Под чужой луной (гет)

* * *

Вечер сутки спустя…

Первый отряд «Атлантиса» ужинал в столовой в полном составе, когда к их столику подошёл доктор Зеленка:

— Извините, вы не знаете, где доктор Янош?

— Она весь вечер не выходит из своей комнаты, — сообщила Тейла. — Никого не хочет видеть.

— Я тоже пытался с ней поговорить, но она…

— Что, Родни, опять шарахнула тебя тарелкой с супом?

— Нет, супа у неё не было — только сказала, что нам не о чем разговаривать, и захлопнула дверь.

— А чего ты ожидал, Родни? Эрга ведь послали на Иминд с твоей подачи, — напомнил Радек.

— Ну, так я же помириться хотел! Правда, Дженни говорила, что до завтра этого лучше не делать.

— Дженни права, — согласилась Тейла. — Завтра после суда — может быть, и можно будет с ней разговаривать. Только бы у мистера Вулси получилось.

— Неизвестно ещё, что решат.

— Да что бы ни решили, — заключил Джон. — Эта история, наконец, закончится. Я так думаю, все эти разговоры о депрессии преувеличены, оттяпают голову, восстановят — и всё. Это же репликаторы. Какая у роботов может быть депрессия?

— А МНТ… — начал было Родни.

— Знаешь что, Родни! — Джон резко повернулся к нему. — Кто у нас быстрее всех разряжает МНТ? Ты! Кто на этот раз поссорил нас с репликаторами? Тоже ты! Вот и думай сам, где теперь брать энергию — в конце концов, ты же у нас гений!

— Однако, я использую энергию МНТ на общее благо, и с репликаторами нас я не ссорил! — вспыхнув, парировал гений двух галактик. — Откуда ж было мне знать, что репликатор попадется?! Что у него не достанет ума изменить свой облик, как он делал это в прошлый раз! А где брать МНТ, я придумаю …уже почти придумал! — запальчиво закончил ученый.

— Да? — усмехнулся Шеппард. — А я собирался тебе подкинуть возникшую у меня на этот счет идею …

— Какую? — тот час поинтересовался гений. Но Джон ответить не успел.

— Смотрите-ка! — Ронон указал взглядом на вход, со стороны которого появился мистер Вулси

.

— Я думал, он пишет речь на завтра, — удивился Родни.

— У него такая физиономия, как будто он уже выиграл процесс, — заметил Шеппард.

— Джон, ты же был с ним в библиотеке — он что-нибудь нашёл? — полюбопытствовала Тейла.

— Не знаю, он не особо распространялся. Но, по-моему, ничего существенного.

Тем временем Ричард приблизился к ним:

— Добрый вечер!

— Добрый вечер, мистер Вулси! Как ваша речь для суда?

— О, всё очень просто! Как я сразу не додумался до такого простого решения? Эрг мог бы уже быть дома…

— Вы что, нашли беспроигрышный вариант? — осведомился Родни.

— Можно сказать и так. Скажите-ка мне, сколько лет Эргу?

— Точно не помню… но года ещё нет.

— Вот именно! — Вулси многозначительно поднял палец. — А уголовная ответственность на Иминде наступает с 12 лет. До этого человек неподсуден, так что Эрга им придётся отпустить!

— Но Эрг, к сожалению, не человек, — заметил как бы между прочим Шеппард. — И иминдиане это наверняка уже знают, учитывая то, что до вас там побывал Ниам. К тому же для святотатца они могут сделать исключение…

— Не могут! До 12 лет человек считается ребёнком, а дети под особым покровительством матери Рьинн — свою богиню иминдиане гневить не рискнут.

— Думаете, кто-нибудь поверит, что парню меньше года?

— Полагаю, в свидетелях из Нового Асураса, которые это подтвердят, завтра недостатка не будет... в общем, будем уповать на удачу, — ответил мистер Вулси, продолжив путь к соседнему столику. Похоже, напоминание Шеппарда о природе Эрга несколько выбило главу экспедиции из колеи. Что ж, Шеппард по-своему был прав: Эрг действительно не человек, и иминдиане должны быть в курсе, поскольку им приходится заботиться о заключенных в темнице — приносить еду, воду. Репликатору же ни то, ни другое не нужно. Так что еще неизвестно, примут ли судьи во внимание возраст подсудимого.

— Пойду, попробую поговорить с Жужанной, — сказал Радек. — Надо бы ей об этом рассказать.

— Не надо, — возразила Тейла. — Не стоит раньше времени внушать ей надежду….

* * *

Господин Кьиг — верховный жрец Великой Матери Рьинн — тоже готовился к завтрашнему судебному процессу. Он сидел, обложившись свитками, содержавшими записи о преступлениях, и делал на них пометки, раскладывая на четыре стороны.

— Амна, дочь Хьята, кража краюшки хлеба в лавке… 12 лет, — бормотал жрец. — Имьер, сын Пемма, кража кошелька… 12 лет. Льика, дочь Кемма, извела нерожденный плод при пособничестве Инмы, дочери Этса, принуждаемая супругом Ольеком, сыном Химма… всех троих побить камнями. Эрг, сын Ниама из Нового Асураса, святотатство, — Кьиг в задумчивости уставился на свиток.

— Какие-то сомнения, господин Кьиг? — раздался за спиной властный женский голос, словно невзначай облили из ушата ледяной водой.

Жрец вздрогнул. Его всегда раздражала способность этой женщины появляться так неожиданно и её неслышимая поступь.

— Да вот, насчёт этого асуранского варвара, которого поймали у Дара Матери Рьинн…

— А что тут думать? Отрубить голову — и всё.

— Не всё так просто, госпожа Дамьира. Я ещё раз допрашивал его — похоже, он действительно не вполне понимал, что делает. Возможно, стоит помиловать его и выслать в Асурас.

— Помиловать?! — всплеснув руками, раздраженно воскликнула верховная жрица. — Да вы, не иначе, лишились рассудка! Сначала вы соглашаетесь смягчить наказание тому астрологу-богохульнику, а теперь хотите отпустить святотатца!

— За астролога просил сам король, учитывая обстоятельства, было разумнее уступить.

— «Учитывая обстоятельства»! — насмешливо повторила Дамьира. — Разве мы с вами не помним времена, когда его дед смотрел в рот жрецам Матери Рьинн?

— Времена нашей молодости прошли, с этим надо смириться, госпожа Дамьира. В конце концов, он же не помиловать просил, а только заменить казнь на пожизненное. А то, что Иминд уже не тот, что раньше…

— Вы даже не знаете, насколько «не тот», — холодно усмехнулась старуха.

— О чём это вы?

— О чём?! Конечно, господин верховный жрец, вы ведь не вылезаете из своих священных книг и из постелей ваших одиннадцати жён — хозяйством храма ведаю я одна! Вы знаете, насколько меньше зерна мы получили в этом году? А сыра? А овощей? Если хотите — могу показать вам спискидаров за этот год и за прошлый, и за позапрошлый — чтоб вы сами убедились, насколько Иминд «не тот» год от года! И как вы думаете, где всё то, что не получили мы?

— И где же? — не понимал Кьиг.

— В храме Амьига Солнцеликого — вот где! Народ отворачивается от Великой Матери Рьинн, и вот в такие времена вы хотите лишний раз продемонстрировать свою слабость!

— Не слабость, а милосердие, — раздраженно проворчал жрец, сознавая, что госпожа Дамьира, к сожалению, права — год от года власть жреческой касты Великой Матери Рьинн неумолимо тает, как туман в лучах восходящего солнца. На Иминде поднимает голову новый культ. Нет, определенно пришла пора пересмотреть прежние законы. Показное милосердие, проявленное в нужный момент, может оказаться на руку жрецам Великой Матери Рьинн.

— И потом, госпожа Дамьира, — продолжал Кьиг. — Вы не думали, что пожертвования, о которых вы так беспокоитесь, попросту некому становится нести? С тех пор, как пробудились рейфы, они каждый год забирают больше людей, чем моровая язва!

— Говорят, это началось после того, как в городе демонов вновь появились люди, — раздраженно заметила Дамьира. — Они приходили в город и храм с целью забрать нашу Святыню. И поскольку им в этом было отказано, подослали святотатца выкрасть её! А не так давно мне донесли, что люди из города демонов являлись вновь и нанесли визит королю.

— От города демонов добра ждать нечего, — согласился Кьиг. — Но как бы то ни было, люди Иминда начали сомневается, что Мать Рьинн защитит их от рейфов. Вот о чем нам следует беспокоиться ныне. И если мы хотим вернуть их доверие и вновь расположить к себе…

— Причём тут этот варвар-святотатец? — раздражённо перебила жрица.

— А притом, что до этого меня посетил Владыка Нового Асураса и обещал установить на Иминде механизмы, которые будут защищать от рейфов. Разумеется, в обмен на помилование для его сына.

— Этому варвару надо было лучше смотреть за своим сыном! А мы веками жили без всяких демонских выдумок — и поживём ещё.

— А вот во многих варварских мирах всякими, как вы говорите, демонскими выдумками не гнушаются — и живут лучше, чем мы! И делать вид, что это не так, становится всё сложнее! Слишком уж многие в последнее время стали ходить за Кольцо, — сообщил недовольно жрец.

— Вот видите, господин Кьиг, когда нам аукаются мои слова! — торжествующе подняв вверх тонкий костлявый указательный палец, заявила жрица. — Не я ли говорила, что стоит уничтожить это дьявольское Кольцо, дабы не было у народа излишнего соблазна?

— Его установили лантийские демоны, — сухо возразил жрец. — Уничтожить его не так просто, как вам кажется. Всех сил наших мастеровых на это не достанет.

— Но чего вы добьётесь, пойдя на сделку с варваром с Нового Асураса?

— Мы получим защиту от рейфов, — ответил жрец. — И сообщим об этом народу, чем утрем нос как королю, так и жрецам Амьига Солнцеликого!

— Может, наш народ и тёмен, но не настолько, чтобы не понять, какой ценой мы это получили…

— И что же вы предлагаете? — осведомился вполоборота жрец, чувствуя, что потихоньку закипает; меряющая шагами его келью жрица начинала действовать ему на нервы.

— Если подойти к делу с умом — а не так, как вы! — можно продемонстрировать и милосердие, и справедливость, и сохранить лицо, и эти ваши механизмы заполучить.

Жрец хмыкнул, ведь именно этим он и занимался до её появления — обдумывал как по закону найти выход из сложившейся ситуации с пленником. Заполучить от Владыки Нового Асураса обещанные механизмы, защищающие от налетов рейфов, было бы очень кстати. По словам господина Ниама, ситуация за пределами Иминда сильно обострилась и осложнилась. В мир несколько лет назад была выпущена страшная болезнь, косящая людей на других планетах. К счастью, иминдиан эта участь миновала. Но миллионные жертвы среди людей привели к тому, что рейфы начали войну клан на клан за оставшиеся нетронутыми космической чумой пищевые ресурсы. А это значит, число рейфских визитов может увеличится, и когда-нибудь на Иминде вообще не останется ни одного человека.

— И каким образом вы думаете это провернуть? — поинтересовался жрец, понимая, что упоминания о чудесных механизмах, гарантирующих защиту от рейфских налетов, не могло не зацепить жрицу.

— Для начала заменим казнь на пожизненную каторгу. Затем поступим так же, как с сыном ростовщика в прошлом году, — ответила жрица.

— Это который был схвачен за изнасилование? Опять попался — на том же самом. Не удивлюсь, если его папаша и на этот раз всё устроит.

— Ничего, подождёт до следующего года, — сдержанно возразила жрица. — А в этом году устроим всё для того варвара и объясним асуранскому владыке, что при жребии иногда надо немного помочь богине сделать правильный выбор…

— А вы уверены, что он это поймёт?

— Он не был бы правителем, если бы не понимал таких простых вещей.

Кьиг чувствовал, что эта женщина снова положила его на обе лопатки, и ему это не нравилось — но что поделать, она была права.

— Да, пожалуй, так и надо поступить… но где же мы возьмём ему искупительницу?

— Искупительницу найдём. Мало, что ли, нищенок в городе?

— А вы уверены, что мы найдём… э-э-э… подходящую нищенку?

— Боитесь, что не доведут в целости и сохранности? — язвительно поинтересовалась Дамьира. — Ну, так прикажите найти самую страшную, на которую даже ваши стражники не позарятся! А то на днях опять лапали какую-то варварку — и, между прочим, её увёл асуранский правитель, чьим расположением вы так дорожите!