пистолет, поправил ремень сумки и направился обратно.

Спешить Риверу было решительно некуда. Дорога до Мегатонны была знакома ему лишь по недавнему пути сюда, но теперь хотя бы не приходилось отвлекаться на поиски ранчо. Можно было идти по обочине, следить за окрестностями и при случае осматривать то, что могло представлять интерес. Впрочем, после разговора с Сильвер ему хотелось поскорее вернуться в город. Четыреста крышек были хорошим началом, но сами по себе не превращали его в человека, способного беззаботно разгуливать по Пустоши.

Ривер уже почти миновал перекрёсток, когда снова увидел школу. Здание стояло в стороне от дороги, мрачное и изуродованное временем. Когда-то здесь учились дети, звенели звонки, учителя требовали тишины, а ученики с тоской смотрели на часы, ожидая окончания уроков. Теперь окна зияли пустыми проёмами, стены покрылись трещинами, а вход казался чёрной пастью, готовой проглотить всякого, кто решит заглянуть внутрь.

Ривер невольно замедлил шаг. Любопытство, которое изрядно жгло его сейчас, было вполне естественным. В довоенных зданиях иногда попадались полезные вещи, а иногда даже что-нибудь действительно ценное. Кроме того, ему хотелось понять, что случилось с этим местом. Впрочем, на Пустоши такой вопрос можно было задавать почти каждому зданию, каждой машине и каждому скелету, торчащему из-под обломков. Если пытаться выяснить историю всего увиденного, до Мегатонны он добрался бы примерно к следующему ядерному апокалипсису.

И всё же школа привлекала внимание. Ривер посмотрел на свой пистолет. Оружие было исправным, патроны имелись, но назвать его арсеналом мог только человек с очень богатым воображением. Он не знал, кто мог находиться внутри, сколько там людей и насколько хорошо они вооружены. Вчерашняя прогулка по Мегатонне уже научила его, что даже за обычным разговором иногда скрываются неприятности. А заброшенная школа выглядела именно тем местом, где неприятности могли собраться в значительном количестве и заранее договориться о встрече.

Можно было, конечно, подойти поближе, заглянуть в окно, а потом решить, стоит ли идти внутрь. Но Ривер подозревал, что подобные рассуждения и приводят людей к тем самым историям, которые заканчиваются словами «его больше никто не видел».

К тому же школа вызывала у него довольно своеобразные ассоциации из Убежища, которые сутки, проведённые на Пустоши, так и не смогли стереть. Коридоры, занятия, обязательные правила, Смотритель, который знал, как всем следует жить, и экзамен К.О.З.А., словно вся человеческая жизнь сводилась к правильному заполнению очередного теста. Сменный мастер, чёрт возьми. И где он теперь?

Ривер только-только выбрался из этого замкнутого мира. Последнее, чего ему хотелось, — добровольно возвращаться в школу, пусть даже разрушенную и населённую неизвестно кем. Признаться, он не удивился бы, если бы нашёл там Смотрителя или офицера Хэннона, которые изрядно удивились бы, почему Ривер не на занятиях. А начальник охраны Убежища 101 тем более не обрадовался бы Риверу, увидев у того в руке его собственное оружие

Интересно, с чего он опять вспомнил о пистолете и Хэнноне?

Ривер отвернулся от здания и продолжил путь в сторону Мегатонны. Как выяснилось буквально через минуту, это решение спасло ему немало нервов, а может, и жизнь.

Он прошёл ещё несколько десятков метров, когда краем глаза заметил движение у школьного входа. Ривер не остановился, но чуть повернул голову, словно просто осматривал окрестности.

Из тёмного дверного проёма вышел человек. Мужчина был одет в грязную, местами разорванную одежду, а через плечо у него висело оружие. Он двигался неторопливо, с той развязной уверенностью, которая бывает у людей, привыкших считать себя хозяевами всего, до чего могут дотянуться. На лице темнела щетина, волосы спутались, а на поясе болтались какие-то металлические обломки, служившие громиле подобием брони.

Ну конечно, рейдер. По обрывкам разговоров в салуне Мориарти Ривер уже успел составить о них некоторое представление. Эти обдолбанные психи сбивались в группы и терроризировали всех, кто попадался им на пути.

Мужчина остановился у входа, оглядел дорогу и что-то крикнул в сторону здания. Изнутри донёсся невнятный ответ, после чего рейдер сплюнул на землю и двинулся вдоль стены.

Ривер почувствовал, как пальцы сами собой крепче сжали ремень сумки.

Вот тебе и исследование довоенного наследия. Теперь стало совершенно ясно, почему школа выглядела настолько неприветливо. По крайней мере, её нынешние обитатели не проявляли никакого желания проводить экскурсии для случайных посетителей.

Ривер продолжал идти, стараясь не менять темпа. Бежать было бы глупо: бегущий человек привлекал внимание куда сильнее, чем путник, который просто направляется по своим делам. Он не смотрел прямо на рейдера, но следил за ним краем глаза, одновременно прикидывая, куда можно свернуть, если тот вдруг заинтересуется его персоной.

Рейдер, к счастью, был занят собственными делами. Он пнул лежавшую у стены жестянку, оглянулся на дорогу и снова скрылся за углом здания.

Ривер не стал проверять, надолго ли. Дойдя до ближайших развалин, он свернул за остатки стены, прошёл вдоль разрушенного дома и выбрал путь, который позволял держаться подальше от школы. Только убедившись, что здание осталось позади, он позволил себе немного расслабиться.

— Прекрасно, — пробормотал он. — Только второгодников не хватало.

Он не знал, сколько рейдеров находилось внутри школы. Не знал и того, чем они занимались в Спрингвейле. Но выяснять это с одним пистолетом, ограниченным запасом патронов и без малейшего представления о местности Ривер не собирался. Сейчас было важнее вернуться в Мегатонну, отдать Мориарти его крышки и сохранить возможность в дальнейшем пользоваться его связями. Надежда же найти неподалёку инерционный блокиратор для бомбы умерла в зародыше

Вместе с этим, Ривер не забывал и о будущем походе в «Супермарт», который ему предстояло совершить в рамках совместной работы над книгой Мойры. Внутри этого продовольственного магазина, как и в школе Спрингвейла, вполне могли находиться десятки вооружённых психопатов. Так что бесконечно обходить такие мини-базы рейдеров у Ривера явно не получится

Ривер прибавил шаг. Впереди постепенно проступали знакомые очертания Мегатонны. Уже знакомые ржавые стены, нелепые пристройки и башни из металлолома выглядели почти уютно после мёртвых улиц Спрингвейла. По крайней мере, там жили знакомые Риверу люди, а значит, можно было рассчитывать хотя бы на еду, разговор и крышу над головой. Хотя последнее, как Ривер уже успел выяснить, иногда обходилось дороже, чем хотелось бы.

Он поправил сумку с крышками и направился к воротам города, оставив школу позади. Оборачиваться Ривер не стремился. На этот раз любопытство не победило осторожность. Ривер так и не дождался выстрела в спину.

* * *

День на Пустоши неумолимо клонился к закату. Солнце в Мегатонне уже приближалось к горизонту, окрашивая ржавые стены города в тусклые медные оттенки. На улицах стало оживлённее: кто-то возвращался с дневных дел, кто-то тащил к дому добытые припасы, а возле нескольких домов уже возились с ужином. Мегатонна постепенно переходила к вечерней жизни, которая, судя по всему, мало отличалась от дневной: те же разговоры, те же споры и всё та же необходимость следить, чтобы никто не утащил последнее съестное.

Ривер, уже успевший немного передохнуть и сдать найденные в Спрингвейле инструменты Мойре за символические десять крышек, бодро двигался к салуну Мориарти. Ему хотелось закончить дела с крышками до ужина, а заодно выяснить кое-что насчёт предстоящего похода в Вашингтон.

Внутри было шумно. Несколько посетителей уже успели основательно приложиться к алкоголю, хотя вечер едва начался. За одним из столов сидел Билли Крил, который с увлечением рассказывал какому-то скучающему поселенцу историю, судя по размахиванию руками, становившуюся тем невероятнее, чем ближе подходила к развязке. Неподалёку расположился Харя. Он выглядел так, словно провёл весь день в раздумьях о смысле существования и пришёл к выводу, что смысл этот заключается в очередной порции выпивки.

— О, гляньте-ка, кто вернулся! — заметил Билли, увидев Ривера. — Парень из Убежища! Я уж думал, тебя там, за холмами, какая-нибудь тварь сожрала.

— Не дождёшься, — ответил Ривер. — К тому же, если бы меня сожрала тварь, она бы блеванула мной в ту же секунду

— Вот это правильно! — рассмеялся Билли — С таким настроем побольше проживёшь.

— У тебя так и сработало?

— А как же! — Билли гордо выпятил грудь. — У меня за плечами столько передряг, что хватило бы на три жизни.

— И сколько из них ты провёл в трезвом состоянии? — хмыкнул Ривер. Неназванный собеседник Билли прыснул. Харя тоже издал короткий смешок, не отрываясь от кружки.

— Не слушай его, парень, — пробормотал он. — Крил способен рассказать историю даже о том, как однажды победил собственную тень. Причём тень, по его словам, была вооружена.

— Завидуй молча, Харя!

Ривер усмехнулся и направился к стойке. Перебрасываться колкостями с местными завсегдатаями было приятно, но он пришёл сюда не ради этого.

Мориарти стоял за стойкой и беседовал с одним из посетителей. Заметив Ривера, он закончил разговор, проводил собеседника взглядом и повернулся к нему.

— А вот и наш юный путешественник! — воскликнул он. — Ну что, дружок? Как прошла прогулка? Надеюсь, ты не заблудился и не преподнёс обед какой-нибудь местной твари в виде одной из частей своего тела

— Заблудился и стал обедом, — с серьёзным лицом ответил Ривер — А с тобой сейчас разговаривает мой живой и невредимый брат-близнец, с которым нас разлучили в младенчестве.

— За чувство юмора респект, — хохотнул Мориарти — Но давай к нашим баранам вернёмся. Не сбежала наша девочка?

— Не успела.

— Вот как? И где же она? — Мориарти мгновенно утратил часть своей показной беспечности.

Ривер поставил сумку на стойку.

— В Спрингвейле, — Ривер уселся за стойку — Точнее, была там.

— Была?

— Мертва, — уточнил Ривер. — Когда я добрался до её дома, она уже не дышала. Похоже, винт с психо сделали свое дело, почти тёплой была. Я не стал задерживаться.

Ложь далась ему легче, чем он ожидал. Вероятно, сказывалось то, что он не испытывал к Мориарти особого уважения и не считал себя обязанным рассказывать ему правду.

Хозяин салуна внимательно посмотрел на Ривера.

— Мертва, значит? Что ж, предсказуемо. И что с моими деньгами?

Ривер расстегнул сумку и выложил на стойку четыре сотни крышек. Мориарти быстро пересчитал их, перебирая пальцами металлические пробки. Судя по выражению лица, он остался доволен.

— Вот это другое дело! — довольно произнёс он. — Знал, что на тебя можно положиться, дружок. Не каждый сумел бы справиться с таким поручением в первый же день.

Он отсчитал сто крышек и подвинул их Риверу.

— Твоя доля за хлопоты. Заслужил.

— Рад, что смог быть полезен, — Ривер убрал крышки во внутренний карман.

— И я рад. Взаимовыгодное сотрудничество, так сказать. Ты выполняешь работу, я плачу. Если и дальше будешь показывать себя с лучшей стороны, у нас с тобой найдётся ещё немало общих дел.

— Не сомневаюсь.

Мориарти усмехнулся, словно услышал именно то, что хотел.

Ривер не стал продолжать разговор о Сильвер. Он выполнил обещание, которое дал ей, и не собирался превращать это в предмет торга. Оставалось надеяться, что она действительно исчезнет из поля зрения Мориарти и больше не привлечёт к себе внимания. Хотя, если говорить откровенно, шансов на благополучный исход у неё было немного. Наркотики, плохое здоровье и соседство с рейдерами представляли собой сочетание, которое редко приводило к долгой и спокойной жизни. Ривер не знал, сколько Сильвер употребляла и как давно, но выглядела она так, словно организм уже начал выставлять ей счёт. Впрочем, это не означало, что она непременно погибнет в ближайшее время. Люди иногда цеплялись за жизнь с удивительным упрямством, даже когда сами делали всё, чтобы от неё избавиться.

«Надеюсь, у тебя хватит ума залечь на дно», — подумал Ривер.

Он не был ей другом, но и смерти ей не желал. В Пустоши и без того хватало людей, которым никто не собирался помогать.

— Кстати, мистер Мориарти, — произнёс он, убирая сумку. — Раз уж наше сотрудничество оказалось столь успешным, у меня к тебе есть ещё вопрос.

— Слушаю тебя, дружок.

— Всё-таки мне нужно найти отца. А значит я пойду до радио «Новости Галактики», куда ты меня любезно направил. Прежде чем идти в Вашингтон, мне хотелось бы узнать, что меня там ждёт.

Мориарти перестал улыбаться так широко. Он тяжело вздохнул, наливая себе в стакан мутного бренди.

— Что ж, было очевидно, что ты не остановишься — Он окинул Ривера оценивающим взглядом. — А ты, я смотрю, парень амбициозный. Папа тебя явно недооценил. Только вот амбиции и здравый смысл не всегда ходят рука об руку.

— Ближе к делу, Колин.

— Во-первых, супермутанты, — поднял палец Мориарти. — Огромные зеленокожие твари, которые жрут людей и тащат выживших в свои руины. Попадись им — и твоя смерть покажется тебе лёгкой прогулкой. Во-вторых, радиация. Руины фонят так, что твой электронный наручник на руке завопит белугой через пять минут после того, как ты перешагнёшь черту.

Ривер нахмурился.

— Я слышал о супермутантах от Билли. Огромные мутанты, которые нападают на людей?

— Именно. Только Билли, скорее всего, рассказал тебе половину правды, а вторую половину приукрасил для пущего эффекта. Супермутанты не просто здоровенные уроды. Они сильные, живучие и, как правило, вооружены получше большинства жителей Пустоши. Некоторые таскают с собой пулемёты, другие используют тяжёлое оружие, а самые крупные способны разнести человека на куски голыми руками.

Мориарти выдержал паузу, давая словам подействовать.

— Неужели ты собрался идти туда с одним пистолетом?

— Я пока только собираюсь.

— Вот и продолжай собираться. Желательно подольше.

Ривер не стал спорить. По части вооружения Мориарти был совершенно прав.

— Есть ещё одна проблема, — продолжил хозяин салуна. — Братство Стали.

— Харя уже рассказал мне о них.

— Да что тебе этот глупый гуль мог рассказать? — презрительно фыркнул Мориарти — Какие они ангелы без крыльев и нимба? Спору нет, они вроде как защищают людей от супермутантов. Но не думай, будто они раздают объятия и бесплатный суп всем, кто им встретится. Это военная организация со своими порядками, целями и тараканами в головах. Они возомнили себя спасителями человечества. Сидят в старых военных сооружениях, патрулируют опасные районы и время от времени вытаскивают кого-нибудь из передряги. Если повезёт, конечно.

— А если не повезёт?

— Братство Стали — далеко не такой миролюбивый отряд скаутов, которым кажется, — продолжал Мориарти — Про Изгоев слышал? Это особая группа, которая ранее служила с остальным Братством. Потом разругались из-за того, чем вообще должно заниматься Братство. Эти ребята, насколько мне известно, предпочитают заниматься оружием, технологиями и всякими довоенными штуками, а не спасать каждого встречного. Вот и поскандалили ребята. В общем, они отделились от основной группы и теперь действуют сами по себе. Тоже бронированные отморозки, только злые на весь свет и стреляющие во всё, что движется без их значков.

— Умеешь подбодрить человека, — невольно усмехнулся Ривер

— Я не нянька, дружок. Я просто не хочу, чтобы ты отправился туда с головой, полной героических сказок, а через час от тебя остались только ботинки.

— Изгои враждуют с Братством?

— Понятия не имею, насколько сильно. Я не военный историк, дружок. Знаю только, что в Вашингтоне полно людей в силовой броне, и далеко не все они обязательно придут тебе на помощь. Если встретишь кого-то из них, лучше сначала выясни, кто перед тобой, а уже потом начинай махать руками.

Ривер мысленно отметил эту информацию. До сих пор Братство Стали представлялось ему чем-то вроде вооружённых защитников, которые патрулируют Пустошь и борются с Анклавом. Теперь выяснялось, что даже среди людей, которые носили одинаковую броню и, вероятно, пользовались одним и тем же оружием, существовали собственные разногласия.

— И что предлагаешь? — спросил Ривер. — Вообще не ходить туда?

— Я предлагаю тебе не быть идиотом. Если уж решил идти к «Новостям Галактики», найди патруль Братства Стали и постарайся держаться рядом с ними. Они знают местность, умеют сражаться и располагают оружием, которое способно остановить супермутанта. В одиночку у тебя шансов немного. С отрядом, который согласится взять тебя под защиту, вероятность вернуться целым будет куда выше.

— Смотрю, ты не особо любишь братство Стали

— Не люблю, — без колебаний подтвердил Мориарти. — Слишком много у них железа, оружия и уверенности в том, что они лучше остальных знают, как устроить мир. Но я не настолько глуп, чтобы отрицать очевидное. Если на тебя несётся супермутант, молись, чтобы между вами стоял человек в силовой броне, а не только твой пистолетик.

Ривер посмотрел на оружие у себя на поясе и задумался над услышанным. Он не собирался отказываться от поисков отца. Теперь, когда он знал, что отец действительно покинул Убежище и направился к «Новостям Галактики», оставаться в Мегатонне было бессмысленно. Но Мориарти подтвердил то, что Ривер и сам подозревал: идти в Вашингтон прямо сейчас было бы безрассудством.

Сначала следовало подготовиться. Найти оружие получше, пополнить боезапас, раздобыть припасы. А если удастся встретить патруль Братства Стали, попробовать договориться с ними. Но даже до какого-то из отрядов Братства было не добраться со скудным снаряжением, имевшимся сейчас у Ривера

Ривер ещё раз мысленно перебрал советы Мориарти и пришёл к выводу, что на сегодня полезных разговоров в салуне было достаточно. Теперь следовало решить, где раздобыть оружие получше, и прикинуть, во что обойдётся пополнение боезапаса. Сто двадцать семь крышек в кармане выглядели куда убедительнее, чем семь, с которыми он отправился в Спрингвейл, но до хорошего снаряжения этой суммы всё равно не хватало.

Он уже собирался отойти от стойки, когда из дальнего угла салуна раздался спокойный голос:

— Молодой человек, не уделите ли вы мне минуту своего времени?

Ривер обернулся. Мужчина в сером костюме, которого он приметил ещё накануне, теперь смотрел прямо на него. Большие тёмные очки по-прежнему скрывали глаза, а выражение лица оставалось настолько невозмутимым, что трудно было понять, чему именно он радовался в этом заведении. Зато по тому, как незнакомец чуть приподнял руку, приглашая Ривера подойти, можно было заключить, что обратиться к нему он собирался не случайно.

Ривер на секунду задержал взгляд на Мориарти. Тот, кажется, уже переключился на подошедшего Джерико и не проявлял ни малейшего интереса к происходящему.

Ну что ж. Если человек в дорогом костюме сам зовёт тебя поговорить, стоит хотя бы выяснить, чего ему нужно. Хотя Ривер не был уверен, что хитрое выражение лица незнакомца обязательно сулит ему что-то хорошее, но, как говорится, кто не рискует…

— Мы знакомы? — спросил Ривер, подойдя к столику щёголя.

— Пока нет, — широко улыбнулся незнакомый тип — Но я надеялся, что это можно будет исправить. Присаживайтесь.

Мужчина указал на свободный стул напротив себя, однако Ривер остался стоять.

— Предпочитаю сначала узнать, с кем разговариваю, — без улыбки ответил он.

— Разумно, — Незнакомец чуть склонил голову, словно оценил эту осторожность и даже одобрил её. — Меня зовут Бёрк. Мистер Бёрк.

— Ривер.

— Рад знакомству, Ривер, — Бёрк произнёс это с такой неподдельной теплотой, что Ривер невольно насторожился ещё сильнее — Должен признаться, я рад, что вы всё-таки вернулись. Вчера я заметил вас здесь, но вы довольно быстро ушли. Сегодня я уже начал сомневаться, что мне представится ещё один шанс поговорить с вами.

— Неужели я произвёл такое впечатление? — поднял бровь Ривер

— Выделялись из толпы. Это случается нечасто. Впрочем, в случае с вами это совсем не удивляет. Вы ведь не отсюда, как я понял, не правда ли? Вы не заражены этой местной... провинциальной обречённостью и не воняете помойкой, как остальные обитатели этого псевдогорода. Для Пустоши вы — человек незаурядный. А мне как раз нужны незаурядные люди.

Бёрк откинулся на спинку стула. Ривер остался стоять, присматриваясь к нему. Костюм сидел безупречно, воротник рубашки был чистым, а на манжетах не виднелось ни пятен, ни следов износа. Даже в его манере держаться чувствовалась привычка находиться среди людей, которые не привыкли повышать голос, чтобы их слушали. На фоне Мегатонны он выглядел почти неправдоподобно.

— Не думал, что для этого достаточно просто не родиться в Мегатонне, — Ривер едва заметно усмехнулся и всё же сел

— Не стоит недооценивать значение окружения, — поднял мистер Бёрк палец вверх, наполнил два стоявших бокала вина и придвинул к Риверу один из них — Многие люди постепенно становятся похожи на места, в которых проводят большую часть жизни. Посмотрите на здешних обитателей. Они привыкли к грязи, ржавчине и бесконечной борьбе за самое необходимое. Некоторые даже научились этим гордиться.

Мистер Бёрк обвёл взглядом салун. В его голосе не было откровенного отвращения, но интонация говорила достаточно ясно.

— Этот город, если позволите назвать его городом, обладает удивительной способностью убеждать людей, будто ничего лучшего им уже не положено, — покачал головой мистер Бёрк — Прискорбное заблуждение.

— Вы, должно быть, приехали сюда не за тем, чтобы обсудить местную архитектуру, — Ривер задумчиво повертел в руках бокал, но не стал отпивать

— Наблюдательность, — Бёрк с довольным лицом сложил руки на столе — Ещё одна полезная черта. Я представляю интересы одного весьма влиятельного человека. Богатого, разумеется, но не только. Он обладает связями, ресурсами и возможностями, о которых большинство жителей Пустоши даже не подозревает. И, как это часто бывает среди людей подобного положения, у него есть определённые представления о том, каким должен выглядеть окружающий мир.

— Представляю, — сухо заметил Ривер. — Вероятно, в его представлениях все вокруг должны носить костюмы вроде вашего.

— Не исключено, что некоторые из его пожеланий вам покажутся менее забавными, — Бёрк, казалось, совсем не обратил внимания на подколку Ривера — Мой наниматель и несколько других заинтересованных лиц считают Мегатонну досадным пятном на городском пейзаже. Пятном, от которого давно пора избавиться.

Ривер отпил вина и посмотрел на мужчину внимательнее. Вот оно, значит, как. Что ж, явно не караванщик, не бывший рейдер и не скучающий поселенец, которому захотелось поговорить за выпивкой. Этот тип приехал сюда с конкретной целью, и, судя по всему, целью не самой безобидной.

— Чем же так провинилась Мегатонна? — спросил Ривер. — Кроме того, что не оправдала чьих-то эстетических ожиданий?

— Само её существование можно было бы назвать достаточным основанием, но я постараюсь быть конкретнее, — Бёрк выдержал небольшую паузу. — Вы ведь обратили внимание на атомную бомбу в центре города?

— Её трудно не заметить.

— Она находится здесь уже двести лет. Или около того. За это время вокруг неё выросло поселение, построенное из металлолома и обломков довоенных сооружений. Люди живут в лачугах, пьют сомнительную воду, торгуют ржавыми деталями и называют всё это домом. Возможно, они действительно считают себя счастливыми. Не мне судить об их личных предпочтениях.

По тону Бёрка было совершенно очевидно, что судить он всё-таки собирается.

— Но проблема не столько в самом поселении, сколько в том, что оно находится не там, где следовало бы.

— И где же ему следовало находиться? — спросил Ривер

— Подальше отсюда.

Ривер помолчал. В ответе Бёрка было достаточно высокомерия, чтобы объяснить его отношение к жителям Мегатонны, но недостаточно конкретики, чтобы объяснить, зачем ради этого затевать что-то серьёзнее жалобы на соседей.

— Вы говорите о переселении? — уточнил Ривер. — У вас есть деньги, связи и влиятельный наниматель. Неужели нельзя предложить людям другое место для жизни?

На губах Бёрка появилась едва заметная улыбка.

— Боюсь, вы несколько переоцениваете готовность людей добровольно покидать свои дома. Кроме того, вопрос не в том, чтобы предоставить им более подходящее жильё. Вопрос в том, чтобы устранить само препятствие.

Теперь Ривер понял, к чему клонил незнакомец. И ему совершенно не понравилось направление этого разговора.

— Мегатонна мешает наслаждаться видом, — наконец перешёл к главной сути диалога Бёрк -— Представьте себе просторную комнату, большие окна и прекрасную панораму столицы. Город, пусть и разрушенный, всё ещё хранит немало следов былого величия. Его очертания, монументы, силуэты зданий на горизонте. Во всём этом есть своеобразная красота. Напоминание о том, чего человечество когда-то достигло и к чему однажды могло бы вернуться.

Он ненадолго замолчал, словно давая Риверу возможность представить картину.

— А теперь представьте, что прямо перед окнами у вас вырастает груда металлолома, ржавых труб и разномастных построек, — вздохнул мистер Бёрк — Прекрасный вид испорчен. Вместо столицы вы наблюдаете поселение, возникшее вокруг неразорвавшейся бомбы. Не думаю, что вам самому понравилось бы такое соседство.

— Зависит от того, сколько стоит квартира, — ответил Ривер. — И насколько хорошо в ней защищают от пуль.

— У вас неплохое чувство юмора, Ривер — Бёрк тихо рассмеялся. — Надеюсь, оно не помешает вам оценить моё предложение.

Он наклонился вперёд.

— Мой наниматель хотел бы, чтобы Мегатонна перестала закрывать ему вид на столицу. И у нас есть возможность решить эту проблему окончательно.

Ривер перевёл взгляд на окно, за которым уже сгущались сумерки. Вряд ли кто-нибудь из жителей Мегатонны задумывался о том, насколько живописно поселение смотрится с высоты. Впрочем, если бы пришлось выбирать между панорамой разрушенного Вашингтона и возможностью спокойно переночевать под крышей, большинство местных, вероятно, выбрало бы второе.

Бёрк, судя по всему, принадлежал к той категории людей, которым подобный выбор даже не приходил в голову.

— И что же вы предлагаете? — спросил Ривер.

— Деловое сотрудничество. Вы получаете деньги, мой наниматель решает свою проблему. Все остаются довольны.

— Кроме жителей Мегатонны.

— Полагаю, они не станут последними людьми в Пустоши, которым придётся приспосабливаться к переменам.

Сказано было без злобы. Пожалуй, это настораживало сильнее, чем если бы Бёрк откровенно наслаждался собственной жестокостью. Он говорил о жителях Мегатонны так, словно обсуждал старую мебель, которую давно пора вынести из комнаты.

— Простите, но я всё ещё не понимаю, какое отношение имею к вашим планам, — Ривер всё-таки попытался вернуть диалог в плоскость здравого смысла

— Самое непосредственное, — подмигнул мистер Бёрк

С этими словами Бёрк опустил руку под стол и достал небольшой предмет в плотном защитном футляре. Положил его на стол между ними, но пока не открыл.

— Невзорвавшаяся бомба в центре Мегатонны не является бесполезным куском довоенного металла, каким её, по-видимому, считают местные. Она всё ещё способна сработать. Ей нужен лишь небольшой толчок.

— Вы хотите взорвать бомбу? — Ривер почувствовал, как внутри него что-то неприятно сжалось.

— Именно, — Бёрк произнёс это с той же спокойной деловитостью, с какой мог бы сообщить о намерении заказать обед — Только небольшая поправка…я здесь всего лишь посредник. А всё удовольствие достанется вам! Дело в том, что у меня имеется импульсный заряд, специально предназначенный для этой цели. Он позволит активировать бомбу. Вам нужно будет лишь установить заряд на неё, а затем привести его в действие из безопасного места. После этого Мегатонна перестанет существовать в нынешнем виде. Разумеется, не стоит забывать о вознаграждении. Мой наниматель человек щедрый. За выполнение задания вы получите очень много крышек. Если вы проявите себя как человек надёжный и исполнительный, ваши услуги вполне могут заинтересовать его и в дальнейшем. Такие знакомства явно вам не повредят.

Ривер посмотрел на лежащий на столе футляр, а затем снова поднял взгляд на тёмные очки Бёрка. Вопросы рождались сами собой, но главный из них требовал ответа в первую очередь.

— Почему я? — наконец спросил Ривер. Бёрк слегка повернул голову.

— Как я уже говорил, вы сразу привлекли моё внимание. Вы не местный, у вас нет здесь прочных связей, а главное, вы явно не собираетесь провести остаток жизни в этом городе. Человек, которому нечего терять в Мегатонне, вполне может оказаться подходящим исполнителем.

— Но вы ничего обо мне не знаете.

— Именно поэтому я и предлагаю вам возможность проявить себя. Поверьте, о вознаграждении вы не пожалеете.

— При условии, что никто не узнает, кто всё это сделал.

— При условии, что вы будете действовать разумно.

Бёрк наконец открыл футляр. Внутри лежал компактный технический прибор с металлическим корпусом. На поверхности виднелись несколько разъёмов и небольшая панель управления. В отличие от большинства вещей, которые Ривер видел с момента выхода из Убежища, устройство не выглядело ни грубо собранным, ни раздербаненным на запчасти. Оно казалось работоспособным и достаточно сложным, чтобы не вызывать желания проверять его устройство самостоятельно.

— Это и есть ваш импульсный заряд? — спросил Ривер.

— Совершенно верно. Он подготовлен и готов к использованию. Вам не придётся ничего изобретать или разбирать. Просто следуйте моим указаниям.

Ривер не притронулся к устройству. Да, проучить этого самодовольного хмыря, возомнившего себя ребенком, играющимся с конструктором, было бы очень красиво. Но Ривер прекрасно понимал, что открытый конфликт в забитом людьми салуне сейчас не принесёт никакой пользы. Ему нужно было действовать умнее.

— Допустим, я соглашусь, — произнёс Ривер. — Что мне делать дальше?

Бёрк, казалось, едва заметно оживился. До этого момента он держался с уверенностью человека, который уже всё решил за собеседника, но теперь в его позе появилось некоторое удовлетворение.

— Разумное решение. Я знал, что вы сумеете оценить открывающиеся перспективы.

— Я ещё не сказал, что согласен.

— Но вы уже задаёте правильные вопросы.

Ривер решил не спорить. Спорить было полезно, когда требовалось чего-то добиться. Сейчас ему нужно было, чтобы Бёрк поверил в его заинтересованность.

— Предположим, я готов выполнить работу, — осторожно начал Ривер — Вы передаёте мне устройство, я устанавливаю его на бомбу и ухожу на безопасное расстояние. После активации прихожу к вам…в какое-то место?

— Примерно так, — кивнул мистер Бёрк — Предпочтительно, чтобы после выполнения задания вы не привлекали к себе лишнего внимания. Как только установите бомбу, мы с вами встретимся в Тенпенни-Тауэр, чтобы перейти к торжественной части — выдача вам щедрого гонорара и знакомство с моим нанимателем. Что думаете?

— Полагаю, у меня нет причин отказываться, — произнёс Ривер — Звучит... прибыльно

— Рад, что мы пришли к взаимопониманию, — улыбнулся мистер Бёрк и подвинул футляр ближе.

Ривер взял его, стараясь не выдать ни выражением лица, ни движением рук того, что думал совсем не о вознаграждении. Прибор оказался тяжелее, чем выглядел. Он закрыл футляр и убрал его в сумку, рядом с крышками и прочими вещами.

— И ещё кое-что, Ривер, — добавил Бёрк.

— Слушаю.

— Не позволяйте местным разговорам сбить вас с толку. Особенно местному мэру и шерифу этого городка-помойки Симмсу. Люди часто привязываются к вещам, которые давно перестали приносить им пользу. Они называют это домом, традицией, памятью. Но иногда перемены необходимы. Даже если не все способны это понять.

— Постараюсь помнить, — Ривер допил бокал вина. Иного способа снять напряжение у него сейчас не было.

— Прекрасно, — ухмыльнулся мистер Бёрк — Уверен, мы ещё увидимся.

Бёрк откинулся на спинку стула, явно считая разговор законченным. Он вновь приобрёл вид скучающего посетителя, который пришёл в салун не столько выпить, сколько скоротать время в ожидании чего-то более интересного. Ривер кивнул ему и направился к выходу.

Он не спешил. Не оглядывался и не пытался проверить, следит ли Бёрк за ним. Просто прошёл мимо столов, попрощался кивком с Билли Крипом, который снова что-то рассказывал Харе, и вышел на улицу.

Вечерний воздух оказался прохладнее, чем он ожидал. Над Мегатонной уже сгущались сумерки, а редкие фонари отбрасывали неровные пятна света на металлические стены и землю под ногами. Город продолжал жить своей обычной жизнью. Где-то спорили, где-то смеялись, кто-то торопился домой, пока окончательно не стемнело. Люди занимались повседневными делами, не подозревая, что совсем недавно один из посетителей салуна предложил незнакомцу стереть их город с лица земли ради того, чтобы в Тенпенни-Тауэр один франт наслаждался очищенным видом Столичной Пустоши

Ривер остановился у стены, будто поправляя ремень сумки, и на секунду коснулся рукой футляра. Он не собирался взрывать Мегатонну. Какую бы сумму крышек ему не предложили, ответ остался бы тем же. Деньги были нужны, но не настолько, чтобы ради них убивать людей, которые ничего ему не сделали.

И всё же теперь у него на руках оказалось нечто, с чем следовало обращаться осторожно. Не только потому, что устройство могло случайно сработать, а ещё и потому, что человек, передавший его, явно не собирался отказываться от своих намерений.

Ривер направился к дому Лукаса Симмса. Он не знал, насколько влиятельным был наниматель Бёрка. Зато теперь он знал достаточно, чтобы не позволить этому человеку спокойно осуществить свой план.

Долго искать шерифа не пришлось. Лукас Симмс обнаружился неподалёку от «Латунного фонаря»: опираясь на своё неизменное ружьё, он о чём-то беседовал с местным торговцем, который что-то горячо доказывал, размахивая руками. Заметив приближающегося Ривера, шериф мягко кивнул собеседнику, отпуская его, и перевёл взгляд на юношу. На обветренном лице Симмса промелькнула тень профессионального предчувствия.

— Здорово, парень, — произнес Симмс, едва Ривер подошёл ближе. Его цепкий взгляд скользнул по напряжённой фигуре юноши. — Лицо у тебя такое, будто ты набрёл на гнездо когтей смерти. Чего ты там такого в этом Спрингвейле увидел? Или... это касается того, о чём мы говорили днём? Насчёт бомбы?

Ривер огляделся по сторонам. Вокруг никого постороннего не было, но обсуждать подобные вещи на открытом мостке казалось опрометчивым. Он молча расстегнул сумку, достал плотный защитный футляр, приоткрыл крышку ровно настолько, чтобы Симмс мог разглядеть аккуратный технологичный прибор с мигающими индикаторами, и тут же захлопнул его обратно.

Шериф замер. Выражение лёгкого любопытства вмиг испарилось с его лица, сменившись холодной, тяжёлой сосредоточенностью.

— Что это? — тихо спросил Симмс, едва шевеля губами.

— Импульсный заряд, — так же тихо ответил Ривер. — Дистанционный детонатор. Мне его только что передали в салуне Мориарти. Человек в дорогом сером костюме. Представился мистером Бёрком. Деловой мужчина, надо сказать. И он очень хочет, чтобы эта штука оказалась на нашей городской бомбе. А дальше, думаю, сам картину дорисуешь

Скулы шерифа напряглись так, что на них заходили желваки.

— Бёрк... — прорычал шериф, передёрнув затвор ружья, и в этом звуке было столько скрытой угрозы, что Риверу на секунду стало даже жаль этого франта в тёмных очках. — Я так и знал, что от этого пижона с укладкой добром не пахнет. Значит, он решил взорвать Мегатонну?

— Именно так, — кивнул Ривер. — Причём действовал предельно откровенно. Сказал, что Мегатонна портит вид из окна его нанимателю. Предложил щедрую плату за работу.

— Этот ублюдок хоть понимает, что собирается сделать? — Симмс клокотал от гнева — Здесь живут люди. Семьи. Дети. И он предлагает тебе превратить их в пыль?! Ну что ж, — в тёмных глазах Симмса появилось решительное выражение — Значит осуществим правосудие прямо сейчас. Благо улики уже имеются

— Так ты сейчас хочешь разобраться? — поднял бровь Ривер — Лукас, у нас же есть устройство на руках. Бёрк ещё не знает, что я к тебе пошёл. Он уверен, что я согласен. Мы можем проследить за Бёрком, выйти на заказчика, узнать, кто за этим стоит, и разрушить их планы до конца. Зачем рубить только хвост, если можно добраться до головы?

Симмс покачал головой, тяжело вздохнув. В его глазах читалось железобетонное упрямство человека, привыкшего решать проблемы здесь и сейчас, а не строить сложные многоходовки.

— Нет, парень, — отрезал шериф, с опаской глядя на футляр — Так рисковать мы не будем. Может у вас в Убежище и есть бездна времени, когда какой-то придурок угрожает куче людей, но пока мы тут будем выстраивать хитрые планы и искать твоего «заказчика», этот франт легко может найти другого исполнителя. Найдётся пара отморозков победнее, которым плевать на город, лишь бы им заплатили крышками. Я не стану испытывать судьбу и проверять удачу Мегатонны на прочность. Мы покончим с этим прямо сейчас.

— Мы? — переспросил Ривер. — Ты хочешь сказать, что мы идём вдвоём? С нами кто-нибудь ещё пойдёт? Охрана, помощники?

Симмс презрительно хмыкнул, тяжело ступив каблуком по металлическому настилу.

— Какие помощники, Ривер? В этом городе каждый второй готов перегрызть глотку соседу за банку чистой воды, а ты ждёшь целую армию добровольцев? Справимся сами. Не волнуйся, с такими я разговаривать люблю и умею, сам убедишься. Поговорить с этим щеголем на языке силы — много ума не надо. Увидит ствол у носа — и вся его лондонская спесь мигом улетучится. Убери-ка ты эту штуку, от греха подальше

Не дожидаясь ответа, шериф развернулся и решительным, тяжёлым шагом направился сторону лестницы, ведущей к салуну Мориарти. Риверу ничего не оставалось, кроме как убрать футляр с детонатором в рюкзак и пойти следом, мысленно отмечая, что шериф явно недооценивает уровень опасности человека вроде Бёрка. Такие люди обычно не расстаются с жизнью легко и уж точно не пугаются одного лишь сердитого взгляда местного законника.

Они шли по скрипучим металлическим переходам в молчании. Внутри Ривера росло смутное беспокойство, и, чтобы хоть как-то отвлечься от дурных предчувствий, он решил задать вопрос, который вертелся у него на языке с того момента, как он поговорил с Бёрком.

— Слушай, Лукас, — окликнул он шерифа, догоняя его на повороте. — У меня есть вопрос. Этот Бёрк, судя по его словам, здесь уже давно. Он выглядит чужеродно на фоне здешних поселенцев, ведёт себя подозрительно, крутится возле бомбы. Почему ты раньше не выставил его за ворота? Зачем вообще позволил ему обосноваться в городе?

Симмс на ходу бросил на него мрачный косой взгляд, скрипнув зубами.

— Думаешь, я не пытался держать глаза открытыми? После того как рейдеры в прошлый раз едва не прорвали наши внешние стены, я стал вдвое внимательнее к любому незнакомцу, который приходит в Мегатонну, — голос шерифа звучал раздражённо, больше оправдываясь перед самим собой. — Помимо того, что я здесь за порядком слежу, краем глаза умудряюсь следить ещё и за тем, чтобы никакой придурок не вздумал к бомбе приближаться. Наши местные психи…то есть Дети Атома, конечно, не в счёт. Но этот Бёрк, чёрт бы его побрал, вёл себя тихо. Арендовал небольшую хибару, пил своё паршивое вино, не устраивал драк, законов Мегатонны открыто не нарушал.

Шериф сплюнул на металлическую решётку мостика.

— На Пустоши не судят за то, что ты носишь чистый костюм и смотришь на всех как на дерьмо, парень. Чтобы выдворить человека из города или бросить за решетку за нарушение общественного порядка, нужны веские основания. Улик у меня не было, за руку его никто не ловил. До сегодняшнего вечера у меня просто не было нормального повода выставить его за ворота. Но благодаря тебе появился.

С этими словами Симмс преодолел последний пролёт лестницы и остановился прямо перед тяжёлой дверью салуна Мориарти. Изнутри доносился негромкий гул голосов, звон стаканов и унылая мелодия старого музыкального автомата.

Шериф толкнул дверь и первым вошёл в салун. Ривер последовал за ним, чувствуя, как футляр с импульсным зарядом неприятно давит через ткань сумки.

В прокуренный полумрак вновь ворвалась вечерняя прохлада. Внутри всё так же гремел старый музыкальный автомат, пахло дешёвым виски и табачным дымом. Было ощущение, что народу в салуне с момента ухода оттуда Ривера, стало неуловимо больше.

С каждым шагом вперёд дурное предчувствие, сжимавшее сердце Ривера с самого момента выхода из Убежища, становилось всё сильнее и настойчивее, превращаясь в холодный комок в груди. Что-то было не так. Вопреки здравому смыслу, всё шло слишком просто.

Лукас Симмс двигался уверенно, тяжело ступая по деревянному полу салуна. Его цепкий взгляд почти сразу вычёл в дальнем углу знакомый силуэт в сером костюме. Бёрк сидел за тем же столиком, неторопливо потягивая напиток, всем своим видом демонстрируя пренебрежение к окружающим. Он даже не сразу обратил внимание на вошедших.

Ривер заметил, как изменилось выражение лица Мориарти, стоило тому увидеть Симмса. Хозяин салуна на мгновение перестал двигаться, а затем перевёл взгляд на Ривера. В его глазах мелькнул вопрос, но задавать его вслух он не стал.

Симмс подошёл к столику Бёрка вплотную. Ружьё в руках мэра Мегатонны было направлено вниз, однако пальцы крепко сжимали приклад, а на обветренном лице застыло выражение холодной ярости. Он двигался неторопливо, с тяжёлой уверенностью человека, который уже вынес приговор и теперь собирается объявить его обвиняемому.

— Мистер Бёрк! — низкий, угрожающий голос Симмса перекрыл шум салуна.

Бёрк повернул голову. За тёмными стёклами очков невозможно было разглядеть его взгляд, но он, кажется, совершенно не удивился появлению шерифа.

— Шериф Симмс, — приветствовал он его. — Какая неожиданная честь. Не помню, чтобы мы договаривались о встрече. Надеюсь, в Мегатонне не случилось ничего серьёзного?

— Случилось. Представление окончено, поднимайся

— Простите? — Бёрк приподнял брови.

— Хватит кривляться, ублюдок, — Симмс резко оперлся руками о стол, нависая над ним. — Игра окончена. Твой план сорван. Мне известно про импульсный заряд, про твои намерения и про твоего богатого ублюдка-нанимателя, который заказал этот город. Ты арестован. Вставай и маршируй в кутузку.

На этот раз несколько посетителей замолчали. Мориарти медленно опустил бутылку, которую держал в руке.

Бёрк изобразил на лице абсолютное, почти оскорблённое удивление. Он посмотрел на Ривера, слегка прищурившись, будто что-то помечая в уме, после чего с невинным видом откинулся на спинку стула, разводя руками.

— Понятия не имею, о чём вы говорите, шериф. Боюсь, вы стали жертвой чьих-то больных фантазий или злонамеренной клеветы. Какая досада, что в вашей глуши закон вершится на основе сплетен.

— Ах, не понимаешь? — иронично ухмыльнулся Симмс — Сейчас объясню популярно. Ривер, дай сюда эту ерунду, только аккуратно — шериф протянул руку, не отрывая взгляда от Бёрка.

Ривер расстегнул рюкзак и достал защитный футляр. На короткое мгновение ему захотелось ещё раз попытаться остановить Симмса, предложить поговорить с Бёрком наедине, не превращать всё в демонстрацию силы. Но теперь было поздно. Шериф уже принял решение, и любой спор только разозлил бы его. Ривер передал футляр Симмсу. Тот положил его на стол перед Бёрком и открыл крышку.

— Узнаёшь эту штуку?

Бёрк взглянул на прибор. Его лицо не изменилось.

— Боюсь, я не могу сказать, что знаком с ней.

— Не можешь? — Симмс посмотрел Бёрку прямо в глаза — Странно. Потому что этот юноша утверждает, что ты передал её ему совсем недавно. Вместе с весьма недвусмысленным предложением взорвать нашу бомбу.

— Вот как, — в голосе Бёрка не было гнева, только лёгкое разочарование, будто Ривер не сумел справиться с какой-то элементарной задачей — В любом случае, этот детский лепет меня не интересует.

— Хватит болтать! — рявкнул Симмс. — Ты пытался подкупить человека, чтобы он взорвал бомбу в центре города. Я обвиняю тебя в подготовке теракта и покушении на жизнь каждого жителя Мегатонны. Сейчас ты встанешь, пойдёшь со мной и объяснишь всё уже в кутузке.

— Это совершенно нелепые обвинения. Насколько я понимаю, всё, что у вас есть, — слова какого-то незнакомого человека и какой-то непонятный прибор. Ни того, ни другого недостаточно, чтобы обвинять меня в столь серьёзном преступлении.

Ривер невольно стиснул зубы. Бёрк лгал с такой лёгкостью, словно заранее подготовил несколько версий происходящего и теперь выбирал наиболее подходящую. Он не отрицал очевидного, а осторожно менял смысл сказанного, надеясь, что формулировки окажутся важнее самой сути.

— Ты думаешь, я поверю в эту чушь? — Симмс с силой захлопнул футляр. — Думаешь, можешь прийти в мой город, раздавать деньги за убийство людей, а потом сделать вид, что ничего не произошло?

— Шериф, я настоятельно рекомендую вам успокоиться. Вы позволяете эмоциям затмить здравый смысл.

— А я настоятельно рекомендую тебе поднять задницу со стула.

Симмс больше не собирался вести пустые разговоры. Одним отточенным движением он сорвал с плеча ружьё и уткнул стволы прямо в грудь Бёрка. Щёлкнул взводимый курок.

— Это не просьба, Бёрк. Руки на стол, без фокусов. И сдай оружие. Сейчас же.

Бёрк замер, после чего неспешно поднял ладони.

— Вот так, значит? — произнёс он с едва различимой усмешкой. — И почему вы, громилы, так любите всё делать по-плохому?

— Последний раз предупреждаю.

— Очень хорошо, шериф. Ведите.

Бёрк встал. Движения его оставались плавными и неторопливыми. Он не пытался спорить, не проявлял раздражения и не делал резких движений. Казалось, угроза оружием наконец привела его в чувство. Он медленно расстегнул пиджак и полез во внутренний карман. Симмс крепче сжал ружьё, а Ривер невольно подался вперёд, готовый предупредить шерифа, если движение покажется ему подозрительным.

Но Бёрк действительно достал только небольшой пистолет. Он положил его на стол двумя пальцами и отступил на шаг.

— Вот и всё. Надеюсь, теперь мы можем обойтись без дальнейших угроз.

Симмс на секунду задержал взгляд на оружии, проверяя его, после чего передал футляр с детонатором Риверу.

— Убери это и держись рядом.

Ривер спрятал футляр в рюкзак. Он не сводил глаз с Бёрка.

— Пошёл, — приказал Симмс, указывая на дверь. Бёрк поправил лацканы пиджака.

— Как вам будет угодно.

Под дулом ружья Бёрк послушно вышел из-за стола. Симмс шёл вплотную к нему, подгоняя толчками в спину. Ривер замыкал цепочку, то и дело поглядывая на руки задержанного. Посетители расступались, провожая их любопытными взглядами. Кто-то перешёптывался, кто-то недовольно качал головой. Люси Вест встревоженно посмотрела на Ривера, но не решилась что-либо спросить.

Мориарти наблюдал из-за стойки. На его лице застыло выражение человека, который уже начал подсчитывать, сколько неприятностей принесёт эта история его заведению.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Симмс, — бросил он вслед шерифу.

— Занимайся своим салуном, Колин.

— Я и занимаюсь. Именно поэтому предпочитаю, чтобы вооружённые люди не размахивали стволами среди моих клиентов.

— Тогда тебе следовало бы следить за тем, кого ты к себе пускаешь! — рявкнул Симмс в ответ, не сводя дуло ружья с Бёрка

Мориарти ничего не ответил, лишь мрачным неодобрительным взглядом оглядел всю процессию.

Они вышли наружу. Вечерняя прохлада встретила их порывом ветра. Мегатонна постепенно погружалась в темноту: фонари освещали металлические мостки, из домов доносились приглушённые голоса, а у лестницы неподалёку кто-то пытался разжечь печурку, чертыхаясь над отсыревшими обломками дерева.

Несколько прохожих остановились, увидев Симмса с наведённым ружьём и мужчину в дорогом костюме, который шёл перед ним. Кто-то сразу отвёл взгляд, предпочитая не вмешиваться в чужие дела. Другие с любопытством следили за происходящим.

— Вот видишь, мистер Бёрк, — произнёс Симмс, не опуская оружия. — Ты ж не думаешь, что преступление без наказания бывает?

Бёрк слегка повернул голову.

— Уверен, вы обнаружите, что ваши обвинения лишены оснований. И тогда, возможно, мы сможем обсудить ваше поведение в присутствии свидетелей.

— Не беспокойся. Свидетелей у нас будет предостаточно.

Ривер шёл чуть позади и справа. Он видел руки Бёрка, его ровную походку и безупречно сидящий костюм. Мужчина даже сейчас держался с достоинством человека, который сопровождал куда-то не законник, а личный секретарь. Ни одного признака паники. Ни одного поспешного движения. Несмотря на то, что Риверу решительно не нравилось всё происходящее, он даже немного восхитился выдержкой Бёрка.

Они миновали несколько домов и вышли на более широкий металлический настил. До ближайшей лестницы оставалось совсем немного. Оттуда можно было спуститься к нижнему ярусу, а затем пройти к зданию, где Симмс держал задержанных.

Бёрк внезапно споткнулся на ровном месте, издав громкий возглас, и резко рухнул коленями на решётчатый настил. Инстинкты шерифа сработали мгновенно — решив, что пленник пытается бежать или потерял равновесие, Симмс подался вперёд, опуская ружьё чуть ниже, чтобы поднять его за шиворот и подтолкнуть вперёд.

Это была фатальная ошибка. Бёрк резко развернулся на сто восемьдесят градусов. Его правая рука, до этого прижатая к боку, внезапно метнулась. Ривер лишь успел заметить, как в ней блеснуло лезвие небольшого выкидного ножа, которое с глухим и влажным звуком удара вонзилось в грудь Симмсу.