Самый лучший враг (гет)

— Видишь… Ты можешь понимать всё с первого раза, Гелечка.

Бен погладил названную по голове. Ту аж передёрнуло. Она, скривившись, скинула руку парня со своей макушки.

И ему это не понравилось.

— Что за поведение? — поморщился эльф.

— Тебе никто не давал право распускать руки! — вскипела девушка.

— А я их распускал? Ох, прости, забыл, что ты недотрога…

— Я не недотрога! Сам ты… Недотрог, во!

— Во-первых, такого слова нет. Во-вторых… Гхм… Ты забываешься, Войт. С этого дня ты прислуживаешь мне, становишься моей рабыней. А разве рабы грубят своим хозяинам?

— А если хозяева слишком наглые?!

— Тут уж ничего не поделать. Кстати, за невежественное поведение господины наказывали своих слуг. А женщин-рабынь могли и изнасиловать. Просекаешь теперь, что в моей власти?

Ангелина сглотнула. Эти слова ей не понравились.

— Ты что, собираешься меня…того? Изнасиловать? — в ужасе спросила она. Бен расхохотался.

— Ну, в ближайшие мои планы это не входит, — издевательски сказал он, — хотя кто знает, что ты натворишь…

И он снова рассмеялся, видя, как распахнулись глаза девушки.

— Ты…—бедняжка даже не находила слов, — ты идиот!

Парень перестал смеяться. И уставился на девушку.

-Ай-ай-ай, — осуждающе покачал головой он, — ты в самом деле забываешься. Что в условии было? Ты НЕ имеешь права меня засирать. Но, как я вижу, ты поступаешь наоборот…

И, не успела Геля и пискнуть, как маньяк схватил её за шкирку и дёрнул на себя. Девчонка врезалась в него, ойкнув. Тогда Утопленник отшвырнул её на кровать, но слегка скосил. Ангелина упала на пол, приложившись спиной о деревянный корпус постели. А парень уже навис над ней, насмешливо сверкая глазами.

— Больно, да? — с притворным сочувствием спросил он, — но это только начало. Как говорится, дальше-больше. Надеюсь, теперь-то ты поняла, что нехорошо хамить своему хозяину, а, Войт?

Девушка не ответила. Она с ненавистью смотрела на Бена. Затем, не отрывая от него взгляда, попыталась встать.

— Я задал вопрос, — эльф толкнул её, и Геля снова осела на пол. Почему-то она не могла ничего сказать этому пидору, хотя на языке столько всего крутилось…

— Будем играть в молчанку? — Утопленник сел перед девушкой на карточки, — учти: молчание является знаком неуважения.

«Откуда ты это взял?» — хотела сказать Ангелина и…не сказала. Она просто молчала, смотря на своего врага. Тот, в свою очередь, смотрел на неё. Затем парень поднял руку и, откинув прядь волос с шеи девушки, задумчиво погладил большим пальцем её кожу.

— Знаешь…— после небольшой паузы произнёс он, — у тебя такая нежная кожа…

Услышав эти слова, Ангелина откинула руку маньяка.

— На что это ты намекаешь? — настороженно спросила она.

— Ну…— эльф усмехнулся, — наверняка на такой коже хорошо видны синяки, засосы…

В душу Гели закралось волнение. Пытаясь его скрыть, девчонка фыркнула, но вышло как-то нервно.

— Подумаешь! — сказала она, — чтоб ты знал, на шее, плечах и ключице кровеносные сосуды расположены близко к коже, а сама кожа на этих местах тонка и нежна. Так что это не удивительно.

-Училка выискалась, — раздражённо бросил Бен, —не умничай, Войт, а то достанется. Кстати, буду тебя называть по другому.

— Как же? — Геля скривилась. Что за дерьмо он предложит на этот раз? Откликаться на «сучку» или «рабыню»? Это она точно не будет исполнять! С неё итак хватает того, что Ангелина исполняет роль этой самой сучки…

Утопленник лишь без ответа ухмыльнулся и положил ладонь девушке на плечо.

— Как-нибудь ласково, не волнуйся, — убийственно-нежным голосом сказал он. Затем с не менее убийственной заботой поправил бретельку пижамной майки Гели и, встав, удалился.

* * *

Танька стремительно завернула в женское крыло (да-да, Слендер разделил жилой этаж на два крыла!) и…впала в ступор. Потому что увидела Бена. Выходящего из их с Ангелиной комнаты, в которой как раз сейчас и находилась подруга.

Глаза Шварц округлились.

— Ты что там делал?! — девушка кинулась к эльфу, — Геля жива?! Что ты с ней сделал?!

Говоря всё это, Таня с силой трясла Утопленника за плечи.

Тот поморщился и сказал: -Ничего я с ней не делал… И прекрати меня трясти, иначе мой завтрак сейчас окажется на твоём очаровательном еблишке!

Опомнившись, Танюха смущённо отпустила парня. Маньяк потер свои плечи.

— Ну у тебя и хваточка…— недовольно буркнул он, — на диету сядь… Хорошая штука, говорят. Может, и тебе поможет. Да не смотри ты так на меня, я же шучу… Наверно. И всё в порядке с твоей ненаглядной Войт, можешь пойти и воочию убедиться!

После этих слов Бен поспешил улетучиться, что бы его снова не схватили и не стали трясти. А то вдруг в самом деле блеванёт…

Таня влетела в комнату. Хотя как влетела — ворвалась. Дверь чуть с петель не слетела, пол жалобно скрипнул.

— АНГЕЛИНА! — разъярённо заорала подруга. Названная с сочувствием поглядела на потолок. К счастью, штукатурка не посыпалась.

— Да, Танюш? — осторожно отозвалась Геля.

— Что у тебя в комнате делал Утопленник?! — дверь захлопнулась, а Шварц матерелизовалась перед Ангелиной. Та вздохнула.

— Пришёл испортить утро, — ответила она, — ну, как всегда. Поэтому я и задержалась.

Танюха с понимающим «а-а» кивнула. Войт же быстренько оделась и застелила кровать. Затем они с Танькой спустились вниз и пошли в сторону кухни. Девчонки разговорились, но их беседу прервал чей-то вопль. Обе подруги вздрогнули.

— Кто орёт? — испуганно пролепетала Геля.

— Кажется, Руслана, — неуверенно высказала своё мнение Таня, —и, похоже, как раз с кухни.

Не сговариваясь, подруги бросились на крик. Они одновременно вбежали на кухню, толкаясь. И от увиденного они замерли.