Бремя наставника (джен)

Друг из Гриффиндора

Том с некоторым отвращением разглядывает мальчишку. Тот коренастый, зубы явно не помешало бы выровнять, но хотя бы это не Тэлбот Бьюкенен.

— Друг мой, — говорит Том, растягивая губы в самой широкой улыбке, на какую способен. — Как поживаешь?

Мальчик смотрит подозрительно. Возможно, потому что прямо сейчас его окружили шестеро слизеринцев, и далеко не все из них рады его видеть.

— Реддл, — отвечает он. — Чего тебе надо?

А, прямолинейный. Могло быть и хуже. Но как завоевать его доверие? С этим Том никогда особенно хорошо не справлялся.

Он спрашивает себя: что в такой ситуации сделал бы профессор Дамблдор? И вспоминает прямую цитату из «Алхимии жизни», где его будущему наставнику приписываются слова: «Любовь побеждает все».

Как всегда, профессор Дамблдор дает идеальное решение.

— Вот Эртан, — говорит Том и кладет руку ему на плечи, — влюблен в Минерву Макгонагалл.

— Что?! — давится Эртан. Торос и Арго изо всех сил пытаются не рассмеяться.

— Не стесняйся, — успокаивает его Том. — Уайлд надежный друг.

— Уильям, — поправляет Коренастый. — Уильям Олдертон.

Как будто это важно.

— Ты ведь нам поможешь? — спрашивает Том Уильяма. — Мы просто хотим узнать расписание Минервы, чтобы Эртан смог встретиться с ней наедине.

Уильяма явно забавляет мысль о том, как одиннадцатилетний мальчишка будет ухаживать за Минервой Макгонагалл. Или, возможно, мысль о том, как она расплющит его за подобную наглость.

— Ладно, — соглашается он. — Но когда признаешься ей, я хочу присутствовать.

Том пожимает ему руку, закрепляя сделку, и все расходятся довольные.

— Не унывай, — говорит Том Эртану, единственному, кто почему-то выглядит зеленым. — К тому времени, когда ты дорастешь до свиданий, никто уже этого не вспомнит.

Глаза Эртана начинают дергаться как-то несогласованно. Он что, пытается по-дамблдоровски поблескивать? Молодец.

• • •

Влюбленная девочка

— Реддл, — окликает Харпер Гэмп, как всегда в сопровождении Макс и Трайп. — Я слышала, как Малфой трепался об этом с Эйвери. — Она ухмыляется, явно довольная собой. — Я хочу в вашу маленькую учебную группу.

Ах, влюбленные девочки...

— Харпер, у меня нет времени на романтику, — отвечает он. — У меня жесткий график достижения целей. До среды я должен освоить замораживающее заклятие.

Харпер бледнеет.

— Но это заклинание третьего курса!

Ну да, третьего. По крайней мере, программу она знает. Будь Том уже старостой, присудил бы ей пару баллов.

— Очень хорошо, — хвалит он.

Она снова краснеет. Какая же очевидная.

— А мальчиков ты ему научишь? — спрашивает Харпер. — В своем учебном клубе?

Научит? Почему бы и нет. У Харпер хорошие идеи. Еще два балла.

— Конечно.

— Тогда я тоже прихожу, — решительно говорит она. — Нравится тебе это или нет.

Надо же, какие современные женщины напористые. Похоже, миссис Коул хотя бы в чем-то была права.

• • •

Новый член клуба

— Том, — стонет Абраксас, в отчаянии опираясь на стул. — Этого разве недостаточно?

Его огненная саламандра выскакивает из чаши, шустро перебегает по столу и валится на кровать, тут же поджигая подушку.

Том выразительно приподнимает бровь. Абраксас краснеет.

— Это заклинание третьего курса! — возмущается он.

Избалованный мальчишка, право слово.

Харпер взмахивает палочкой. Волна ледяного воздуха гасит огонь и заодно охлаждает саламандру Абраксаса. Харпер выглядит донельзя довольной собой.

— Еще два балла, Харпер, — говорит впечатленный Том.

Если она настолько хороша, пожалуй, он позволит ей остаться. Разумеется, при условии, что ее любовь не станет мешать общему прогрессу.

— Прекрати начислять мне баллы! Ты не староста, — напоминает она.

Пока что.

— Всем вам стоило бы поучиться у Харпер, — говорит Том мальчикам.

Никто не выглядит особенно счастливым от появления девочки в их спальне. Возможно, потому что Харпер сочла своим долгом высказаться о беспорядке в сундуках и незаправленных кроватях. Если честно, Том с ней согласен.

— Ну да, идеальная Харпер, — бурчит Торос. Он не привык, что после Тома лучшим оказывается кто-то еще. — Теперь можешь вцепиться во второе место в классе и не отпускать. Наверное, счастлива?

Харпер презрительно фыркает.

— Меньше болтай и больше старайся, Нотт. Не всем ведь дан такой талант.

Торос щурится.

— Да уж. Не всем быть Томом.

До чего же, думает польщенный Том, друзья им восхищаются.

— Именно, — соглашается Харпер и снова краснеет. — Наверняка ты думаешь об этом каждый раз, когда смотришь в зеркало.

Том самодовольно откидывается на спинку стула. Надо же, они что, решили устроить соревнование комплиментов?

А затем совершенно непонятно почему Торос и Харпер выхватывают палочки и начинают швыряться друг в друга заклинаниями. Странно: ведь только что они соглашались буквально во всем. К счастью, максимум, что они умеют, — замораживать друг другу отдельные части тела, поэтому дуэль заканчивается довольно быстро.

— Ну, по крайней мере, заклятие вы выучили хорошо, — говорит Том, расколдовывая обоих. — По пять баллов каждому.

Харпер пронзительно вопит.

Жадина. Наверное, хотела десять.