Гарри и девочка (джен)

Но лорд Арктурус пришёл сам, без разрешения и специального приглашения, как и положено Главе Рода. Намного раньше, чем смогла Вальбурга — его сноха — приготовиться к встрече. Был ли Кричер замешан в это, осталось за занавесом предположения.

За ним в гостиную просочилась целая делегация. Две семейные пары — помоложе и постарше — вели за ручки пару маленьких двухлеток. Шествие заканчивали два гоблина, Скалогрыз и ещё, вместе с ним, непонятно чей поверенный.

Войдя в прихожую, лорд Арктурус с отвращением сморщил нос, оглянувшись, и повёл гостей за собой прямо в главную гостиную особняка.

— Рассаживайтесь, — махнул он рукой любезно. — Я сейчас позову домовика, а вы успокойте детей, чтобы те не пугались. Кричер! Явись немедленно!

Но, маленький, морщинистый «человечек» всё же испугал детей и те начали пищать, уткнувшись в коленки обеих женщин. Домовик не обратил ни на тех, ни на вторых внимание. Его сияющий голубизной взгляд залип на лице старика, смотря на него, как на источника жизни.

— Мой лорд! — гаркнуло создание, еще больше испугав маленьких гостей. — Кричер явился по вашему велению. Что может этот недостойный эльф сделать для могущественного хозяина?

Лысый череп треснулся два раза об пол и остался там, пока крохотная тушка продолжала дрожать. От восторга, от волнения, от подобострастия…

— Организуй чай для моих гостей, если таковой в этом шалаше остался. Потом приготовь для детей что-то подходящее из пищи и… хм, притащи сюда игрушки. Надеюсь, моя взрывная сноха не спалила всё к чертям. Извините, дамы, но вы сами видите до чего довела свой дом леди Вальбурга. И, Кричер, уведоми свою хозяйку, что я не буду ждать пока та справится со своим скверным характером. Ворвусь в её спальню и закруциачу. А потом, когда приедут её родители, прикажу им вмешаться. Пусть те продолжат воспитание своей глупой дочери!

— Кричер уже всё приготовил, мой лорд! Кричер мигом все исполнит!

Женщина, что постарше, одетая во всё чёрное — до этого сидевшая на своем месте со скорбным выражением лица, услышав слова недавно объявившегося родственника из Блэков, вдруг усмехнулась и в её глазах сверкнула смешинка в виде зеленой звездочки. Оба гоблина переглянулись и вынули из плоских чёрных чемоданчиков одинаковые, тоже чёрные папки.

Домовик шустро начал расставлять чайный сервиз и тарелки с закусками для взрослых. Отдельно — для детей. Полная волшебных игрушек коробка появилась по середине свободного от мебели пространства гостиной и дети заинтересовано стали рыться среди них.

В помещении медленно вошла высокая, с изнурённым, но непреклонным видом женщина. На вид сильно за семьдесят. Взгляд ее туманно серых глаз приковал темноволосый ребёнок — девочка в платьице — и она надолго замерла, забыв о правилах приличия.

— Вальбурга, ты забываешься! — сердито заметил лорд Арктурус.

Леди Блэк с усилием оторвала глаза от маленькой девчушки и оглянулась. Маглы! Маглы в её чистом от скверны доме?

— Милорд, я вас приветствую! Всё здесь уже приготовлено для проживания наследницы, комната Регулуса, игрушки, домовушка Фифи разбужена и хлопочет по оформлению интерьера…

— А кто сказал, что Жармен будет расти в этом доме, Вальбурга? — прервал ее свёкр. — Все дома на Гриммуалд плейс выкуплены обратно. Мною…

— Я не позволю, чтобы МОЯ внучка воспитывалась где-то в другом месте, а не в отчем доме! — вскинулась леди Блэк. — Я, и никто другой, более того — эти жалкие маглы, не будет воспитывать Наследницу!

Вспышка зеленого пламени в камине прервала её тираду.

Почистившись взмахом палочки от пепла, в гостиную вошла еще одна, очень на леди Блэк похожая внешностью, пожилая женщина. Обводя глазами вокруг, она низко присела в книксене перед лордом Арктурусом, кивнула головой обоим семейным парам и, бросив неприязненный взгляд на Вальбургу, приблизилась и присела рядом с детьми. Взяв рукой маленького плюшевого дракончика, колданув палочкой она запустила его в полёт и дети весело забегали вслед за ним, пытаясь ухватить его за хвост.

Атмосфера в гостиной резко изменилась, наполнившись теплом и радостью.

— Господа Дурсль, дорогие сваты, эта «несмышленая» девчонка, которая забыла представиться, моя кузина — мисс Кассиопея Блэк. Она будет помогать вам в воспитании маленьких мажонков. С Дадли будет легче, с ним смогли бы и вы сами справиться, но вот с Жарменой вам, без помощи волшебницы, будет очень и очень трудно…

— Что?! — вскрикнула Валбурга. — Это моя внучка! И я буду её воспитывать! Я сказала…

— Да-да, всем известно какая из тебя воспитательница, — прервал ее свёкр. — Ты уже довоспитывалась, дура! Двоих мальчиков похерила, так что девочку тебе не отдадим.

— Моя…

— Твоя, твоя… Никто и не возражает. Я почему, по твоему мнению, поселил рядом семью сватов Макферсонов, оба университетские профессора между прочим? Почему семья Дурсль сменила своё местожительство на твоё сомнительное по степени удовольствия соседство?

— Да кто эти маглы, милорд? Как они с моей внучкой рядом оказались? — с возмущением спросила леди Блэк. — Да я…

— Ты! Ничего! Не! Будешь! Делать! — отчеканил лорд Арктурус. — Тебе понятно, Вальбурга? — Потом он повернулся к незнакомой паре маглов и намного помягче заговорил им. — Миссис Дурсль, не расскажете ли моей взбалмошной снохе о том, как Жармена появилась в вашем доме. Или хотите подождать остальных?

— Я бы… — начала бы говорить Петуния, но её резко прервали.

Леди Вальбурга не дослушав слова маглы, находилась уже на грани стихийного выброса, чем не смогла бы добавить себе престижа и популярности.

— Что, ещё кого-то ждём?! — крикнула она.

— Твоих родителей и твоего брата Сигнуса с его женой. Я бы и Нарциссу с Люциусом и их сынишкой пригласил бы, но принадлежность Люциуса к меченным террористам, сорвали бы наше собрание.

Вальбурга медленно присела в услужливо подставленное мистером Макферсоном кресло и захлопала глазами.

— Цель, милорд? Какая цель?

— Ближайшая — отнять у Поттеров их сына, дальнейшая — уничтожить Дамблдора, зачинщика всего этого, — он указал взмахом руки на занятых игрой детей, — и смерти твоего старшего сына. А если глубже копнуть, то обоих твоих сыновей, Вальбурга.

Руки пожилой женщины бессильно опустились.

* * *

Квартирка, в которой полгода уже проживала молодая, приехавшая прошлой осенью в Цюрих, семья, состоявшаяся из парня с каштановыми, торчащими во все стороны острыми волосы, рыжеволосой и зеленоглазой девушки и их сынишки-двухлетки, была очень маленькой. У сынишки были такие же, как у его отца торчащие волоски, но, иссиня черного цвета и зеленые, как у мамы глазки.

Квартирку эту, на окраине города, семья снимала за счет скудной зарплаты мужа. Впрочем, ничего другого к сожалению, семья позволить себе не могла. Потому что, работал он даже не подмастерьем, а мальчиком на побегушках у герра Шрёдера — артефактора, знакомого отца парня со времен учёбы в Хогвартсе. А не взял молодого Джеймса герр Шрёдер подмастерьем потому, что у того силушки ещё в день прибытия в Цюрих враз улетели под ударом мощнейшего отката за что-то такое, чего молодой человек не смог объяснить мастеру.

Интересно старому магу было не то, за что магия так сына Карлуса наказала, а то, что он сам даже и не поинтересовался что такого с ним случилось. А может быть, он знал за что, да стеснялся и молчал. Маленький сынишка Поттеров тоже не блистал, ох — не блистал. Тусклая аура, бледное сияние магического ядра… Мальчик будет максимум средним по силой волшебником — если ему повезёт. И ещё, если усидчивость и старание проявит. Ну, а если и он окажется с тем же умственным… направлением, как его отец… То тогда жаль, искренне, и бедного Карлуса, и красавицу Дорею, и их предков.

Тем бы и закончился род, если бы молодая женушка Джеймса не была на сносях.

Вот у неё, конкретно, с магией было всё в порядке. Для маглорождённой волшебницы она была — что говорится, бриллиантом среди обычных речных камней. Сверкала и сияла, словно по рождению была чистокровной ведьмой из древнейшей и очень одарённой семьи. Хотя, на деле, была отпрыском обычных сквибов, пусть и считалась маглокровкой.

Всех троих не только не пустило в родовое поместье на берегу Цюрихского озера, но и семейные банковские сейфы не открылись ни молодому наследнику, ни сынишке его. Которого неизвестно по какой причине в Альбионе считали Героем, Избранным, Мальчиком-который-выжил и Победителем Того-которого по имени тупые англичане не называли. Боялись. Кого они, безмозглые, боятся, если их так названный Герой победил Того-самого еще прошлой осенью?

С принесённым с собой золотом семья Поттер продержалась несколько месяцев и оно закончилось.

Хорошо, что встретился им в магическом переулке Цюриха старый школьный друг отца Джеймса и во имя светлой памяти о дружбе с Карлусом, предложил тому стать у него подмастерьем по артефакторике, надеясь, что препятствий для этого у молодого человека нет. И откуда им взяться?

Вот, так и получилось. Теперь у семьи Поттеров была безрадостная перспектива влачить жалкое существование бедняков. Пока Лили не родит и сама не найдет себе хорошо оплачиваемую работу. Что не светило им в ближайшие три, а то и пять лет.

Всё так и продолжилось бы, если бы однажды перед Джеймсом не появилась представительная сова с прикреплённым к её ножке контейнером для писем из местного филиала банка Гринготтс. Ему надо было в скором времени прийти и получить послание из Британии, от лорда Арктуруса Сириуса Блэка.

И Джеймс побежал — нет, полетел на крыльях надежды туда, всё время думая, что наконец вернулся в отчий дом его дружок и кузен Сириус. И, что их с Лили и Гарри зовут вернуться обратно на родину.

Звали, но не сам Сириус, а его дедушка лорд Блэк. Портключ имелся в посылке.

Собирались они быстро, второпях. Так их ностальгия по родине, по знакомому другу гнала. Даже не поговорили с герром Шрёдером, а лишь отправили тому Патронус с сообщением, что возвращаются в Британию. Лили отправила, у Джеймса силушки на Патронус не нашлось.

* * *

Поздней ночью, вперив взгляд в белённый потолок спальни, Джеймс рассуждал. Что же такого плохого в своей недолгой, молодой еще — ого-го какой молодой! — жизни он сделал, что судьба так наказала его? Родившись у истосковавшихся по ребёночку родителей, мальчик жил у них за пазухой, как среди облаков. Получал всё, чего душа захотела. Учили его привезённые из странствий репетиторы, играл он с двоюродным братом и кузинами — Сириусом и девочками (в действительности, все они приходились ему двоюродными племянниками, но из-за запоздавшего рождения его самого, Джеймса, он считал их кузенами) и горя не знал. Пока не отправился вслед за девчонками в Хогвартс, вместе с Сири.

Там, в древнем замке, перед обоими непоседами раскрылось непаханое поле приключений и никем не сдерживаемых забав. Много детей, мало учителей, весело мерцающий за очёчками взгляд синих глаз директора — задирайся, не хочу, с кем попало. Маленький оборотень Ремус, распределившийся на Гриффиндор тоже способствовал полету фантазии и стал неплохим стимулом для развертывания целого спектра изысканий в магических искусствах. Группа Мародёров сплотила четверых мальчиков ало-золотого факультета и те начали, как говориться, грызть гранит науки. Но, только чтобы еще шире… мародёрствовать. Изучали Зельеварение, чтобы разнообразить использование разных каверзных составов. Из-за них не один и не два маглокровных первокурсника не раз попадали в Больничное Крыло. А некоторых из них увозили даже в Мунго. Пока однажды отцу Джеймса, Чарльзу Поттеру, не пришлось выплатить нехилую компенсацию родителям одного из пострадавших, оказавшегося совсем не маглорождённым, а очень даже полукровным.

Кажется, с этого самого момента у них с отцом и начался разлад. Чарльз усадил единственного — как и каждого из последних десяти, если не больше, поколений семьи Поттеров — сына перед собой в собственном кабинете и сперва жестко потребовал у него доклад о всех произошедших в Хогвартсе происшествиях, зачинщиком которых был Джеймс. Услышав рассказ сына, Чарльз взбеленился и выпорол того ремнём, чего никогда раньше с избалованным парнем не случалось. Приказал тому вернуть мантию-невидимку, взятую сыном без спроса в школу. Запретил тому встречаться наедине с директором Дамблдором по любому поводу и устраивать в его трехступенчатой башенке посиделки с чаепитием.

Орион и Вальбурга, в то же время, тоже «песочили» своего старшенького сыночка Сириуса, главным заскоком у которого стал резко возросший интерес к нежному полу.

Как результат — Сириус сбежал из отчего дома и напросился гостить летом у «теть Дореи». Не выгонять же родственничка! Вальбурга обиделась и выжгла сына на гобелене с Древом Блэков.

Чарльз же пригрозил своему же сыну, что, если тот не перестанет смотреть в рот Альбусу Дамблдору и ставить того в иерархии выше собственного отца, исключить Джеймса из череды на наследства Поттеров.

О Перевеллах в их семье давно не упоминали, потому-что наследование там шло по женской линии, а у Поттеров давно девочек не рождалось.

Х-мм… А дальше что было? Джеймс пожаловался директору, что отец забрал обратно мантию-невидимку и запретил тому — угрожая лишить сыночка финансирования — шуметь, шарить и шариться по уголкам замка в неположенное время. И вообще разговаривать с любимым директором чаще раза в год, в присутствии отца Чарльза.

Так что, когда родители Джеймса скончались от драконьей оспы, то он почти не горевал. Думал — вот теперь оторвётся за всё время сдерживания. Пригласит в родное поместье своих дружков, девочек и устроит там на всё лето взрывные каникулы. Мечта захомутать Лили Эванс, вроде, сбывалась, только она без свадьбы не позволяла ему ничего больше поцелуев и некоторую свободу рук. Чуть-чуть свободу. Но, ничего. Свадьба — так свадьба. Родители выбору сына не воспрепятствовали и очень даже благословили.

Но, каникулы не удались. Совсем не удались. Дом вдруг начал быстро закрываться, выгоняя шумную компанию, выгоняя даже его, законного наследника с супругой. Гоблины, эти мерзкие коротышки, скалясь объявили молодому Джеймсу, что его отец успел перед смертью исключить того из списка наследования, оставив ему возможность получать скудную сумму на проживание. И призрачную возможность получить, всё-таки, доступ — пусть и сильно ограниченный — к родовым сейфам, если у него родится ребёнок. Сейфам только Поттеров, если у него родится сын. А, Поттеров и Певереллов, если родится дочь.

У него родился сын, Гарри.

Которого он сам, собственными, необдуманными решениями, лишил наследства в пользу родившейся у Сириуса Блэка на стороне дочки. Вот как так-то? Он что, слепой что ли был, не углядел кем своего сына Гарри заменял во время Ритуала подмены?

А сам Сириус, этот придурок, как мог не знать КТО у него, в его магловском на сквибке браке родился?

Вот и получалось, что он сам довел себя, свою семью и своих потомков до цугундера. Теперь род Поттер стал вассальным у Блэков. А Блэки — у Певереллов, единственной представительницей которых оказалась та самая таинственная дочь Сириуса — Жармен. В результат того ритуала.

Но, было и одно хорошее в той череде падений — Жармен потянулась к Гарри, как только увидела его, ухватив того за ручки и вокруг них вспыхнул кокон золотого сияния. Закрепив между них цепкую, нерушимую брачную связь. Не смотря на то, что он — Джеймс — договаривался с Артуром и Молли, благодаря уговорам Альбуса — на будущую помолвку Гарри с их новорожденной доченькой Вирджинией… Или Викторией… Это, по-любому, потеряло свою актуальность.

В любом случае, на данный момент, они — с Лили и Гарри, поселились в доме номером десять на площади Гриммо, по приказу лорда Арктуруса и право голоса или возможности отказа, у Поттеров не было.

— Жизнь за жизнь, глупый мальчишка! — рявкнул лорд Блэк таким голосом, что коленки у Джеймса подогнулись. — Из-за ваших игр с Дамблдором семья Блэк лишилась сына и наследника. Поэтому ты отдашь нам своего. Мы забираем у тебя твоего первенца Гарри и он станет следующим после меня Главой рода Блэк. А семья Поттер канет в Лету. Каждый рожденный миссис Лили ребенок будет теперь чадом Блэков. Смотри сюда, Джеймс! Все эти пустующих на Гриммо дома должны будут населять новые Блэки. Так, что, старайтесь и рожайте. Я сказал!

И тяжёлая магия Блэков, темная, тягучая и пугающая, неотвратимо придавила Джеймса и беременную Лили к полу ритуальной комнаты, заставив тех подчиниться воле лорда Арктуруса.

Только маленький Гарри чувствовал себя в компании родного кузена Дадли и своей маленькой будущей невесты прекрасно. Те схватили его по обе стороны за ручки и привели к алтарю. И что это было? Магия Блэков приняла и полусквиба в свои ряды?

Умереть не встать!