My way (гет)

28 ноября, дом Юн Ми, утро.

Сидим, завтракаем все вместе, кафе закрыто якобы на санитарный день, я настоял. Онни в универ только в понедельник, так что они с мамой Юн Ми собираются в гости, их пригласила на обед старая знакомая мамы. Раньше она редко ходила в гости, а теперь мама Юн Ми Дже Мин нарасхват! Всем надо узнать из первых рук про Францию и Париж, да посплетничать от души потом, как без этого? Маме же не терпится похвастать дочкой, ну и тоже посплетничать немного. Онни я накрутил не хвастать деньгами и вообще быть скромнее, а то знаю я ее, язык как помело. Пригласили их к часу дня, так что через час уедут, мы встали поздно, отсыпались после перелета. Я эти походы продинамил, работать надо, так и сказал. Еще мне не хватало несколько часов молчать, младшим положено, и кланяться по любому поводу.

Решил Сан Хену подогнать танцевалку на корейском, "Бедную овечку" Свиридовой. Осталось перевести на корейский, спеть может кто-то из "Короны", танцевальную часть сами сделают, добавят бэк-вокал и нормально. Даже драть три шкуры не буду с сабонима, десяточки хватит. За час набрал ноты "Овечки", набрал ритм и часть мелодии, благо ничего такого там нет, попса — она и в Корее попса. Мои собрались, пообнимались, велели не шалить и отчалили, на такси. Метро мы теперь пользуемся в час пик, если прям быстро надо доехать, а так — только такси. Свобода-а-а-а!

На мой вопль прибежала Мульча и смотрит вопросительно — че, правда что ли? Да, моя прелесть, правда, свобода до вечера. Тебе-то что, ты и так шкодишь как хочешь, не вырывайся, потерпишь наглаживание одну минутку. А чем бы мне заняться на свободе? Помнится, я пару раз размышлял на тему моей координации и танцев? Как там у Доцента было? Тут помню, тут не помню? Вот и у меня так же, тут всё работает, а тут нет- танцирен не получается. На глаза мне попадаются упаковки с пивом и соджу. А если...

Там же, верез 10 минут.

На компьютерном столике в моей каморке стоят пять бутылочек эля, найденного в большом холодильнике в кафе, банка привезенных из городу Парижу маринованных огурцов, тарелочка с дор блю и рокфором, мама много притащила сыра с зеленой и синей плесенью, и нарезка хамона. Пиво английское, Стаут, в бутылочках по 0.33л, 8% алкоголя. Что там пил капитан из "Девушки из Нагасаки"? Крепчайший эль? Это точно эль, так и написано, со вкусом карамели. Маме дядя притащил упаковку, одну бутылочку они распили — им не понравилось, так и стоит. Стояло. Приступим к эксперименту.

Через пол часа.

Сначала мне эль не очень зашел — я больше пиво типа Портера люблю или светлое серии Пильзен, но после второй вроде и ничего. Девичий организм сладенькое приветствует, кх-кх-кх. Пробую танцы... не, танцо... не, сплясать, короче. Вроде получше получается, или мне кажется? Так, сначала отлить, и под "Овечку" еще спляшу!

Еще через час.

Из двери каморки раздается ритм "Get a way" от Махх, оттуда появляется пританцовывающая фигурка Юн Ми, она выходит на середину свободного от товара пятака, орет: — А теперь шаффл! — и начинает скакать на месте, выделывая ногами и руками разные фигуры танца.

https://yandex.ru/video/preview/7601206944562916555

Через 10 минут.

Музыка закончилась, Юн Ми глубокомысленно поднимает указательный палец, говорит: — О! — и скрывается в своей выгородке, по небольшой синусоиде сходу попадая в дверь. Через пару минут появляется обратно, вытирая губы рукой, встает перед зеркалом и, косплея индейца из "Хищника", повязывает черную бандану, потом, скроив зверскую мордашку, чиркает оттопыренным большим пальцем крест накрест между грудей. На ней черная же майка со скалящимся черепом и надписью "Хард рок", драные кюлоты и кроссовки. Она включает на "Корге" жесткий бит, хватает гитару, втыкает в разъем усилителя, выкручивает громкость почти на максималку и по складу разносятся гитарные запилы. Под них Юн Ми изгибается, трясет головой, скачет в стиле соло-гитариста из "Эйси-Диси", наконец садится на шпагат и перекатом встает, опутанная проводом гитары. Штекер выскакивает из гнезда, Юна выпутывается из провода и, с трудом попадая в дверь, скрывается в своем закутке.

Дом Юн Ми, вечер.

В прихожую заходят слегка подвыпившие мама Юн Ми и Сун Ок. В доме тишина, только прибежавшая из гостинной Мульча жалобно мяукает. Мама и Сун Ок поднимаются в спальни — там тоже никого.

— Наверное, она еще работает. — говорит мама и они идут на склад. Посреди склада валяется гитара, и тоже тишина, в выгородке Юн Ми горит свет. Онни и мама заглядывают в дверь и видят спящую, подложив руки под голову, прямо за компьютерным столом Юну. На столе остатки закусок, пара пустых бутылочек из-под эля, остальные валяются на полу. Мама бросается к ней, а онни с удовольствием цедит: — Алкашка малолетняя!

Через минуту Юну под руки тащат в спальню, она полу-поет, полу-мычит по-русски: — И крикнул... Ик... капитан... Ик... В последний раз! Ик! Еще не ве-ече-ер..Ик! Еще не ве-ече-ер! Ик! Ик! Ее укладывают на матрасик, она сворачивается в клубочек и бормочет: — Я вам покажу, суки, как меня-я-я же-е-ен-и-ить... И вырубается.

Дом Юн Ми, утро.

Мама и онни Юн Ми завтракают, в это время сверху спускается, цепляясь за перила, Юн Ми. Волосы на голове сбились на одну сторону, глаза — как щелочки, цвет кожи напоминает ранний салат, такой же бледно-зеленый.

— Проспалась, алкашка! — злорадствует Сун Ок.

— Юна, зачем ты так напилась! Сама ругала сестру и сама напиваешься, как алкашка какая-то. Говорит мама.

— Это был эксперимент...- неуверенно бормочет Юн Ми.

— У меня никак не выходили танцы и я попробовала отпустить сознание, что бы оно телу не мешало. Это только один раз, я больше не буду. — уя губы и чуть не плача, говорит Юн Ми.

Почему я маленьким не сдох — вот главная и она же единственная мысля, поселившаяся в моей бедной голове с утра. Вот как глаза продрал — так и поселилась. Где-то на задворках толпились мелкие мыслишки на тему "больше никогда", "я кретин с сиськами", и облегчение от того, что меня на подвиги не потянуло за пределы склада. Не то, что бы не тянуло — бензин закончился у моего моторчика в заднице. Вырубился я. Еще бы, в пересчете на ту же водку грамм триста пятьдесят засосал, а крепкое пиво еще и поубойнее будет для моего хрупкого девичьего тельца. Пришлось каяться и виниться, был прощен, поцелован, попотчеван таблеткой от головы, обрадован обещанием куриного бульончика и отправлен в душ.

Комната сестер Пак, время к обеду.

Валяюсь на матрасике, голова почти прошла, ноет немного и все. Не тошнит, я в порядке, только слабость и лень одолевает. Буду сегодня лениться и размышлять о вечном. О деньгах, то есть, и куда их потратить. Повтыкал в планшет, на счету уже под десять лямов зеленью, хватит на хорошую квартиру или дом, и на моем сайте тоже счетчики крутятся, как сумасшедшие. Пока про деньги можно забыть, только про налоги надо помнить, забудешь про них, грабеж натуральный, сорок пять процентов! Есть и нюансы — надо делить "французское наследство". Нарезать ролики с концертов, выбрав лучшие, записать уже для себя несколько танцевальных вещей, типа "Овечки" или от "МАХХ", их же выложить на сайте. Надо бы проверить результаты эксперимента с раскрепощением сознания и тела, но лениво, завтра. Главное, не привыкнуть к таким фокусам, это вредно, и на утро очень хреново. Не приспособлено мое тело к таким загулам, да и есть ненулевые шансы помереть не девочкой, кх-кх-кх.

— Нафиг, нафиг! — кричал пьяный Буратино, сжигая азбуку. Прикинул к носу то, чего у меня уже нет — к Новому Году будет у меня от двадцати до сорока миллионов, это вам не мелочь по трейням собирать. О, Рождество! Надо хоть одну песенку накатать к Рождеству и посмотреть, какие есть вообще. Залез, посмотрел.

Граждане, это беспредел! Тут нет хита всех времен про Ёлочку, которой холодно зимой и за это ее срубили нафиг. Отмечаем. Рождественские песни не вспоминаются, только новогодние, та же АББА с ее "Happy New Year" подойдет и хватит. Чую я своими пятыми восемьдесят восемь, меня пригласят на Рождество в Ватикан. У меня бедра восемьдесят восемь, а талия пятьдесят шесть и грудь восемьдесят семь, ага. Странно, что еще в Италию не зовут, может и хорошо, опять пахать бы пришлось, как папе Буратино, без концерта же не отпустят точно. В то же время мне совестно, я владею сотнями произведений, знаю десятки сюжетов кино, помню сотни книг на нескольких языках, мне не жирно будет одному? Делиться надо! Буду зарабатывать с дэнс-треков и прочих однодневок, а часть хороших песен дарить, зарабатывая только с интернет-продаж. Хочу снять свою любимую комедию, "В джазе только девушки", перенесу действие в Японию, с якудзами и катанами. Кровищи будет... Порубают какого-нибудь Горо-зубочистку в капусту, ага. Чет меня заносит... "Леон" французам, нашим "А зори здесь тихие", англам "Пигмалион". Американцам "Терминатора" первого, как без него, а Южной Америке — "Генералов песчаных карьеров" и песню знаменитую туда. Так, про песню — галочку сразу в планшет!

https://yandex.ru/video/preview/808691400862524248

Напевая по русски "Я начал жизнь в трущобах городских...", Юн Ми увлеченно ищет в интернете неизвестные в этом мире песни и фильмы, Мульча сладко дрыхнет рядом, на спинке и раскинув лапки.

Так, все это опять не то! Да, много работы, да, что-то подарю или раздам бесплатно, но этого мало! Надо что-то придумать еще, как-то помочь людям, хотя бы в Корее для начала. Вспомнил! У нас же самоубийц много, особенно школьников. Если организовать кампанию против самоубийств, это же на пользу стране? Поискал в интернете и узнал, что правительство тратит миллиарды на борьбу с этим явлением, но воз и ныне там, даже хуже становится. Воруют небось суки, аж вспотели! А я смогу организовать-то это все сам? Навряд ли, опыта никакого, надо подключать тяжелую артиллерию — Сан Хена с его ФАН, и на дядюшку Хвана у него тоже может быть выход, не может не быть. Как раз "Ты знаешь, так хочется жить" отлично подойдет для концерта благотворительного. И клич кинуть по агентствам, глядишь и наберем народа на три отделения концерта. Плюс на ТВ посветить фейсом на тему моего образования, а точнее, его отсутствия, и при этом успеха в жизни. И на сунын не ходить, хотя я и так не собирался. Нафига мне сунын, если по статусу премии французской я могу в "Консерве" местной преподавать? Надо после обеда позвонить Сан Хену на тему пары хитов ему от меня и заодно узнать контакты дядюшки Хвана, он должен знать. Кстати, а что там с обедом?

Гостиная дома Юн Ми, час дня.

Обедаем с мамой, кафе пока закрыто, мама якобы отдыхает, а сама с утра шуршит на кухне и "по дому". Завожу разговор про ее здоровье.

— Мама, как ты смотришь на то, что бы подлечиться и отдохнуть? Ты много лет не отдыхала и не проверялась у врачей. Я хочу, чтобы ты прошла полное обследование и съездила в какой-нибудь хороший санаторий. Ты вырастила нас с онни, пора тебе позаботиться и о себе!

— Что ты, Юночка, а как же вы без меня, как наше кафе, кто готовить будет вам и посетителям? Разве я могу вас оставить надолго? — волнуется за нас мама.

— Мы уже выросли, мама, справимся! А если с тобой что-то случится, как мы будем жить с онни, зная, что могли тебе помочь и не помогли? И вообще пора купить большую квартиру и оставить кафе вместе с домом дяде. Ему тоже нелегко, он помогал нам всю жизнь, теперь наша очередь помочь ему! У нас больше десяти миллионов долларов, и будет еще много, мы должны быть благодарными тем, кто нам помогал.

Мама вскакивает, бросается ко мне, обнимает и говорит: — Какая же ты у меня выросла добрая девочка, Юн Ми! Но как же я без работы, я привыкла, мне будет плохо без забот о вас.

— Работу я тебе найду, у нас теперь семейное дело, большой бизнес. Кому еще доверять, как не тебе и онни? Ты будешь следить, чтобы у меня и онни всегда была вкусная еда, как и сейчас, чтобы я вовремя ложилась спать и не перерабатывала. Онни будет следить за наемными работниками стаффа, подучится и будет. Вот закончит свой алконарий, и приступит.

Мама садится рядом со мной и задумывается.

— Значит, мы всегда будем вместе, рядом с тобой?

— Всегда! Пока Сун Ок замуж не выйдет и дети не пойдут. Тогда уж пусть мужем занимается и детьми. Мама успокаивается постепенно, мы так и сидим обнявшись. Хорошо!

29 ноября, вторая половина дня.

Выхожу на склад, закрываюсь в своей комнатке, начинаю записывать "Get a way" Махх, в двух вариантах, оригинал и ремикс от Африка Бамбаатаа. Только английский текст, только хардкор. В темпе прогоняю трек, "Корг"- ты чудо! Допиливаю эффекты, заново играю, и так до ужина. Еще надо с чисто женским вокалом найти евро-дэнс, у того же "МАХХ" есть трек с отличным ритмом и чисто женским вокалом, "I Can Make You Feel Like", попавшая в шестой десяток британского чарта. В этом мире она в Хот 100 Билборд войти может, и под мой голос пойдет, да та же "Корона" справится вполне. Мама зовет есть, онни тоже пришла от подружек и даже трезвая. Кто хорошо работает, тот ест, и это точно я!

https://yandex.ru/video/preview/15076660095559328730

Там же, гостиная дома Юн Ми.

Ужинаем, мама наготовила опять всего, скучно ей так сидеть, вот и старается на кухне. Нам с онни грех жаловаться, вот чего-чего, а так меня в том мире не кормили. При этом для меня все отдельно, не острое. Онни удивляется, как я это ем, все пресное же, ей не понять. Негромко бухтят ведущие новостного блока, Палестина, Афганистан, Колумбия, везде стреляют. На новостях Европы онни прибавляет звук, говорит девушка в бейсболке и блузке с шортами, пирсинг, тату, все дела.

— Показ концерта в честь нового Гимна Франции состоится завтра в последний день осени, в 20-00 по сеульскому времени. Компания КБС так же решила показывать концерт на улицах Сеула, для чего установлено одиннадцать больших проекторов на площадях города. На концертах в Париже и Марселе побывало около двухсот тысяч зрителей, трансляцию уже посмотрели около трёхсот миллионов человек. КБС предполагает, что аудитория в Корее составит около двадцати миллионов зрителей. Это огромный успех волны Халлю и корейской культуры, а так же нашего национального достояния, школьницы Пак Юн Ми.

Ага, где я — и где школа, думаю я. Ведущая, аж подпрыгивая от переполняющих ее чувств, продолжает.

— Как нам стало известно, Пак Юн Ми подарила свой гимн народу Франции и его можно скачать с сайтов президента Республики Франция, Национального Собрания Франции или с сайта "Зе Крейзи Кэт" совершенно бесплатно! Все произведения, исполнявшиеся на концертах в Париже и Марселе, так же написаны и исполнены Пак Юн Ми. Пак Юн Ми также награждена французской премией "Виктуар де ля мюзик", ее размер скорее символический, всего 5000 долларов, но она очень престижна! Это огромное достижение всей Кореи...

Убавляю звук обратно, одно и то же пошло. Престиж, Халлю, бла-бла-бла. Мама и онни тоже спокойны, они-то все видели вживую, это не по ящику смотреть, а главное, слушать. А не пойти ли мне поваляться? Повтыкаю в планшет, наглажу свою кошатинку, глядишь и засну пораньше. — Мульча, ты идешь?

— Миаууу!

— Да, онни, она меня понимает, ты же знаешь! Мульча, идем.

Через час, спальня сестер Пак.

Сун Ок тихо заходит в комнату и видит спящую Юн Ми. Она свернулась калачиком, обняв планшет и Мульчу. Под головой у нее вместо подушки мишка из Марселя. Сун Ок вздыхает и выключает свет...

Дом Юн Ми, утро.

Завтракаем все вместе, все дома, воскресенье. Мама выглядит неплохо, отдохнула, хотя и не сидела на месте, такая уж она у нас. По ТВ опять про концерт, событие для Кореи знаковое, в чем-то превзойти белых вегугинов для каждого корейца что-то необыкновенное и радостное. Я строю планы на сегодняшний день, надо допилить обе композиции МАХХ, мне они и нужны-то как повод посетить ФАН, ну и самому попрыгать от души под заводную музычку. "Бомбей Буги" все же не совсем то для фитнеса, хотя есть и быстрая версия, а мне он необходим, надо форму поддерживать. К тому же я ведь еще не проверял, помог мне мой алкогольный эксперимент или нет. Смутно я помню, получалось у меня или нет, и что получалось. Вот как чуть стоя не пописал — это я помню хорошо, как бы забыть еще, чуть не опозорился. А какой ужас меня пробил, пока я еле ширинку на левую сторону вскрыл и не нашел! Ага, того и не нашел, чего у меня тут нет, но я-то забыл же, что девочка, насосавшись эля. Еще помню, напевал "Девушку из Нагасаки" под запись музыки, прихлебывая эль из бутылки и вытирая слезы платком. Ну это я так считал, что платком, потом оказалось, что это тряпка для пыли старая, ей упаковки с водой и соками протирали. Совсем потом, вчера уже, когда протрезвел и долго гадал, как эта ветошь попала на клавиатуру компа, пока не вспомнил. Вот всякую дичь помню, а то, что надо — нет! Надо идти и проверять.

Чуть позже, склад.

Включил *I Can Make You Feel Like*, проигрыш уже идет, а я все не решаюсь начать. Эх, мне ли бояться-то, дважды живущему. Погнали!

На свободном месте склада танцует шаффл Юн Ми. Иногда сбивается, но в целом это именно танец, ошибок все меньше и к окончанию трека получается у нее совсем неплохо, как для новичка. Наконец, она вскидывает в победном жесте руки и шепчет: — У меня есть ноги!!!

Сижу в своей микро-студии перед микрофоном, прогоняю трек "Get A Way", вспоминаю раскладку голоса и слова сего хита танцполов. Внутри все поет — у меня есть ноги! И руки! К ним бы еще голову, а не кусок прикола. Так, не отвлекаемся, работаем, завтра к Сан Хену. Стоп, а почему завтра-то? Голову даю на отрез, что сабоним сегодня будет еще раз смотреть мой концерт в компании друзей, а значит, завтра он в ФАН появится поздно, или вовсе не появится, они же не насухую смотреть будут. Можно не торопиться и работать спокойно.

Тот же день, вечер, дом дядюшки Хвана.

За низким столиком, уставленным множеством плошек с корейскими закусками, сидят Сан Хен и дядюшка Хван. На столе также стоит пятилитровый бочонок пива, у обоих собеседников начатые кружки с пивом. Время подходит к восьми, они ждут начала записи концерта в Париже.

— Так зачем ты хотел меня видеть, дядюшка? Спрашивает Сан Хен, отпив из кружки.

— А просто так я не могу тебя пригласить? Впрочем, есть у меня к тебе небольшое дело. Не мог бы ты представить меня этой девочке, Юн Ми-ян? Я знаю, ты с ней работаешь.

— Скорее, это она работает со мной. Я ошибся, когда мой человек ее нашел, посчитал ее просто девчонкой, которой повезло. Меня редко подводит чутье, и в этот раз оно меня толкало — давай, предложи ей любые условия, любой контракт, рискни! Я не поверил и остался за бортом. Мы работаем по отдельным проектам, она мне звонила из Парижа, предложила совместную работу, конечно же я согласился. Скоро она мне позвонит, я договорюсь о встрече и приглашу тебя, так нормально?

— Спасибо! Это как раз то, что надо. Ну, давай я тебе еще пива налью, шоу начинается.

Дом Юн Ми, 20-00.

Это мама с онни концерт смотрели прям вживую, а я как-то не сподобился и в записи посмотреть, то одно, то другое, особенно другое, с английским элем. Поэтому мне интересно. Мы поужинали, мама и онни оставили себе закуску и пузырек соджу, у меня графин с соком, мы готовы наслаждаться. После очередных криков корейца-ведущего передачи про Халлю, а это именно шоу с сидящими в студии самыми разными музыкальными экспертами, айдолами и прочими деятелями к-поп, наконец-то начинается основное блюдо — сам концерт. Еще раз слушаю речи ВРИО президента Франции, прочих политиков, Неистовой Клер и Папы Римского, и понимаю — я их тогда, на сцене стадиона, не слышал. Слушал, но не понимал — мандраж меня колотил. Показали и мой позор — как я пытался почесать спину между лопаток, и мою сначала удивленную, а потом смущенную физиономию, когда меня Папа спалил. Посмеялись с онни. Ну что скажу, для первого раза достойно выступил, не лажал особо, пел неплохо, костюмы подобрал нормально, все хорошо. Конечно, если гастролировать, то до нормального шоу еще далеко, но все в моих руках, надо работать!

Дом семьи Чон, коридор второго этажа.

По коридору медленно прохаживается охранник, смотрит в смартфон, в ухе у него наушник, идет концерт в Париже. За его спиной медленно открывается дверь в комнату Ю Чжин, девушка крадется мимо увлеченного зрелищем охранника, бросает взгляд на экран телефона... Охранник подскакивает на месте от дикого визга, телефон вырван из его рук и разбит об стену, Ю Чжин бешенной кошкой вцепляется ему в лицо.

Там же, через 15 минут, кабинет отца Ю Чжин.

— Как это случилось? — кричит хозяин кабинета, чуть не расколотив стол ударом кулака.

— Нахрена мне охрана, если вы не можете уследить за моей дочерью? За тарелку рамена работать пойдете, лодыри!

Начальник СБ мудро молчит, пережидая гнев начальства, наконец Мин Гу остывает немного и бросает ему: — Ладно, говори уже, что там стряслось?

— Ваша дочь как-то открыла дверь своей комнаты, мониторящая помещение по видеокамерам сотрудница как раз отошла в туалет, ваша дочь спала и она подумала, что успеет. Ее напарница как раз ушла ужинать, они по очереди ходят. Охранник в коридоре смотрел концерт этой невесты Чжу Вона — Пак Юн Ми, с одним наушником, но говорит, что ничего не слышал. Потом ваша дочь завизжала, разбила его смартфон, повредила ему лицо и один глаз. У него от неожиданности случился сердечный приступ, он едет в больницу на нашей машине. С вашей дочерью врач, она спит после укола лекарства. Охранник виноват, но не сильно, в целом — просто стечение обстоятельств. Всё.

— Стечение обстоятельств... Я вас разве ограничивал в количестве людей? Сделайте так, чтобы даже если пол смены обосрется, моя дочь была под контролем!

Отец Мин Гу был выходцем из дна послевоенного Сеула, и Мин Гу с детства не был рафинированным аристократом.

— Можешь идти, даю тебе последний шанс наладить службу, больше поблажек не будет! Махнул рукой Мин Гу.

Добрейшей души человек наш хозяин — думал начальник СБ — его папаша закатал бы всю смену в бетон и нанял бы новых, а сабоним нас даже не оштрафовал!

Тут он ошибся — отец Ю Чжин просто забыл ему сказать о штрафе.

20-45 вечера, часть, в которой служит Чжу Вон.

Морпехи ждут начала второго отделения концерта, в студии говорящие головы обсуждают феномен школьницы Пак, морпехи же допрашивают ее жениха в кавычках. Когда они последний раз встречались, да что делали, да когда разговаривали, да какая она крутая и замечательная.

— Ага, попробуй ее не заметить! — думает Чжу Вон.

— Или сам споткнешься об нее, или уже она вытворит такое, что хоть в блиндаже прячься. Юна, она такая! — на лице попавшегося в капкан Пацака расцветает глупая улыбка. Сослуживцы же ему зверски завидуют, сразу видно — у их предводителя любовь!

— Пойти застрелиться что ли, пока не поздно! — все так же улыбаясь, размышляет Пацак.

20-20, дом семьи Ким.

Женская часть семьи, попивая чай со сладостями, смотрит концерт Юн Ми в Париже. Только Му Ран пьет чай без всего, как привыкла с детства. Семья была бедная, не до сладостей, но чай был всегда, такая у них была традиция семейная. Именно семейные традиции и закалили характер Мурены, как ее прозвали в портовом районе, где она выросла, именно поэтому она сейчас негласная глава семьи Ким. Пасть мурены так устроена, что она никогда не выпускает добычу, вот и сейчас Му Ран понимала — эту девчонку упускать нельзя! Другой вопрос — по силам ли дикая Сумасшедшая Кошка Мурене? Не станет ли сама семья Ким ее добычей? Уже при первом разговоре Му Ран поняла — Юн Ми совершенно уверена в себе и в своем Пути, и ничто не заставит ее с него свернуть. Му Ран предвкушающе улыбнулась — ей предстояла интересная битва, битва за будущее ее внука. От ее улыбки мама Чжу Вона побледнела...

22-30, дом Юн Ми.

Смотрим историческую дораму, точнее, смотрят мама и онни, я же опять думаю. Как-то так получается, что когда не думая делаю — выходит какая-то лютая хрень, но мне на пользу. Когда долго и упорно думаю — получается вообще ерунда какая-то. Может, это женская Судьба такая? Может, они не нарочно творят то, что мы, мужики, глупостями считаем. Им-то комфортно.

— КАК ты смогла разбить мою машину на пустой улице???

— Там в витрине такая блузочка висела, я засмотрелась. — и глазками хлоп, хлоп. И счастливы при этом. Походу, я или уже такой же отчасти, или по мне дурка плачет. Или одно из трех — приближаются они, то есть, "праздники". Посчитаем... Точно, прошло с последних 22 дня, вполне могут быть, надо прокладки с собой таскать не забывать. Ууууу!!! Прокладки, месячные, ууууу!!! Все, точно начинаются, раз я уже на Луну вою.

На экране тем временем бравые зольдатики короля окружили банду маньчжур-хунхузов. Опереточный бандит-оборванец кричит на предложение сдаваться: -Фсе помилать! Моя одна оставайся, моя сдавайся!

Ндааа... Насколько я помню из книг про Русско-Японскую войну 1904г, один маньчжур-хунхуз мог перебить взвод так называемых корейских солдат и не вспотеть. Оставим это на совести сценариста, вон мама и онни смотрят этот бред, затаив дыхание, ведь в плену у хунхуза-импотента как раз и была главная героиня! Ну как у него, у всей банды импотентов, неделю, и осталась чиста и непорочна, ага. Бандюги-импотенты специально лет пять искали друг друга по всей Корё, чтобы начать злодействовать. Ладно, посмеялся, но спать все равно охота, пошел баиньки... Мульча, к ноге! Что мяу, отнести тебя?! Вот ты наглая, а откормленная какая, еле подняла тебя. Ты же моя прелесть!

1 декабря, дом Юн Ми, вечер.

Полностью оформил две композиции "МАХХ", отправил файлы юристам "Сиа Групп", утром зарегистрируют. Как привезут документы, позвоню Сан Хену, пора выходить на дядюшку Хвана. Пусть ФАН Этертейтмент и Сан Хен получат свой Билборд, заработают, а я займусь настоящим делом — спасать глупых корейских школьников. Только кажется, что до сунын много времени, большой сборный концерт дело сложное и не быстрое, только документов кипа будет, одобрение МВД и НИС, Министерства Культуры, согласие хозяев айдолов, аренда стадиона, и всех надо свести перед сунын или сразу после, но после может быть поздно. Некоторые школьники думают медленно, а как глупостей понаделать — резкие, как понос! Кого-то мы не остановим, но надо сделать все, что сможем. Где мой планшет, надо ноты записать "Ты знаешь, так хочется жить" группы "Рождество" и "Мой путь" Синатры и Левина. Я должен выступить с обращением к школьникам, рассказать свою историю, речь готовить не буду — экспромт от души лучше получится. Вот что петь, пока не знаю. "Бомбей буги" точно подойдет, идея такая, лучше слетать в Бомбей, чем сброситься с моста. Надо ее на корейский переводить. Пригласить еще инвалида войны последней, дескать, вот человек без ног живет или слепой, а ты здоровый с крыши хочешь спрыгнуть, тебе не стыдно? Иди лучше в армию, прыгай с парашютом! Маму бы мою туда, рассказала бы она, что она чувствовала, когда Юн Ми при смерти лежала, да жалко её, еще станет ей плохо. Если только заранее записать и показать на экранах. Кстати, об экранах — показать концерт по всему городу было бы очень хорошо! Эх, глаза закрываются уже, в сон клонит, сил нет, а у меня еще столько идей. Хррр. Хрр...

2 декабря, утро, дом Юн Ми.

Сегодня размялся от души, под "Get A Way", потом попробовал "Лунную походку" Джексона, даже что-то получаться начало. Позавтракал с мамой, онни усвистала в свой универ еще раньше, потом пошел поработать. Пишу "Щелкунчика", тщательно и неспеша, все равно скоро к Сан Хену ехать, как только курьер документы привезет.

Там же, 10-15.

Мама зашла, передала мне документы по регистрации композиций. Звоню Сан Хену.

— Дорого вам утра, сабоним. Когда бы мы могли встретиться? Хоть сейчас, вы на месте? Хорошо, примерно в половину первого буду. Привезу две композиции.

Собираюсь, в этот раз одеваюсь в нормальный джинсовый костюм, колготы под джинсы, теплую куртку и боты высокие. Опытным путем установлено — мерзля моя тушка, надо утепляться! Вызываю такси, приезжаю к зданию ФАН в 12-20, захожу. Охранник вызывает менеджера, тот коротко представляется: — Менеджер по работе с трейни и айдолами Ки Хо. Строгий такой, высокий, одет идеально, глаза цепкие. У такого не забалуешь! Оставляю куртку в гардеробной, поднимаемся в кабинет Сан Хена. В приемной Сан Хен распекает заплаканную девушку лет двадцати.

-Я тебя предупреждал! Если эта дура Аёнг потеряет голос — ты уволена! Как ты допустила, чтобы она мороженого обожралась, да еще и у открытого окна! Ты где была???

Девушка мямлит: — Да я... А он... Она ста-а-арше-е-е...

— Пошла вон отсюда, идиотка! Сиди около своей дуры, будет две дуры, хуже уже не будет!

Ну и порядочки в агентстве, хорошо, что я сюда не влез. Если менеджера так гнобят, то трейни вовсе на органы продадут, кх-кх-кх!

— Доброго дня, сабоним. А можно, я поговорю с вашей менеджером, потом?

— А, это ты, Юн Ми-ян. Привет, привет! Поговори, почему нет, от этой стажерки все равно пользы никакой, один вред. До Ён, жди здесь госпожу Пак, поняла? — заплаканная девушка часто кивает несколько раз.

— Вот же дурища-то на мою голову, и вторая не лучше. Ее подопечная подговорила подружку купить ей мороженое и на бечевке втащила к себе в комнату в общежитии пять порций! И сожрала почти все, идиотка. Скоро дебют у их группы, а она хрипит, как старый патефон, чусан-пурида. Ладно, пошли, я тебя кое с кем познакомлю. Заходим в кабинет, и Сан Хен меня представляет.

— Вот, дядюшка Хван, это та самая Юн Ми-ян, с которой ты хотел познакомиться.