Сожаления Беллатрисы Лестрейндж (гет)

Гестия Джонс остановилась только тогда, когда окончательно перестала чувствовать за спиной погоню. Легкие горели, ноги дрожали, а сердце колотилось так сильно, будто пыталось вырваться из груди.

Она чудом осталась жива.

Когда Ремус Люпин начал выкрикивать одно Смертельное проклятие за другим, Гестия успела наложить на себя дезиллюминационные чары и выскользнуть из штаб-квартиры. Она отделалась лишь порезом.

Уже снаружи Гестия увидела, как здание поглотил Адский огонь.

Это было самым страшным зрелищем в ее жизни.

Все знали, что Люпин постепенно разваливается после гибели друзей, но никто не ожидал, что он сорвется до такой степени.

Теперь Гестия находилась в маленьком убежище, которое оборудовала заранее на случай, если придется исчезнуть. Здесь были запас еды и воды, инструменты из магазина близнецов Уизли, запасная палочка и странная магловская штука, которую Артур Уизли называл «телефоном».

Гестия произносила это слово осторожно. Магловская техника никогда не была ее сильной стороной.

Устройство лежало здесь исключительно на крайний случай. Из знакомых Гестии телефоны имелись у Гермионы Грейнджер, семьи Уизли и, насколько она знала, у близнецов.

А связаться ей нужно было именно с близнецами.

После ухода из Ордена те создали собственное сопротивление — «Армию Поттера». Причины их разрыва с Орденом Гестия толком не знала.

Теперь перед ней оставалось два варианта.

Первый: сидеть в убежище, никому не показываться и ждать конца войны.

Второй: присоединиться к «Армии Поттера» и передать то, что она так и не успела сообщить Ордену.

Сведения о новом хоркруксе Волдеморта.

Если сопротивление сумеет найти и уничтожить его, Темный Лорд вновь станет смертным.

Гестия долго смотрела на телефон.

Хочу выжить — останусь здесь. Хочу помочь закончить войну — позвоню.

Она выбрала войну.

Дрожащими пальцами открыла записную книжку, нашла номер близнецов и набрала.

Гудки тянулись мучительно долго.

Наконец трубку сняли.

— Алло, — произнес знакомый высокий холодный голос. — Говорит Лорд Волдеморт. Через несколько минут мои Пожиратели смерти прибудут за вами. Пожалуйста, не принимайте это на личный счет.

Лицо Гестии стало белым.

Дома у Гарри

Гарри храпел так громко, что, по мнению Беллатрисы, дом имел все шансы развалиться. В третий раз за день он растянулся на диване и заснул.

Беллатриса пыталась читать. Каждый раз, когда Гарри наконец затихал, она успевала пройти несколько строк — и тут же раздавался новый оглушительный храп. Она долго выбирала между ведром воды и Круциатусом. Круциатус показался чрезмерным. Вода — вполне воспитательной мерой.

Беллатриса подкралась, направила палочку и окатила Гарри с головы до ног. Он подскочил. Первое, что увидел, — хохочущую Беллатрису с палочкой в руке. Второе — собственную промокшую одежду.

— Это было обязательно?

Она наконец перестала смеяться.

— Разумеется. Ты своим храпом повреждал мне барабанные перепонки и мешал читать.

Гарри вытер воду с лица.

— Лучше, чем твои вопли во сне.

Улыбка Беллатрисы исчезла.

— Прости, что меня каждую ночь мучают воспоминания о моей жизни.

Гарри, все еще раздраженный, ответил прежде, чем подумал:

— И правильно. Я впустил тебя в свой дом, но всему есть предел.

Беллатриса застыла. Глаза заблестели.

— Ясно. Значит, ты больше не хочешь, чтобы я здесь жила. Спасибо за гостеприимство.

Она вышла. Гарри услышал хлопок входной двери.

— Черт.

Он аппарировал наружу почти мгновенно. И увидел то, чего меньше всего ожидал. Волдеморт стоял перед Беллатрисой и держал ее под прицелом своей палочки.

Вокруг находилось больше двадцати Пожирателей. Несколько держали пленников.

Фред и Джордж.

Гестия Джонс.

Ли Джордан.

Анджелина Джонсон.

Все были избиты и окровавлены. Они посмотрели на Гарри, и в их лицах читалась та усталость, которая появляется, когда человек уже перестает ждать спасения. Гарри понял.

Последнее организованное сопротивление уничтожено.

Орден погиб.

«Армия Поттера» обезглавлена.

Оставшиеся, вероятно, разбегутся и спрячутся. Гарри не мог их за это осуждать. Незадолго до этого Гермиона прислала Патронуса с отчаянным сообщением: штаб Ордена атакован невидимым врагом, счет идет на секунды.

Но увидеть теперь еще и это оказалось слишком. Гарри хотелось лечь прямо на землю и заплакать. Он не позволил себе. Только не перед Волдемортом.

— Ну что, Поттер? — спросил Темный Лорд. — Какое тайное оружие осталось у тебя теперь? Некому больше сражаться за тебя. Даже если ты сам решишься на бой, ты проиграешь. Ты мне не ровня. Признай: война уже закончена.

Он улыбнулся.

— Я даже удивлен, что ты так и не нашел мой последний хоркрукс. Какая жалость.

Слова ударили сильнее проклятия.

Еще один?

— Но... я уничтожил все хоркруксы. Ты не мог создать новый. Ты врешь.

Гарри отчаянно хотел верить собственным словам. Но внутри уже знал, что Волдеморт говорит правду. Темный Лорд тихо рассмеялся.

— Отрицание ничего не меняет. Недавно я действительно создал новый хоркрукс. С того момента я планировал уничтожение Ордена Феникса и твоей жалкой армии. Как видишь, мне удалось.

Волдеморт медленно повернулся к Беллатрисе.

— А еще до твоего появления я наложил на нее одно маленькое диагностическое заклятие. Результат оказался весьма занятным.

Он посмотрел на Гарри.

— Беллатриса беременна. От тебя.

Несмотря на ситуацию, Гарри мгновенно покраснел. В памяти всплыла недавняя ночь. Они с Беллатрисой должны были спать. Спали они мало. И тут Гарри осознал нечто гораздо страшнее.

Он собирается ее убить.

Так же, как Джинни.

— Ты убьешь ее, да? — спросил Гарри.

Волдеморт рассмеялся, словно мысль показалась ему особенно забавной.

— Нет, Гарри. Разве я стал бы снова причинять тебе такую банальную боль? У меня есть нечто гораздо интереснее.

Темный Лорд сделал шаг ближе.

— Возможно, ты когда-нибудь выяснишь, где находится мой хоркрукс. Возможно, даже сумеешь им завладеть. Но уничтожить его не сможешь.

Гарри нахмурился.

— Именно поэтому я сейчас сам скажу тебе, что это такое.

Гарри не понимал. Зачем Волдеморту рисковать? Даже если тот уверен, что Гарри не решится уничтожить предмет, сообщать врагу местонахождение последнего якоря бессмертия — безумие. В этот момент Гарри заметил Гестию.

Она едва заметно дергала головой, пытаясь что-то подсказать. Пожиратель, державший ее, тут же упер палочку ей в бок.

— Зачем? — спросил Гарри. — Зачем говорить мне? А если я все-таки смогу его уничтожить?

Волдеморт явно наслаждался каждой секундой. Беллатриса тем временем пыталась вырваться и нападать на него при любой возможности — безуспешно.

— Поймешь через мгновение.

Он вытянул длинный бледный палец.

И указал на Беллатрису.

— Мой хоркрукс — она.

Воспоминание II

Том сидел на кровати и размышлял. Странный человек — Дамблдор, Мамблдор или как его там — только что ушел, оставив после себя слишком много вопросов. До этого Том считал себя единственным.

Особенным.

Обладающим силами, которых нет больше ни у кого. Теперь выяснилось, что существует целый мир магии, где люди способны на похожие чудеса. Почти на все. Старик намекнул, что разговор со змеями — редкий дар.

Том улыбнулся. Это можно использовать. Если завести достаточно страшную змею — такую, один взгляд на которую заставляет людей замирать, — можно будет убедить других детей стать его... друзьями.

Очень полезными друзьями. Том уже представлял годы в Хогвартсе. Он будет учиться. Тренироваться. Станет самым могущественным волшебником, которого когда-либо видела школа.

Но сначала нужна змея.

Нагини, подумал Том. Красивое имя.

Примечание автора

Надеюсь, вам понравилась глава! Я давно к ней шел и рад, что наконец добрался до этого момента. Скоро продолжу клиффхэнгер. Я не уверен, когда именно Волдеморт завел Нагини, поэтому предполагаю, что до или во время учебы в Хогвартсе.