Гарольд Свон (джен)

Небо над Форксом разверзлось свинцовыми тучами, но вместо обычного дождя на землю обрушился настоящий шторм. Поляна была залита призрачным светом — это работали ловушки Гарольда. Он расставил по периметру зачарованные камни, которые создавали зону анти-аппарации. Теперь никто не мог сбежать.

Хлопок! Ещё один! Десятки фигур в чёрных мантиях и костяных масках появились на краю леса. Впереди них, словно оживший мертвец, шествовал Волан-де-Морт. Его красные глаза горели триумфом, пока он не увидел тех, кто стоял напротив.

— Поттер... — прошипел он, его голос перекрыл раскаты грома. — Ты прячешься среди зверей и нежити? Как низко пал «герой» магического мира.

— Моё имя — Гарольд Свон! — громко ответил юноша, делая шаг вперёд. — И это мой лес. СЕЙЧАС!

Земля под ногами Пожирателей Смерти вспыхнула изумрудным пламенем — сработали мины-заклятия, лишая их равновесия. В ту же секунду из густой чащи, словно серые и рыжие молнии, вылетели огромные волки. Джейкоб первым вцепился в мантию одного из магов, не давая тому вскинуть палочку.

Каллены двигались так быстро, что маги просто не успевали произносить заклинания. Эдвард и Эмметт работали в паре: один предугадывал движения врага, другой обезоруживал их с сокрушительной силой.

Волан-де-Морт вскинул Старшую палочку, направляя поток смертоносного зелёного света в Гарольда, но тот не дрогнул.

— Протего Тоталум! — Гарольд выставил щит, который подпитывался не только его манией, но и древней силой земли Форкса, которую он научился чувствовать благодаря квилетам.

— Ты не понимаешь, Том! — крикнул Гарольд, отражая очередное проклятие. — Ты расколол свою душу, чтобы стать вечным, но ты стал слабым. У тебя нет корней, нет дома. А за моей спиной — вся сила этой земли!

Битва превратилась в хаос из вспышек заклинаний, волчьего рыка и звона стали. Но план Гарольда работал: маги, привыкшие к дуэлям на расстоянии, оказались бессильны против физической мощи оборотней и скорости вампиров в ближнем бою.

Внезапно Гарольд почувствовал, как шрам на лбу обожгло невыносимой болью. Волан-де-Морт готовил нечто ужасное, собирая всю свою ярость для последнего удара.