Чужие голоса (гет)

Чудовищный, лишенный шеи силуэт тяжело покачивался из стороны в сторону. Дорога за его спиной уходила в темный промежуток между деревьями, над плечами сходились серебристые плети, а выше, там, куда уже не доставал свет, оставался едва различимый кусок вечернего неба. Кислый запах немытого тела и тошнотворно сладкая вонь гниющей плоти, исходившая от разумного, ощущалась особенно остро в свежем ночном воздухе. Несколько мгновений Файвз видел только массивную фигуру и длинные руки, достающие почти до колен, и никак не мог понять, что именно не так с его головой. Потом спидер перестал покачиваться, свет фар лег ровнее, и он явственно различил два коротких, толстых рога.

Это был деваронец. Огромный, широкоплечий, с выпирающим над грязным воротом загривком и таким тяжелым лицом, будто кожа на нем давно перестала поспевать за ростом костей. Один рог был сколот на вершине, другой тускло блестел на конце. На темно-красной коже лежали серые потеки засохшей грязи, но вокруг рта и под глазами она оставалась влажной. Расстегнутая рабочая куртка с высоким, до подбородка, воротовм неровно висела на его огромных плечах, а под ней виднелась выцветшая охряная рубаха, плотно обтягивавшая живот. Обе кисти были замотаны бинтами, давно утратившими первоначальный цвет. С оборванного края одной повязки свисала узкая полоса ткани, которая при каждом движении деваронца задевала его бедро.

Файвз включил фонарь на шлеме. Острый белый луч ударил незнакомцу прямо в лицо, высветив толстые губы и глубоко посаженные глаза, в сумерках казавшиеся пустыми провалами. Деваронец прищурился, но даже не попытался прикрыться рукой или отвернуться. Он продолжал стоять на дороге и раскачиваться, а его тень, огромная и безголовая, легла на стволы позади.

Файвз выхватил бластер. Бодони за его спиной перестала двигаться, и он услышал, как тихо щелкнул фиксатор ее кобуры.

— Стой! Не стреляйте!

Голос донесся сбоку, из зарослей, прежде чем там что-либо шевельнулось. Серебристая плеть резко натянулась, с нижней ветки посыпались капли росы, и на дорогу выбрался человек. Он едва не упал, зацепившись носком за корень, выпрямился и поднял обе руки, не доходя нескольких шагов до деваронца.

— Пожалуйста, умоляю, не стреляйте. Я все объясню.

На фоне своего спутника он казался небольшим, хотя ростом почти не уступал Файвзу. Узкий, с длинным корпусом и чуть опущенным левым плечом, он был одет в серый рабочий комбинезон, разошедшийся по шву у колена и аккуратно заштопанный на груди. Одна штанина потемнела от воды до самой середины бедра; к другой прилипли белые мшистые волокна. На поясе висела крепкая рабочая сумка, застегнутая на все кнопки. Его верхняя губа с одной стороны была стянута старым шрамом, из-за чего даже сейчас, когда человек явно был напуган, казалось, что он собирается возразить. Волосы над правым виском лежали гладко, примятые ремнем или дужкой, а с другой стороны торчали слипшимися прядями. Его взгляд отчаянно метался между нацеленными на него бластерами, непроницаемым визором Файвза и сидящей за ним Бодони. Человек пару раз открыл рот, собираясь заговорить, но, видно, был слишком напуган и никак не мог подобрать слова.

— Руки держи так, чтобы я их видел, — велел Файвз и кивнул на замершего на дороге деваронца. — И отойди от него.

Человек послушно сделал шаг в сторону. Деваронец повернул голову на звук, но остался на месте.

— Ну, — поторопил Файвз человека, когда тот снова замялся и умоляюще посмотрел на Бодони, — объясняй, какого хатта вы тут делаете?

— Мы тут… живем, — наконец выдал он и с тоской посмотрел прямо на дуло бластера. — Так получилось.

— Что ж, — еле заметно пожал плечами Файвз, так и не опустив бластера, — скажу тебе, хреново получилось. Может, поделишься подробностями?

Человек снова замолчал, и его глаза испуганно забегали. Не надо было быть хорошим физиономистом, чтобы понять: не очень-то он хотел делиться подробностями. Но нацеленные на него бластеры, очевидно, все же настроили его на должный лад.

— Мы с Ветошкой… Это мой приятель, Ветошка. — Он ткнул пальцем в деваронца, и тот что-то замычал, то ли согласно, то ли злобно, с деваронцами никогда нельзя было сказать наверняка. — Так вот, мы работали в поселении. И… не успели эвакуироваться. Но мы никого не трогаем, правда. Хотя… — он нервно усмехнулся, — кого тут трогать-то? И мы живем. А он просто… Он просто увидел свет.

— Насколько я знаю, — холодно произнес Файвз, — всех сотрудников миссии эвакуировали по спискам. И потеряшек не было.

— Так то сотрудников миссии. — Человек чуть опустил подбородок, пытаясь хоть немного уклониться от бьющего ему в лицо света. Он вроде как даже улыбнулся, но стянутая шрамом губа так и осталась неподвижной. — А мы вольнонаемные. Короткие контракты, местное обслуживание… Я техник. Джакс Коул. А это — Ветошка. Он разнорабочий.

Файвз внимательно рассматривал странную парочку. За спиной Джакса собиралась тьма, в которой полностью растворялись и древесные стволы, и подлесок, мокрые листья еще слегка колебались там, откуда он вышел, но в остальном было тихо. И ничего похожего на оружие у обоих не было видно, но не видно — не значит нет.

— Какое-то странное имя, — подала голос Бодони. — Для любого странное, а для такого здоровяка особенно.

Джакс тяжело вздохнул:

— Это потому что он… — Джакс резко вскинул руку, и Файвз тут же напрягся, но тот лишь выразительно постучал себя по лбу. — Протекает. Как через ветошь.

— Метко, — одобрил Файвз и снова внимательно посмотрел на деваронца.

Тот все так же покачивался на месте, чуть наклонив голову, и внимательно рассматривал несколько камней, валявшихся у него под ногами.

— Он тоже был механиком, — зачастил Джакс, приободрившись от того, что его еще не пристрелили. — Причем неплохим. Но потом на грузовой площадке сорвало стопор подъемника. А Ветошка как раз был под платформой, его и прижало к опоре… головой. Потом еще ударило, когда платформу перекосило. Хорошо, что он деваронец. У них головы-то крепкие. Его вытащили, прооперировали, и вроде успешно, только… — Он ненадолго замолчал и посмотрел на спутника. Тот теперь стоял с приоткрытым ртом и смотрел на небо, в ярком свете фонаря было видно, как медленно движется его нижняя челюсть. — После этого он и стал… Ветошкой.

— Дай угадаю, — хмыкнул Файвз, — его тоже не заметили при эвакуации?

— А раньше как его звали? — одновременно с ним спросила Бодони.

Джакс растерянно перевел взгляд с одного на другого, но потом все же решил первой ответить Бодони. Вряд ли в темноте он так точно считал расстановку сил, скорее решил проявить галантность.

— Его звали Браккус. И про него не то чтобы забыли, но и помнить были не должны. Мы же тут просто подрабатывали, то одно, то другое… Республика была нам ничего не должна.

— Вас что, отказались сажать на шаттлы? — удивилась Бодони.

— Нет, конечно нет. Мы просто… сами решили остаться.

— И заключить свои короткие контракты с сепаратистами, — заключила Бодони.

— Я… мы… Нет, послушайте. Сепы тут ни при чем. Мы остались не из-за них, и вообще Республика нас интересует мало. Я, например, гражданин Тариса, мы нейтральны, у нас своя жизнь. Мы не участвуем в ваших войнах. — Он вдруг осекся, осознавая, что спорит с двумя хорошо вооруженными людьми, и уже тише добавил: — Мы имеем право находиться здесь.

— Кто жил на станции?

Файвз почувствовал, как Бодони слезает со спидера, и поморщился. Мох, наползавший в этом месте на дорогу, чуть слышно чавкнул под ее ногой.

Джакс замялся, и Бодони поторопила его:

— Ну. И не врите, там точно кто-то жил.

— Мы… — ответил он неуверенно.

— А зачем спустились сюда? И вы что, жили в одной комнате, спали на одной кровати? Не то чтобы меня это шокировало, но она для вас двоих явно мала, а места предостаточно.

Ветошка издал неожиданно высокий визгливый звук, который у него, похоже, означал смех, и забормотал:

— Мала… мал-мала… мала… не мала мала-ла-ла-ла…

И принялся вычерчивать когтистыми пальцем какие-то узоры в воздухе.

Джакс тяжело вздохнул, прикрывая глаза.

— Тадеус. Ученый, который работал на станции. Наш общий друг. Он занимался адаптивной сигнатурной маскировкой. И его очень интересовало местное зверье. Он все время говорил: как было бы здорово понять, как они тут эволюционировали, чтобы те же механизмы использовать в разработке… — Джакс замялся и быстро добавил: — В разработках. Он считал это место уникальным, не хотел улетать. Для него это была настоящая трагедия.

— Ну еще бы, — протянула Бодони, и Файвз понял: она догадалась, хотя бы отчасти. — А он тоже из нейтральной системы?

— Нет, он с Фондора. Я понимаю, о чем вы думаете, но нет, он не собирался переметнуться к сепаратистам. Это вообще ни при чем. Если бы вы только знали его. Он ученый…

— Если бы вы только знали, как часто я это слышала, — хмыкнула Бодони.

— Хорошо, — сдался Джакс. — Я все расскажу. Лжец из меня, похоже, все равно никакой.

Ветошка снова визгливо рассмеялся и ткнул своей непропорционально длинной рукой друга в бок:

— Лжец, — повторил он, и снова ткнул друга под ребра, да так сильно, что тот пошатнулся.

— Прекрати, — осадил его Джакс, и тот сразу же принял нарочито серьезный вид, совсем как ребенок, которого поймали за проказой, но тот никак не желает признаваться в содеянном. — Его просто смешат какие-то отдельные слова и…

— Ученый, — прервала его Бодони, — что он тут, по-вашему, делал? И где теперь?

— Вы можете мне верить, можете не верить, но он был влюблен в этот мир. Знал здесь все тропы. Восторгался местным зверьем. База не была военной. Вы что, не знаете? Они занимались стационарными генераторами АСМ*, гражданскими. Надо было быть идиотом, чтобы остаться здесь для того, чтобы попытаться продать эти генераторы сепаратистам.

— Ну конечно, только настоящий умник мог остаться тут ради зовущих, — фыркнула Бодони, и Файвз хмыкнул.

— Именно, — запальчиво отозвался Джакс и, похоже, совершенно забыв о нацеленном на него бластере, шагнул вперед. — Тадеус был настоящим ученым, поэтому и решил остаться.

— Ага, — подал голос Ветошка, — он был умником. — Его губы растянулись, обнажив неожиданно белые крепкие зубы, а один глаз закрылся медленнее другого. Только спустя мгновение Файвз понял, что деваронец им подмигнул. — А все умники всегда плохо заканчивают.

Он сунул пальцы под край повязки и принялся яростно чесать руку. Бинт сдвинулся, под ним мелькнула темная блестящая кожа.

Джакс посмотрел на него со смесью злости и страха:

— Ветошка, помолчи. Помолчи ради звезд! Ты не видишь, эти люди солдаты, они вооружены, им не до твоих историй.

Деваронец тут же опустил голову. Улыбка исчезла, но рука продолжала двигаться, все быстрее и быстрее с неприятным сухим шорохом. Он что-то замычал себе под нос, несколько раз повторяя один и тот же короткий звук.

— А я бы с удовольствием дослушал его историю, — сказал Файвз. — Потому что большей чуши, чем вы сейчас мне затираете, я в своей жизни еще не слышал.

— Я не знаю, как вам доказать… — Джакс беспомощно развел руками. — Я говорю правду. Зачем бы мне…

— Почему вы не остались в здании центра? — спросила Бодони.

Она произнесла это спокойно, без нажима, и Джакс ухватился за вопрос, как за возможность наконец изложить все в правильном порядке.

— Мы были там, но… Ветошка повздорил со стаей зовущих. Они обосновались в здешнем лесу, когда разумные ушли. Он стал их гонять, а они принялись его изводить. Не давали ни спать, ни работать. А потом… потом Тадеус сорвался с горы. Оставаться там стало невыносимо. А тут еще и вы прилетели, и мы уже боялись подниматься наверх.

— Значит, там внизу лежит Тадеус? — спросила Бодони.

— Да, — очень тихо ответил Джакс, и его плечи опустились. — Да…

— Зачем Тадеус ходил в заросли? — спросил Файвз. — Все местные знают, что в кусты лучше не забираться.

— У него там была «тайная» тропа. — Из Джакса, казалось, разом вышел весь воздух, и он теперь говорил очень тихо. — К разлому. На дне он нашел какие-то выходы породы, которые менялись после импульсов… Их он измерял. А потом вот… мы остались одни.

Деваронец перестал чесаться и прижал обе руки к животу, сцепив пальцы.

— После этого мы решили перебраться в модуль, — продолжил Джакс. — Зовущие не особенно любят болото, почти сюда не спускаются. К тому же тут тихо. Нашлось много припасов, небольшой огородик есть. Ну и вот… мы здесь.

— Свои жетоны вы конечно же сдали? — спросил Файвз.

Джакс застыл, потом хлопнул себя ладонью по лбу и расплылся в улыбке. Файвз чуть приподнял оружие, и тот поспешно отдернул руку.

— Жетон! У меня есть жетон.

— Только медленно, — предупредил Файвз.

Джакс кивнул и полез в нагрудный карман. Сначала вытащил сложенную полоску пластика, потом небольшой плоский инструмент, зажал их в ладони и наконец достал служебный жетон, подвешенный на короткий шнурок. Его прозрачный край был надломлен, под оболочкой виднелось темное пятно, но маркировка сохранилась.

Файвз взял жетон, повернул к свету и считал код. Джакс Коул, техническое обслуживание. Сведения на поверхности совпадали с теми, которые открыл идентификатор. Это еще не подтверждало всей истории, однако имя и должность человек назвал верно.

— А этот ваш Ветошка?

Джакс вздохнул:

— Давно потерял. Он вечно все теряет, из-за этого одни проблемы.

— Не очень-то умно держать такого работника, — заметила Бодони.

Джакс снова вспыхнул, изуродованная губа дернулась, и его лицо на мгновение приобрело хищное выражение.

— Ветошка хороший парень. Он не виноват, что с ним приключилось несчастье. Раньше поболтать с ним было одно удовольствие. А потом вот… Но он по-прежнему очень сильный и хорошо выполняет свою работу. Работник он что надо. Получше многих умников, которые в администрации задницами стулья душат!

Деваронец снова зашелся смехом.

Сначала он только выдохнул носом, словно подавился, а затем запрокинул голову и захохотал так громко, что звук покатился между деревьями, отразился от склона и вернулся с неожиданной стороны. По его щекам потекли слезы. Он согнулся, прижал перебинтованную руку к животу и повторял, захлебываясь:

— Задницами стулья душат… Задницами стулья душат…

Замолчал он резко. Его голова опустилась, взгляд на мгновение стал сосредоточенным и остановился на Файвзе.

— Вообще не смешно, — очень серьезно произнес он.

— Согласен, так себе шутка, — кивнул Файвз.

Джакс потер ладонью щеку.

— Может, вы нас отпустите, а? Ну что мы вам сделали?

— Вы нарушили инструкции, — сказала Бодони.

— Мы вольнонаемные. У нас особо нет инструкций в ситуации, когда Республика собирается свалить… — Он осекся, посмотрел на ее кобуру и уже тише закончил: — Все равно вы не сможете нас арестовать. Куда нас девать-то?

— Запрем на станции, — пожал плечами Файвз. — Оставим Рена сторожить.

— Рена? — удивился Джакс, и его взгляд на мгновение стал очень внимательным, даже цепким.

— Ага. Мой приятель. И смекалистый, и сильный.

Джакс немного выпрямился. Его взгляд скользнул мимо Файвза, задержался на спидере и вернулся к Бодони.

— Там есть кто-то еще? — Он ткнул пальцем наверх.

— Не покажете свой модуль? — перебил его Файвз, возвращая жетон.

— Мы хотели вернуться до темноты, — возразила Бодони. — Вдруг медузы снова начнут охоту?

— Медузы? — переспросил Джакс. — Да, удивительно. Мы тут наездами бывали года три, но никогда еще такого не видели. Жуткое зрелище. Эти обезьяны так орали… Рад, что с вами все в порядке.

— Видели, видели… — задумчиво повторил Ветошка. — Чего мы только не видели.

— Но такого точно не видели, — оборвал его Джакс. — Тадеус бы наверняка нашел этому объяснение.

Он тяжело вздохнул и на несколько мгновений прикрыл глаза. Вокруг стало заметно темнее: тот небольшой просвет над дорогой, который еще недавно сохранял цвет, теперь почти слился с кронами.

— Ладно, пойдемте, — покорно кивнул Джакс. — Проверите, что мы не врем. Ничего у нас там нет, кроме пайков да нескольких одеял.

— Ну как ничего, у вас там есть огородик, — хмыкнул Файвз.

Он убрал бластер и положил руки на управление. Бодони вернулась на сиденье, а деваронец наконец сошел с середины дороги, позволяя спидеру двинуться вперед.

— Я бы сейчас не отказалась от настоящего рагу, — мечтательно протянула Бодони.

— А там как раз растут сладкие клубни, — чуть оживился Джакс, идя перед машиной. — Они очень вкусные, когда жареные.

— Я люблю жареное, — подхватил Ветошка. Он повернулся к Бодони и снова подмигнул, на этот раз настолько старательно, что перекосил половину лица. — Так, чтобы до кишок пропекло.

Носок его ботинка зацепился за корень. Деваронец грузно качнулся вперед, взмахнул руками, но удержался. По серебристым плетям, нависавшим над дорогой, прошла дрожь, красные наросты несколько раз мягко столкнулись над его головой.

— Похоже, у вас появился поклонник, — негромко произнес Файвз.

— Я польщена, — проворчала Бодони.

— Не волнуйтесь, я присмотрю за ним.

* * *

Джакс свернул с дороги в узкий промежуток между деревьями. Дорожка тут была ниже и мягче основной, корни уходили в черную воду, а между ними были переброшены короткие отрезки настила — старые, но крепкие, положенные в несколько слоев там, где земля проседала. В свете фар вода в щелях между ними походила на ртуть и казалась совершенно недвижной. Их тени медленно ползли впереди, то скользя по стволам, то внезапно вырастая на густой стене подлеска.

Здесь было удивительно тихо. Ни воплей зовущих, ни стрекота насекомых, только под ногами Джакса иногда чавкала вода, да настил отвечал на вес Ветошки протяжным скрипом.

Модуль показался не сразу. Сначала среди стволов проступили прямые светлые линии, потом низкая крыша. Сооружение стояло на сухом возвышении, зажатое между двумя гигантскими валунами. Их округлые бока поднимались выше карниза, оставляя по сторонам узкие проходы, а позади почти сходились, так что модуль был скрыт от леса. Камень в свете фар отливал серо-лиловым, в неглубоких бороздах на его поверхности блестели капли, но площадка у входа оставалась сухой. Невысокие опоры удерживали модуль над ровным слоем мелкого щебня. Светлая обшивка потемнела на стыках, однако панели прилегали плотно, а под двумя узкими окнами тянулась аккуратная полоса водоотвода. У дальнего торца темнела закрытая решеткой вентиляционная секция.

Перед модулем действительно был разбит огородик. Несколько ровных грядок занимали открытый участок, обращенный к долине. Их невысокие бортики были собраны из одинаковых темных планок, а проходы засыпаны светлой каменной крошкой, слежавшейся и вдавленной в землю. Растения с мясистыми листьями, собранными в тугие розетки, сидели низко и плотно, и землю под ними явно недавно перекапывали. У стены модуля стояли две емкости для дождевой воды, соединенные с желобом под крышей, и от одной к огороду тянулся шланг, уложенный вдоль бортиков и втоптанный в крошку там, где по нему ходили.

Из узкой щели приоткрытой двери лился желтоватый свет, пересекавший площадку перед входом и заканчивавшийся на мокрой земле.

— Вот хаттова дрянь, — выдохнул Джакс. — Не закрыл нормально дверь!

Файвз остановил спидер и достал бластер.

— Нет-нет, правда, — поспешно сказал Джакс. — Я ее действительно не закрыл. Когда понял, что Ветошка ушел с огорода, так и бросился его искать.

— А что его искать? Он же голыми руками шаггу завалит, — пожал плечами Файвз.

Джакс посмотрел на него со смесью удивления и неодобрения:

— Вы это серьезно? Вы что, не видите, он же как ребенок.

— Ага, — фыркнул Файвз, слезая со спидера, — только развит не по годам.

Он оставил фары включенными и прошел вдоль стены, не приближаясь к дверному проему. В узком окне над его головой отражался свет; за стеклом ничего не двигалось. Файвз обошел торец, проверил пространство у опор и только потом вернулся к входу.

Бодони тем временем достала фонарик и медленно пошла между грядками. Луч заскользил по влажным мясистым листьям.

— А ваш друг, как он упал в расщелину? — спросила она.

— Я думаю, решил спуститься, чтобы точнее что-то измерить или записать, — вздохнул Джакс. — Он, похоже, проделывал это не раз. Ума не приложу, как он умудрился свалиться. Может, оползень, или его что-то напугало. Но что?..

Бодони опустила фонарик. На несколько мгновений перед ней снова возник заросший красным кустарником провал и скалящийся на нее Рен.

— Ладно, хозяин, приглашай в дом, — подал голос Файвз.

Он стоял на пороге модуля и уже, очевидно, не нуждался в приглашении.

Бодони шагнула к двери и поморщилась: из комнаты на нее дохнуло тяжелым приторно-сладким запахом, словно в закрытом помещении долго держали мокрые пищевые отходы.

— Похоже, у вашего Ветошки гниют раны, — сказал Файвз, заходя следом.

— Да, было дело, — вздохнул Джакс, — но ему уже лучше.

Несмотря на запах, порядок в модуле был вполне сносным. Вдоль стены стояло несколько узких коек, застеленных серыми казенными одеялами. Под одной из них были сложены пустые упаковки от пайков и валялась пара старых ботинок. Посередине стоял раздвижной стол, на нем — две металлические кружки, закрытая миска с остатками какой-то еды и разобранный светильник. Мелкие детали были аккуратно разложены на салфетке. На стене над другой койкой висел технический пояс с несколькими подсумками. Несколько гнезд пустовали, но оставшиеся инструменты были вытерты и уложены ручками в одну сторону.

В дальнем углу помещалась небольшая кухонная секция. Там сильнее пахло жиром, а на краю нагревательной панели виднелся темный ободок, который Джакс, судя по всему, безуспешно пытался оттереть. Единственный работающий потолочный светильник был прикрыт мутным кожухом, на который изнутри падала тень какой-то длинной мертвой мошки.

Ветошка остался у двери. Он переминался с ноги на ногу, цеплял пальцами край бинта и смотрел на пол, то и дело шлепая губами.

— Вам надо подняться к нам наверх, — сказала Бодони. — У нас есть меддроид и бакта. Очевидно, раны вашего друга заживают плохо.

— За бакту спасибо, она у нас тоже есть. — Джакс кивнул на мешок под кухонной секцией. — Пластыри, правда, но срок годности еще не вышел. Это от сырости у него. Тут на болотах очень сыро, особенно после дождей.

— Тем более поднимайтесь. Наш дроид…

— Послушайте, спасибо, но мы попробуем справиться сами. Мы… видите ли, мы не очень любим дроидов.

— Да? Кто бы мог подумать, — фыркнул Файвз. — У вас тут неподалеку целое звено. Да и соседство сепаратистов вас не смущает. А ведь эвакуацию затеяли как раз для того, чтобы вы не встречались с дроидами.

Он прошел к дальней стене, посмотрел на закрытый служебный люк и на узкое окно над койками. Рядом с ним на крючке висела выстиранная рубаха, еще влажная на рукавах. И, если судить по размеру, и рубаха, и ботинки принадлежали Джаксу.

— А мы и не собирались с ними встречаться! — неожиданно зло выплюнул Джакс.

Ветошка поднял голову и очень внимательно посмотрел на друга. Джакс сразу понизил голос, провел пальцами по стянутой шрамом губе и продолжил уже спокойнее:

— Но Тадеус уперся. Сказал, когда все уедут, это его шанс найти… что он там искал.

— А что он искал? — спросила Бодони.

— Какие-то разломы, завязанные на ферроштормы. Я в этом не спец. Но говорят, тут еще где-то была база Техносоюза. Они тоже вроде какие-то эксперименты проводили. Но что точно, никто не знает. Они к себе даже на порог никого не пускали. Сплошная секретность. Куда они только делись, интересно?.. Хотя, может, и до сих пор здесь сидят. У них же с сепами нормальные отношения.

Бодони бросила на Файвза быстрый взгляд, но он как раз присел возле открытого ящика с припасами и сделал вид, что занят его содержимым. Упаковки пайков лежали слоями, перемежаясь плоскими фильтрами и пакетами с сухой смесью. Среди них он заметил знакомую маркировку, вытащил неоново-зеленый стик и поднялся:

— А это вы где нашли?

На блестящей обертке с кричащим граффити бешеная зубастая нексу жрала термический детонатор. Надпись гласила: «Взорви свои рецепторы!».

— На станции, — улыбнулся Джакс. — Это из запасов Тадеуса. Он был тот еще сладкоежка.

— Тут я его понимаю, — хмыкнул Файвз, встряхнув пакет со сладким концентратом.

Внутри зашуршал крупный порошок.

— Хотите? Берите. Мы их все равно особо не завариваем.

— Спа…

— Нет, — прервала его Бодони, — спасибо, мы не будем брать у вас концентрат. Он ваш. У нас достаточно своей еды.

— Еды никогда не бывает достаточно, — проворчал Файвз и с сожалением вернул стик на место.

Ветошка все это время топтался на пороге, то заступая в комнату, то снова выходя наружу. Теперь он повернулся боком, стараясь не задеть косяк плечами, и вышел в темноту. Плиты настила тяжело заскрипели под его шагами.

— Он куда? — спросил Файвз.

— В огород, — пожал плечами Джакс.

— Я, конечно, выросла на Корусанте, — начала Бодони, и Файвз за ее спиной картинно закатил глаза, — но что ночью можно делать в огороде?

Джакс замялся, а потом чуть смущенно выдавил:

— Он ищет… жуков.

— Каких еще жуков? Тех золотых?

— Нет, что вы. Те совсем несъедобные. Это другие, они живут в перегное. Здесь их многие едеят… ели. Они большие и жирные.

Лицо Бодони несколько вытянулось. Она посмотрела на кухонную секцию, и Джакс, заметив ее взгляд, поспешил пояснить:

— Пахнут, правда, когда их готовишь, не очень. Кстати, это ими тут отчасти и воняет. А на вкус такие… Ну как мясо с жирком. Только мягкие очень. Правда, если их хорошенько зажарить... Но я, признаться, так ими и не проникся.

Файвз оглянулся на дверь. Из темноты донесся короткий скребущий звук, потом негромкий стук металла о камень.

— Что, майор, может, хоть жуков немного возьмем? Им же тут, в отличие от концентрата, счета нет, — ухмыльнулся он.

— Да, конечно, — кивнула Бодони. — Отличная идея. Тогда вы берете жуков, а я доедаю мясо робы. — Она повернулась к Джаксу, сохраняя совершенно серьезное выражение лица. — Ветошка не поделится с моим напарником добычей? Или, может, вы сами хотите быстро накопать? — Она снова обернулась к Файвзу.

— Пока повременим, — проворчал тот.

Он еще раз осмотрел помещение. Припасы, одеяла, инструменты, влажная одежда — ничего особенного, просто два чудика, не попавших на эвакуацию и поселившихся в брошенном модуле. Джакс стоял посреди комнаты, сложив руки на груди, немного растерянно следил за каждым его движением, но не мешал.

— И все же подумайте о меддроиде, — сказала Бодони, направляясь к выходу. — У Ветошки явно проблемы.

На улице стало ощутимо холоднее. Лес вокруг модуля превратился в сплошную темную стену, и льющийся из двери мутный свет выхватывал только ближайшие грядки и мокрые листья, и растворялся во мраке, даже не достигая стволов. Над крышкой емкости для воды кружились несколько крошечных прозрачных насекомых.

Файвз наклонился к Бодони и, хитро улыбнувшись, сказал:

— Но когда закончится мясо робы, я с удовольствием перейду на жуков.

Она посмотрела на него, ничуть не впечатленная, пожала плечами и ответила:

— Да, я тоже.

Ветошка сосредоточенно копался в земле у дальней грядки. Он присел на корточки, странно завалившись на бок, положил рядом лопату и разгребал рыхлый перегной пальцами. Похоже, в темноте он видел неплохо. Почти сразу же он выцепил из кучи какое-то крупное белесое существо, поднес к лицу, внимательно рассматривая, а потом опустил в металлическую миску. На Файвза и Бодони он даже не обернулся. На его куртке влажно поблескивала широкая полоса, а бинты на руках быстро темнели от земли.

Они уже садились на спидер, когда Джакс вышел из модуля. Он остановился на пороге и взялся за косяк, явно собирался закрыть дверь, но так и остался стоять.

— Подождите, — наконец произнес он с видом человека, решившегося на какой-то отчаянный шаг.

Файвз убрал руку со стартера.

— Я… Вы не могли бы… Я знаю, что о многом прошу, но, может быть, вы могли бы достать Тадеуса? — Джакс смотрел не на них, а куда-то перед собой, туда, где заканчивался освещенный участок площадки. — Вы же на военном шаттле. У вас наверняка есть какое-то оборудование. Крюки или… я не знаю. Может, этот ваш дроид мог бы? — Он облизнул губы и наконец поднял глаза. — А я могу посмотреть ваш шаттл. Я неплохой механик. Не гений, конечно, но кое-что в этом смыслю. Вдруг его удастся сразу починить. Или мы могли бы съездить в поселение, я помог бы с деталями, если они там найдутся. На станции должны оставаться спидеры и грави-платформа.

Файвз посмотрел на его руки. Сейчас они были опущены, а пальцы чуть согнуты, словно Джакс пытался уцепиться за невидимую опору.

— Почему вы думаете, что шаттл неисправен? — спросила Бодони, и Файвз снова закатил глаза.

— Я видел, как вы садились, — просто ответил Джакс, и Файвз не смог сдержать усмешки.

— Слушай, — сказал он, — ты же понимаешь, твой друг лежит там с неделю, если не больше. Не думаю, что с такой крупной стаей зовущих и жуками от него много что осталось.

— Я понимаю… — Джакс зажмурился так, словно ему было физически больно. Потом отпустил косяк и сделал небольшой шаг вперед. — Я мог бы спуститься с вами и сделать всю грязную работу. Я просто… Я не могу…

— Он же не сразу умер, так? — спросила вдруг Бодони.

Джакс застыл. Его плечи опустились, голова слегка повернулась в сторону. На фоне светящейся двери его фигура казалась совсем темной, и только на щеке осталась узкая желтая полоса. Он чуть заметно покачал головой.

Ветошка перестал копать. Файвз не сразу заметил это: скребущий звук затих, и стало слышно, как где-то под модулем медленно капает вода. Деваронец так и сидел на корточках, неловко заваливаясь на бок и держа руки над землей. Файвз видел только его спину, но отчего-то был уверен, что тот внимательно слушает разговор.

— Вы слышали крики зовущих? — наконец тихо заговорил Джакс. — Да, вы правы. Мы даже не сразу поняли, что с ним случилась беда. Я говорил, он хорошо знал эти места. Мог надолго уйти, мы и не думали поначалу волноваться. А потом еще и тропу нашли не сразу. Он к тому моменту уже охрип.

Джакс посмотрел на огород, но Ветошка не шевельнулся.

— Мы попытались его вытащить. Я говорил, Ветошка даже попробовал спуститься, но сам чуть не упал. Исцарапал себе все руки. И… Тадеус долго лежал и кричал. Всякое. Не верил, что мы не можем ему помочь. И я тоже не верил.

— Поэтому вы и ушли сюда? — спросил Файвз. — Дело не в зовущих?

— Отчасти. Я отправил сюда Ветошку. А сам вернулся и сидел там… до последнего. — Джакс тяжело выдохнул и издал придушенный звук, похожий на всхлип. Он провел ладонью по лицу, задержав ее на глазах. — Если вы нам поможете… я… Я помогу вам с шаттлом и отдам все концентраты. — Он горько коротко рассмеялся. — И… Мне больше нечего вам предложить.

Вода под модулем продолжала капать с одинаковыми промежутками. Файвз перевел взгляд на Бодони. Она сидела неподвижно, положив ладонь на поручень, и смотрела на Джакса с явным сочувствием.

— Что, майор, думаю, можно попробовать им помочь? Опять же шаттл…

— Да, мы поможем, — кивнула Бодони.

Она слезла со спидера и пошла между грядками. Ветошка поднялся, когда она подошла к нему. В одной руке он держал лопату, другую прижимал к груди; на бинтах остались черные комки перегноя. Он все так же слегка покачивался, только теперь еще и чуть заваливался на бок. Его приоткрытый рот влажно блеснул в свете фар.

Бодони остановилась перед ним и, заглянув в лицо, сказала:

— Ветошка, мы вам поможем. Не переживай. — И осторожно положила ладонь ему на предплечье.

Деваронец вздрогнул. Его лицо исказила напряженная гримаса, будто он поднимал что-то тяжелое и никак не мог оторвать от земли. Губы несколько раз шевельнулись без звука. Бодони не убирала руки, а Файвз, сам того не замечая, чуть развернулся на сиденье.

— Помощь… нужна… — прохрипел Ветошка, с трудом выдавливая слова.

— Мы поможем, — заверила его Бодони.

Он смотрел на нее, пока она не отступила. Потом медленно опустил руку. Джакс так и стоял у двери, свет из комнаты падал на его плечо и на край лица, оставляя глаза в тени.

Файвз включил двигатель. Спидер мягко поднялся над землей, его фары прошли по грядкам и на мгновение выхватили миску у ног деваронца. В ней что-то медленно двигалось. Затем модуль остался позади, желтая щель двери скрылась за деревьями, и они снова оказались на мокром настиле, среди тесно стоящих стволов.

Несколько минут Бодони молчала. Файвз вел машину осторожно, следя за корнями, которые выступали из воды почти на уровне днища. В свете фар лес выглядел иначе: показавшийся широким развилок оказывался слишком узким, ствол, который они уже объезжали, появился с неожиданной стороны. Наконец настил закончился, и под спидером легла твердая полоса дороги.

— Этот Тадеус не упал с вершины, — сказала Бодони. — Он спустился сам. Все кусты целые.

Файвз не ответил сразу. Впереди дорога начинала подниматься, уходя вправо за стену крупных полупрозрачных листьев.

— Я нашла на склоне обрывок рубахи с застежкой. Она была белая. А у этого Ветошки ворот цел, и одежда другого цвета. И никто за Тадеусом не лазил. Если бы такая туша, как этот деваронец, полезла вниз, он бы опять же переломал все кусты, а они сверху целые. Да и если бы этот Тадеус полетел с вершины, вряд ли остался жив.

— Всякие чудеса бывают, — пожал плечами Файвз. — Я знаю парня, который упал с набравшего высоту лаата и выжил. Правда, он свалился на деревья и зацепился разгрузкой. Побило его здорово, но для такой высоты считай, что легко отделался.

На повороте он немного сбросил скорость. Лучи фар легли на влажную обнаженную породу, по которой стекала вода, и вернулись на дорогу.

— А что касается ученого — может, и не лазили. Даже скорее всего. И теперь мучаются приступами совести.

— Вообще странная история, — вздохнула Бодони. — Почему они все-таки не улетели?

— Майор, при всем уважении, это гражданские. Они часто принимают очень странные решения. Вы, видно, никогда не участвовали в эвакуациях. Уверяю вас, даже под угрозой уничтожения дроидами собрать всех в одну кучу и заставить идти туда, куда надо, а не туда, куда им хочется, — задача, сопоставимая по сложности со штурмом хорошего опорника.

— Ну, может быть…

В ее голосе не прозвучало ни согласия, ни возражения. Файвз оглянулся, но увидел только освещенный приборами край щеки. Бодони смотрела в сторону, и он снова повернулся к управлению.

— В любом случае я собирался сам спуститься туда завтра. Зачем-то же они эту тропу к расщелине проложили. Может, конечно, там и правда какие-то особо занятные каменюки, или сигнал какой крышесносный идет, но проверить бы не мешало. Вдруг вместе со всей этой ученой мутью обнаружится и какой-то занятный тайничок?

— А вы сможете спуститься? Как ваш бок?

Файвз чуть изменил положение на сиденье. После поездки и хождения по болоту и вокруг модуля в боку снова тянуло, но боль была терпимой, такой, о какой уже можно было даже забыть.

— Ну я же не на руках полезу. Спущусь на крюке. Для этого я точно в норме. А сейчас еще облеплюсь бактой, хорошенько посплю и завтра буду вообще как новенький.

— Кстати, о бакте. У него на руках повязки. Зачем завязывать пластыри?

— Чтобы они не отклеились во время работы, майор, — фыркнул Файвз. — Когда ты не можешь лежать в палате, пластырь хорошо бы покрепче зафиксировать. Они вроде неплохо держатся, но на самом деле не так крепко, как принято думать. А эти двое тут живут, можно сказать, натуральным хозяйством. Да и с зовущими, как я понял, у них отношения так себе.

— Как будто только у них, — вздохнула Бодони.

Дорога поднималась все круче. За пределами света фар уже нельзя было различить ни стволов, ни просветов между ними, и только серебряные лианы, нависавшие над самым щитком, ненадолго проступали из темноты. Очередная серебристая плеть скользнула по борту. Ее бордовые утолщения одно за другим прошли через луч фары, вздрогнули и исчезли позади.

Файвз прибавил скорости, и уже очень скоро над их головами выросла темная громада станции. В слепых окнах отражались всполохи очередного феррошторма, на этот раз розовато-сиреневого.

* * *

Каф был таким светлым, что сквозь него даже слегка просвечивало дно кружки, но пах он как положено, терпко и горько, и Файвз, сделав еще один небольшой глоток, с тоской подумал, что будет, когда он закончиться.

— Это будет очень грустно… — пробормотал он себе под нос и откусил здоровенный кусок от пайка.

— Что грустно? — спросила пристроившаяся рядом на рампе Бодони.

Она листала приложения к брифингу, придерживая кружку между коленями, и время от времени поглядывала в сторону дороги, откуда должны были появиться Джакс и Ветошка.

— Когда закончится каф. Это будет очень грустно.

— Его там еще два пакета. — Бодони тяжело посмотрела на него, и Файвз только кивнул:

— Ага. Значит, волноваться не о чем.

Бодони вздохнула и снова углубилась в датапад. Файвз скосил взгляд и увидел, что на экране мелькают фото с брифинга по Латре.

— Смотрите, — сказала она через пару минут, — вот ваши жуки, которых вы вчера собрались накопать.

— А я собирался? — хмыкнул Файвз и взял у нее датапад.

В дополнительных файлах мелким шрифтом описывались твари под названием подстилочники, чьих личинок предлагалось разводить в ящиках с перебродившим ягодным жмыхом. На экране датапада копошилось толстое веретеновидное создание, которое, вопреки ожиданиям, выглядело скорее нелепо, чем омерзительно. У личинки была широкая тупая голова с крошечными, почти невидимыми глазками-точками и странно опущенными краями жестких черных челюстей, что придавало насекомому на редкость грустное выражение. Хитиновый покров был удивительно красивого карамельного цвета, а по бокам массивной головы непрерывно подрагивали шесть пушистых багровых кустиков ферромагнитных жабр. Жук медленно перебирал короткими коренастыми ножками с тупыми коготками и то и дело утыкался мордой в ягодный жмых, словно искренне сокрушаясь о своей незавидной доле.

— Мне чур грудка, — улыбнулась Бодони и отпила каф. — Ее все равно никто не любит. Уверена, вы в нуне всегда выбираете ножки.

— Да, но это не нуна. — Файвз с сомнением посмотрел на короткие, практически лишенные мяса ножки жука. — Боюсь, я на них далеко не уйду.

— Ничего, мы надергаем вам много ножек, — хмыкнула Бодони, вытянула перед собой ноги и, откинувшись на рампу, блаженно закрыла глаза, подставляя лицо утреннему солнцу.

Файвз невольно проводил движение взглядом, задержался на ее груди, шее, длинной и тонкой… И отвернулся, чувствуя, как у него начинают гореть шея и уши. С экрана на него снова печально взирал подстилочник.

— Лучше мне не попадайся, — пробормотал Файвз жуку.

— Я однажды загорала на Алани Кор, — сказала Бодони спустя некоторое время. Файвз понятия не имел, где это, но по тому, как она произнесла название, сразу же понял, что оно должно его впечатлить. — Там был отличный отель на островах. Белый песок, теплая вода, на небе ни единого облачка...…

— Вы были там в отпуске?

— Да. Пять дней.

— Здорово, — ответил он, не зная, что еще можно сказать.

Ему нагретый металл под ладонями напомнил черные скалы Кардоты. Их группа тогда вышла в точку засады точно по времени. Цель должна была появиться через сорок минут, но задержалась больше чем на сутки. Все это время они лежали среди раскаленных камней, стараясь не двигаться без необходимости. Доспехи защищали от прямых лучей и удерживали температуру в допустимых пределах, хотя к вечеру понятие «допустимых» несколько расширилось. Из развлечений у них тогда был лишь унылый вид на серое каменистое плато и почему-то казавшееся черным, абсолютно спокойное море вдалеке, да ругань командира тактической группы с оперативным штабом, наверняка заевшем в комнате с кондиционером.

— Вы хоть взяли цель? — спросила Бодони, так и не открывая глаз.

— Взяли. За четыре минуты. И с опозданием в тридцать один час.

— Ну, может, вам когда-нибудь посчастливиться получить задание на Алани Кор. — Она снова слегка улыбнулась.

— А я надеюсь, вам никогда не придется бывать на Кардоте, — фыркнул Файвз.

Со стороны дороги послышались шаги. Файвз выпрямился, вытягивая шею, и увидел Джакса, тащившего за собой сумку с инструментами. Ветошка плелся следом.

При дневном свете деваронец выглядел откровенно плохо. Его кожа была грязно-розового цвета, а вокруг глаз и у основания рогов делалась и вовсе пепельной. Лицо блестело на солнце от выступившей испарины. Он смотрел прямо перед собой, и взгляд оставался неподвижным и казался стеклянным.

Бодони спустилась с рампы.

— Как вы себя чувствуете?

Ветошка остановился, что-то невнятно промычал, уставившись на нее своими пустыми черными глазами, и потащился к сломанному шасси.

— Сегодня не очень, — вздохнул Джакс. — Почти не спал. Он тяжело переживает смерть Тадеуса.

— Мне кажется, дело тут не только в переживаниях, — нахмурилась Бодони. — Напомню, что наш дроид может его осмотреть.

Джакс посмотрел на Ветошку. Тот стоял, покачиваясь, и тупо рассматривал домкрат.

— Если к вечеру ему не станет лучше, я постараюсь его уговорить, — сдался наконец Джакс. — Но это будет непросто. Он ненавидит дроидов.

— У нас хороший, — заверил его Файвз, запихивая в рот остатки батончика и одним махом допивая каф. — Очень старательный. Всем советую.

Джакс удивленно посмотрел на него и снял сумку с плеча:

— Ладно, я поговорю с Ветошкой. Кстати, вот… — Он раскрыл сумку и вытащил оттуда пакет со сладким концентратом. — Не злитесь, офицер, — улыбнулся он Бодони, — но, уверен, вашему напарнику они придутся по вкусу. Так-то здесь не особо много радостей.

— Это отличный подарок, спасибо. — Файвз, ловко перехватываяил пакет и широко улыбнулся покачавшей головой Бодони: — Я так понимаю, вы не будете, майор?

* * *

Осмотр Джакс начал с корпуса. Он дважды обошел шаттл, внимательно изучил вмятину от магнитного гарпуна, проверил положение шасси и следы жидкости на пермакрите. После этого поднялся в грузовой отсек, вскрыл несколько сервисных люков и подключил трисканер.

Работал он спокойно и без лишних объяснений. Уже через несколько минут Файвз понял, что Джакс действительно техник и, судя по всему, неплохой. Он не ограничивался показаниями приборов, каждый сомнительный участок проверял вручную и дважды потребовал отключить питание.

Ветошка некоторое время пытался помогать. Он подавал инструменты, но постоянно путал их, и было не понятнонепонятно, то ли он совершенно в них не разбирается, то ли ему настолько плохо. Закончилось все тем, что он уронил извлеченный из стойки фиксатор и не сразу заметил пропажу. Тогда Джакс наконец отправил его посидеть в теньке.

Возился он почти два часа. Закончив, Джакс вытер руки ветошью и разложил на рампе снятый топливный фильтр, поврежденный замок и несколько кусков потрескавшейся изоляции.

— Взлететь вы не сможете, — заключил он. — Есть три критических отказа. — Он указал на левую переднюю стойку: — Шток гидравлического цилиндра погнут, сам цилиндр треснул. Замок разбит, а точка крепления стойки деформирована. Если поднять шаттл сейчас, шасси либо сложится, либо его вырвет вместе с частью обшивки. Теперь здесь… — Он повернулся к правому борту. — Гарпун продавил силовой кабель маневрового двигателя. Контакт нестабильный. Рядом в топливной магистрали появилась микротрещина. На земле она почти не течет, но после запуска двигателей давление возрастет. Топливо пойдет в грузовой отсек, поврежденный кабель даст искру, и вы получите пожар в воздухе.

— А третий? — спросила Бодони.

— Сбита калибровка компенсаторов инерции. Кроме того, засорен фильтр левого двигателя, поэтому тяга идет рывками. Даже если стойка выдержит и топливо не загорится, после отрыва шаттл потянет влево и вниз.

Файвз посмотрел на поврежденную опору.

— Но починить можно?

— Можно. Нужно снять стойку, усилить крепление, заменить цилиндр и замок. Для цилиндра подойдет узел от грузового спидера К-7 или комбайна. Замок можно переделать из фиксатора грузового манипулятора. Понадобится пластина титанового сплава толщиной не меньше восьми миллиметров. — Джакс ткнул в участок на правом борте. — Магистраль придется вскрыть и заменить около сорока сантиметров трубы. Диаметр двадцать пять миллиметров. Подойдет коррозионностойкая труба из топливной системы или системы орошения. Еще нужны уплотнительные кольца и хомуты.

— А компенсаторы? — спросил Файвз.

— Нужен компьютер, способный подключиться к системе шаттла, и диагностический стенд. Без стенда можно откалибровать вручную, по реакции корабля, но это займет больше времени и потребует нескольких пробных подъемов.

— Сколько на все уйдет времени?

— День или два, если найдем детали. Если придется изготавливать их самим, не меньше недели. И да, понадобится кран или хорошая лебедка. Руками стойку не снять.

Бодони оглянулась на станцию:

— Все это мы тут вряд ли найдем.

— Здесь — нет, — кивнул Джакс, — но в поселении, думаю, осталось еще много добра.

Из тени донесся глухой удар. Ветошка сидел на пермарктирите, широко расставив огромные ноги, и хаотично колотил кулаком по плитам, словно пытался прибить какое-то насекомое.

— С ним все в порядке? — спросила Бодони, и Джакс лишь тяжело вздохнул:

— Ему скучно. Наверное, лучше отправить его… домой.

— А он дойдет? — усомнилась Бодони. — Может, он лучше пока поспит на станции?

— Я дойду, — раздался вдруг совершенно нормальный голос Ветошки — низкий, напрочь лишенный визгливых ноток бас, — и он тяжело поднялся на ноги.

Он замер, вперив в Бодони тяжелый, немигающий взгляд, и Файвз подобрался, прикидывая траекторию упреждающего броска. Хотя, может, его стоило бы просто пристрелить… Но Ветошка наконец хмыкнул, оскалив крепкие белые зубы, отвернулся и зашагал прочь.

— Вот видите, ему уже лучше, — улыбнулся Джакс и проводил взглядом массивную фигуру друга, ступавшего неожиданно твердо.

Файвзу показалось, что в глазах техника на миг вспыхнуло удивление.

* * *

С тех пор, как Бодони ходила здесь последний раз, тропа, казалось, заросла еще сильнее. На сломанных красных лозах появились зеленые ростки, а дорожка стала покрываться светлым жестким мхом, сквозь который прорастала низкорослая белесая трава. Файвз шел первым, внимательно глядя под ноги и стараясь наступать ближе к толстым основаниям кустов. Бодони шла второй, а замыкал их маленькую группу бледный, притихший Джакс. Перед выходом он снова предложил сделать самому всю грязную работу, и Файвз на это лишь неопределенно пожал плечами. И сейчас техник то ли жалел о своем опрометчивом предложении, то ли собирался с духом.

Расщелина открылась внезапно. Ветки впереди разошлись, и перед ними оказался участок обманчиво ровной земли, покрытой мхом и переплетенными корнями. Файвз осторожно подошел к краю, пробуя ногой грунт, и присел, разглядывая склон. Расщелина уходила вниз метров на двадцать. Склоны были покатыми, но достаточно крутыми, чтобы можно было скатиться по ним, как по горке. Камни тут торчали неровными уступами, и красный кустарник, цепляясь за них, рос даже там, где, казалось, не за что держаться. Присмотревшись, Файвз и правда заметил в зарослях что-то зеленое.

— Я готов, — раздался над ним голос Джакса.

— Прости, друг, но на своей шее я тебя не потащу, — покачал головой Файвз, — поэтому тебе придется подождать здесь.

Облегчение, которое тут же отразилось на лице Джакса, было почти карикатурным. Файвз хмыкнул и отправился искать подходящее дерево. Закрепив за него крюк, он сунул под мышку скатку из двух одеял, осторожно перевалил через нависающие над провалом корни и зашагал вниз. Некоторые камни тут и правда казались очень острыми. Они были похожи на толстые металлические гребни, выступающие из склона наподобие чешуи. Впрочем, сам спуск оказался намного легче, чем казалось сверху, и при определенной ловкости по нему действительно можно было пробраться вниз. Вонь от перезревших ягод тут была такой сильной, что пробивалась даже сквозь фильтры шлема.

Вначале он пошел быстро, но где-то на середине пути его ноги проехались на каменной крошке, трос резко натянулся, не давая ему соскользнуть по склону, и в боку тут же неприятно закололо. Файвз пошел медленнее. Не доходя до дна, он увидел зеленый, покрытый грязными разводами рюкзак непромокаемый непромокаемой с одной вырванной с мясом лямкой. Он вытащил рюкзак из расщелины, за которую он зацепился, и надел его себе на плечо.

Площадку Файвз нащупал ногами раньше, чем ожидал. Камни здесь были крупнее, ровнее, и между ними набилась земля, мох и опавшая листва. Дно расщелины было узким — не больше трех метров в ширину, — и вытянутым. Свет сюда доходил уже слабо, и в сумраке было трудно разглядеть детали. Он включил фонарь на шлеме, повел лучом по стенам и камням под ногами и почти сразу же разглядел несколько побуревших густых пятен. Повел фонарем дальше…

Тела не было.

Он отцепил крюк и прошел вдоль всего провала — от одного конца до другого, — светя себе под ноги и внимательно разглядывая камни, как будто ученый был ящерицей, способной затеряться в трещинах. Ничего. Только камни, мох, листья и тонкая струйка воды, стекавшая по дальней стене.

Там же виднелся и длинный узкий разлом сантиметров двадцать в ширину. Тело туда провалиться никак не могло, но Файвз все же подошел, присел на корточки и заглянул в темноту.

— Ну и куда ты делся? — проворчал он себе под нос и нажал на комлинк, вызывая Джакса. — Майор, тут никого нет.

— Что значит нет? — через несколько мгновений шорохов раздался удивленный голос Бодони.

На фоне что-то забормотал Джакс.

— Нет, это значит нет. Ни тела, ни останков, ни костей, ни обрывков одежды. Ничего.

— Может, его утащили животные?

— Может, и животные. — Файвз повел фонарем по дну еще раз, задержался на одном месте, потом на другом. — Тут есть следы крови. Но это все.

Он поднял голову и увидел на фоне неба силуэт Бодони, наклонившейся над провалом, тонкий и темный.

— Вы бы поосторожнее, майор. Тут и правда очень острые камни.

Почти сразу же за ней наклонился Джакс, и Файвз покачал головой.

Он вернулся к месту спуска и присел на корточки, рассматривая пятна. Было похоже, что человек лежал здесь, а потом… исчез. Ни следов волочения, ни размазанных кровавых пятен на близлежащих камнях, ни обрывков одежды, ни ошметков плоти.

— Это животное должно было его проглотить, — проворчал он себе под нос, забыв, что его комм все еще включен, и тут же услышал взволнованное бормотание Джакса.

— Что вы делаете?! Успокойтесь! — услышал он возглас Бодони, посмотрел наверх и увидел, что две фигуры сцепились над самым краем.

— Что там у вас происходит, майор? — позвал он, но несколько мгновений единственное, что он слышал, это тяжелое дыхание Бодони и всхлипы Джакса.

— Он наклонился слишком низко, — раздался наконец сдавленный голос Бодони. — Чуть не полетел.

— Ладно, отойдите от края, я поднимаюсь, — велел Файвз и прицепил трос к пазу в наруче.

Наверху его встретили недовольная Бодони и бледный, в конец расстроенный Джакс.

— Узнаешь? — спросил Файвз, поворачиваясь к нему спиной.

— Да, это его. — Джакс потянулся к рюкзаку, но Файвз тут же повернулся обратно:

— Посмотрим в шаттле.

Джакс возражать не стал, лишь покорно кивнул и первым зашагал обратно.

— Что тут у вас случилось? — спросил Файвз Бодони.

— Я так и не поняла. — Она раздраженно повела плечами. — Он стоял у меня за спиной, а потом вроде как слишком низко наклонился и вцепился мне в руку. Чуть оба не полетели вниз.

— Я же говорил вам не подходить близко к краю, да?

— Вы говорили мне не заходить в кусты.

Файвз только тяжело вздохнул.

* * *

На посадочной площадке их встретил Рен. Он бегал на задних лапах по силовому кабелю, который они так и не удосужились свернуть, как канатоходец, и это развлечение, похоже, полностью поглотило его, потому что на людей тварь отреагировала не сразу. Добежав чуть ли не до самого шаттла, зовущий наконец сел, свесив с колен длинные руки, и молча уставился на них.

Над площадкой стояла тишина. Солнце сегодня палило так, что пермакрит казался белым, и на этом фоне силуэт Рена казался почти черным. Где-то в долине кричали птицы, но здесь не было слышно ничего, кроме редкого стрекота насекомых в кустах у парапета. Тварь застыла под палящими лучами и пялилась на них не мигая.

— Смотри-ка, живой, — обрадовался Файвз.

Джакс остановился рядом. Лицо у него дернулось.

— Как же я их ненавижу, — пробормотал он с неожиданной злобой и, выхватив из технического пояса увесистый гаечный ключ, запустил им в зверя.

Ключ просвистел по воздуху, но Рен ловко отпрыгнул в сторону, оскалился и все так же молча исчез под днищем шаттла.

Ключ звякнул о плиты. Джакс постоял какое-то время, тупо глядя на кабель, потом подошел, поднял ключ и сунул обратно в пояс. Руки у него дрожали.

В рюкзаке оказалась целая куча самых разных вещей и свалены они были в кучу, будто человек собирал его в спешке, хватая то, что попадалось под руку: складной нож с потертой рукоятью, зажигалка, моток прочной лески, несколько таблеток для очистки воды, небрежно сложенное термоодеяло, аптечка — маленькая, но укомплектованная, с бактапластырями и обезболивающим. Две упаковки сладкого концентрата и несколько упаковок пайков. В самом низу обнаружился давным-давно разряженный датапад. По его темному экрану шла широкая трещина.

— Ваш друг куда-то собирался? — спросила Бодони, перебирая вещи, и Джакс пожал плечами:

— Вроде нет, но… Я не знаю. Наверное, это было разумно, подготовить запас на всякий случай. В конце концов, мы здесь оставались совершенно одни.

— И с этим запасом он отправился делать замеры к провалу?

— Слушайте, я понимаю, что все это выглядит странно. Но я же сказал, я не знаю, как это произошло. Мы даже не видели, как он уходил. Может, он и хотел куда-то уйти, но нам он не сказал. Вы там были, — он обернулся к Файвзу, — вы видели расщелину снизу. Там есть какой-то проход?

— Только если ты ящерица, — пожал плечами Файвз.

— Вот видите. Куда ему было идти? Я не знаю, зачем он взял это с собой. Я не знаю, зачем он туда пошел. Я не знаю, как он провалился. Я не знаю, куда он после этого делся, потому что он совершенно точно умер. Я сам это слышал. Я сидел с ним до последнего... У меня его вопли до сих пор стоят в ушах… Ветошка после этого совсем рехнулся! Я уже сто раз пожалел, что поддался на его уговоры и решил остаться! Я…

Он взмахнул руками и бессильно опустился на пол, привалившись к стене.

— Хорошо, — спокойно сказала Бодони, и Джакс вскинулся.

На его лице удивление мешалось с отчаянием:

— Хорошо? — тупо переспросил он.

— Хорошо, — повторила она. — Вы знаете, что на датападе? Как его включить?

— Это его личный датапад, я не знаю, — развел руками Джакс. Сейчас он выглядел очень усталым. — Наверняка какие-нибудь дневники, записи, карты… Может, музыка и голофото. Ну что обычно бывает на личных датападах.

— Как его включить? — переспросил Файвз.

— Я не знаю пароль. — Джакс для убедительности покачал головой. — Можно, конечно, попробовать какие-нибудь даты и имена из его жизни, но он всегда очень серьезно ко всему относился. Уверен, пароль он подобрал хороший.

— Уверен, мой дешифровщик справится, — хмыкнул Файвз, похлопав себя по тактической сумкие, где лежал его собственный датапад.

— Уверен. — Джакс грустно улыбнулся и поднялся.

Он потоптался на месте, явно не зная, что ему теперь делать, а потом спросил:

— Вы же возьмете нас с собой? Когда соберетесь улетать.

— Нам еще надо починить корабль, — напомнила ему Бодони.

— Я помогу. Только возьмите нас с собой.

Файвз с Бодони переглянулись.

— Конечно, — сказала она, — о чем речь.

* * *

Когда Джакс ушел, они поставили датапад на зарядку, и Файвз подключил к нему свой дешифратор. По экрану стремительно побежали варианты кода. Похоже, Тадеус и правда подошел к делу ответственно.

Зовущие, все это время молчавшие, вдруг взвыли в лесу, но на этот раз звуки не были похожи на их обычную перекличку. Они скорее напоминали отчаянные вопли, какие звери издавали во время нападения медуз, только сейчас они звучали скорее зло, чем испуганно.

— Что это с ними? — спросила Бодони. — Может, какой-то хищник.

— Здесь не водятся, — покачал головой Файвз. — Думаю, Рен просто запомнил, кто швырнул в него ключом.

— Полагаете, они напали на Джакса?

— Полагаю, что Джакс — хитрый шабуир, который натворил дел и теперь хочет выбраться из хаттовой задницы с нашей помощью. Поэтому пара комков грязи за шиворот ему точно не помешают.

— А если они забросают его камнями?

— Да бросьте, не так уж сильно он перед ними и провинился. Как-то же они еще живы.

Зовущие замолчали так же резко, как и начали орать.

Бодони взяла пустой рюкзак, покрутила его в руках, а потом быстро собрала в него вещи и сказала:

— Я сейчас вернусь. Хочу кое-что проверить.

— Вы же не полезете больше в кусты? — крикнул ей вдогонку Файвз.

Когда она вышла из шаттла, площадка была пустой. Только под днищем все еще скребся Рен. Он спрятался в тени и теперь не спеша чистил свой длинный цепкий хвост. Когда Бодони вышла, он бросил свое увлекательное занятие и проводил ее внимательным, очень человечкским взглядом.

На станции она поднялась в комнату на третьем этаже и, найдя нужное место у окна, поставила на него рюкзак. След, хоть уже и изрядно припорошенный пылью, подходил идеально. Она постояла над ним немного, прикидывая варианты, и выглянула в окно. Оттуда была хорошо видна крыша модуля, зажатого между двумя огромными валунами.

Набитый вещами рюкзак… Следы на черной лестнице… Отпечатки крови на окне столовой…

Следы…

Здесь были следы двух человек. Тадеуса, жившего в этой комнате, и, судя по размерам, Ветошки. А вот третьих следов она не видела. Она уже собиралась пойти в другие комнаты и хорошенько осмотреть их при солнечном свете, как услышала на лестнице тяжелые шаги.

Она закатила глаза и пробормотала:

— Ну я же не ребенок…

И только когда до ее носа долетели кислый запах немытого тела и тошнотворно сладкая вонь гниющей плоти, она поняла, что это не Файвз.

Она метнулась к дверям, но дорогу ей уже преградил Ветошка. Куртки на нем уже не было. Узкая для его огромного тела рубаха была наполовину расстегнута.

Он стоял, покачиваясь, и тяжело, не мигая смотрел на нее. Бодони отступила к окну.

Ветошка оскалился, и Бодони выхватила бластер.

Его, похоже, это совершенно не напугало. Он оттолкнулся от косяка и шагнул в комнату.

— Помоги… — прохрипел он. — Помоги… мне…

* АСМ — в данном случае аббревиатура не имеет ничего общего с земной и означает адаптивную сигнатурную маскировку. Энергосети и коммуникационные вышки на различных планетах регулярно выгорают во время вспышек местных звезд или магнитных бурь, оставляя города без света и связи. На Латре разрабатывали стационарные генераторы АСМ, устанавливаемые вокруг критических объектов (больниц, космопортов, серверных ферм). Они не блокируют поле, а «обманывают» его, заставляя в пиковую нагрузку обтекать объект, как вода обтекает камень.