Тот, кто тоже выжил (джен)

Письмо пришло в середине недели.

Снейп обнаружил его утром, когда вернулся с короткой прогулки по деревне. Небольшой серый конверт лежал на столе среди счетов и нескольких записок, оставленных местными жителями. Имя отправителя было выведено знакомым почерком.

Он остановился, снял пальто и некоторое время смотрел на конверт, прежде чем взять его в руки.

Гермиона Грейнджер.

Разумеется.

Он не стал вскрывать письмо сразу. Сначала убрал с подоконника пустой горшок, проверил, плотно ли закрыта дверца шкафа с ингредиентами, и только потом вернулся к столу. Конверт был запечатан обычным способом, без каких-либо дополнительных чар. По крайней мере, в этом отношении Грейнджер проявила благоразумие.

Внутри оказалось несколько страниц.

Первые строки были короткими и деловыми. Она писала, что не намерена возвращаться к их последнему разговору и не ждёт от него ответа на сказанное тогда. Затем переходила к делу.

В одном из отделений Святого Мунго находился пациент с редким осложнением после тяжёлого магического повреждения. Обычные восстановительные средства не давали результата, а стандартные зелья лишь временно сдерживали ухудшение. Целители установили, что необходим состав, способный восстановить нарушенную связь между повреждёнными тканями.

Проблема заключалась в том, что подобное зелье не существовало в готовом виде.

В старых лечебных трактатах упоминались несколько близких составов, но ни один из них не подходил для данного случая. Некоторые ингредиенты утратили свойства при современных способах обработки, другие требовали редких условий приготовления. Несколько попыток воспроизвести старинные рецептуры закончились неудачей.

Грейнджер приложила краткое описание состояния пациента, результаты обследований и список уже испробованных средств. Она не скрывала сложностей и не пыталась представить задачу проще, чем та была на самом деле.

Последний абзац был посвящён ему.

Она просила его разработать и приготовить зелье. И выражала надежду поработать вместе с ним — изучить старые рецептуры, проверить расчёты, разобраться в механизме действия и научиться готовить состав самостоятельно.

На обороте стояла приписка:

«Насколько мне известно, лишь немногие зельевары в мире способны взяться за эту работу, и я не вижу среди них никого, кто справился бы с ней лучше вас».

Снейп перечитал письмо.

Затем ещё раз просмотрел приложенные сведения.

И отложил листы на стол.

Он не сомневался в том, что задача представляла профессиональный интерес. Более того, описание некоторых процессов заставило его задержаться над страницей дольше, чем он рассчитывал. В старых рецептурах действительно имелись указания, которые могли оказаться полезными, если трактовать их не буквально. Однако это ещё ничего не означало.

Он сложил письмо и убрал его в ящик стола.

С ответом он не спешил.

Снейп внимательно изучал записи целителей, сопоставлял описанные симптомы со сведениями из старых справочников, делал пометки на полях. Некоторые ссылки требовали проверки, и тогда ему приходилось обращаться к собственным книгам, которые он забрал с собой при переезде. Однако нужных трудов среди них не оказалось. Это заставляло его вновь и вновь возвращаться к списку источников, оценивая, без каких изданий работа всё-таки не обойдётся.

С каждым разом задача становилась яснее. И сложнее.

Предложенная Грейнджер схема лечения была пока лишь гипотезой, но в ней имелась логика. Ошибка целителей, судя по всему, заключалась не столько в выборе ингредиентов, сколько в попытке воздействовать на повреждение как на обычную травму. Здесь требовалось не ускорить восстановление тканей, а восстановить саму магическую структуру, обеспечивавшую их нормальную работу.

Снейп отложил перо и потёр переносицу.

Он мог бы разобраться в этом. Вероятно, даже добиться результата. Но для этого потребовались бы время, оборудование и доступ к материалам, которых в его нынешней лаборатории попросту не имелось.

И Грейнджер.

Мысль о совместной работе с ней вызывала у него куда меньше энтузиазма, чем сама задача. Он помнил их последнюю встречу и не испытывал ни малейшего желания продолжать разговоры о прошлом. Однако в письме она не просила его о примирении, не пыталась вызвать жалость и не напоминала о том, что он обязан помочь.

Она предложила работу.

Снейп поднялся из-за стола и прошёлся по комнате. За окном начинался дождь. Он остановился у книжного шкафа, провёл пальцем по корешкам нескольких томов и вернулся к столу.

Отказ был самым простым решением. Он мог написать одно предложение, запечатать конверт и снова забыть о существовании Святого Мунго и Гермионы Грейнджер. Никто не имел права требовать от него большего.

Он снова достал письмо и перечитал последнюю страницу. Затем придвинул чистый пергамент.

Ответ занял почти час. Снейп несколько раз менял формулировки, вычёркивал лишнее и добавлял уточнения. В итоге письмо получилось достаточно подробным, чтобы исключить возможные недоразумения.

Он начал без приветственных любезностей.

Мисс Грейнджер,

Изучив предоставленные вами материалы, я готов рассмотреть возможность участия в разработке указанного зелья. Подчёркиваю: речь идёт о предварительном согласии на исследовательскую работу, а не о принятии обязательств.

Дальше следовал перечень условий.

1. Вся работа будет проводиться в моём доме. Я не намерен переезжать в Лондон, посещать Святой Мунго на регулярной основе или принимать участие в работе лечебного отделения.

2. Пациента я не встречаю. Необходимые сведения, результаты обследований и последующие наблюдения должны передаваться мне через вас в письменном виде. Любые дополнительные вопросы, требующие уточнения у целителей, также будут направляться через вас.

3. Моё имя не должно использоваться в публичных сообщениях, отчётах для прессы и иных материалах без моего предварительного согласия. Благодарности, торжественные объявления и прочие проявления общественного признания меня не интересуют.

4. Я самостоятельно определяю порядок исследований, способы приготовления и необходимые меры предосторожности. Ни руководство госпиталя, ни отдельные целители не вправе вмешиваться в этот процесс.

5. Я буду работать через вас. Я не намерен объяснять одни и те же решения нескольким сотрудникам Святого Мунго или проводить для них отдельные занятия.

После условий шёл список необходимого оборудования. Снейп составил его ещё до того, как взялся за письмо, и теперь перенёс на пергамент почти без изменений:

• набор лабораторных весов;

• два котла из серебра №3 и №5;

• комплект стеклянных сосудов для многоступенчатой перегонки;

• термометрические и магические регуляторы температуры;

• прибор для измерения устойчивости магических связей в растворах;

• набор инструментов для измельчения и разделения редких компонентов;

• шкаф с защитными чарами для хранения нестабильных ингредиентов — 3 шт;

• отдельный сейф для готовых образцов и промежуточных составов.

В конце он добавил несколько книг, без которых считал дальнейшую работу невозможной:

• «О взаимодействии магического ядра и органической ткани» Эдмунда Розье;

• «Сложные восстановительные составы: забытые методы» Агаты Уинслоу;

• «Теория устойчивых связующих эликсиров» Корнелиуса Брейса;

• «Практика алхимической перегонки» в третьем, исправленном издании.

Некоторые из этих трудов давно не переиздавались. Один, насколько он помнил, существовал всего в нескольких экземплярах. Снейп указал, что книги должны быть оригинальными изданиями либо качественными копиями с полным текстом, а не сокращёнными учебными версиями.

Последний абзац он сформулировал отдельно:

Если перечисленные условия для вас приемлемы, можете приступать к организации поставок. До получения оборудования и необходимых материалов никаких исследований, требующих практической работы, я начинать не стану.

Северус Снейп.

Он перечитал написанное, проверил список и сложил пергамент.

Ответ не означал, что он уже согласился. Он лишь обозначил границы, за которые не собирался позволять кому-либо заходить. Если Грейнджер рассчитывала на что-то иное, ей предстояло это понять сейчас, а не после того, как работа начнётся.

Снейп запечатал конверт.

Перед ним на столе по-прежнему лежали записи о состоянии неизвестного пациента, рядом — раскрытый старый трактат. Снейп взял перо и обвёл один из абзацев, который прежде показался ему несущественным.

Пожалуй, следовало проверить ещё одну гипотезу.

Он не стал думать о том, что это означало. Пока было достаточно того, что работа наконец-то обещала быть интересной.