Принцесса Пегги штурмует Хогвартс (джен)

В библиотеку я направилась окольным путем. У меня в списке экскурсионных остановок маячила пара выгодных инвестиций в будущее спокойствие магической Британии. Ну и моего высочества, конечно. Во-первых, я хотела стащить Коросту. Во-вторых, я хотела стащить тетрадку Риддла у мелкой Уизли.

Покидая кухню, я сперла емкость с моющим средством, с помощью стола переместилась в Большой зал и заныкала эту бандуру на потолочной балке до поры до времени. Обеденный перерыв еще не наступил, в Большом зале было пусто: двери закрыты, свечи погашены. Потолок был скучным, он показывал пасмурное небо.

Я вылетела на улицу сквозь чердачное окно для совиной почты, промчалась над внутренним двориком и быстро юркнула в приоткрытую форточку. Б-бр, ну и холодрыга!

Помещение, куда я попала, оказалось Больничным крылом. В огороженном ширмами углу спала Гермиона. У нее были синие пятна на лице. Через пару коек, уже без ширм, сопели близнецы Уизли. Один с насыщенно-фиолетовым цветом кожи, другой с большими желтыми волдырями. Интересно, как Гермиону занесло в эту компанию?

В стороне мадам Помфри хлопотала над опухшим коленом мистера Филча. Миссис Норрис терлась мордой о здоровую ногу старика, успокаивая. А он в свою очередь жаловался:

— После того, как эта наседка-Уизли завела еще двух детей, на старших у нее не хватает времени! Какими образцовыми были Чарли, Уильям и Перси, такими же безалаберными получились близнецы!

— Ну что вы, Аргус. У ребят переходный возраст — сложное время.

— И не говорите! Боюсь, я его не переживу! Я устал от их проделок, дурацких бомб-вонючек и хлопушек! У меня не стихает звон в левом ухе!

— Я дам вам чесночные капли. Они прекрасно с этим справляются.

— Мало им было хлопушек, они целую лабораторию в заброшенном коридоре на третьем этаже организовали! Вы представляете?! Профессор Макгонагалл со своими тысячами обязанностей замдиректора ничего дальше бумажек не видит! А еще «декан», называется!

— Ну что вы, Аргус. У Минервы прекрасное зрение для женщины ее возраста!

— Вы спуску им не давайте, мадам! Лечите самыми горькими зельями, чтоб не повадно было!

Неучтенная лаборатория меня заинтересовала. Близнецы — известные хулиганы, у них должна быть куча интересностей для пакостей! Только лететь в такую даль на своих крылышках мне не хотелось. Поэтому я тихонько сперла пузырек валерианы и приманила кысу.

— Пикси! — воскликнул Филч. — Миссис Норрис, поймай этого гаденыша!

Упс!..

Кыса среагировала как бойцовый бульдог на команду «фас!». Я чудом увернулась от острых когтей и спряталась за тумбочку, пытаясь справиться с пробкой у флакона.

Миссис Норрис запрыгнула на тумбочку и попыталась достать меня лапой, рассерженно рыча.

Я показала ей язык.

— Эти чертовы твари терроризируют весь Хогвартс! Целая банда, они хуже Пивза! И куда смотрит директор? Нанять такого недоумка на должность преподавателя!

— Ну что вы, Аргус! Со всеми случаются оказии, это не повод ставить крест на человеке. Гилдерой, конечно, неподражаемый волшебник, но он все-таки человек. А людям свойственно ошибаться, — пожурила его мадам Помфри и затянула повязку так, что Филча перекосило.

Наконец-то треклятая пробка поддалась!

Я щедро плеснула кысе в морду валерианкой. Миссис Норрис от внезапности неуклюже плюхнулась с тумбы. Затем взвилась волчком, заорала дурниной и, мигая шальными глазами, помчалась нарезать круги. Похоже, кыса решила, что попала на кросс по пересеченной местности. Она попрыгала по кроватям, опрокинула ширмы, хвостом смела с прикроватного столика флакончики на пол, попыталась поймать медсестру на картине. Последняя испуганно завизжала и бросилась наутек за раму, потеряв нарисованный чепчик.

Мадам Помфри хотела остановить кошку магией, но только добавляла балагана в разгром. Тут и там от ее заклинаний предметы застывали, взмывали вверх, падали, обмотанные веревками. Филч повис у нее на локте, умоляя не вредить его бедной кошке. Близнецы Уизли проснулись и с азартом принялись подбадривать миссис Норрис.

Пора брать дело в свои руки! Я вылетела из укрытия, ловко оседлала кысу и ударила пятками по бокам. Миссис Норрис сорвалась с места, точно Бугатти, и пулей вылетела за дверь.

Мы промчались по коридорам Хогвартса, как всадники Апокалипсиса: с грохотом роняя доспехи, срывая флаги, гобелены и портреты со стен. Нарисованные люди в панике убегали сломя голову. Ученики с визгом отшатывались в стороны, забивались в ниши и провожали нас вытаращенными глазами.

— Дорогу ее высочеству! — кричала я во всю глотку, — расступитесь, челядь! Принцесса едет!

У очередного поворота миссис Норрис забуксовала когтями на скользком полу и неловко ударилась боком о постамент с бюстом. Я не удержалась и упала. Бюст поплясал, но тоже не удержался и с грохотом свалился на пол.

— Проклятье! Опять меня уронили! — захныкал бюст, — сколько я просил поставить меня в пустой коридор или закрепить чарами посильнее, а все без толку!

— Негодяи! — посочувствовала я, встала, отряхнулась и подобрала флакончик с валерианой.

Дальше по коридору располагалась тяжелая дверь, которая была распахнута настежь. Дверь подпирал косоногий табурет. Наверное, чтобы проветрить? Я с любопытством заглянула внутрь.

Судя по всему, это была учительская.

У стен теснились шкафы, а за стеклянными дверцами плотно стояли книги, свитки и бумажные папки. Центр комнаты занимал овальный стол со стопками пергамента, чернильницами и гусиными перьями. Чайный сервиз на несколько персон стоял на отдельном столике с пышущим заварником, сахарницей и вазочкой печенья. Вокруг громоздились стулья и кресла, а во главе стола, в самом мягком трон-кресле с резными навершиями на спинке, спал Дамблдор. Он громко храпел на всю учительскую, откинув голову на спинку и широко разинув рот.

Я с замиранием сердца приблизилась. Блестящие бубенчики на зажиме бороды манили и шептали тоненькими голосами: «Забери нас, Пегги, забери!».

— Конечно-конечно, мои хорошие! Сейчас-сейчас! — я огляделась в поисках, куда деть флакон с валерьянкой. Наткнулась взглядом на чайник и решила, что преподавателям не помешает успокоить нервы. Все-таки работа с детьми — это то еще испытание!

Затем я подлетела к креслу директора, аккуратно приземлилась на подлокотник и на цыпочках подобралась к бороде. Все шло гладко, мне удалось разжать зажим, вытянуть его с бороды, да вот только последний колокольчик запутался в волосах и громко звякнул.

Я зло шикнула на него.

Дамблдор завозился, причмокнул губами, отчего борода дернулась и колокольчик звякнул еще раз.

Веки старика дрогнули, он сморщился и заворочался, просыпаясь.

«Пан или пропал!» — подумала я, и что есть мочи рванула колокольчики на себя.

Дамблдор ойкнул, распахнул глаза и схватился за бороду. Но я со своей добычей уже юркнула за дверь!

Правда, далеко мне улететь не удалось. Прямо за дверью стоял никто иной, как Гарри Поттер. В мантии-невидимке! Он неловко отшатнулся, запнулся ногой об упавший бюст и плюхнулся на задницу.

— Ага, прогуливаете уроки, мистер Поттер! — я грозно уперла руки в бока.

— Нет-нет, я вовсе не… — с перепугу начал отпираться Гарри.

— Не важно! — я пихнула ему в руки один бубенчик и злорадно улыбнулась,

— ты теперь соучастник преступления, мой маленький паж!

— П-паж?.. Почему паж?..

— Потому что у каждой принцессы есть паж! Ты должен быть благодарен, это большая честь! Ну все, я полетела, чао-какао! — бросила я напоследок и взвилась под потолок, размахивая бубенчиками, как погремушкой.

За спиной у меня раздался шум. Дамблдор, потирая подбородок, выглянул из учительской и в недоумении осмотрел пустой коридор. Гарри успел спрятаться под мантию и, судя по ощущениям от моих антенок, сбежал по лестнице вниз. Только бюст лежал лицом вниз и гнусаво жаловался, что его сначала роняют, потом спотыкаются и во всем замке не найдется ни одной доброй души, которая бы ему помогла!