Гарри Поттер и братья Дракула (джен)

Туалет Плаксы Миртл встретил их сыростью и всхлипами, но один ледяной взгляд Раду заставил привидение мгновенно исчезнуть в сливном бачке. Гарри подошёл к крану с выгравированной змейкой. Ему не нужно было вспоминать парсултанг — после ритуалов в Трансильвании язык змей стал для него таким же естественным, как дыхание.

— Отворись! — прошипел он. Голос прозвучал не как человеческий шёпот, а как скрежет чешуи о камень.

Раковины разъехались, открывая зияющую бездну. Гарри и Раду спустились вниз, скользя по каменному желобу, пока не оказались в огромном зале, уставленном змеиными колоннами. В конце зала возвышалась гигантская статуя Салазара Слизерина.

— Здесь спит страж! — прошептал Раду, обнажая меч. — Я чувствую его мощь. Это существо старше многих моих братьев!

— Говори со мной, Слизерин, величайший из четырёх! — воззвал Гарри. — Твой наследник пришёл, но не тот, кто жаждет разрушения, а тот, кто несёт в себе кровь драконов!

Рот статуи открылся, и из темноты послышался тяжёлый шорох. Огромный, покрытый изумрудной чешуёй василиск выполз на свет. Его жёлтые глаза могли убить любого, но Гарри не отвёл взгляда. Магия вампиров изменила его зрение: он видел мир через призму ауры и тепла, и смертоносный взгляд змеи не действовал на него так, как на обычных смертных.

Василиск замер, его голова размером с карету зависла в дюйме от лица мальчика. Змей почувствовал не только запах Слизерина, но и нечто гораздо более древнее — запах первородной магии, которой пахли горы Трансильвании.

— Ты... не тот бледный трус, что будил меня раньше! — прошипел василиск. — В тебе сила истинного короля!

— Тот трус осквернил твой дом! — ответил Гарри, кладя руку на холодную чешую змея. — Я пришёл очистить это место. Ты больше не будешь скрываться в тени. Ты станешь моим клинком, который поразит тех, кто предал мою семью!

Василиск склонил голову, признавая власть Гарольда. В этот момент Гарри почувствовал, как замок Хогвартс вздрогнул. Связь между ним и древним строением укрепилась. Теперь он был не просто гостем — он стал хозяином подземелий. Дамблдор в своём кабинете почувствовал, как контроль над школьными чарами ускользает из его рук, перетекая вниз, в самую глубину земли.