| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Давно, — наверное, целые столетия назад до этого кошмара, — Астрид довелось лично понаблюдать за партией в «выпить и раздать». Это была одна из тех игр, для которых собираются в самых темных кабаках в самой глубине городских трущоб за суммы, достаточные, чтобы прикупить дом и пару рабов на сдачу. Правила были донельзя простыми: участники заносили в общий банк, после чего садились за карты и начинали партию в заранее определенную игру — обычно это была «порочная добродетель» или «алмазный ромб».
Разница заключалась лишь в том, что перед партией все выпивали по рюмке медленно действующего яда, а роль фишек играли флакончики противоядия, которых всегда было на штуку меньше, чем игроков: причем правила не запрещали забирать себе больше одного флакона. И бывало такое, что продувал не один, а двое или даже трое участников.
Победитель забирал все. Чуть менее удачливые уходили живыми. Остальных вперед ногами уносили в темные трущобы, чтобы сбросить в уличную канаву.
В тот самый раз на глазах Астрид проиграл мелкий дворянчик. Когда вскрылись в первый раз, он увидел, что единственный остался без флакончика. Астрид навсегда запомнила его лицо: мертвенно-бледное, с капельками пота и резко заострившимися чертами, которые еще мгновение назад румянились от азарта.
Тогда она впервые увидела, как жизнь покидает тело еще до того, как оно умирает по-настоящему.
А сейчас понимала того дворянчика, как никогда.
… Стоя на краю площадки перед драконьей ловушкой, Астрид подняла лицо к темным тучам, на фоне которых выделялся исполинский силуэт. Дождь сек так часто, что сразу же забивал глаза и ноздри, из-за чего приходилось постоянно моргать и отфыркиваться. Молнии рвали небо на части, как голодные коты.
Кинжал Соласа сам скользнул ей в руку, словно всегда и был там. Она высоко подняла лезвие — так, что даже пальцы на ногах заболели.
Помахала им для верности.
А затем…
— Превратился как-то Ужасный Волк в дятла и давай хвастаться Гилан’найн…
Это был кошмарный эльфийский анекдот. Из тех, которые рассказывают под самый конец, когда люди достаточно пьяны, чтобы смеяться от слова «жопа» и упоминания других частей тела ниже пояса (или выше, если речь идет о женщинах). Он осел в памяти Астрид, как пустая пивная бутылка в пруду на заднем дворе таверны, и всплыл в самый неподходящий момент.
Наверное, это выглядело ужасно нелепо: промокшая до последней нитки женщина, которая истерично размахивает в пустоте кинжалом, выкрикивая между ударами грома слова похабной шутки.
«Солас болтал, что им были свойственны обычные чувства — гнев, гордыня, любовь. Ну так давай, чучело, позлись».
Закончив анекдот, Астрид умолкла, вконец охрипнув. А затем, охваченная вдохновением, выкрикнула прямо в небо:
— Ну, как тебе шутка, Гилан’найн? Обхохочешься, да? Спускайся, у меня заготовлена еще парочка отборных!
На миг ей показалось, что увенчанная рогами гигантская голова чуть повернулась в ее сторону… Но это было не более, чем игра света и тени в всполохах молний.
Астрид дрожала посреди холодного камня и дождя, пронизывающего до костей. Она уже понимала, что бессмысленно умрет здесь совершенно одна — возможно, будут наблюдатели, если кто-то вообще добрался до крепости, но вряд ли этот кто-то придет ей на помощь. Как тот дворянчик, она выпила свою чашу яда и теперь смотрела, как остальные игроки отодвигаются от нее подальше.
Конечно, был еще Солас. Но помощи от него не дождешься — особенно теперь, после анекдота.
… Первым она увидела движение. Точнее, не совсем движение — просто мрак перед глазами обрел какую-то новую форму в своей глубине, словно тьма, в которую она всматривалась, посмотрела на нее в ответ. Тени танцевали и менялись, готовясь вот-вот выпустить что-то на волю.
А затем появился он. Выплыл неспешно и величественно, как клипер, надвигающийся прямо на терпящую бедствие шлюпку. Огромная тварь летела неспешно и как будто бы нехотя, ленивыми движениями крыльев направляя полет своей монструозной, исковерканной скверной туши. Прочная как сталь шкура была окутана туманом от тысяч разбивающихся капель дождя, а глаза…
Глаза архидемона были устремлены точно на Астрид. Горящие, как угли, и жестокие, как стая голодных до остервенения корабельных крыс. И с каждой новой вспышкой молнии они становились все ближе.
Словно в трансе, она наблюдала, как приближается чудовище. Очень скоро Астрид почти смогла навскидку подсчитать количество зубов в пасти архидемона — исключая обломок копья, торчавший в облезлой десне.
Мгновения тянулись, как часы.
И, пока сознание смирялось с неизбежностью смерти, тело взяло дело в свои руки.
Астрид как будто бы лишили жил — колени подогнулись сами собой, и она плашмя рухнула в лужу. Прямо под огромными челюстями, которые захлопнулись точно на том же месте, где она только что была. Зубы твари щелкнули с таким звуком, словно гигант разломил об колено ствол векового дуба.
После же…
— Пли!
Голос Инквизитора прозвучал, как рог отряда, который подоспел на подмогу в переломный момент боя. С грохотом из-под каменных плит вырвались огромные крюки на толстых цепях, которые вонзились в тело архидемона с глухим чавканьем. Чудовище взревело, как стадо быков, и на камень огромными сгустками зашлепалась черная кровь.
Астрид тихонько лежала в холодной воде и отстраненно наблюдала, как всего в нескольких ярдах от нее на площадку высыпались солдаты, окружая загарпуненную тварь. Бряцал металл, ревел архидемон, топали десятки сапог, и дождь так восхитительно бил по живому телу…
Чьи-то руки помогли ей подняться. Кто-то услужливо подставил плечо, чтобы она могла о него опереться.
— Вы не ранены? Его кровь не попала на вас?
Астрид не отвечала. Все еще переживая глубокий шок, она уткнулась в грудь обнимающего ее мужчины и с удовольствием слушала, как та гудит в такт его словам. Последние как-то не спешили добираться до мозга, хотя что-то она и слышала.
Живые люди. И она живая.
— Мисс Ингельвар? Вы в порядке?
Постепенно чувства возвращались в норму. Астрид поняла, что ее лоб упирается в чей-то слегка щетинистый подбородок, а лицом она зарылась в льняную рубашку. Кстати, очень сильно пахнущую шалфеем. Шалфей? Кто вообще в здравом уме додумался бы надушиться шалфеем тут? Да еще звон браслетов…
И эта перекошенная брошь в виде черепа прямо на уровне глаз… Непорядок.
— Дайте-ка поправлю… — Руки сами собой потянулись к воротнику напротив.
Пожалуй, в таком ступоре профессор Эммрик Волькарин не был еще с тех пор, как в студенческие годы из его аудитории, где проходили занятия по анатомии, сбежал препарируемый труп. Вконец растерянный, он стоял посреди крепости Серых Стражей под атакой древней богини, в нескольких ярдах от бьющегося в конвульсиях архидемона, сжимая в объятиях чудом выжившую женщину, которая деловито поправляла ему воротник.
Воистину, настали странные времена.
Он попытался растормошить Астрид в очередной раз.
— Мисс Ингельвар? С вами все хорошо? Скажите что-нибудь!
Астрид и сама начала соображать, что происходит вокруг. Но отпускать морталитаси она не спешила — несмотря на свой род профессии, он все еще оставался теплым, живым человеком.
— В порядке ли я? — Она задумалась на мгновение. Воспользовавшись моментом, где-то на галерке сознания проснулась та язвительная Астрид, которую она выпускала на волю в критических ситуациях. — Дайте подумать… Для человека, оскорбившего аж целую богиню, очень даже недурно, спасибо.
— Рад это слышать… О, силы небесные!..
Прямо над их головами со свистом хлестнул огромный хвост, сбив одну из колонн и проломив каменные замшелые плиты — то в судорожных конвульсиях бился архидемон, из последних сил цепляясь на свою искаженную, неестественную жизнь, которая стремительно утекала из него с каждым вдохом.
— Создатель… — прошептал Эммрик Волькарин. — Это…
— Отвратительно? — вставила свое слово Астрид.
— …потрясающе.
Астрид медленно моргнула, пытаясь переварить услышанное, и взглянула на морталитаси.
Длинное лицо Эммрика Волькарина выражало самый неподдельный восторг. Он смотрел на умирающего монстра глазами ребенка, который попал в лавку сладостей. Казалось, еще немного, и он сорвется с места, чтобы распаковать свой саквояж и немедленно приступить к изучению неведомой ему твари, которую довелось увидеть (и выжить после этого) не так уж и многим.
Странно. В этот самый момент Астрид осознала, что невольно залюбовалась профессором. Некоторые люди даже не подозревают, насколько они становятся… не просто красивыми, но особенными в моменты прилива вдохновения. Все в них становится гармоничным, как в педантично выверенной партитуре — каждая черточка, каждый жест запечатлеваются в памяти единым образом. А вдобавок ко всему Волькарин обладал привлекательностью того рода, которая присуща мужчинам в зените, когда увядание еще не наступило, но и молодость уже сильно за плечами.
Это было всего мгновение, но таким Астрид его и запомнила — на фоне молний, в бурю, с мокрыми встрепанными волосами и упавшей на высокий лоб прядью, породистыми волевыми чертами и ясными, живыми глазами. Тонкие усы придавали почти боевой задор.
Но вот молнии отсверкали свое. Наваждение сгинуло, и Астрид сообразила, что в общей картине чего-то не хватает.
Вернее, кого-то.
— А… а где Гилан’найн?
Ее не услышали. И было, почему.
Архидемон почти издох и лежал на земле, лишь изредка подергиваясь в конвульсиях. Но вместо того, чтобы добить тварь поскорее, Стражи и солдаты отходили подальше — так, словно должен был состояться некий ритуал. Тех, кто держался слишком близко к туше, уводили насильно.
Вскоре вокруг чудовища образовался большой пустой круг.
И тогда в него шагнул Даврин. Астрид видела, как Инквизитор что-то сказал полуэльфу, поймав того за руку, но долиец отмахнулся и продолжил идти к морде архидемона. Его лицо было серым, как пепел.
На полпути он начал доставать из ножен меч.
Пальцы Эммрика Волькарина неожиданно сильно сжали плечо Астрид, словно от волнения.
— Боюсь, сегодня мы раскроем еще одну мрачную тайну Серых Стражей, — пробормотал он себе под нос. — Невероятно… бедняга Даврин…
— Что? Что происходит?
Даврин уже заносил меч над головой архидемона…
— Постой! — Раздался крик сквозь бурю.
Из крепости, хромая и держась за левую половину лица, выбрался лысый мужчина с пышными усами. По его походке и тому, как он держался, Астрид безошибочно определила как минимум высший офицерский состав — а может, речь шла даже о самом командовании.
— А вот и Первый Страж, — с удивлением, словно за этим стояла какая-то история, произнес морталитаси.
— Я вообще все пропустила, да? — съязвила Астрид. — И что он тут забыл?
— Похоже, что он хочет сделать это вместо Даврина.
— Сделать — что? Демоны вас раздери, хватит говорить так, словно я понимаю, о чем речь!
Эммрик Волькарин вздохнул.
— Просто смотрите, мисс Ингельвар.
Астрид увидела, как Первый Страж хлопнул Даврина по плечу, как бы отсылая его прочь, и занял место полуэльфа рядом с головой архидемона. А потом так же воздел меч, готовясь к последнему удару.
— Как верховный командующий Вейсхаупта, я объявляю конец этому Мору!
И лишь тогда Астрид вспомнила кое-что из легенд, которые ходили о Серых Стражах в народе. А после — после ее посетила молниеносная мысль, что не может все окончиться вот так просто.
Точно не в их случае.
— Мне кажется, что…
Договорить она не успела.
Первый Страж так и не обрушил свой меч на тварь. Шкура архидемона забурлила, и под ней началось какое-то странное, отвратительное копошение.
А потом — он взорвался.
В разные стороны выбросило длинные, острые отростки-щупальца, пронзающие стоящих вокруг солдат и Стражей. Многие из тех, кого не задело, обнаружили себя по колено в странной серой жиже, которая опрокидывала с ног и затягивала в центр взрыва — туда, где еще мгновение назад лежал архидемон.
Астрид увидела, как в ту же сторону потащило и Даврина, который бросился на помощь Первому Стражу. Его правая рука с мечом словно срасталась с бурлящей массой.
— Maledetta carogna!(1)
Под вопли боли и крики ужаса к долийцу метнулся Луканис Делламорте — яркая фиолетовая вспышка света на общем кроваво-сером фоне. Миг — и пальцы долийца полетели прочь вместе с оружием, прямо в отвратительно чавкающую гору плоти, стремительно поглощавшую тела схваченных в ненасытное нутро.
На то, чтобы победа превратилась в панический хаос, потребовалось два-три удара сердца.
А бесформенная масса все разрасталась. Как и бедный капитан Янос, архидемон трансформировался во что-то ужасающее — вылуплялись лапы, шипастый хвост, жалкие обрубки крыльев, больше похожие на пару недоразвитых когтистых лап. Втягивая в себя убитых и еще живых, нечто разбухало до монструозных размеров, гремя цепями, которые прочно врастали в тело перерожденного архидемона.
Архидемона с тремя головами вместо одной. Когда Астрид очнулась, третья уже почти сформировалась на тонкой длинной шее.
А ведь получилось почти поэтично — все еще обнимаясь перед лицом ужаса, они смотрели на разразившуюся катастрофу, чтобы так вместе и умереть…
«Нет уж, дудки».
Не дав себе ни секунды на испуг, Астрид быстро подставила подножку Эммрику Волькарину, и они оба рухнули прямо на каменные плиты — туда, где ранее удар хвоста архидемона повалил колонну, проломившую площадку. И очень вовремя, потому что над головой вновь просвистели щупальца, ища новых жертв.
Изо всех сил игнорируя тот факт, что она лежит прямо на профессоре, Астрид принялась лихорадочно соображать, что делать дальше.
— Астрид!..
— Да-да, я знаю, как это выглядит! Пожалуйста, не мешайте мне думать!
Вместо ответа морталитаси прижал ее к себе.
В это самое мгновение туша очутилась прямо над ними, гремя натянутыми цепями. Трехголовое нечто явно искало, кого бы поглотить следующим, и не замечало, как прямо под его туловищем за грудой камней притихли два человека. Пока не замечало.
В попытках рассмотреть хоть что-то Астрид чуть повернула голову.
Сверху вниз на нее смотрело лицо Первого Стража. Оно белело на растянутой облезлой шкуре архидемона среди мешанины доспехов, рук, ног и волос. Но страшнее всего было то, что по щекам его текли слезы, а рот все еще раскрывался в немом крике.
Астрид отвернулась.
— Пожалуйста, тише, — прошептал Эммрик Волькарин. Он был сильно бледен и часто дышал — похоже, участь Первого Стража произвела впечатление и на него.
Воздух вокруг начал быстро разогреваться. Свозь шкуру монстра проступило яркое свечение — так, словно вместе с солдатами он поглотил целый сигнальный костер.
А затем одна из трех пастей извергла пламя. Точнее, чихнула им, как бы проверяя свои новые возможности. После чего уже настоящей струей огня прошлась по радиусу вокруг себя, выжигая все, что попадалось на глаза.
Становилось нестерпимо жарко.
Вдруг груда камней, за которой они прятались, начала потихоньку осыпаться. От расколотой плиты отвалился один из кусков, и открылась дыра во тьму. В ней ярко сверкнули фиолетовые искры.
— Эй, piccioncini(2), спускайтесь сюда!
* * *
Как и любое другое сложное устройство, драконья ловушка нуждалась в обслуживании. Кто-то должен был заменять цепи, обновлять спусковые механизмы и поддерживать работоспособность. А значит, к нутру ловушки полагался беспрепятственный способ.
Вот откуда взялся этот длинный зал, расположившийся прямо под площадкой, где бесновался преображенный архидемон. Толстые колонны надежно подпирали каменные плиты, которые не спешили валиться на головы, даже будучи расколотыми.
Теперь, как и вся внутренняя крепость, он стал последним прибежищем осажденных.
Лорд Осмунд Тревельян выглядел подавленным. Он стойко держался, но его плечи ссутулились, словно с прибытия в Вейсхаупт прошло пять очень тяжелых лет.
— Обычным путем нам вряд ли просто так вернуться, — выступал он перед импровизированным военным советом, — подходы отрезаны порождениями тьмы. Они наверняка уже обнаружили и потайной ход — сами, или… или подсказали превращенные Стражи, которые помнили, где его искать. Единственный шанс на спасение — дать бой…
Астрид отошла от группки офицеров, сгрудившихся вокруг Инквизитора. Они обречены, и ничего нового она уже не услышит.
Удивительно, как долго можно играть в прятки со смертью. В какой-то момент ты даже привыкаешь жить с ней бок о бок, но любая игра однажды подходит к концу. И тогда остается с достоинством принять поражение.
Или без него. Смерти, в общем-то, все равно.
Разгоревшаяся неподалеку перепалка привлекла внимание Астрид. К легкому удивлению, она обнаружила, что слышит голос Эммрика Волькарина, возмущенный и громкий. И, что интриговало сильнее — спорил он с пожилой настоятельницей вейсхауптской часовни.
Любопытствуя, Астрид подкралась ближе и навострила уши.
— Вы — кощунствующий еретик! То, что вы предлагаете…
— Позвольте, но я хочу помочь! Неужели вы не понимаете, на что обрекаете этих несчастных?..
— Создатель не оставит их! Прочь с глаз моих!
Астрид не удержалась и подошла в открытую. Она не могла не отметить, как беспокойно трепетали ноздри морталитаси. Жрица же выглядела так, словно лично была готова казнить того на месте.
— Профессор? Что случилось?
Некромант развернулся на каблуках — быстро и стремительно, так, что вздулись полы плаща.
— Мисс Ингельвар! Вы скорее разделите мою точку зрения. Прошу вас, пройдемте с нами.
* * *
Их были десятки. Один за другим, стройными рядами они лежали вдоль стен. Некоторых уже накрыли полотнами ткани или хотя бы рубахой. Другие, хоть их лица еще оставались свободными от тряпок, в большинстве уже мало чем отличались от покойных.
Тут находились и третьи. В их случае накрывать было почти что нечего.
— Они… — Астрид подавила невольный комок в горле. — Они не могут превратиться? — Ранее ее уже успели просветить, что же за напасть приключилась с капитаном Яносом и другими Стражами.
— Нет никаких гарантий, — мрачно ответил профессор Волькарин. — Но мне страшно помыслить о другой участи, которой мы их предоставим.
— Мы? Предоставим? С чего бы?
Вмешалась жрица. Ее глаза все еще пылали праведным огнем.
— Этот… маг смерти, — эти слова она выплюнула, как какую-то гадость, — пытается сказать, что мы напрасно пытаемся спасти раненых. Что мы должны их умертвить. Пусть он хоть пальцем до них дотронется, и я обрушу на него весь гнев Создателя!
Не веря своим ушам, Астрид обернулась к печально застывшему морталитаси.
— Вы серьезно сказали такое?
— Да, — тихо произнес Эммрик Волькарин. — И, прежде чем вы наброситесь на меня с обвинениями, мисс Ингельвар, выслушайте. Я очень много лет занимался анатомией и прекрасно распознаю смертельные ранения. Часть из них уже обречена, и пытаться прорываться с ними через блокаду — это лишь продлить страдания и обременить солдат лишней ношей, что приведет к новым потерям. Поэтому я смиренно прошу — позвольте мне использовать свое искусство, чтобы освободить их от боли.
Щеки пожилой жрицы полыхнули гневом.
— Ни за что! Лишь Создатель решает, кому и когда пробьет его час, а вы хотите лишить несчастных шанса на спасение!
Астрид скрестила руки на груди.
— Серьезно? И из всех, с кем вы могли обсудить этот вопрос, вы обратились ко мне, профессор?
Морталитаси вздохнул.
— Вы единственная из всех, кого я здесь знаю, кто почти пожертвовал собой ради спасения остальных. Дважды — если вспомнить Войну Стягов. Кому, как не вам, разбираться в подобного рода дилеммах?
Астрид промолчала.
Ее взгляд упал на носилки справа от нее. Там, тяжело хрипя, лежала женщина в простой солдатской кольчуге. Все, что ниже лица, было накрыто плащом, густо пропитавшимся кровью. И по едва угадывающимся очертаниям под тканью Астрид понимала, почему. Тело живого человека устроено иначе.
— Вы точно уверены в том, кто должен умереть? — тихо спросила она.
Эммрик Волькарин кивнул.
Тогда Астрид прикрыла глаза. А затем нагнулась к одному из мертвецов и вытащила из окоченевшей руки короткий меч.
— Позвольте это сделать ему, — произнесла она, обращаясь к жрице. — Иначе сделаю я. И я не могу гарантировать, что попаду точно в сердце с первого удара.
Жрица посерела лицом. А после быстрым шагом покинула импровизированный лазарет-мертвецкую.
— Она расскажет все Инквизитору, — догадалась Астрид.
— Это не займет много времени, — пообещал морталитаси, чьи глаза уже начали разгораться зеленым огнем.
Он не солгал. Под сверкание молний сквозь трещины в потолке и грохот грома и цепей, которые пытался вырвать из своих гнезд архидемон, он медленно развел в стороны руки. И Астрид почувствовала это: где-то на грани слуха возникли тихие стенания, ропот еще живых, но уже расстающихся с жизнью — мучительно и тяжело.
Мир вокруг притих, словно в страхе нарушить таинство.
Эммрик Волькарин опустил руки вниз и сложил пальцы сложной фигурой. После, не поднимая головы, он двинулся сквозь ряды носилок и импровизированных лежанок, и за ним последовала волна прохладной тишины. Астрид почудилось, словно воздух вокруг профессора начал сгущаться, уплотняться в знакомые формы…
Дойдя до конца рядов, профессор снова развел руки, но уже так, словно мягко отсекал невидимые нити. И что-то вновь переменилось, но на этот раз шепотки утихли, а в мир вернулись звуки и тепло. Астрид даже захотелось зажать уши: настолько громко, оказывается, тут было до сих пор…
— Они ушли, — ни к кому не обращаясь, произнесла она.
— Они уже уходили, — откликнулся Волькарин. — Я просто помог им покинуть мир без страданий.
Морталитаси тяжело опустился на край одних из носилок и бережно укрыл опустевшее тело на них. Астрид отметила, какими неуверенными стали движения профессора после ритуала. Он и сам выглядел лишь чуть-чуть более живым, чем мертвецы и раненые вокруг.
— Вы в порядке, профессор? — вырвался у нее вопрос прежде, чем она сама дала на него мысленный ответ. Ну конечно же, он не был в порядке после… такого.
— Мне просто нужно немного отдохнуть, — мягко ответил Эммрик Волькарин. — Не обижайтесь, но мне необходимо побыть в тишине. Могу ли попросить вас?..
— Да, разумеется, — и, не удержавшись, Астрид обронила: — Берегите себя, хорошо?
Морталитаси слабо улыбнулся в ответ и кивнул.
…Едва Астрид покинула лазарет, как Эммрик Волькарин перевел взгляд на носилки поблизости, оставшиеся незамеченными. В отличие от остальных, здесь под тканью лежало что-то очень маленькое. Меньше, чем гном.
Осторожно поднявшись, некромант приблизился к носилкам и опустился на колени, аккуратно приподняв простыню. Долго смотрел на то, что открылось ему.
Когда ткань вернулась на место, глаза морталитаси пылали яростным зеленым огнем.
* * *
Слоняясь без дела подальше от всех, Астрид забралась в саму крепость. Никто не проявлял к ней ни малейшего интереса: солдаты разбирали арсенал, обслуга Вейсхаупта собирала уцелевшие припасы и все, что могло пригодиться в осаде. Вейсхаупт готовился к своей окончательной гибели.
Разнообразия ради Астрид попробовала позвать Соласа. Но проклятый Ужасный Волк не спешил на ее зов — не то не мог, не то не хотел.
Их бросили на произвол судьбы. Что ж.
Тогда она устроилась напротив бойницы, наблюдая за архидемоном. Тварь все больше напоминала цепного пса, которого Гилан’найн посадила сторожить немногочисленных защитников крепости. Пока она здесь, выбраться они не смогут. Чудовище изрыгало огонь и пыталось всеми тремя пастями грызть сдерживающие его цепи, но надежная сталь пока не спешила сдаваться.
А вот крепления дали слабину. Дернувшись в очередной раз, монстр выволок на поверхность одну из цепей вместе с куском механизма, который ее удерживал. Теперь та елозила по площадке, издавая отвратительно громкий скрежет металла о камни.
Небо разорвала очередная молния. Гром последовал почти сразу же за ней — вызванная богиней буря не прекращала бушевать.
Мысли Астрид обратились к сегодняшнему утру. Удивительно, что всего несколько часов назад она и Беллара пытались унять расхулиганившегося Манфреда, который носился по лаборатории Завесной странницы. Казалось, что это происходило в другой жизни.
Вернуться бы туда…
Цепь мерзко проскрежетала во дворе еще раз. Сверкнула молния, ударив в одну из башен неподалеку и выдав целый сноп искр.
Астрид подскочила на месте, словно ее саму шарахнуло разрядом.
Ее осенила неожиданная догадка.
* * *
Четвертью часа позднее она стояла перед лордом Тревельяном и его военным советом, сбивчиво и возбужденно пересказывая свой план. Стражи озадаченно переглядывались, пока Астрид, захлебываясь словами, объясняла идею.
— …Так как вы думаете, сработает? — спросила она, переведя дух.
Лорд Осмунд Тревельян пощипал заросший подбородок. На его лице застыла маска неуверенности и робкой надежды.
— Ты упоминала, что все случилось в лаборатории Лютейр. Так может, ее и спросим?
Маленькая мордочка с огромными глазами протиснулась сквозь ряды солдат и офицеров, едва только заслышав свое имя.
— Я тут сделала кое-какие выкладки, — затараторила эльфийка, каким-то образом материализовав у себя в руках клочок бумаги и огрызок пера. — Скажу сразу: идея крайне, крайне сомнительная и мы будем во всем полагаться на удачу. Но… она не лишена шанса на успех. По крайней мере, если вы позволите внести мне кое-какие корректировки в план.
Через несколько минут закипела работа. Одни осажденные принялись стаскивать вниз все цепи, которые только имелись в Вейсхаупте, тем временем как другие начали выламывать уцелевшие крепления для гарпунов. Раздался радостный крик: один из гарпунов оказался на месте — механизм не сработал, и он все еще лежал в своем ложе.
Это должно было облегчить задачу.
Очень скоро под потолком образовалась причудливая конструкция из цепей: если присмотреться, она сильно напоминала не то металлическую паутину, не то кольцо. К ней отходили звенья к последнему оставшемуся гарпуну. Дело оставалось за малым.
Вперед вышла Беллара с луком, который искрился электричеством. Все взгляды были обращены к ней.
Снаружи вновь блеснула молния. Гром не заставил себя долго ждать.
— Раз, два, три, четыре… — завела Беллара Лютейр. Поудобнее устроив стрелу на сжимающем ложе лука кулаке, она уперла оперенную пятку в тетиву и начала тихонько ее натягивать.
Время шло. По спинам собравшихся людей, эльфов и гномов тек пот.
Стрела вырвалась наружу. Вылетев сквозь прорезь для гарпуна, она сверкающей кометой помчалась ввысь к темным тучам, оставляя за собой сверкающий шлейф искр.
— Сейчас! — скомандовал лорд Тревельян.
Следом за стрелой вырвался гарпун.
Огромный металлический крюк в точности повторил траекторию выпущенной Белларой стрелы. Со звоном разматывая цепь, он летел и летел, пока не достиг предела.
Звякнула сталь. Гарпун дернуло обратно под разочарованные вздохи и вскрики.
Острый кусок металла полетел вниз без всякой пользы…
Зарница расчертила небо раскаленными белыми щупальцами. Помчавшись вниз по тому же пути, которым улетела стрела, она настигла падающее орудие, вцепилась в сталь и стремительно побежала по цепи, сыпя искрами и раскаляя звенья. Перебросилась на моток под потолком, помчалась наверх…
…и достигла шкуры архидемона, плотно усеянной доспехами поглощенных им Стражей и сплавленной с гарпунами.
Чудовище заревело во все три глотки. Завоняло паленым мясом, задергались цепи, а затем…
Что-то тяжелое, громоздкое рухнуло над головами притихших солдат, и вниз посыпались песок и камни.
А затем раздался одинокий, полный боли и ярости вопль Гилан’найн.
* * *
Внизу царило всеобщее ликование. Солдаты бросались друг к другу, обнимались, хлопали друг друга по спинам. И лишь лицо Инквизитора оставалось мрачнее туч, что все еще нависали над Вейсхауптом.
— Ваша милость, разведчики сообщают, что снаружи нет ни следа эльфийского божка, — рапортовал один из офицеров. — Похоже, как вы и обещали, смерть архидемона нанесла ей серьезную рану, и она ретировалась ее зализывать. Теперь самое время выступать.
— Насколько тяжело будет прорываться к складам? — спросил лорд Тревельян.
— Очень, сэр. Там полно порождений и превращенных. А наш арсенал близок к тому, чтобы иссякнуть.
— Тогда даю час, чтобы собрать всех перед атакой. Выполняйте.
«Жертв будет много», — подумала Астрид.
— Сэр, — обратилась она к Инквизитору. — Мы могли бы пробраться потайным ходом, который нам показал капитан Янос.
Инквизитор тажело взглянул на нее. В его взгляде медленно плескалась почти смертельная усталость.
— Я думал об этом. Но у нас не будет маневренности в туннелях. Там нас задавят числом, а если зайдут в тыл… Забьют, как крыс.
— Сегодня больше никто не умрет. Я обо всем позаботился.
Астрид и лорд Тревельян разом обернулись.
— Собирайте людей, ваша милость. Нам нужно выступать как можно скорее, — произнес Эммрик Волькарин, — пока я могу их сдерживать.
* * *
Их были десятки, и они бились насмерть. Мужчины, женщины, воины, рабочие — без разницы: каждый держал в руках меч, булаву или хотя бы острую палку. Окровавленные, утыканные стрелами, со страшными ранами, с которыми не живут.
Мертвые.
Их изрядно поредевшая армия пробиралась сквозь порождений в плотном кольце мертвецов, которые восстали, чтобы исполнить свой последний долг перед живыми. Изорванные знамена с грифонами мрачно веяли над войском нежити, которая сражалась с нечеловеческой силой и свирепостью.
И только Астрид понимала, что происходит. Она еще помнила, чем завершилось общение с мертвым венатори в лаборатории профессора Волькарина.
Подбежав к голове процессии, она задержала шаг рядом с морталитаси. Последний шел, сжав руки в кулаки, которые неистово пылали зеленым пламенем — как и зрачки некроманта. Казалось, что даже под кожей мага переливается загробное свечение: в какой-то момент Астрид почудилось, что она видит просвечивающие кости…
Без слов Астрид взяла его за предплечье. Морталитаси никак не отреагировал: лишь дернулась жилка на виске.
А покойники все неистовствали. Одержимое тело кунари на глазах у всех молча бросилось прямо на огра, вцепившись руками в пасть твари и начав раздвигать ее челюсти. Сколько бы не вонзали в него мечей и копий, мертвец продолжал рвать порождение, не обращая никакого внимания на смертельные удары. Мечи мерно погружались в оскверненную плоть, щиты с грифонами принимали выпад за выпадом, закрывая живых от туч стрел и оружейного града…
Вскоре показались долгожданные склады со спасительным элувианом внутри.
— Раненые, женщины, дети — вперед! — скомандовал Инквизитор. Он был бледен, как смерть. — Остальные — прикрываем!
Нежить продолжала биться. По пути поднимались и присоединялись все новые и новые трупы, волоча за собой оружие и обрушивая его на каждого гарлока, каждого крикуна и генлока, что встречались на пути.
— Ингельвар! Уходим! — проорал лорд Тревельян, когда пришло время отправить в элувиан оставшихся солдат. — Не тяните время!
Астрид проигнорировала его крик. Она видела, что профессор Волькарин не собирался останавливаться.
Что-то было не так.
— Профессор? Профессор, эй! — Она попыталась растормошить морталитаси. Уже не было никакой нужды сдерживать мертвую армию: но та продолжала рвать и терзать врага.
Мысленно плюнув, Астрид встала перед лицом Эммрика Волькарина и отвесила ему оплеуху.
Пощечина подействовала: некромант моргнул, и с его лица спало странное, ожесточенное выражение, с которым он все это время прорывался сквозь порождений.
— Уходим, профессор! — крикнула Астрид почти ему в ухо. — Бросайте все, и бежим!
— Нет! — крикнул он. — Я не могу их так просто оставить здесь!
— Можете! — прорычала Астрид. — Иначе я сама затолкаю вас в это треклятое зеркало!
… Когда они наконец запрыгнули в элувиан, порождения уже заняли весь склад. Ряды мертвецов ломались один за другим: выполнив свой долг, убитые Серые Стражи наконец падали наземь, чтобы обрести долгожданный покой. В последний миг, стоя почти в самом элувиане, Астрид обернулась в последний раз, чтобы взглянуть на Вейсхаупт: замок темнел на фоне бури, более не являясь пристанищем и домом для сотен и сотен защитников Тедаса.
— Жертвенность в смерти, — прошептала Астрид когда-то услышанные от Даврина слова, и шагнула в зеркальный проем.
1) Проклятая тварь! (итал.)
2) Голубки (итал.)






|
Даже не знаю, чем я больше обрадовалась: тому что вышла новая история по Dragon Age в Вашем исполнении или что это продолжение истории Астрид. Наверное и тому, и другому.
Показать полностью
Завязка получилась очень динамичная и словами не передать, в каком я восторге от того, что Хардинг буквально направляет на Рук арбалет в первой главе. В игре мне ужасно не хватало той преданности Хардинг Инквизиции в целом и Инквизитору в частности. Как и того, что именно Инквизитору подчиняется Стража Завесы. Для собственных хедканоном у меня свои обоснования, почему они могли быть независимыми, но и такую интерпретацию очень интересно увидеть. Взаимодействие с Соласом порадовало. Очень хочется увидеть в какие игры будут играть Инквизитор и Солас в попытке перетянуть Рук так или иначе на свою сторону. А вот решение с Тревизо удивило. Я так понимаю в истории обыгрывается линия, где все таки был спасён Минратоус. Если честно, в игре меня то, что Тревизо не был полностью уничтожен не казалось необоснованным(я объясняла это себе и сделкой мэра с венатори, и тем, что живые носители скверны лучше ее распространяют да и Эльгарнан как будто всю игру особо не стремился уничтожать, а скорее показывал лишь толику своей силы, когда совсем уже его доставали). В любом случае интересно, как пойдут ветка Луканиса после вот такого поворота. Как и ветка Эммрика с учётом не самого приятного знакомства с Астрид и в принципе ее неприятия к Дозору Скорби. Так что буду с огромным интересом следить за этой работой. 1 |
|
|
Серый Козодой Оффишлавтор
|
|
|
Эреншкигаль
Показать полностью
Даже не знаю, чем я больше обрадовалась: тому что вышла новая история по Dragon Age в Вашем исполнении или что это продолжение истории Астрид. Наверное и тому, и другому. Завязка получилась очень динамичная и словами не передать, в каком я восторге от того, что Хардинг буквально направляет на Рук арбалет в первой главе. В игре мне ужасно не хватало той преданности Хардинг Инквизиции в целом и Инквизитору в частности. Как и того, что именно Инквизитору подчиняется Стража Завесы. Для собственных хедканоном у меня свои обоснования, почему они могли быть независимыми, но и такую интерпретацию очень интересно увидеть. Взаимодействие с Соласом порадовало. Очень хочется увидеть в какие игры будут играть Инквизитор и Солас в попытке перетянуть Рук так или иначе на свою сторону. А вот решение с Тревизо удивило. Я так понимаю в истории обыгрывается линия, где все таки был спасён Минратоус. Если честно, в игре меня то, что Тревизо не был полностью уничтожен не казалось необоснованным(я объясняла это себе и сделкой мэра с венатори, и тем, что живые носители скверны лучше ее распространяют да и Эльгарнан как будто всю игру особо не стремился уничтожать, а скорее показывал лишь толику своей силы, когда совсем уже его доставали). В любом случае интересно, как пойдут ветка Луканиса после вот такого поворота. Как и ветка Эммрика с учётом не самого приятного знакомства с Астрид и в принципе ее неприятия к Дозору Скорби. Так что буду с огромным интересом следить за этой работой. Очень рада вновь увидеть вас в комментариях!)) Для меня это уже своего рода оценка качества) Спасибо, что читаете) С Хардинг интересно получилось - задумка, как поменять ее персонажа и при этом сохранить в сюжете появилась буквально незадолго до публикации первой главы, когда я вновь села переигрывать в Инквизицию и вновь увидела кат-сцену с выстрелом в мятежного мага. Да, это та Хардинг, которую хотелось увидеть в Вейлгарде) И с того момента ее образ очень хорошо лег в сюжет и в открывающую главу. Именно таким, мне кажется, и должен быть офицер, который долгое время находился на передовой и первым вел свой отряд разведывать территорию. Она все еще может быть дружелюбной, просто долг всегда будет стоять на первом месте. Инквизитора я тоже не могла обойти стороной) Мой рыжий балбес не ради этого потерял руку и провел столько времени в походах, чтобы просто мелькать где-то на фоне и похлопывать Рук по плечу. Если нужен военный лидер - именно Инкви как никто другой, с его опытом, с его пониманием мотивов Соласа может возглавить Стражу Завесы, а не какой-то там залетный знакомый Варрика с нулем в бэкграунде. И он готов взвалить на себя ответственность за все решения, которые будет принимать - от безусловно удачных до ужасных с точки зрения морали. Солас, кстати, свою игру начал и одну карту уже разыграл)) Единственное, эта история все равно будет стремиться к камерности и больше сосредотачиваться на смертных и их реакции на происходящее, но периодически Ужасный Волк будет выходить на сцену, чтобы подтолкнуть события в нужное ему русло. С Тревизо все немного проще - мне понравилась его оскверненная версия) Минратос (точнее, Доктаун) что со скверной, что без нее помойка помойкой, а вот Тревизо хоть чуть-чуть напоминал, что у нас тут все-таки драгонага. Правда, убивало наповал, что люди как жили, так и продолжали жить в зараженном городе, ну разве что скромно модельки трупов добавили. Алло, тут скверна! Ну, эта самая, из-за которой вымирали целые народы и земля на века оставалась бесплодной. Но видимо, в Тревизо все сплошь и рядом Серые Стражи, и соседство с моровым поветрием их не волнует. Однако это не значит, что Луканис останется без изменений и переработки) И Эммрик. О, вот над кем было действительно сложно и интересно работать. Наверное, тут остались дай босх 10% от того, что было в игре. Под нож пошло очень многое, и очень многое было написано с нуля в попытках превратить персонажа из "оу, какой милый некромант-джентльмен" в сложную личность со своими скелетами в шкафу и совершенно другой мотивацией, которая, мне кажется, куда больше соответствует миру драгонаги. Сложнее, наверное, было только с Астрид, но с ней у меня хотя бы развязаны руки в плане канона. Так что его ветка однозначно будет ведущей и очень сильно уйдет от того, что было в Вейлгарде. Там и Йоханна ждет своего часа, и о ней тоже есть, что сказать. Как видите, я во всеоружии, чтобы оправдать ваши ожидания!))хдд Постараюсь не ударить в грязь лицом) 1 |
|
|
Ничто так не радует любогл читателя, как быстрое и регулярные обновление впроцессника. Там более, что в новой главе накидали столько новых зацепок/деталей лора. От себя могу лишь просить не останавливаться на достигнутом.
Показать полностью
Ужасно радует, в каком свете у Вас преподносят морталитаси и Дозорные Скорби. Читая главу я невольно вспомнила Тевинтерские Ночи. От рассказа "Внизу, среди мертвецов" я в свое время похожий вайб: морталитаси есть, они часть Неварры, но те, кто не морталитаси не могут не испытыватб физическое отторжение от всего, что связано со смертью и Некрополем. Поэтому реакция Хардинг на Некрополь в целом и на Воргота в частности просто бальзам на душу. Особенно в сравнении с тем, как сопартийцы в игре спокойно бегали по обители некромантов не испытывая никаких неудобств. Отдельный поклон за филактерию. Приятно видеть использование и переосмысление артефактов первых игр, как и уровень взаимного недоверия Астрид и Хардинг. С одной стороны мне бы хотелось, чтобы они постепенно пришли к взаимопониманию и даже дружбе, но не могу не наслаждаться их противостоянием в моменте. Тем более, что оно более, чем обоснованно. Постепенное раскрытие причин Войны Стягов заставляет меня гадать какая же часть квестов под это будет переписана: Недозволенные с Бесформенным или Личей. Чтобы то ни было, буду с интересом наблюдать за развитием событий. Как за и тем, какими способами вы впишите такую Рук в основной сюжет Стражей Завесы. P.S. Все забываю задать один весьма животрепещущий вопрос: а где Варрик? Его постигла игровая судьба? А будет ли это раскрыто? А какие у него были отношения с Астрид? Ждёт ли нас ещё одна история про ее путешествие вне Неварры и знакомство с Варриком. Вопросов много и я очень надеюсь однажды получить на них всех ответы. 1 |
|
|
Серый Козодой Оффишлавтор
|
|
|
Эреншкигаль
Показать полностью
И снова здравствуйте)) Спасибо, что делитесь мыслями о прочитанном) Да, мне тоже запомнилось, как в "Внизу, среди мертвецов" Одрик до ужаса боялся всей этой некромантской тематики и подмечал, что морталитаси как будто бы сами не до конца осознают ужас людей перед их практиками (хотя сам Одрик оказался *спойлер*). А потом выходит Вейл и пупупу... Беллара не просто переписывается с некромантом, она буквально Рук приводит в Некрополь с таким видом, словно наизусть знает все уровни. Ну и остальные спутники не выказывают никаких претензий по поводу Эммриковых (и опционально ГГ) некромантских штучек - только мягко шутят, у нас же сейфспейс, дружбодомик, понимать надо))хд Ха-тьфу... (хотя того же Дориана в Инкве шпыняли просто за то, что он тевинтерец). Филактерию долго боялась добавлять, сидела рылась в кодексе, дергала знакомых лороведов, но на свой страх и риск решила вставить. Оказалось, не зря) Что касается остального... пока не буду спойлерить) И да, Варрик не случайно указан среди персонажей, и на самом деле у меня есть очень, очень подробная история его знакомства с Рук, и прошло оно довольно... сложно, но такие вещи людей (и гномов) сильно сближают. Очень надеюсь, что смогу и ее раскрыть, но всему свое время)) Ну и конечно же постараюсь публиковать главы настолько оперативно, насколько мне позволяет время - четвертая уже в процессе) 1 |
|
|
Серый Козодой Оффишлавтор
|
|
|
Эреншкигаль
Рада вновь вас видеть!)) Большое спасибо за пожелания и за то, что читаете)) У Астрид и Осмунда чуть больше общего, на самом деле)) Второй прошел свое становление героем, тем временем как первая еще только ищет свой путь и свою роль. Чуть позже я раскрою этот момент) В остальном - буду стараться! Сейчас немного загруз по личным причинам, но в ближайшее время вернусь к стабильной публикации новых глав. Небольшой намек: следующая глава будет весьма насыщенной на события :D Так сказать, кульминация всего Вейсхаупта и первый большой шаг к пейрингу) 1 |
|
|
Эту главу я определённо буду считать пока что самой любимой во всем фанфике. За уровень мрака и безысходности, за армию восставших мертвецов и очередной конфликт морталитаси с "обычными" людьми.
Показать полностью
Расстраивает, правда, что сопартийцы мрут как мухи(сначала Хардинг, теперь Даврин), но это наверное частично мои капризы с учётом поднятых ставок(эта женщина в своем первом прохождении Занавески романсила Даврина и ни о чем не жалеет). Очень рада, что Ваше обещание в части первого шага к перингу было сдержано. Астрид и Эммрик на самом деле очень забавные. Я даже с них успеха похихихать, пока сюжет не навалил отборной хтони(продолжайте, мне нравится). После всего произошедшего, если честно, я очень жду следующей главы, а именно некоторого слома Осмунда. Потому что даже с учётом Разрыва Завесы к такому жизнь Инквизитора явно не готовила. Словила даже себя не мысли, что похожие вайбы мог иметь самый первый Мор, когда ото всюду лезла хтонь и было абсолютно не понятно, как ее убить. В общем я посылаю вам всяческое вдохновения и силы. Будет интересно, как Астрид, Осмунд и ко все это вывезут. P.S. А ещё я требую полную версию шутки по Фен'Харела, Гилланайн и дятла. 1 |
|
|
Серый Козодой Оффишлавтор
|
|
|
Эреншкигаль
Показать полностью
И снова здравствуйте!)) Для меня эта глава была... самой тяжелой для написания: хоть на нее и ушла неделя, но планирование заняло порядка двух месяцев. Однако, видя ваш комментарий, я понимаю, что не напрасно)) Насчет смерти сопартийцев - пока лучше не забегать вперед, кое-какие арки таки планируются, так что некоторых персонажей списывать со счетов не стоит) А с пейрингом я наконец выдохнула. Мне не понравилась стремительная динамика романов в Вейле в контексте характеров моего персонажа и Эммрика, поэтому где-то с прошлого года я прописывала и переписывала сценарий, лишь бы попасть в идеальное с моей точки зрения видение. Удалось аж спустя полтора, почти два года)) Поэтому для меня это дважды большая победа - я наконец перешла к тому, что так долго планировала, и результат оценили вы, как читатель!) Со следующей главой затягивать уже не буду, одну из самых сложных частей мы прошли, стремнина позади, впереди относительно (но это не точно) ровный заплыв до следующего звиздеца)) так что погнали!) И вновь спасибо вам!)) З.Ы. А над шуткой я подумаю, изначально на анекдот вдохновили "Русские заветные сказки" Астафьева (мое околофилологическое прошлое), так что полная версия потребует художественной обработки ( ͡° ͜ʖ ͡°) |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|