Кокон (гет)

Напевая очередной саундтрек из недавнего фильма себе под нос, Стив аккуратно достал пакеты из багажника и зашагал в сторону трейлера. На часах было семь утра — Макс, скорее всего, ещё спала. Можно было приехать и позже, но Стив и так едва удержался, чтобы не сорваться к ней посреди ночи.

Поэтому сейчас, поднимаясь по ступенькам и стараясь не греметь пакетом с продуктами, он уже потянулся к ключам, как вдруг заметил, что дверь не до конца закрыта.

— Что за… — Стив нахмурился, вспоминая их недавний разговор. Макс тогда сказала, что не может спать, если хоть одна дверь в трейлере открыта — ей нужно чувствовать себя в безопасности со всех сторон.

Сдерживая приступ паники, Стив осторожно толкнул дверь и сразу заметил бардак — повсюду были грязные следы, около столика лежали осколки разбитой кружки, а на полу в сторону ванной тянулись тёмные разводы. Несмотря на ужас, бьющийся в голове, он сразу опознал кровавый след.

— Нет, — выдохнул он почти беззвучно.

Шум собственного сердца застилал все звуки, и Стив громко сглотнул. Он бросил пакеты прямо у входа и, почти не чувствуя ног, рванул в ванную, где остановился на пороге.

На полу, у раковины, было много крови. Белая плитка, стена, и даже зеркало было покрыто красными разводами. Бинты, обрывки пластырей, смятые салфетки — всё это валялось вокруг, как после спешной попытки спасти кому-то жизнь.

Стиву стало дурно.

В голове один за другим проносились образы того, что здесь могло случиться, и на секунду он перестал дышать.

Держась за стены, он вывалился из трейлера и его вывернуло недавним завтраком. Он согнулся пополам, оперившись ладонью о стену, и его снова и снова тошнило на траву. Когда в желудке ничего не осталось, кроме жгучей желчи, он выпрямился и нетвёрдой походкой зашагал в сторону машины. В голове билась лишь одна мысль: «Даже не думай… Не смей».

Дорога к госпиталю, которая обычно занимала минут двадцать, пролетела за семь. Стив ехал так, будто за ним гнался сам чёрт, пару раз едва не влетел в мусорные баки на повороте и только чудом не врезался в чью-то припаркованную машину.

В приёмном отделении было шумно и светло. Тяжело дыша, Стив влетел внутрь, и сразу направился к стойке регистрации.

Молодая медсестра, Эмбер, подняла голову и сразу узнала в нем сына заведующей.

— Стив, привет… — начала она, но осеклась, заметив его лицо. — Что-то случилось?

— Макс… — выдохнул он, вцепившись в край стойки. — Максин Мейфилд. Её привозили сюда сегодня?

Эмбер нахмурилась и опустила взгляд в бумаги.

— Подожди, сейчас посмотрю… Ночью привезли несколько девушек с различными травмами, и среди них был одна неизвестная… Рыжеволосая, 17-18 лет, колющая травма бедра... её привезли в 3:46.

Стиву казалось, что он не выдержит ещё секунды этой медлительности.

— Что с ней? — резко спросил он. — Она жива?

Эмбер подняла на него глаза и тут же смягчилась.

— Да. Она в реанимации после операции. Через некоторое время её переведут в палату.

Стив резко выдохнул, почти пошатнувшись от облегчения.

— Спасибо, — прошептал он и тут же добавил, уже почти не слыша собственный голос: — Что произошло…?

Эмбер замялась.

— Я точно не знаю, мы всё ещё ждём заключение врача, — она остановилась, подбирая слова. — Её нашли в трейлер-парке с рассечением бедренной артерии. Она сама вызвала скорую, насколько я поняла, и потеряла много крови, — опустив взгляд в документы, она нашла нужную строчку и продолжила: — По приезду медиков она была без сознания, произошла остановка сердца…

Эмбер продолжала читать, и не сразу заметила мгновенно побледневшего Стива. Она подняла глаза только когда услышала его рваный вздох. Он медленно отошёл от стойки, вцепившись пальцами в волосы.

— О боже, Стив! — медсестра подскочила со стула. — Ты в порядке?

— Она едва не умерла? — глухо спросил он, боясь услышать ответ.

— Эй, давай я позову врача, и вы поговорите? Через пару часов её должны перевести в интенсивную терапию из послеоперационной… Но Стив, кто она? Я не могу пустить тебя, если вы не…

— Это моя девушка. — соврал он, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Она указывала меня как контактное лицо в реабилитационном центре. Этого достаточно?

Эмбер удивлённо подняла брови и кивнула.

— Я уточню, — сказала она тихо. — Жди здесь.

Стив медленно отошёл от стойки и сел в ближайшее кресло в вестибюле. В ушах гудело, а перед глазами всё плыло.

«Произошла остановка сердца…».

Эта мысль ударила так сильно, что у него свело челюсть. Он сжал ладони в кулаки и уставился в одну точку.

Нет.

Нет, нет, нет.

Это не могло быть правдой.

— Что же я наделал? — прошептал он, сильнее вцепившись пальцами в волосы, так что на шее проступили красные пятна.

На автомате Стив поднялся и вышел на улицу, пока не начал задыхаться прямо в коридоре. Снаружи уже серело небо, и через несколько минут ливанул дождь, застилающий обзор в пределах 10 метров. Он стоял под навесом и не двигался, пока дождевые капли стекали по лицу и шее. А потом вдруг увидел автомат с сигаретами и, сам не понимая зачем, сунул туда монеты.

Через минуту он уже сидел на земле, облокотившись спиной о стену, и затягивался первой в жизни по-настоящему мерзкой сигаретой. Он кашлял, задыхался, но продолжал травиться никотином снова и снова.

Бесполезно. Ничего не помогало вытеснить металлический запах крови из ванной трейлера.

— Стив!

Где-то издалека он различил знакомые голоса и поднял голову. Спасаясь от дождя куртками, к нему бежали Дастин и Лукас. Друзья быстро оказались рядом и ошарашенно смотрели на Харрингтона.

— Давно ты куришь? — прокричал Дастин, перекрывая шум ливня.

— Думаю это не самый важный вопрос сейчас... — проговорил Лукас, настороженно глядя на Стива.

— Мне позвонила твоя мама, — выдохнул Дастин, соглашаясь с другом. — Она сказала, что Макс в больнице. Что случилось?

Стив не ответил, продолжая смотреть сквозь них.

Лукас остановился перед ним, глядя настороженно, будто уже знал, что ответ ему не понравится.

— Стив, — он шагнул вперёд и положил ему руку на плечо, стараясь заглянуть парню в глаза. — Что с ней?

— Она потеряла много крови, — срывающимся голосом ответил он. — Разбила кружку, осколок повредил бедро.

Дастин и Лукас в ужасе переглянулись. Дастин перевёл взгляд на Стива и не смог не отметить жуткую пустоту в его глазах.

— Эй, приятель, пойдём-ка внутрь. — Хендерсон уже хотел был помочь Стиву подняться, но тот вырвал свою руку и со злостью выплюнул:

— Я уехал, оставил её… — Он резко провёл ладонью по лицу. — А потом мне сказали, что она чуть не истекла кровью.

Дастин и Лукас переглянулись.

— Стив… — начал Дастин осторожно. — Это же был несчастный случай! Ты ни в чём не виноват…

— Не виноват? — он расхохотался, но смех был настолько страшным, что у Дастина по коже побежали мурашки. — Я знал, что она устала и всё равно уехал! Ей в такие дни нужна помощь, даже если она сама об этом не просит… Она кофе любит это дерьмовое, со вкусом кошачьего корма, а я его убрал на верхнюю полку, может пыталась дотянуться? А ещё круги вчера наворачивала по трейлеру, наверное снова навернулась об тот грёбаный коврик, чёрт бы его побрал! Надо было остаться, и может тогда она бы…

Стив продолжал кричать, не замечая, как дрожит голос. Дастин в ужасе смотрел на друга, не зная, как помочь ему, а Лукас поражённо осознавал, насколько Стив и Макс сблизились за то время, что он рядом с ней.

Вспоминая как совсем недавно они были в обратной ситуации, Дастин шагнул вперёд и прижал Стива к себе. Сначала тот попытался вырываться, но спустя мгновение вцепился в его куртку и перестал сопротивляться. Его плечи подозрительно подрагивали, и Дастин закусил губу, сдерживая собственные эмоции. Они стояли так под дождём, пока холод и усталость не взяли своё.

Спустя какое-то время они втроём сидели в коридоре, уставившись в одну точку. На разговоры и выяснение отношений сил не было, но периодически Стив ловил на себе подозрительные взгляды Лукаса. Прошло около двух часов, прежде чем к ним подошёл уставший врач.

— Меня зовут доктор Мендес. Кто из вас мистер Харрингтон? — он перевёл взгляд с медицинской карты на парней.

— Я, — подскочил Стив.

— Должен уточнить — вы родственник мисс Мейфилд? В её карте вы указаны как контактное лицо.

Услышав это, Дастин мгновенно перевёл взгляд на Синклера, но тот не отрываясь смотрел на Стива, ожидая его ответ.

— Да, она… — он на секунду скосил глаза на Лукаса, но потом твёрдо сказал: — Она моя девушка. Как она?

— Вы должны знать — мы имеем дело с возможной попыткой самоубийства, — он глубоко вздохнул и перевёл взгляд на медицинскую карту.

Стив отшатнулся, будто его ударили по лицу, и запустил пальцы в волосы, вглядываясь в лицо врача. Лукас уронил лицо в руки, пытаясь сдержать слёзы, а Дастин, переводя взгляд с доктора на Стива, ошарашенно раскрыл рот.

Доктор Мендес дал всем троим время на осознание ситуации и продолжил:

— Мисс Мейфилд сейчас в палате, жить будет. Операция прошла успешно, и она ненадолго пришла в себя, но потом снова уснула. Из-за глубокого пореза она потеряла много крови, а так же произошла остановка сердца, поэтому ей предстоит провести здесь несколько дней.

— Доктор, — вклинился Дастин, — почему вы решили, что она пыталась покончить с жизнью? Насколько я понял, она разбила кружку, и осколок попал ей в ногу — это звучит как случайность, разве нет?

Врач посмотрел на него с выражением, которое сразу убивало ложную надежду.

— Пока есть только предположения, но парамедики сообщили о некой записке или послании на месте, где её обнаружили. Это, а также её история болезни позволяет нам полагать о возможных психологических проблемах, — слова доктора Мендеса звучали как приговор. — В физическом смысле она стабилизирована. Но, насколько я понимаю, ей нужна будет серьёзная психологическая помощь.

Побледневший Стив прикусил щёку так сильно, что на языке он снова почувствовал металлический привкус. Едва сдерживаясь от приступа тошноты, он хрипло спросил:

— Можно к ней?

Доктор кивнул.

— Только один человек. Но прежде, чем вы зайдёте, я хочу сказать ещё кое-что. Когда она придёт в себя, ей нужно будет записаться к специалисту. И лучше не откладывать. Контакты вам передаст медсестра, — он перевёл взгляд на часы и сказал: — Давайте я провожу вас до палаты.

Лукас медленно поднял голову и посмотрел на Стива, но тот смотрел только в сторону коридора, ведущего в отделение интенсивной терапии. Конечно, Синклер мог подскочить, заявить свои права, напомнить, кто был её настоящим парнем. Но... какой смысл? Он не мог не признать, что уже давно не может ей помочь. Зато Стив — мог. Они переглянулись с Дастином, и Лукас, поджав губы, глухо проговорил:

— Иди.

Стив коротко кивнул и пошёл за доктором, даже не обернувшись. Дастин сочувственно сжал плечо Лукаса, пока тот мог лишь с болью смотреть Харрингтону вслед.

Зайдя в палату, Стив мгновенно увидел Макс. Её лицо было ещё бледнее обычного. Даже волосы, обычно яркие, в свете больничной лампы казались тусклыми. Веснушки на щеках выделялись из-за побелевшей кожи. Губы обсохли, в сгибе локтя — катетер, а на ноге, сквозь плотные бинты, проступало небольшое тёмное пятно. Она выглядела такой маленькой и хрупкой, что у Стива на секунду сжалось сердце. Как в этом теле вообще могла поместиться вся та ярость и боль, с которой она жила последние месяцы?

Он тихо подошёл к ней и осторожно взял её ладошку в свои руки. На мгновение он испугался, настолько ледяными были её пальцы. Но писк монитора монотонно продолжал отбивать её пульс, что вселяло в него надежду.

— Привет, — прошептал он.

В ту же секунду его будто накрыло с головой: все, что было в его жизни в последние месяцы, разом всплыло в памяти. И в каждом из этих воспоминаниях он видел только её.

— Я должен был сказать раньше… — дрожащим голосом начал он. — Но мне было страшно что-то менять. А сейчас думаю — ну что мне стоило сказать это вчера перед уходом?

Он шумно вдохнул, вглядываясь в её лицо и крепче сжал её ладонь.

— Мне казалось, что ты в порядке. В последнее время всё было так хорошо, и ты много раз говорила, что тебе не нужна нянька... что я — как курица-наседка, — он криво усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — Думал, дам тебе этот вечер спокойно провести без своей физиономии…

Стив замолчал, сглотнул и провёл большим пальцем по её костяшкам, словно проверяя, что она настоящая.

— Я так испугался, Макс. Да я даже Векны и демопсов так не боялся… — он запнулся, отвёл взгляд и снова вернул его к ней. — Мне стало страшно, что я больше никогда не услышу твой голос. Не увижу улыбку. Не получу пинка за глупые шутки… Макс, я не смогу снова это пережить.

Его голос дрогнул сильнее, и он на секунду отвернулся, будто пытался собрать себя обратно.

— Я всё это время думал, что тебе надо просто приложить чуть больше усилий. Набраться терпения. Что если я буду рядом, ты в итоге сможешь выкарабкаться. — Он горько усмехнулся. — Прости меня… Я совершил ту же ошибку, что и остальные.

Он снова посмотрел на неё, уже не пытаясь спрятать страх.

— Макс, я люблю тебя.

Слова сорвались почти шёпотом, но прозвучали в палате так отчётливо, будто их сказали вслух через микрофон.

Стив тут же замер, будто сам не ожидал того, что произнёсет. На долю секунды он надеялся, что она сейчас придёт в себя, но мониторы продолжали размеренно пищать, а в её лице не дрогнул ни один мускул.

— Я, наверное, не должен сейчас это говорить, — выдохнул он. — Вероятно, сейчас ты бы дала мне подзатыльник, но… я не могу больше держать это в себе. Я люблю тебя, и мне до чёртиков страшно тебя потерять.

В палате повисла тишина, прерываемая только ровным писком датчиков. Стив уткнулся лбом в её ладошку и закрыл глаза. Минуты тянулись бесконечно, но он старался не шевелиться, запоминая ровный ритм её сердца. Дастин и Лукас несколько раз пробирались в палату, но к вечеру оба разошлись по домам, попросив Стива связаться с ними если будут новости. Когда за окном окончательно стемнело, а доктор вышел из палаты после очередного осмотра, пальцы Макс едва заметно дрогнули в его ладони.

Стив резко поднял голову.

Её веки задрожали. Медленно, с невероятным усилием, Макс открыла глаза. Сначала она потерянно осмотрела палату, часто моргая, но потом смогла сфокусировать взгляд на нём.

— Ты… — прошептала она хрипло, и тут же сморщилась от боли в горле.

Стив моментально подался вперёд, убирая локон волос с её лица.

— Не надо, не говори, если тяжело.

Пытаясь приподнять голову, Макс застонала от мгновенной боли в теле и откинулась обратно. У неё получилось только немного сильнее сжать его руку, после чего она почти беззвучно выдохнула:

— Не плачь.

Стив ошарашенно моргнул и потрогал своё лицо. Только тогда он заметил на щеке влажную дорожку. Он неловко вытер лицо рукавом и едва заметно усмехнулся.

— Я не плачу.

Не отрывая от Стива усталый взгляд, Макс слегка улыбнулась и прошептала:

— Обманщик.

Он тихо выдохнул, опуская голову, и уткнулся взглядом с их сплетённые пальцы.

— Мне так жаль, — сказал он уже совсем тихо. — За всё. За то, что не заметил… и оставил тебя одну, когда тебе было хуже, чем я думал.

Макс долго молчала, собираясь с мыслями. Затем она вздохнула и притянула его за руку ближе к себе.

— Я не… — она замолчала, тяжело сглотнув. — Я не пыталась…

Стив нахмурился и поражённо замер, вглядываясь в её глаза. Их лица были в считанных сантиметрах друг от друга, и он, не удержавшись, поцеловал её в лоб. На этот раз поцелуй был не таким быстрым и не нёс в себе шутливой игривости, как вчера. Стив аккуратно отстранился, держа руку на ее щеке.

— Так это не была попытка…? — спросил он.

Макс на секунду закрыла глаза и, уткнувшись носом в его ладонь, пробормотала:

— Конечно нет. Я не хочу умирать. — Стив попытался убрать руку, чтобы дать ей возможность дышать и говорить, но Макс крепко вцепилась в его ладонь. — Мне нужна помощь, Стив.

На мгновение он замер, а потом, плюнув на больничные правила, осторожно лёг рядом с ней, прижимая к себе всем телом. Она тихо зашипела от боли, когда попыталась по привычке закинуть на него ноги, но не отпустила его ни на секунду.

— Прости-прости. — Стив аккуратно накрыл девушку одеялом, пока она удобнее устраивалась у него на груди. — Насчёт помощи... я знаю. Твой лечащий врач даст мне контакты психотерапевта. Как только тебе станет лучше…

— Спасибо, — быстро слабеющим голосом прошептала Макс и, уткнувшись в плечо парня, тут же уснула.

Почувствовав, как напряжение с каждой секундой отпускает его, Стив мягко коснулся губами её волос и погрузился в лёгкую дремоту.

Через час он проснулся от того, что ему было трудно дышать. С трудом опознав в своём состоянии приступ паники, Стив сжал губы и уткнулся носом в макушку рядом лежащей Макс. Сердце колотилось так, что он удивился, почему она не проснулась от такого грохота. Но она продолжала безмятежно спать у него на груди, и это единственное, что удержало его сознание на плаву.

Глядя на неё, он чувствовал как страх с каждой секундой всё сильнее разрастался внутри. Он уже знал, что завтра первым делом выяснит, когда её выписывают. Потом он поедет в трейлер и уберёт все острые предметы. Завернёт каждую чёртову кружку в мягкую плёнку и выкинет всё, чем можно пораниться. Он будет следить за каждым её шагом, даже если ей это не понравится.

Потому что он больше не мог её потерять.