Между нами жизнь (гет)

«Некоторые люди становятся частью дня так незаметно, что лишь после их ухода понимаешь: без них он был бы другим».

Даше хотелось лечь и умереть, проклиная вчерашний бар, четвертый коктейль и внезапное пробуждение в чужой квартире. Но лечь посреди парка она не могла, поэтому пришлось ограничиться лавочкой неподалеку от детской площадки.

Перед этим Даша помогла Артему забраться на качели и несколько минут раскачивала его, пока руки окончательно не начали отваливаться. Потом освободилась небольшая горка, и сын убежал к ней, быстро познакомившись с другим мальчиком примерно своего возраста. Теперь они по очереди съезжали вниз, споря, кто оказался быстрее.

Даша села на край лавочки в тени и прикрыла глаза. Голова продолжала неприятно пульсировать, а каждый детский крик отзывался внутри болезненным ударом. Павел устроился рядом, оставив между ними достаточно места.

— Сильно плохо? — спросил он.

— Нет. Я всегда мечтала провести выходной именно так.

— Можем вернуться.

— Попробуйте объяснить это Артему.

Павел посмотрел в сторону площадки. Сын как раз пытался подняться по горке навстречу съезжавшему мальчику.

— Артем, по лестнице! — крикнула Даша.

Он будто не услышал, но все же спрыгнул на землю и обежал конструкцию с другой стороны.

— С первого раза никогда не слушается? — спросил Павел.

— С первого раза он проверяет, действительно ли я запрещаю. Со второго решает, насколько серьезными будут последствия.

— А с третьего?

— Обычно мне приходится вставать.

Павел усмехнулся.

— Продуманная система.

— Ему нравится.

Некоторое время они молча наблюдали за площадкой. Даша надеялась, что разговор на этом закончится, однако Павел, судя по всему, не собирался упускать возможность продолжить знакомство: уже второй раз именно он предлагал ей прогуляться.

— Вы часто выбираетесь в бары?

— Постоянно, — вздохнув, сказала она. — Примерно раз в несколько месяцев.

— Тогда понятно, почему несколько коктейлей оказалось достаточно.

Даша открыла глаза.

— Откуда вы знаете, сколько я выпила?

— Видел вас у стойки.

— Следили?

— Иногда смотрел.

Ответ прозвучал слишком спокойно. Даша отвернулась к площадке, не придумав, что на него сказать.

— Чем обычно занимаетесь в выходные? — продолжил Павел.

— Отвечаю на вопросы слишком любопытного начальника.

— Кроме этого.

— Убираю, готовлю, занимаюсь Артемом. Иногда смотрю сериалы, если не засыпаю раньше.

— Какие?

— Разные.

— Очень подробный ответ.

— Вы спросили, какие. — Она пожала плечами. — Я ответила.

— Вы всегда выбираете только удобную часть вопроса?

— Теперь выбираю.

Павел повернулся к ней.

— А раньше?

Даша некоторое время смотрела на сына, который уже забыл про горку и теперь вместе с новым знакомым собирал возле скамейки мелкие камни.

— Раньше слишком много рассказывала людям, которые не собирались оставаться в моей жизни.

— Кто-то использовал это против вас?

— Это уже неудобная часть вопроса.

Она ожидала, что Павел продолжит расспрашивать, но он отступил.

— Хорошо, — спокойно произнес он. — Тогда что смотрите?

— Детективы. Иногда фантастику.

— Книги читаете?

— Когда получается.

— А музыка?

— Павел Андреевич, вы анкету составляете?

— В вашей рабочей анкете этого не было.

— Там вообще слишком много всего оказалось.

— Я уже объяснял, что изучал документы всех сотрудников.

— Но запомнили почему-то мои.

Он не ответил сразу. Даша посмотрела на него, однако Павел продолжал наблюдать за Артемом.

— Ваши оказались интереснее, — наконец произнес он.

Она не стала уточнять, что именно могло заинтересовать его в нескольких увольнениях, низкой зарплате и наличии ребенка.

— Вы всегда жили здесь? — спросил Павел.

— Нет.

— А где?

— Ближе к городу.

— Почему переехали?

Даша отвела взгляд.

— Так сложилось.

— Еще одна неудобная часть?

— Быстро учитесь.

Он немного помолчал, после чего спросил:

— Вы воспитываете Артема одна?

— У него есть я и Мария Владимировна.

— Я спрашивал об отце.

— Я поняла.

Даша не собиралась отвечать. Павел не стал повторять вопрос. На площадке Артем рассмеялся, когда другой мальчик попытался сложить камни друг на друга и вся конструкция рассыпалась.

— Теперь моя очередь, — сказала Даша, устав находиться под постоянным вниманием. — Почему вы купили эту сеть?

— Потому что она может приносить прибыль.

— И все?

— Вы ожидали историю о желании спасти маленькие магазины?

— После телефона, детского кресла и дельфинов — вполне.

Павел улыбнулся.

— Сеть работала плохо, но у нее были постоянные покупатели и удачно расположенные точки. Нужно было заменить управление, пересмотреть поставки и прекратить потери. Обычная инвестиция. Отец предложил присмотреться к ней, когда решил, что нам пора выходить в пригороды.

— Вы работаете вместе с отцом?

— Иногда. Обычно он предлагает что-нибудь, а потом ведет себя так, словно решение уже принято.

— И вы соглашаетесь?

— Только если он прав.

— А если неправ?

— Тогда наши разговоры затягиваются.

Даша вспомнила, как Павел несколько раз пытался заставить ее взять деньги, и слабо усмехнулась.

— Теперь понятно, в кого вы такой настойчивый.

— Считаете, это наследственное?

— Надеюсь. Иначе вы сами вырастили в себе эту отвратительную черту.

— Отец называет ее целеустремленностью.

— Так звучит приятнее.

— Он вообще умеет подбирать правильные названия для своих недостатков.

— Вы не очень хорошо ладите?

— В деловых вопросах обычно находим общий язык.

— Удобный ответ.

— Учусь у вас.

Даша уже собиралась возразить, но заметила, как Артем поднял с земли горсть мелких камней и начал складывать их на край горки.

— Артем, камни положи обратно.

— Мы строим крепость! — прокричал ребенок.

— Стройте на земле. На горке другие дети катаются.

Мальчик нехотя смахнул камни вниз. Даша дождалась, пока он отойдет от горки, и снова посмотрела на Павла.

— А вы всегда так откровенны с человеком, который платит вам зарплату? — спросил он.

— Ее мне платит бухгалтерия.

— Деньги принадлежат компании.

— Значит, спасибо компании.

Павел тихо рассмеялся. Даша поймала себя на том, что разговор неожиданно перестал ее утомлять. Он больше не пытался решать за нее ее проблемы или заставлять рассказывать о том, о чем она говорить не хотела. Просто спрашивал и принимал молчание там, где она не хотела отвечать.

— А вам нравится то, чем вы занимаетесь? — спросила она.

— Да.

— Даже отчеты, проверки и чужие недостачи?

— С цифрами проще. Если что-то не сходится, всегда можно найти причину.

— А с людьми?

Павел посмотрел на нее.

— Иногда человек знает ответ, но просто не хочет его давать.

Намек был слишком очевидным.

— Значит, придется смириться с неизвестностью.

— Я не очень хорошо умею смиряться.

— Это я уже заметила.

Со стороны площадки послышался возмущенный детский крик. Артем отобрал у нового знакомого палку и теперь доказывал, что нашел ее первым.

— Артем, верни.

— Но она моя!

— Вы нашли ее вместе. Либо играете по очереди, либо положите на место.

Мальчик недовольно протянул палку другому ребенку. Тот сразу побежал с ней к песочнице, а Артем направился следом, продолжая что-то доказывать.

— Он обычно спокойнее, — сказала Даша, продолжая следить за сыном.

— По-моему, он ведет себя как обычный пятилетний ребенок, — ответил Павел.

— Потому что вы знаете его всего несколько часов, — усмехнулась она.

— Вам часто приходится быть строгой?

— Иногда. Иначе он быстро решит, что правила существуют только для меня.

Павел посмотрел на Артема, который продолжал спорить с другим мальчиком из-за палки.

— Получается, он сначала проверяет, насколько серьезно вы говорите «нет».

— Все дети так делают, — ответила Даша.

— Не только дети, — с усмешкой заметил Павел.

Она повернулась к нему, сразу поняв намек.

— Некоторым взрослым на проверку требуется гораздо больше времени.

— Зато в конце концов я вас услышал.

— После четырех попыток.

— Главное — результат.

Даша толкнула его локтем, прежде чем успела подумать. Павел посмотрел сначала на место, которого она коснулась, затем на нее. На его лице появилась довольная улыбка.

Артем тем временем забрался на невысокое ограждение возле клумбы и пошел по нему, расставив руки в стороны.

— Артем, слезь оттуда.

— Я умею!

— Я вижу. Все равно слезь.

Он сделал еще два шага.

— Артем.

На этот раз мальчик нехотя спрыгнул, но почти сразу побежал к фонтану вместе с новым знакомым. Даша проследила за ними взглядом и повысила голос:

— Близко к воде не подходи!

Сын обернулся, кивнул и через несколько секунд остановился у самого края. Он наклонился вперед, пытаясь дотянуться до плававшего на поверхности листа.

Даша поднялась с лавочки.

— Артем, если мне еще раз придется просить тебя отойти от воды, возле фонтана больше не играешь. А если не послушаешься — сразу пойдем домой.

Мальчик выпрямился и быстро сделал несколько шагов назад. Оказавшись на безопасном расстоянии, он вопросительно посмотрел на мать.

— Вот там стой, — сказала она. — И не толкайтесь.

Убедившись, что предупреждение подействовало, Даша снова села.

— В этот раз вам все-таки не пришлось подходить, — заметил Павел.

— Он услышал ключевое слово «домой».

— Действенный аргумент.

— Единственный, который еще работает.

— А что будете делать, когда перестанет?

— Придумаю что-нибудь страшнее.

Павел усмехнулся и снова посмотрел на детей.

— Вы вообще отдыхаете?

— Прямо сейчас отдыхаю, — спокойно сказала Даша.

— У вас болит голова, вы следите, чтобы ребенок не упал в фонтан, и отвечаете на мои вопросы.

— Лучший выходной за последнее время.

— Даже несмотря на мои вопросы?

Даша сделала вид, что задумалась.

— Они немного портят общее впечатление.

— Тогда можете задать еще один.

— Чтобы мы страдали одинаково?

— Именно.

Она посмотрела на его спокойное лицо, на дорогие часы и рубашку, совершенно не подходившую для прогулки возле детской площадки.

— Хорошо. Чем вы занимаетесь, когда не работаете?

— Иногда занимаюсь спортом, встречаюсь с друзьями, куда-нибудь уезжаю.

— Иногда?

— В последнее время свободного времени немного.

— Значит, почти тем же, чем я. Только без уборки, готовки и ребенка возле фонтана.

— Зато сегодня ребенок возле фонтана у нас общий.

Даша резко посмотрела на него. Павел уже повернулся к площадке, словно не заметил ничего особенного в собственных словах.

Она хотела поправить его, но в этот момент Артем снова наклонился к воде.

— Артем!

Мальчик мгновенно отскочил от фонтана, а Павел негромко рассмеялся.

Артем еще несколько секунд постоял поодаль, а затем оставил нового знакомого и побежал обратно к лавочке. Даша дождалась, пока он подойдет, и строго посмотрела на него.

— Сколько раз я попросила не подходить близко к воде?

Мальчик опустил голову и начал водить носком кроссовка по земле.

— Я только листик хотел достать.

— А если бы ты упал?

— Я бы не упал.

— Артем, дело не в том, упал ты или нет. Я попросила отойти, а ты сделал вид, что не услышал.

— Я услышал.

— Тогда почему не послушался?

Он пожал плечами и покосился в сторону дорожки, ведущей к выходу из парка. Даша уже собиралась продолжить, но Павел вмешался:

— Мне кажется, сейчас его больше интересует не воспитательная беседа.

— А что?

Павел проследил за взглядом Артема. Неподалеку от площадки стоял небольшой киоск, возле которого несколько детей ели мороженое.

— Мороженое, — ответил он. — Он его хочет. Как, впрочем, и я.

Даша повернулась к нему, собираясь возразить, но Артем мгновенно оживился.

— Я знаю, где продают!

Он схватил Павла за руку и потянул на себя.

— Пойдемте, я покажу!

Павел позволил поднять себя с лавочки, хотя детских сил для этого явно не хватило бы. Уже встав, он протянул свободную руку Даше.

Она посмотрела сначала на протянутую ладонь, затем на довольное лицо сына. После этого лишь мотнула головой и поднялась самостоятельно.

— Я и без помощи могу встать.

— В этом я уже не сомневаюсь, — ответил Павел.

Артем нетерпеливо потянул его в сторону киоска. Даша пошла следом, наблюдая за тем, как легко сын увлек за собой почти незнакомого мужчину.

— Вы плохо влияете на моего ребенка, — заявила она.

Павел и Артем одновременно повернулись к ней.

— Почему? — спросили они почти в один голос.

Даже выражения лиц оказались удивительно похожими. Оба смотрели на нее одинаково недоуменно, слегка приподняв брови. Это выглядело настолько естественно, что Даша на несколько мгновений растерялась.

— Потому что он уже перестал слышать мои возражения, — наконец ответила она.

— Но ты ничего не сказала, — заметил Артем.

— Именно, — поддержал его Павел. — Мы не дали вам возможности отказаться.

— Вот об этом я и говорю.

Артем посмотрел на нее с недоумением и снова потянул Павла к киоску.

— Пойдемте быстрее, а то мороженое закончится!

— Вряд ли оно успеет закончиться за минуту, — сказал Павел, но все же ускорил шаг.

Даша направилась за ними, продолжая убеждать себя, что их недавнее сходство ей лишь показалось.

Возле киоска Артем сразу прильнул к стеклу, за которым лежало несколько рядов мороженого. Он долго переводил взгляд с одного яркого фантика на другой, несколько раз уже собираясь указать на один и тут же замечая следующий.

— Я хочу это, — наконец сказал он, указав на мороженое в синей упаковке с динозавром. — Оно шоколадное.

— Ты уверен? — спросила Даша. — Потом другое не попросишь?

Артем еще раз внимательно осмотрел витрину и кивнул:

— Уверен.

Даша открыла сумку и потянулась за кошельком, но Павел сразу остановил ее:

— Уберите.

— Я сама заплачу за сына.

— Мороженое предложил я. Значит, сегодня угощаю я.

— Павел Андреевич…

— Даш, это мороженое, а не новый телефон.

Потом он отвернулся к продавщице, не оставляя ей возможности закончить возражение.

— Три мороженых, пожалуйста. Это шоколадное и еще два пломбира.

Павел расплатился картой и забрал покупку. Одно мороженое сразу передал Артему, а второе протянул Даше.

Она посмотрела на упаковку в его руке.

— Я не просила.

— Знаю. Но стоять и смотреть, как мы едим, было бы невежливо.

Второй пломбир Павел оставил себе, явно считая вопрос с оплатой закрытым.

— Давайте сядем, — предложила Даша, указав на ближайшую свободную лавочку.

— А можно к фонтану? — спросил Артем, уже собираясь бежать обратно.

— Сегодня уже нет. Я тебя предупреждала. Доедай, потом пойдем к горке.

Мальчик недовольно посмотрел в сторону воды, но спорить не стал. Они устроились на лавочке: Даша села с одного края, Павел — с другого, а Артем занял место между ними. Синяя упаковка никак не хотела раскрываться, поэтому он несколько раз дернул ее зубами, пока мать не забрала мороженое и не помогла снять обертку.

Первые несколько минут Артем ел молча, слишком увлеченный шоколадной глазурью. Потом вспомнил про видео с дельфинами и спросил, умеют ли они плавать задом наперед. Павел признался, что не знает, но пообещал выяснить. От дельфинов разговор каким-то образом перешел к акулам, затем к динозаврам, которые, по мнению Артема, обязательно победили бы всех морских животных, если бы умели достаточно глубоко нырять.

Даша попыталась объяснить, что далеко не все динозавры были хищниками, но сын уверенно сообщил, что его нарисованный динозавр ел только других злых динозавров. Павел серьезно заметил, что при таком рационе ему пришлось бы долго искать еду. Артем задумался, а затем решил, что на его острове злые динозавры появлялись каждое утро. Объяснять, откуда именно они брались, он не стал.

Мороженое начало таять быстрее, чем Артем успевал его есть. Шоколад потек по пальцам, и Даша достала из сумки салфетки.

— Я сам, — заявил он, вытирая ладонь и только сильнее размазывая шоколад.

— Вижу.

Она забрала салфетку и привела его руки в относительный порядок. Пока Даша занималась сыном, Артем заметил, что пломбир Павла тоже начал капать на упаковку.

— У вас убегает.

— Куда?

— Вниз!

Павел успел подхватить растаявшую каплю и поблагодарил его за предупреждение. Артем важно кивнул, явно довольный, что теперь уже он помог взрослому.

Разговор постоянно перескакивал с одного на другое. Павел спросил, нравится ли Артему рисовать, и в ответ получил длинный рассказ о фломастере, который перестал писать после того, как им нарисовали слишком большое море. Даша уточнила, что море заняло всего четыре листа, но сын возразил: для фломастера это все равно было мало. Потом Артем сообщил, что умеет считать почти до ста, и тут же принялся доказывать, пропустив тридцать семь, несколько чисел после пятидесяти и почему-то дважды назвав восемьдесят четыре.

Павел не стал его поправлять сразу. Дождался окончания и поинтересовался, куда исчезло тридцать семь.

— Оно там было, — уверенно ответил Артем.

— Я не слышал.

— Вы отвлеклись.

Даша рассмеялась, а Павел признал, что подобная причина вполне могла сработать. После этого Артем решил проверить его и потребовал тоже считать до ста. Павел отказался, сославшись на то, что по выходным старается не иметь дела с цифрами.

Они просидели на лавочке дольше, чем собиралась Даша. Артем вклинивался почти в каждую фразу, задавал вопросы, не дожидаясь ответа на предыдущие, и несколько раз начинал рассказывать одну историю, а потом перескакивал на другую, так и не закончив первую.

Павел ни разу не показал раздражения. Он отвечал серьезно даже на самые нелепые вопросы, а когда не знал ответа, честно признавался в этом, и Артем каждый раз смотрел на него с удивлением.

Постепенно Даша перестала ждать, что Павлу надоест. Она тоже включалась в разговор, спорила с ним, поправляла сына и смеялась, когда тот совершенно случайно оказывался на ее стороне. В какой-то момент Павел произнес что-то о том, что большинство проблем решалось правильным расчетом, а Артем тут же сообщил, что не все, потому что мороженое все равно таяло. Возразить на это не смог ни один из них.

Когда от мороженого остались только палочки и смятые упаковки, Артем первым соскочил с лавочки.

— Теперь можно на горку?

— Сначала выброси мусор, — напомнила Даша.

Он собрал обертки, отнес их к урне и быстро вернулся обратно.

— Теперь?

Даша поднялась с лавочки, поправила сумку на плече и посмотрела на Павла.

— Пойдемте. Иначе он все равно будет спрашивать каждую минуту.

Они направились к детской площадке втроем. Артем шел немного впереди, но на этот раз не убегал. Добравшись до горки, он сразу поднялся по лестнице, съехал вниз и тут же побежал на второй круг.

Неподалеку оказалась свободная лавочка. Даша и Павел сели, продолжая следить за Артемом. Разговор возобновился так легко, словно не прерывался. Они обсуждали парк, нелепые детские вопросы и спорили, действительно ли Павел отвлекся во время счета или Артем просто пытался скрыть пропущенное число. Сын время от времени подбегал к ним, сообщал что-нибудь особенно важное, вмешивался в разговор и снова возвращался к горке.

Даша сама не заметила, как вновь начала смеяться. Рядом с Павлом оказалось неожиданно легко сидеть, говорить о незначительных вещах и наблюдать за Артемом. За последние полчаса она ни разу не вспомнила ни о головной боли, ни о вчерашнем баре, ни о том, почему вообще не собиралась подпускать этого мужчину к своей жизни.

Время прошло незаметно. Артем успел несколько раз скатиться с горки, познакомиться еще с двумя детьми и долго наблюдал за мальчиком, запускающим бумажного самолетика. Даша продолжала разговаривать с Павлом, изредка отвлекаясь, чтобы напомнить сыну не отходить далеко.

— Мам, я есть хочу, — сообщил Артем, в очередной раз вернувшись к лавочке.

Даша посмотрела на неработающий телефон, который по привычке достала из сумки, и тут же убрала его обратно.

— Сколько времени? — спросила она у Павла.

Он взглянул на часы.

— Без десяти два.

— Ничего себе.

Даша поднялась с лавочки. После мороженого Артем о голоде не вспоминал, и она совершенно потеряла счет времени.

— Нам пора домой. Нужно тебя кормить.

— Можно еще пять минут?

— Нет. Мы и так здесь дольше, чем собирались.

Артем недовольно вздохнул, но спорить не стал. Попрощался с детьми, еще раз посмотрел на самолетик и нехотя направился вместе со взрослыми к выходу.

— Здесь неподалеку есть кафе, — сказал Павел. — Можем пообедать там.

— Спасибо, но мы поедим дома.

— Почему?

— Потому что дома есть нормальный обед.

— В кафе тоже найдется еда для ребенка.

— Павел Андреевич, вы уже купили ему мороженое. Этого достаточно.

— Обед не имеет отношения к мороженому.

— Для вас — возможно. А мы все равно откажемся.

Он попытался предложить другое заведение в центре поселка, но Даша снова покачала головой.

— Нет. Правда. Нам нужно домой.

Павел посмотрел на нее, словно собирался привести еще один довод, однако передумал.

— Тогда хотя бы подвезу.

На это Даша согласилась. Артем уже заметно устал и шел медленнее, чем утром, поэтому добираться домой общественным транспортом сейчас не хотелось даже ей.

Возле машины Даша сама усадила сына в детское кресло и застегнула ремни. Артем почти сразу начал рассказывать, что в следующий раз им обязательно нужно взять кораблик, хотя своего у него не было. Павел пообещал, что до следующей прогулки они успеют решить эту проблему, и Даша предпочла не уточнять, что именно он имел в виду.

Обратная дорога прошла спокойно. Артем продолжал говорить с заднего сиденья, но постепенно его ответы становились короче. К моменту, когда машина свернула в их район, он уже молча смотрел в окно, прижавшись щекой к краю кресла.

— Остановите здесь, пожалуйста, — попросила Даша в начале улицы.

Павел посмотрел вперед.

— Ваш дом дальше.

— Я знаю. Мы дойдем сами.

Он перевел взгляд на нее, однако спорить не стал.

— Хорошо.

Павел остановил машину у обочины. Даша вышла, обошла автомобиль и помогла Артему выбраться из кресла. Поблагодарив за прогулку и поездку, она закрыла дверь и взяла сына за руку.

Они успели пройти несколько шагов, когда за спиной мягко загудел двигатель. Даша услышала, как машина тронулась с места.

Артем обернулся и поднял свободную руку.

— Пока!

Он долго махал вслед автомобилю, пока тот не скрылся за поворотом. Даша не стала оборачиваться, но шаг невольно замедлила, прислушиваясь к постепенно стихавшему звуку мотора.

До дома оставалось несколько минут, но Артем, несмотря на усталость, молчать не собирался. Он шел рядом, держась за руку матери, и время от времени оборачивался на уже пустую дорогу.

— Мам, дядя Паша домой поехал?

— Наверное.

— А он далеко живет?

— Далеко.

— А завтра приедет?

— Нет.

— Почему?

— Потому что ему нужно работать.

Артем немного подумал.

— А потом?

— Что потом?

— Потом приедет?

— Я не знаю.

— А мы еще пойдем в парк?

— Конечно.

— С дядей Пашей?

— Можно и без него.

— А с ним?

Даша посмотрела на сына.

— Артем, я не знаю.

Несколько шагов он прошел молча, разглядывая дорогу под ногами.

— А дельфинов он еще покажет?

— Может быть.

— Когда?

— В следующий раз.

— Значит, он еще придет?

Даша поняла, что сама загнала себя в ловушку.

— Я сказала «может быть».

— Мне он понравился, — сообщил Артем.

— Я заметила.

— А тебе понравился?

— Не знаю.

Мальчик удивленно посмотрел на нее.

— Ты же взрослая.

— И что?

— Взрослые все знают.

— Это неправда.

Они дошли до калитки. Даша открыла ее и пропустила сына во двор, надеясь, что разговор закончился. Однако Артем остановился возле крыльца и снова повернулся к ней.

— А ты хочешь, чтобы дядя Паша еще пришел?

Даша замерла, так и не закрыв калитку. Все предыдущие вопросы касались только желаний Артема, и на них еще можно было отвечать уклончиво. Теперь сын спросил именно о том, о чем она сама старалась не думать.

— Иди в дом. Обедать пора.

Артем послушался, а Даша закрыла калитку, оставив без ответа и его, и себя.