Стал Героем Щита. Да как так то? (гет)

Мощёные улицы города привычно отдавались глухим стуком под сапогами, пока я шагал к знакомой таверне, той самой, где мы с Малти провели прошлую ночь. Зайдя внутрь, я оказался среди запахов свежего хлеба, пряных трав и старого дерева. После удушливой атмосферы дворца эта простота была почти роскошью.

У стойки я коротко кивнул трактирщику и попросил подать обед, за один из столов в общем зале. Заказал из того, что уже было готово, терять время на ожидание не хотелось. Пока служанки накрывали на стол, я поднялся в свою комнату. Там я снял куртку и внимательно осмотрел разрез, ровную, аккуратную полосу с лева в районе рёбер, оставленную клинком одного из рыцарей во время утренней стычки.

Выйдя в коридор, я окликнул служанку, она торопливо семенила мимо. Я протянул ей куртку и десять медных монет.

— Будь добра, зашей, — попросил я спокойным, дружелюбным тоном. — Только подкладку не трогай: она из особого материала. Стежки делай снаружи. —

Девушка испуганно кивнула, не решаясь поднять на меня глаза, схватила куртку и монеты и поспешно скрылась за дверью подсобки. То ли её до сих пор страшили воспоминания об утренней драке, то ли слухи из дворца уже успели докатиться до таверны, обрастая по дороге всё новыми и новыми деталями.

Оставшись в камуфляжных штанах и чёрной футболке, я спустился в общий зал. Обедать в одиночестве было не слишком весело, так что я не стал растягивать трапезу. Простая похлёбка и каша с мясом исчезли с тарелки почти незаметно. Лишь в самом конце я позволил себе ненадолго замедлиться и посмаковать ягодный морс. Его терпкая сладость на мгновение выдернула меня из водоворота событий и позволила немного расслабиться.

Отобедав, я подошёл к стойке и, стараясь держаться спокойно, спросил у хозяина таверны, сколько будет стоить съеденный обед вместе с номером на эту ночь, ужином и завтраком.

Во взгляде трактирщика на миг мелькнула алчная искра.

— Для тебя это будет стоить пять серебряных, — процедил он жадным, чуть хриплым голосом.

Я едва сдержал усмешку.

— Да? — прищурился я. — А с чего это цена так резко возросла в два с половиной раза? Ещё вчера всё стоило два серебряных на одного человека. —

— После того, что ты совершил, ты вообще вряд ли сможешь найти приличный ночлег в городе, — буркнул он, не сводя с меня тяжёлого взгляда. — А будешь много говорить, цена вообще станет десять серебряных. —

— И тебя не волнует, что ты дерёшь втридорога с невиновного человека, которого ложно обвинили? — постарался я достучаться до его совести.

— Ничего не знаю, — отрезал трактирщик, пожав плечами. — На суде тебя признали виновным. Так что либо плати, либо уходи. —

Я чуть наклонил голову, а потом заговорил тихо, почти ласково, и от этой мягкости в его глазах мелькнуло волнение.

— Ну, в таком случае выходит, что это та самая таверна, в которой изнасиловали старшую дочь короля. Как думаешь, долго ли просуществует твой маленький бизнес, когда по городу пойдут такие слухи? —

Он дёрнулся, будто его хлестнули по лицу.

— К тому же, — продолжил я, растягивая слова, словно смаковал каждое, — бедная девушка кричала, звала на помощь, но ни ты, ни твои сотрудники не только не помогли ей, но даже стражу не вызвали. Выходит, вы все, соучастники преступления. —

— Не было никаких криков о помощи! — взволнованно возразил хозяин, голос его дрогнул, а пальцы нервно сжали край стойки.

— Знаешь, на суде я сказал то же самое, но меня даже слушать не стали, — я чуть склонил голову, глядя на него с насмешливой издёвкой. — Так с чего ты взял, что послушают тебя? —

— И как сознательный гражданин я просто обязан позвать сюда стражников, — произнёс я будничным тоном.

Трактирщик побледнел, плечи его напряглись, а взгляд заметался по залу.

— Кстати, я им скажу, что ты мой подельник. Что я заплатил тебе пятьдесят серебряных, чтобы никто не услышал криков бедной принцессы, — дожал я, не повышая голоса, но каждое слово падало, как тяжёлый камень. — Меня судить второй раз за одно и то же преступление не будут, а вот тебя казнят.

— Так, всё, хватит! — выпалил он, и в его голосе прозвучало недовольство. — Я всё понял. Цена остаётся две серебряные монеты. —

— О нет, — я растянул губы в хищной улыбке. — Это была цена до того, как ты решил поживиться за мой счёт. Теперь цена, одна серебряная монета за номер с широкой кроватью, столом, стулом и отдельной ванной комнатой. —

Трактирщик смерил меня злым, тяжёлым взглядом, будто хотел прожечь дыру в моей груди. Я не отвёл глаз, спокойно выдерживая эту молчаливую схватку.

— Или я вызываю стражу, и твоя голова окажется на плахе, — добавил я тихо, но отчётливо.

Он шумно выдохнул, будто из него разом выпустили весь воздух, и сдавленно буркнул:

— Ладно… Договорились. —

— Ну вот и замечательно, — уже веселее произнёс я, мгновенно сбрасывая маску угрозы. Словно щёлкнули переключателем, и вместо холодного хищника перед трактирщиком снова стоял обычный весёлый парень.

Бросив монету на стойку, я добавил:

— Это за сегодняшнюю ночь. И про ужин с завтраком не забудь.

Трактирщик молча сгрёб монету и упрятал её в карман, не глядя на меня. А я, не задерживаясь ни на секунду, развернулся и вновь поднялся в свою комнату.

Куртка уже лежала на кровати, аккуратно зашитая, будто и не знала удара клинка. Я внимательно осмотрел работу: стежки были крепкими, ткань держалась надёжно. В целом служанка справилась неплохо. Пожалуй, я бы и сам не зашил лучше, и это несмотря на весь мой армейский опыт.

Я накинул куртку и тщательно застегнул молнию и липучки, проверяя, не мешает ли что-то движениям. Потом высунулся в окно и достал рюкзак из своей нычки, того самого укромного места под кровлей, о котором знал только я. Высыпав монеты и вчерашние трофеи на кровать, я быстро перебрал добычу.

Пять золотых монет тут же отправились во внутренние карманы куртки, туда, где их не нащупает ловкий карманник. Во внешние карманы я закинул пару десятков серебряных и остатки меди, то, что сгодится для мелких расчётов. Остальные монеты ссыпал обратно в рюкзак.

Ещё раз осмотрел трофеи: шкурки оранжевых колобков и лут с зубастых грибов. Ничего нового, ничего такого, что можно было бы скормить Щиту. Я вздохнул и сложил их обратно. «Нужно будет в первую очередь продать их, а уже потом отправлюсь в лавку к Эльхарту», — подумал я, выходя из комнаты.

Бодро спустившись по лестнице и миновав обеденный зал, я оказался на улице. Солнце уже перекатило за полдень, и его тяжёлые, золотисто‑тягучие лучи ложились на мостовые, а воздух был тёплым.

Немного поплутав в районе я, наконец, отыскал узкую улочку, где среди прочих лавок ютилась точка торговца, скупавшего части монстров низкого уровня. Он сидел за небольшим прилавком, выходящим прямо на улицу.

— Чего надо? — спросил он хрипловато, не особо стараясь казаться приветливым.

— Есть товар, — коротко ответил я, выкладывая на прилавок свою добычу из рюкзака: шкурки шаров, останки зубастых грибов, всё, что удалось собрать после стычек.

— Посмотрим, — протянул он, перебирая трофеи. На его лице медленно наползла хитрая, алчная улыбка, будто он уже мысленно положил в карман мою прибыль. — Около сорока шкурок шаров и примерно столько же останков зубастых грибов… Дам тебе за них пять медяков. —

Я шумно выдохнул, стараясь удержать раздражение. Похоже, мне ещё не раз придётся столкнуться с такой «щедростью», и каждый раз придётся напоминать этим торгашам, что со мной такой номер не пройдёт.

Резко перехватив кисть его руки, я хорошенько её сжал. Скупщик взвыл от боли, застучал ладонью свободной руки по прилавку, будто надеялся, что дерево каким‑то чудом его спасёт.

— Ай, ай, ай, отпусти! — жалобно застонал он, лицо исказилось, а глаза расширились от испуга.

Я ещё несколько мгновений держал его, давая прочувствовать всю серьёзность ситуации, а потом отпустил. Торговец тут же прижал к себе пострадавшую кисть, будто убаюкивая её, и смотрел на меня с неприкрытым страхом.

— Как ты, наверное, слышал, меня обвинили в изнасиловании старшей дочери короля, — спокойно начал я, не повышая голоса, но каждое слово падало, как тяжёлый камень. — Не будем вдаваться в вопрос о моей невиновности. Подумай лучше вот о чём: король признал меня виновным, но при этом меня не только не казнили, но даже не отправили в темницу. А теперь главный вопрос: как думаешь, что мне будет за убийство мелкого торговца?

— Что?.. — переспросил он по инерции, будто мозг отказывался обрабатывать эту мысль.

Я чуть наклонился вперёд, глядя ему прямо в глаза, так, чтобы он не мог отвести взгляд.

— Ничего, — отрезал я, не терпящим сомнений голосом. — Ровным счетом ничего.

Торговец нервно сглотнул, и в его глазах мелькнуло понимание: связываться со мной было опаснее, чем потерять пару монет.

— Должно быть, я плохо рассмотрел качество материалов, — поспешно пробормотал он, голос слегка дрожал. — Думаю, на самом деле они стоят одну серебряную и пятьдесят медных монет.

— Ну вот, сразу бы так, дорогой друг, — произнёс я почти ласковым тоном, будто мы только что не стояли на грани драки. Пододвинув к нему добычу, я спокойно ждал, пока он отсчитает деньги.

— Я расскажу другим торговцам о том, что случилось, — буркнул он обиженным тоном, протягивая мне монеты. В этой обиде сквозила не столько злость, сколько попытка сохранить хоть каплю достоинства.

— Буду благодарен, — равнодушно кивнул я. — Не хочется мне вправлять мозги каждому торговцу по отдельности. Так что если и правда расскажешь, сделаю тебе небольшую скидку на следующую скупку. —

С этими словами я отошёл от лавки скупщика и направился к Эльхарту. Хорошо, что вчера Малти походя показала мне, где она находится, теперь я шёл уверенно, не теряя времени на поиски.

По дороге я заглянул в небольшую лавку для авантюристов. Этого не было в планах, но любопытство взяло верх. Там я приобрёл котелок, сковородку, тарелку и ложку. Чуть помедлив, добавил ещё одну тарелку и ложку, с расчётом на Рафталию. Посуда была хитро устроена: вкладывалась одна в другую, словно матрёшка, и почти не занимала места в рюкзаке. Лёгкая и прочная, в дороге она будет незаменима.

Вскоре я уже стоял у лавки кузнеца. Распахнув дверь, шагнул внутрь. Стены из серого камня хранили прохладу даже в самый жаркий день. По стенам и стеллажам были развешаны мечи, топоры, копья, элементы защиты, а в углу темнели целые латные доспехи.

Проходя к стойке, я окинул оценивающим взглядом самого Эльхарта. Лысый, с небольшой аккуратной бородой, высокий и внушительного телосложения, он выглядел так, будто мог одним ударом молота расколоть наковальню пополам. Покрепче меня будет, с лёгкой завистью подумал я, скользнув взглядом по его могучим плечам. Его внешность во многом соответствовала той мультяшной версии, которую я помнил, но сейчас передо мной стоял живой человек, тяжёлый, основательный, без всякой карикатурности.

Пока я разглядывал его, он тоже оценивал меня, его взгляд задержался на моём Щите, скользнул по камуфляжной куртке, и в его глазах мелькнуло узнавание. Он всё понял без слов.

— Герой Щита, тебе здесь не рады… Покинь мою лавку, я не стану тебе ничего продавать! — произнёс он неприязненным тоном, голос его прозвучал, как лязг стали о камень.

Я не стал разворачиваться и уходить. Вместо этого я спокойно преодолел оставшееся расстояние и опёрся о стойку, глядя ему прямо в глаза, спокойно и твёрдо, но без вызова.

— Откуда такая неприязнь по отношению к честному и доброму человеку? — спросил я ровным, уверенным голосом, будто речь шла о погоде, а не о моей репутации.

— И у тебя ещё хватает наглости спрашивать?! После того, что ты сделал с той бедной девушкой?! — рявкнул он, и в его взгляде читалось явное желание врезать мне так, чтобы я больше не поднимался.

— А с чего ты взял, что я действительно совершил то, в чём меня обвиняют? — спросил я уже не с вызовом, а с усталой горечью, будто повторял этот вопрос в сотый раз и сам от него устал.

Эльхарт чуть нахмурился, будто впервые задумался над этим.

— Парень, я тебя впервые вижу. Так что кто тебя знает, совершал или нет… — пробурчал он, и в голосе его уже не было прежней слепой ярости, скорее прозвучала обычная человеческая настороженность.

— Хорошо, давай допустим, что у меня все же возникло сильное желание, — я чуть пожал плечами, стараясь говорить как можно проще. — Не легче ли за десять серебряных снять себе девушку на ночь и не иметь никаких проблем? Тогда как за насилие над женщиной предусмотрена смертная казнь. —

Он замер, переваривая эту простую арифметику. В его глазах мелькнула искра понимания, что в этой логике было, что‑то неумолимое, почти неоспоримое своей простотой.

— Так чего тебя тогда не казнили? — спросил он уже не с подозрением, а скорее из искреннего интереса, будто хотел докопаться до сути.

— А вот это любопытный вопрос, — медленно произнёс я, задумчиво глядя, куда-то мимо него. — Особенно учитывая тот факт, что потерпевшая, старшая дочь короля… Полагаю, у этого есть лишь одно разумное объяснение: королю известно о моей невиновности. —

Эльхарт помолчал ещё несколько секунд, взвешивая мои слова, а потом медленно кивнул, будто принял какое‑то внутреннее решение.

— Так что тебе нужно, Герой Щита? — перешёл он на деловой тон, больше не задавая лишних вопросов.

— Можешь звать меня просто Лис, — сказал я, протягивая ему руку.

— Эльхарт, — коротко ответил он, крепко пожимая мою кисть.

— Ну, для начала я хотел бы скопировать все имеющиеся у тебя щиты. Сколько возьмёшь за это? — произнёс я спокойным, деловым тоном, будто речь шла о заказе партии гвоздей.

— Скопировать? — Эльхарт замер, нахмурился, и в его взгляде мелькнуло изумление. — Ты о чём вообще?

— Быстрее и проще будет показать, — ответил я и шагнул к одному из щитов.

Это был большой круглый щит, как у древнегреческих гоплитов: массивный, но сбалансированный, с узорчатой окантовкой и тусклым благородным блеском металла. На его поверхности вилась тонкая вязь символов, возможно, не просто украшение, а руны, усиливающие его.

Я коснулся щита. Холод металла на мгновение пронзил пальцы. Мысленно я выбрал команду «скопировать», и в тот же миг что‑то щёлкнуло, словно в груди провернулся невидимый механизм и часть моих характеристик немного подросла, а в сознании мягко вспыхнули новые строки: бонус к защите от древкового оружия, который теперь распространялся и на мою будущую группу. Когда я активировал его, щит на моей руке стал точная копией круглого щита, а ко мне пришло новое умение, парирование атак копьём и схожим с ним оружием. Это чувство было странным: будто в мышцах пробудилось забытое знание, древнее и надёжное, как сама сталь, словно сотни поколений воинов, державших такие щиты, оставили в нём свой тихий шёпот.

Эльхарт удивлённо охнул. Его глаза расширились. Он смотрел, как на моей руке возникла реплика того самого щита, вплоть до мельчайших деталей. Даже тень узора легла так же, как на оригинале.

— Это… как ты это сделал? — выдохнул он, и в голосе было только искреннее изумление человека, который привык полагаться на силу рук и жар горна, а тут вдруг столкнулся с чем‑то, что не укладывалось в привычные законы ремесла.

— Все герои так могут, — пожал я плечами, стараясь держаться непринуждённо. — Единственное ограничение, оружие должно быть однотипным. Так что я смогу скопировать у тебя только щиты, — пояснил я чуть менторским тоном, будто речь шла о чем то заурядном.

— Так вот почему те трое перетрогали всё моё оружие, но так ничего и не купили, — раздосадовано процедил Эльхарт и в сердцах стукнул кулаком по стойке.

— Вот поэтому в своих подсчётах учти мою честность и то, что оригиналы останутся у тебя, — произнёс я с вкрадчивой улыбкой.

Он помолчал, потом махнул рукой:

— Ладно. Пятнадцать серебряных, и копируй всё, что найдёшь. —

— Идёт, — коротко бросил я и выложил монеты на стойку. — И ещё мне нужно будет заказать у тебя два специфических щита. Если у тебя таких не окажется… —

— У меня чего‑то не найдётся?! — тут же вспыхнул Эльхарт, словно я задел его профессиональную гордость. — Парень, у меня лучшая лавка в городе! —

Я лишь пожал плечами.

— Мой заказ будет весьма специфическим, — спокойно пояснил я.

— Что ж, мне уже любопытно, — хмыкнул он и, махнув рукой в сторону стеллажей добавил. — Иди, занимайся. —

Я направился к ближайшему стеллажу со щитами. Спустя некоторое время я уже стоял в дальнем углу лавки и разглядывал щит из шкуры виверны. Чешуйки на нём ярко переливались в свете факелов.

В этот момент дверь лавки распахнулась. Вошёл Мотоясу в окружении своих спутниц. Заметив меня, он скользнул по мне презрительным взглядом, будто увидел что‑то неприятное, но недостойное даже слов, и демонстративно отвернулся. Я лишь чуть прищурился, но не стал тратить на него ни эмоций, ни слов.

Снова уставился на щит. Через какое‑то время я почувствовал, что рядом кто‑то стоит. Повернув голову, увидел Малти, она стояла справа от меня, чуть склонив голову.

Ничего не сказав, я снова уставился на щит, водя взглядом по причудливым узорам. Малти, зашла с другой стороны и встала слева. Я шумно выдохнул.

— Малти, ну что ты ходишь вокруг меня, как кошка вокруг сметаны? — Не выдержал я.

— Интересная вещица, — спокойно ответила она, проигнорировав мой вопрос.

Я улыбнулся и, не удержавшись, сунул ей щит прямо под нос и нарочно ехидным тоном произнес:

— Щит из шкуры с жопы дракона. —

Принцесса тут же брезгливо отодвинула щит кончиком указательного пальца, будто боялась испачкаться, и посмотрела на меня взглядом, в котором так и читалось: «Ты вообще нормальный?»

Я не выдержал и тихо рассмеялся.

— Да это просто шутка из моего мира, — сказал я, всё ещё улыбаясь. — Из одного очень забавного фильма. —

Малти лишь хмыкнула, будто не собиралась признавать, что хоть немного развеселилась.

— Так что ты хотела мне сказать, Малти? — спросил я уже спокойнее, убирая щит обратно на полку и поворачиваясь к ней.

Она чуть помялась, подбирая слова, потом тихо, чтобы никто лишний не услышал, произнесла:

— Лис… Завтра Мотоясу уходит из столицы… И мы, может, не скоро увидимся… Я… Я хочу, чтобы этой ночью… — она осеклась, нахмурилась и скрестила руки на груди, словно пыталась упрятать в этом жесте всю свою неловкость. — Блин, не заставляй меня произносить это вслух… —

— Не продолжай, я всё понял, — оборвал её я. В груди шевельнулось что-то тёплое и одновременно тревожное. «Ох, чувствую, из этого не выйдет ничего хорошего», пронеслось в голове. Но вслух я сказал твёрдо, стараясь не дать голосу дрогнуть:

— Малти, я уже говорил: после твоего поступка я не смогу относиться к тебе как прежде. —

— Я и не прошу относиться ко мне как прежде, — прошептала она, — Я лишь прошу тебя быть со мной этой ночью… — и в этом тихом голосе было столько уязвимости, что у меня невольно сжалось сердце. Хотелось просто обнять её, погладить по голове, сказать, что всё будет хорошо. «Ох, чувствую, что я об этом пожалею», снова мелькнула мысль. Но кто бы на моём месте устоял?

— Сегодня вечером я собираюсь засесть за чертежи и химические расчёты, — сдержанно ответил я. — Смогу прийти разве, что поздно ночью. И только если мы остановимся в одной гостинице. —

Она чуть прищурилась.

— А где ты остановился?

— В той же, где мы ночевали с тобой, — спокойно ответил я.

— Хозяин небось берёт с тебя втридорога? — ехидно поддела она, приподняв бровь.

— Нет, — я покачал головой. — Он сделал мне скидку. Плачу полцены. —

— Что?! Этот скряга? Но как? — возмущённо воскликнула она.

Я чуть наклонил голову, коварно улыбнулся и посмотрел ей прямо в глаза:

— В его таверне изнасиловали принцессу. Бедная девушка кричала, звала на помощь, но никто не помог. Выходит, хозяин гостиницы сообщник. Я лишь вежливо намекнул, что скажу стражникам, будто он мой подельник… Ну а дальше сама догадаешься. Ты ведь не глупая. —

— И этот человек ещё меня осуждает… — саркастично протянула она, прижав ладонь к переносице, будто пыталась удержать то ли смех, то ли раздражение.

Я лишь улыбнулся.

— Кстати, принцесса, можешь сделать для меня одну вещь? — уже без шуток, серьёзно спросил я. — Мне нужен песок из песочных часов Эпохи Дракона. —

— Хочешь услугу взамен за ночь? — тут же поддела она, и в голосе снова звякнул знакомый ехидный огонёк.

— Малти, ты прекрасно знаешь, что я до такого не опущусь, — спокойно возразил я. — Если хочешь помочь, я это запомню. Если нет, ничего страшного, справлюсь сам. Просто мне не хотелось бы выяснять отношения с монахинями и ломать им пальцы ради этого песка. —

Она замерла на секунду, потом медленно кивнула:

— Хорошо, Лис. Я помогу. —

Я улыбнулся ей, на этот раз по-настоящему, тепло, без масок и подвохов.

— Спасибо, принцесса, — искренне поблагодарил я.

Тут к нам подошёл Мотоясу, видимо, только сейчас заметил, что я разговариваю с Малти. Лицо у него было напряжённым, плечи подняты, взгляд острый.

— Он к тебе пристаёт, Малти? — резко бросил он.

Но я ответил за принцессу, спокойно, с едва уловимой насмешливой интонацией.

— Ну что ты, Мотоясу. Разве я посмею обидеть её, пока ты рядом?

Он, похоже, так и не уловил сарказма.

— Вот именно! — твёрдо произнёс он и, обняв Малти за плечи, увлёк её за собой. Она бросила на меня короткий взгляд и позволила себя увести.

Я лишь пожал плечами и, не теряя времени, перешёл к следующему щиту. Когда копирование было завершено, я снова подошёл к стойке.

— Что? Не нашёл? — Тут же спросил Эльхарт. — Ну, рассказывай уже. Мне и самому интересно.

Я на секунду задумался, подбирая слова, и спокойно начал объяснять:

— На самом деле ничего сложного. Первый щит должен быть совсем маленьким, буквально как большой браслет или небольшой наруч. Материал и характеристики не особо важны, но если подберёшь что‑то добротное, я не против. —

— И зачем тебе такая безделица? — искренне удивился он, склонив голову.

В ответ я поднял руку, демонстрируя свой щит, тяжёлый, громоздкий, явно не созданный для отдыха.

— Думаешь, удобно спать с такой бандурой на руке? Я могу его перемещать по телу, например убрать за спину, но снять его, даже на ночь, не получается, — пожаловался я.

Эльхарт помолчал, потом медленно кивнул.

— Хорошо, задачу я понял. А второй щит, что из себя представляет?

— Давай я набросаю рисунок, — предложил я, доставая из рюкзака блокнот и ручку. — Так будет проще объяснить некоторые нюансы. Кстати, — небрежно бросил я, будто мысль только что мелькнула, — глядя на тебя, я подумал, что в молодости ты наверняка был авантюристом. Не расскажешь про подземелье возле деревни Лафан, пока я рисую?

Он чуть усмехнулся, и в этой усмешке мелькнули старые воспоминания.

— Всё верно, — кивнул он, наблюдая, как на бумаге проступают первые контуры. — Что именно хочешь знать?

— Размер, какие монстры, лут. — Коротко ответил я, продолжая рисовать. На листе постепенно вырисовывался пятиугольный щит, а в нижней его части я намечал три небольших клинка, словно когти росомахи. «Надеюсь, Логан не обидится на этот маленький плагиат», с лёгкой улыбкой мелькнуло у меня в голове.

Пока я рисовал, Эльхарт рассказывал. Подземелье оказалось не слишком большим, всего три этажа, так что, возможно, его удастся пройти целиком за один заход. Враги, обычные скелеты, третьего-пятого уровней. Поодиночке они не представляли серьёзной угрозы для любого хладнокровного человека, но вот с толпой мог справиться уже только опытный боец ну или группа молодых авантюристов. Хозяином подземелья значился рыцарь‑скелет, не особо высокого уровня, однако статус главного босса давал трёхкратный бонус к опыту за его убийство. Что до лута, то он был довольно скромным, с рядовых скелетов выпадало от двух до пяти медных монет, и то не всегда. Изредка попадалось, что‑то более ценное, но по-настоящему стоящие вещи можно было добыть только из босса.

Когда Эльхарт закончил рассказ, я как раз поставил последнюю линию и отложил ручку.

— Смотри, — я снова склонился над чертежом, водя пальцем по бумаге. — Соотношения размеров должны быть такими, чтобы основания клинков начинались ровно на уровне костяшек сжатого кулака. С обратной стороны, на уровне кисти, нужно сделать удобную рукоять, зажав которую в руке, я смогу жестко зафиксировать нижнюю часть щита с клинками над своим кулаком.

Я бросил взгляд на кузнеца, но он лишь коротко кивнул, давая понять, что всё ясно, и ждал продолжения.

— И ещё вот эти углы, — я указал на углы альфа и бета на чертеже, — должны быть равны. —

— А это зачем? — удивлённо спросил он, наклоняясь ближе и вглядываясь в линии, будто искал в них скрытый смысл.

— А разве не очевидно? — я чуть улыбнулся, намеренно растягивая паузу. — Для красоты, Эльхарт. —

Он на мгновение замер, потом фыркнул, будто сдерживая смешок, и покачал головой, снимая мерки с моей правой руки.

— Но в целом можешь менять форму и размеры щита, если посчитаешь нужным, — добавил я. — Всё же эффективность для меня важнее эстетики. Полностью тебе доверяю в этом вопросе.

Эльхарт лишь задумчиво кивнул.

— И ещё, — продолжил я. — Мне нужно сделать у тебя срочный заказ, который нужен уже завтра вечером. Такой же щит, как тот, что с клинками, но вместо острых лезвий нужно смонтировать что‑то ударно‑дробящее, вроде кастета. Например, утяжелённую пластину с четырёхгранными шипами в виде пирамидок на ударной части. Только угол схождения граней сделай где‑то 80-90 градусов, чтобы исключить вероятность застревания шипов в противнике. —

Он чуть прищурился, будто уже видел этот щит не на бумаге, а в металле.

— Собрался в то подземелье? — понял он по моему заказу.

Я лишь утвердительно кивнул.

— Хорошо, — перешёл он на деловой тон. — Приходи завтра примерно в это же время, будет тебе ударный щит. А по поводу остальных двух сделаю их дня через четыре.

— Отлично! — отозвался я. — Как раз собирался зайти к тебе с утра на пятый день, считая с завтрашнего, по важному делу. —

Он бросил на меня вопросительный взгляд.

— Долго объяснять, сам потом всё увидишь, — отмахнулся я с лёгкой улыбкой. — А сейчас у меня к тебе последнее дело на сегодня. —

С этими словами я снял куртку и протянул её Эльхарту.

— Оцени, пожалуйста, её защитные свойства. —

Он взял её без особого энтузиазма, не ожидая от обычной ткани каких то выдающихся защитных свойств.

— С виду обычная ткань, хоть и необычной расцветки, — произнёс он, проводя пальцами по поверхности. — Только подкладка, похоже, из более плотной материи. —

После этих слов я загадочно улыбнулся. Эльхарт, заметив мой взгляд, нахмурился, потом достал из‑за пазухи небольшое магическое устройство, похожее на обычную лупу, только с чуть мерцающими по ободу рунами. Он поднёс его к куртке и посмотрел сквозь него.

Его лицо в одно мгновение изменилось: брови взлетели вверх, глаза расширились, а пальцы крепче сжали ткань.

— Да у неё защита как у хорошей кольчуги! — изумлённо выдохнул он. — Но как? Я не чувствую внутри кольчужного полотна, ни на вес, ни на ощупь… —

— Потому что его нет, — спокойно ответил я, забирая куртку и снова надевая её. — Сверху и правда, обычная ткань, тут ты прав. А вот подкладка из специального материала, который называется кевларовая ткань. Именно она и даёт такую защиту. —

Лицо Эльхарта приняло задумчивое выражение.

— Не пытайся вспомнить, — мягко сказал я. — Это материал из моего мира. Лучше скажи: до какого уровня я могу спокойно ходить в этом костюме? —

Он помолчал ещё секунду, будто взвешивал, как цифры, так и саму суть этой защиты, потом уверенно кивнул.

— До тридцатого уровня ходи смело. А если захочешь, я могу вшить сверху дополнительные защитные пластины — тогда и после тридцатого можно будет не бояться серьёзных ударов. —

— Ясно, — кивнул я. — Благодарю, Эльхарт. Мне пора. До завтра.

— Угу, иди, парень, — буркнул он, уже возвращаясь к своим делам. — Мне тоже работать нужно. —

Я вышел на улицу. День уже клонился к вечеру, и длинные тени домов ложились на мостовые, превращая узкие улочки в прохладные сумрачные коридоры.

«В храм за песком из Драконьих Часов можно было уже не идти, лучше положусь в этом вопросе на Малти., — подумал я. — В крайнем случае это пока терпит».

И я направился в гостиницу, чтобы засесть за чертежи и химические расчёты. По дороге взгляд зацепился за небольшое ателье. Недолго думая, я зашёл внутрь и купил запасной комплект одежды. Купил себе костюм достаточно красивый что бы в нем можно было ходить по гостинице и вместе с тем достаточно удобный что бы стать моей пижамкой. К нему я добавил удобные мужские тапочки, мелочь, а приятно.

Ещё четверть часа неспешной ходьбы, и вот передо мной знакомая вывеска гостиницы. Я вошёл и сразу направился к своей комнате, лишь на мгновение задержавшись у стойки трактирщика.

— Ужин принесите в комнату, — попросил я, так как не желал отвлекаться от работы. — И натаскайте воды, хочу помыться.

Трактирщик кивнул, привычно поправил фартук и принялся отдавать распоряжения служанкам.

В комнате я первым делом снял рюкзак и разложил вещи. Потом подготовил рабочее место: разложил на столе бумагу, карандаш, линейку, всё, что нужно, чтобы линии ложились ровно, а расчёты не сбивались.

Когда девушка, принёсшая последнее ведро с водой, уже собиралась уходить, я окликнул её:

— Зайди, пожалуйста, через час, забери грязное бельё на стирку. —

Она снова кивнула и тихо выскользнула за дверь.

Я быстро помылся, переоделся в чистое, а грязную одежду аккуратно собрал в кучу, не забыв вытряхнуть из карманов всё ценное. Наконец, усевшись за стол, я погрузился в работу.

С типом оружия я уже определился: гладкоствольный револьвер. Оставалось решить вопрос с калибром. И в этом вопросе я склонялся к крупному.

Да, у такого решения были минусы. Взять хотя бы Smith & Wesson 500 калибра .50 (12,7 мм): для большинства людей он неудобен из‑за сильной отдачи, так как требует силы и опыта. Но я уже стоял на пике своих прежних физических возможностей, а с повышением уровня становился только сильнее, так что это для меня со временем перестанет быть проблемой.

К тому же оружие мне предстояло использовать в первую очередь против монстров и порождений волн, а там мелкий калибр почти бесполезен. Против людей, конечно, удобнее воевать чем‑то менее мощным, но применять револьвер в таких стычках я собирался лишь в крайнем случае. «Но это не точно», усмехнулся я, поймав себя на мрачной шутке.

Решено: гладкоствольный револьвер калибра 14 мм. Компоновку возьму как у тульского револьвера РШ‑12 калибра 12,7 мм, со стволом в нижней части барабана. Такое расположение смещает вектор силы отдачи вниз, ближе к руке, уменьшая подбрасывание ствола вверх при выстреле. Это даст мне больше контроля в бою.

Что ж, начнём с простого. Сперва, чертёж штатного патрона со стальным сердечником. Потом набросаю варианты экспансивных пуль. А отдельно, патроны с дробью, чтобы было чем встречать летающих противников.

Я взял карандаш и провёл первую линию. Она легла ровно, уверенно, будто сама знала, куда ей нужно идти. И в этот момент весь мир будто сжался до размеров листа бумаги, только линии, углы, расчёты и чёткое понимание: каждый штрих сейчас важнее любых слов.

Где‑то через полчаса я успел накидать лишь основные контуры пули со стальным сердечником, пока только скелет идеи, но уже угадывались её сила и назначение. В этот момент в комнату зашла служанка, за бельём на стирку. Не отрываясь от работы, я протянул ей десять медных монет, приготовленных заранее.

— Спасибо, — тихо сказала девушка, чуть склонив голову.

— Это просто благодарность за твою работу, — ответил я, на секунду повернувшись к ней. — Кстати, зелёный костюм нужно стирать без мыла, недолго и не отжимать. Там специальный материал, он чувствителен к стирке. —

— Материал? — удивилась она, задержав взгляд на куртке. — Это благодаря ему тот рыцарь не смог ранить вас, когда резанул мечом по рёбрам? —

— Да, — коротко ответил я, проводя очередную линию. — Он называется кевлар. —

Служанка подошла ко мне со спины и заглянула через плечо, не скрывая любопытства.

— А что вы рисуете, Герой Щита? Это какое‑то оружие? — спросила она с наивным, слегка наигранным любопытством...

Я усмехнулся, не отрываясь от чертежа.

— Тебя зовут случайно не леди Элиана? — пошутил я, жаль только девушка не оценит моего юмора, так как не знает контекста…

Продолжая чертить, я почувствовал, как служанка отошла, села на кровать и шумно выдохнула.

— Как, Лис? — в её голосе смешались удивление и возмущение. — Как ты опять меня узнал? —

От неожиданности я чуть не выронил карандаш, а лицо само собой вытянулось в изумлённую маску. Я никак не ожидал, что моя случайная шутка буквально попадёт в цель. Но уже через мгновение я взял себя в руки и, натянув свой лучший «покерфейс», повернулся к девушке.

— Запомнил твою походку, — спокойно соврал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — К тому же я впервые вижу столь любопытную служанку. Обычно они не задерживаются у двери и уж тем более не заглядывают через плечо к постояльцам. —

Она фыркнула, скрестив руки на груди, и в этом жесте было столько уязвлённого достоинства, что я едва сдержал улыбку.

— У тебя наверняка есть вопросы, Элиана? — спросил я, чуть наклонив голову. — Предлагаю обмен: я отвечу честно на два твоих вопроса. Без обмана и без уловок. —

— А взамен? — подозрительно прищурилась она, не торопясь соглашаться.

— Взамен ты обязуешься ответить на два моих. Всё честно, без подвохов, — улыбнулся я.

Она помолчала, взвешивая условия, потом коротко кивнула.

— Хорошо. Вопрос первый: что за оружие ты хочешь сделать? —

Я на секунду задумался, подбирая слова.

— Если честно, не люблю хвастаться тем, чего ещё не сделал. — Начал я, глядя ей прямо в глаза. — Легко прослыть пустозвоном, если задумка не выгорит. Поэтому скажу так: если всё получится, я создам огнестрельное оружие, похожее на фобрейский мушкет, только лучше. Мои пули будут стабильнее в полёте, с большей пробивной способностью и убойной силой. А само оружие, более скорострельное и точное. Но основной принцип работы останется прежним: порох, воспламенение, выстрел. Просто моя модель будет совершеннее. —

Элиана слушала, чуть склонив голову, когда я закончил, она медленно кивнула, понимая, что это не пустая фантазия, а чёткий план.

Я не стал ждать, пока она переварит услышанное, и тут же задал свой вопрос, ловко совместив два вопроса в одном:

— Ты организовала тотальную слежку за мной по приказу королевы?

— Никакой тотальной слежки, Лис, — спокойно ответила она, не отводя взгляда. — Я и ещё две девочки просто иногда приглядываем за тобой. И я лично докладываю королеве обо всём, и ничего более. А насчёт приказа присмотреть за тобой… Ты должен понимать, что должность королевы обязывает ко многим вещам... —

— Да я не в обиде, Элиана, — успокоил я девушку. — Я достаточно умный мальчик, чтобы понимать такие вещи. —

— И вообще, — добавил я, чуть понизив голос, — если в будущем возникнут какие-то непонятные ситуации, просто подойди ко мне, и мы всё обсудим. —

— Хорошо, — сказала она с некоторым согласием в голосе. — Кстати, о непонятной ситуации мой второй вопрос. Я не сомневаюсь в твоей невиновности, но на суде ты сделал неоднозначное заявление о том, что хорошо запомнил запах принцессы. Что на самом деле произошло между вами той ночью? —

Я облокотился на спинку стула, и взгляд мой на мгновение ушел куда‑то вдаль, туда, где остались не события, а ощущения: тёплый, тусклый свет от свечей, тихий шёпот, чувство, что время на миг остановилось.

— Это была потрясающая ночь, — тихо начал я, — наполненная такой нежностью… и такой страстью, что я бы, наверное, влюбился в Малти, если бы не то, что случилось утром. И я могу поклясться чем угодно: между нами не было никакого насилия. Была небольшая хитрость с моей стороны. Но я не принуждал её силой. —

— Я тебя поняла, Лис, — спокойно проговорила Элиана, и в её тоне не было осуждения. — А что за хитрость? — Зацепилась она за мою оговорку.

— Извини, Элиана, — я твёрдо посмотрел ей в глаза. — Это только между мной и Малти. Как и всё, что она рассказала мне той ночью. Я никогда не выдаю секретов людей, которые мне доверились. —

— Так ты узнал о предстоящем суде ещё ночью? — вдруг воскликнула она, будто сложила в голове кусочки мозаики.

Я лишь пожал плечами, не подтверждая и не отрицая. Пусть додумывает сама, я и так сказал больше, чем планировал.

— Теперь моя очередь задавать вопрос, — сказал я, меняя тему. — В какой комнате отдыхает Малти?

На этот раз Элиана нахмурилась по-настоящему.

— Напротив твоей комнаты, — неохотно ответила она. — Но я бы тебе не советовала…

— Что бы ты ни думала о принцессе, она не станет подставлять меня без веской причины, — спокойно возразил я. — Так что не думаю, что это ловушка. —

— Как знаешь, Лис, — тихо произнесла она. — Я тебя просто предупредила. —

С этими словами она взяла мои вещи и, бросив медные монеты мне на стол, вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

А я снова сел за стол, расправил лист плотной бумаги и наконец‑то начал чертить стальной сердечник внутри пули. Линии ложились ровно, углы сходились чётко, и с каждым штрихом идея становилась не просто мечтой, а чем‑то осязаемым. Затем ещё полтора часа я потратил на гильзу, выверяя каждый миллиметр, чтобы она не застревала в барабане после выстрела.

Ещё через час я начертил патрон целиком.

На мгновение я замер, разглядывая свой чертёж. Он выглядел… правильно. Не как фантазия, а как настоящая инженерная мысль, готовая воплотиться в металле и порохе.

И тут, повинуясь какому‑то интуитивному наитию, словно тихий голос подсказывал, что делать, я свернул лист в тугую трубку и осторожно поднёс к щиту, будто пытался скормить его этому странному артефакту. К моему удивлению, камень в щите вспыхнул мягким зелёным светом, а чертёж бесследно растворился. И в моём интерфейсе тут же появился новый щит: «Малый щит ремесленника».

Условия открытия были чётко прописаны: 10‑й уровень и ещё девять чертежей, причём обязательно созданных собственноручно. Список уже доступных чертежей можно было посмотреть прямо сейчас, пока он состоял всего из одного пункта:

1) Унитарный бронебойный патрон со стальным сердечником, калибра 14 мм.

Я нажал на строку, и тут же высветился перечень материалов, необходимых для крафта: медь, бронза, свинец, сталь, гремучая ртуть и пироколлодийный порох.

В голове тут же вспыхнула новая идея. Я снова взялся за чистый лист, но на этот раз вместо чертежа выводил аккуратные формулы химических реакций, подробно расписывая каждый этап технологического процесса создания пироколлодийного пороха. Слова и цифры ложились на бумагу уверенно, будто сами знали своё место.

Пока я работал, служанка тихо принесла ужин. Я едва оторвался от записей, чтобы быстро проглотить еду, почти не замечая вкуса, мысли были целиком поглощены расчётами. Поскольку я лишь фиксировал уже известные мне процессы, задача оказалась куда проще, чем создание чертежа. Всего пара часов, и к одиннадцати вечера работа была завершена.

Получившийся лист с химическими формулами и детальными описаниями я тоже «скормил» щиту. В интерфейсе тут же возник ещё один щит: «Малый щит алхимика». Условия его открытия были схожими: 10‑й уровень и десять собственных химических рецептов. С учётом только что добавленного мне оставалось создать ещё девять рецептов.

А самое интересное: если открыть оба щита, они вместе разблокировали целую ветку развития «инженера‑ремесленника», в которой было ещё очень много интересного. Странно, что предыдущие герои никогда её не прокачивали…

Я задумчиво потёр подбородок. Да, эти щиты не давали прибавки ни к характеристикам, ни к защите, вообще никаких прямых бонусов. Но, чёрт возьми, это ведь и без того если и не имба то совсем близко к этому. А всё, что требовалось это обширные знания и хорошая фантазия.

Потянувшись, я отложил карандаш и листы, чувствуя приятную усталость после напряжённой работы. Пожалуй, на сегодня хватит. К тому же я кое-что обещал принцессе, а заставлять девушку так долго ждать было бы совсем не по-мужски. При этой мысли на губах сама собой появилась хитрая улыбка.