тропы судьбы (гет)

Пропущенная сцена, согласование с каноном

Море, пролегающие между материками Гильтины и Ишгара. Оно кажется бескрайним, но это не так. Многопалубный и много-парусный корабль держит свой путь с континента Гильтина в город Магнолия, что в королевстве Фиор.

— И стоило так вот срываться?

На палубе у самого бортика стояли две девушки примерно одного возраста и роста. Одна была обладательницей зеленых глаз и коротких насыщенного фиолетового цвета волос. Одета она была в белый топ и нежно-зеленую юбку. Вторая же носила очки, а ее светло лиловые волосы были сострижены в каре, на ней было надето темно-фиолетовое платье и бардовая накидка на плечах.

— Кинана! Ты меня слышишь вообще? — переспросила девушка в очках.

— А! Да, Лаки, прости, — ответила Кинана, вырванная из состояния задумчивости, — Стоило, конечно, — поспешила добавить она.

— Это связано с твоим парнем, да? — сверкнула глазами Лаки Олиэтта.

— Да, — вздохнула Кинана, смотря в даль на горизонт.

Она волновалась. Да, именно что волновалась. Их гильдию волшебников, "Хвост феи", обелили — наложили некое заклятье, которое позволяло наложившему заклятье контролировать сознание и магию заколдованных магов — и увезли на другой континент. К счастью, команде Нацу удалось снять проклятье, а после... А после последовала суровая битва с божественным богом-драконом земли, Алдароном. В гуще сражения осознание не пришло сразу, но оно настигло Кинану после окончания битвы.

"Должно быть, он ищет меня".

Эрик, или же Кобра, ядовитый убийца драконов, парень с загорелой кожей и темными волосами, действительно, не находил себе места. Его жизнь и так не блистала яркими красками. Рабство, злодеяния, тюрьма, а после долгие скитания в составе "Ведьминых грехов"... Стоило жизни только немного устаканиться: всем магам грехов дали амнистию, он воссоединился с Кинаной, как вот он — новый удар.

Обладая абсолютным слухом и возможностью читать мысли других людей, он не мог услышать ни Кинану, ни кого-то из ее согильдийцев на территории Магнолии. Саму гильдию “Хвост феи” он тоже проверил, через не хочу, но и там было пусто; видел, как и делегация "Саблезубого тигра" с некогда его товарищем по "грехам", Сорано, приходили в гости в "феям", но тоже никого не обнаружили...

"Где же ты, змейка?".

Кобра обходил Магнолию взад и вперед ежедневно на протяжении нескольких суток, пытаясь найти Кинану, да и вообще понять, куда подевались “хвостатые феи”. “Вечно они вляпываются во что-нибудь, — размышлял Эрик, — Наверняка, всю кашу заварил Нацу, — вспомнил он огненного убийцу драконов”. Пламенный волшебник был слишком шумным и взрывоопасным в прямом смысле того слова. А еще любил находить проблемы себе и другим на головы. Наверняка, и в этот раз не обошлось без его влияния, раз пропала вся гильдия. От “Саблезубых тигров” он узнал, что так же пропал и Джерар Фернандес, некогда лидер “Ведьминых грехов”. Он направлялся в Магнолию, но на этом его след обрывался. Это всё настораживало. Но если за Нацу вместе с его бедовой гильдией и Джерара Кобра не переживал, то за ту единственную, что согревала его душу — конечно же, да.

* * *

Кинана, стоило кораблю войти в порт, сразу же бросилась к выходу. Она, возможно, даже была бы готова спрыгнуть с него, но не решилась. Она не была столь ловкой, хоть и прилично прибавила и в физических навыках, и во владении магией. Но всё же рисковать без лишней надобности не стоило — не хватало ещё вернуться домой травмированной. Хотя, Кинана и без того была не в самом оптимальном состоянии. Ссадин и ожогов на ее теле после битвы на Гильтине осталось приличное количество.

Лаки даже не стало догонять подругу, решив сразу отправиться в гильдию. Нужно было проверить, что и как в пустующем помещении — не заняли ли его какие-нибудь сомнительные личности, или, что еще хуже — не разрушили ли здание гильдии. Ох, мастер не обрадовался бы такому… Но, к счастью, всё обошлось. Гильдия была цела и пуста внутри. Лишь только небольшой конверт с гербом гильдии “Саблезубый тигр” лежал на барной стойке, придавленный запылившимся подносом.

Кинана, запыхавшись, добежала до небольшой квартирки, которую они с Эриком снимали в двухэтажном домишке. Располагалась она первом этаже. Девушка хотела уже постучать в дверь — ключа у неё с собой не было. Когда их обелили и увезли на другой материк, все вещи остались в гильдии. Но дверь оказалась не заперта. Кинана зашла в квартиру, закрыв за собой дверь. И сразу почувствовала напряженную ауру, увидела перед собой силуэт Эрика за столом, и почувствовала, как он взволнован и даже зол…

* * *

— Эрик, ну прекрати дуться! — пыталась Кинана помириться с парнем. Они сидели за столом в квартирке. — Все же нормально! Все живы.

— Я и не злюсь, — ответил Кобра, делая вид, что листает какой-то журнал, первый попавшийся ему в руки, — Просто мне не нравится, что “Хвост феи” постоянно влипает в какие-то странные ситуации…

— Ну а разве другие гильдии иначе? — улыбнулась девушка, положив ему голову на плечо.

Эрик не ответил. Он не знал наверняка, потому что никогда не состоял нигде, кроме “Orasion Seis” и “Ведьминых грехов”. Но их даже гильдиями нельзя было назвать. Он лишь хмыкнул, стараясь не поддаться убеждениям и соблазнениям девушки, ведь он жутко по ней соскучился. В черной рубашке ему уже давно стало душно, едва она коснулась его. Черт, а он уже отвык от этого за какие-то несколько дней! Эрик старался не заглядывать в её мысли, так как она не разрешала, но всё равно чувствовал, слышал, что она считает себя виноватой, хотя таковой не являлась. И ищет способ помириться, перебирает варианты, как поступить. Один вариант был о-очень интересным, Кобра едва не покраснел.

— Ну-у, Эрик, — зашептала девушка ему на самое ухо, решив воспользоваться этим самым вариантом, — Что мне сделать, чтобы ты меня простил?

Следующего действия Кобра не ожидал от слова совсем. И не успел прочитать об этом в её мыслях. Кинана уже прикусила ему мочку уха, а свою руку расположила у него на паху… Кинана никогда раньше себя так не вела. У них, конечно же, не раз уже было уединение с целью плотских утех, но обычно он заправлял процессом.

Кобра слышал, как ей неловко, но желание примириться было у нее куда сильнее. Кинана просто застала его врасплох. Она начала осторожно массировать рукой его мужское достоинство, уже прилично выпирающее в брюках, а губы спустила ему на шею. Эрик шумно и глубоко задышал — как же это было неожиданно приятно! Но он не собирался отдавать ей свое лидерство. Резко встав, он рывком подхватил Кинану на руки, жадно впился ей в губы поцелуем и побрел в сторону кровати…

* * *

— Ну так что, ты простил меня? — улыбнулась Кинана, лежа в объятиях Эрика и рисуя пальчиком узоры на его груди. Комнату освещал лишь свет полной Луны, проходящий сквозь окно. Эрик усмехнулся, поигрывая пальцами с ее короткими прядками фиолетовых волос.

— Думаю, да, — ответил он, — Только больше так не делай. А то заставлю тебя уйти из гильдии.

— Хорошо, постараюсь, — хихикнула девушка. Возможно, ей стоило его пригласить в “Хвост феи”, он всё равно пока не состоял нигде — ни на какой-либо службе или в гильдии. Кинана знала, что он не одобрит эту идею, наверняка, уже не одобрил — ведь уже услышал ее мысли, но она всё равно попробует.

— Кинана, — позвал Эрик ее через пару минут, — Дай сюда свою руку.

Девушка в недоумении протянула чуть вверх левую ладонь. И через пару мгновений почувствовала, как на ее безымянный палец скользнуло что-то прохладное. Кольцо. Она в недоумении захлопала глазами, пытаясь рассмотреть в лунном свете подарок. Колечко было резным с фиолетовым камнем, который не ярко засиял, стоило ему оказаться на пальце девушки.

“Кольцо? Но зачем? Неужели Эрик… Это то, о чем я думаю?”, — размышляла Кинана, не зная, как спросить об этом вслух. Эрик застал её врасплох.

— Да, черт возьми, — прошипел Кобра, услышав её мысли, — Хочу, чтобы ты была моей. И точка.

Он сильнее прижал к себе Кинану, не давая ей возможности поднять голову и посмотреть на него. Ибо он сейчас лежал на кровати красный, как клубника в сезон созревания. Кинана и не стала этого делать, легонько чмокнув его в шею и прошептав “спасибо”. Она была счастлива.

Пропажа возлюбленной окончательно натолкнула Эрика на мысль о том, что он не хочет с ней больше расставаться и отпускать от себя. И теперь он знал, что Кинана желает того же. Он не заслуживал ее, но не мог отказаться от своих чувств. Но теперь у него впереди была целая жизнь, чтобы исправиться и искупить до конца все то, что он творил в прошлом. Ради нее, ради них обоих.