Семь невест профессора Снейпа (джен)

Сигнальные чары на хранилище профессора Снейпа сработали в то мгновение, когда его вызвала к себе директриса. Он и без того был в растрепанных чувствах, чтобы бежать с проверкой сразу же. Затем его посетила мысль, что негодяй, кем бы он ни был, сейчас сидит в запечатанном хранилище и жутко боится расплаты. Кровожадно усмехнувшись, профессор решил не спешить.

Северус разглядывал Люциуса и недоумевал, как мог не узнать его с первого взгляда. Аристократ до мозга костей, Малфой-старший, и в тюремной робе ухитрялся выглядеть так, будто он в карнавальном костюме на балу по случаю рождения наследника королевских кровей. Причесочка вот только подкачала... Снейп тихо фыркнул — уж очень забавно выглядел старинный приятель. Кто бы мог подумать, что у него так торчат уши. Но наживать врагов не хотелось, поэтому все язвительные комментарии Северус оставил при себе.

— Люциус, а вина какой части Франции ты предпочитаешь в это время суток?

— Beaujolais, Vins Delimites de Qualite Superieur*

— А с какого склона?

— Все не наигрался, Северус? Лучше озаботься моей одеждой. Самое время послать сову в мэнор. Кстати, есть новости о Цисси?

— С ней все хорошо. А Драко здесь.

— В замке? Замечательно! Но я не могу предстать перед сыном в таком... нелицеприятном виде. Тебе придется позаботиться о моих волосах.

— Слушаю и повинуюсь!

— Язва! Проверь, готова ли ванна.

— Люц, я не собираюсь тебе прислуживать!

— А я и не прошу. Просто не хотелось бы, чтобы ты каждый раз напрягался, когда я нарушаю границы твоего неприкосновенного личного пространства. Я просто даю тебе возможность убрать там все лишнее. Чего бы ты не хотел мне показывать...

— Люц, у меня там нет ничего лишнего!

— Ты меня поражаешь, Сев... ну как ребенок, честное слово. В твоем возрасте уже не стоит комплексовать из-за своих предпочтений. Да и вообще, мог бы уже как-то устроить себе...

— Люц! — Если бы взглядом можно было убить, то Северус испепелил бы приятеля именно этим взглядом.

— Ладно. Шутки кончились. Давай мне свой халат, я пойду релаксировать. И ты мне не сказал, где я буду жить.

— Еще покажу, — с этими словами Северус отправился инспектировать свое хранилище.

По дороге он посетил совятню, побеседовал с Филиусом о карточных играх, порасспросил Филча — не замечал ли тот чего странного, — снял тридцать пять баллов с Гриффиндора и пятнадцать с Райвенкло, проверил, все ли нормально на Астрономической башне, узнал, хватает ли зелий в больничном крыле... Он очень надеялся, что неизвестный злоумышленник, запертый в хранилище, за это время поседеет.

* * *

Неизвестные злоумышленники коротали время в приятной беседе. Им было, что вспомнить и о последней битве, и о занятиях ОД в комнате по требованию, и о мозгошмыгах. Давно известно, что темнота и неизвестность сближают. Невилл поймал себя на том, что впервые в жизни так легко и свободно общается с девушкой. С симпатичной девушкой. С очень и очень симпатичной девушкой. И когда Луна зябко повела плечами, он с замиранием сердца обнял ее, пытаясь согреть. Она доверчиво положила голову ему на плечо. Сердце стучало уже где-то в горле, ладони вспотели... Они оба неловко замолчали, и Невилл понял, что сейчас должно произойти. Он потянулся к девушке...

— И кто тут у нас такой смелый? — громкий голос Ужаса Подземелий ворвался в кладовку одновременно со слепящим потоком света.

— Добрый день, профессор.

— Лонгботтом? Лавгуд? Вы что, места другого не нашли?

— У вас здесь ми-и-ило, сэр. В вашей кладовке живет дух богини любви Эйн... Я слышала ее шепот... — с этими словами Луна обошла неподвижно стоящего профессора и гордо прошествовала по коридору.

Снейп, казалось, лишился дара речи, но потом его взгляд сфокусировался на втором виновнике вторжения, и профессор зашипел:

— Прекрасно, мистер Лонгботтом! Вы теперь специализируетесь по взлому дверей?

— Профессор, дверь сама открылась...

— Неужели?!

— Я сказал пароль, и она открылась.

— И какой же пароль?

— Лирный корень.

— Кто вам его сказал?

— Сэр, я сам его придумал. Для своей комнаты...

— Только вы, Лонгботтом, обладаете такой потрясающей удачливостью. Но даже она не покроет ваше скудоумие! Это же не ваша комната! Зачем вы произносили пароль здесь?

— Я забыл, как выглядит дверь в мою комнату... Они здесь все одинаковые!

— Лонгботтом, вы дальтоник?

— Сэр? Я не понял вопроса...

— Да или нет?

— Нет!

— Отлично! Ваша дверь за поворотом. С этого мгновения она будет ярко-оранжевого цвета. Различите?

— Да, сэр.

— И чтобы вам впредь было неповадно, я свое хранилище закрою заклинанием мышеловки. Слышали про такое?

— Как в «Гринготтсе»... Зайти можно, выйти нельзя.

— Вот именно! И посмотрим, кто еще сюда попадется.

Профессор начал чертить в воздухе руны, бормоча что-то на латыни, а удрученный Невилл отправился искать оранжевую дверь.

* * *

Северус нашел Люциуса у камина в своем кресле, в своем халате, в своих тапочках, со своим стаканом в руках... В стакане плескалось любимое виски профессора. Бутылка была практически пуста, а на приятеля накатило философское настроение.

— Что ты думаешь об аграрной реформе, Сев?

— Я о ней не думаю!

— Зря...

— Знаешь, Люциус, мне не терпится заняться твоими волосами и устроить тебя в твоей комнате. Твои вещи уже там. Пошли в лабораторию, у меня мало времени.

— А что мы будем там делать?

— Я дам тебе зелье, и ты будешь втирать его в голову...

— Но я сейчас не в состоянии о себе позаботиться... Сев, давай, ты будешь мне втирать, а я клятвенно обещаю не мешать. Только, ради Мерлина, убери там чашку своей ассистентки. Если вы с ней уже сделали распитие кофе традицией, то почему это должно нарушать порядок... Молчишь, Сев?

— Пошли уже.

* * *

Когда Гермиона подошла к лаборатории, она поняла, что там кто-то есть. Приблизившись, она начала различать голоса. Северус и... Малфой?.. Гермиона приложила ухо к двери и прислушалась:

— О, Сев, тебе кто-нибудь говорил, что у тебя божественные руки...

— Скажи ты...

— О-о-о, как мне нравится... Пониже, пожалуйста... Здесь...

— Люц, перестань!

— Ты такой стеснительный, Сев? А?

— Люц...

Внезапно осознав, что стала невольной свидетельницей интимной жизни своего куратора, Гермиона покраснела и шарахнулась прочь. Почему-то вдруг стало очень больно. Странно... Она ведь приняла предпочтения профессора. И даже согласилась, что он мог быть счастлив с Ремусом. Может, дело в Люциусе Малфое? Она никогда не любила этого сноба, а теперь он стал ей просто омерзителен! Он ведь соблазнял Северуса! А тот, похоже, не сильно и сопротивлялся... А как же Ремус?! Отчего-то защемило сердце. То ли от обиды за Ремуса, то ли за Северуса.

«С каких это пор ты так переживаешь из-за личной жизни своего профессора?» — спросила себя Гермиона.

Ответа не было... Вдруг мелькнула мысль:

«Если Малфою так легко соблазнить Северуса, значит, Северус не любит Люпина!»

С души словно камень упал. Он не любит Люпина! Гермиона улыбнулась. Все не так плохо.

* * *

Рон решил появиться в Хогвартсе со свистом, и это ему удалось. Оседлав свою верную метлу, он несся, как настоящий инструктор по полетам. Попутно он сам себе объяснял правила полетов, сам у себя принимал экзамен по фигурам высшего пилотажа, и сам себя поощрял наградами за каждый выполненный трюк. Неудивительно, что он совсем забыл про антиаппарационный барьер. В глазах померкло. Последней связной мыслью нового инструктора по полетам Хогвартса было:

«Вот снитч, и долетался...»

* * *

— Альбус, Альбус! Ты только послушай, как все удачно складывается...

— Минни, успокойся, и по порядку!

— Прибыл Рон!

— И?

— Мальчик хотел, чтобы было красиво, и чуть не рассчитал... Прямо в барьер. На скорости! Хорошо, что не на Гремучую иву отбросило — всего в трех ярдах от нее упал. Так вот! Лежит он в больничном крыле, постанывает. Поппи его костеростом накачала. И тут появляется Северус! Мантия развевается, глаза горят...

— Представляю...

— Я сижу под кроватью в своей анимагической форме...

— И что?

— Он склоняется над ним...

— И?..

— Из под кровати так плохо видно... Но ведь он к нему примчался! Это о чем-то говорит!

— О многом, Минни, о многом!

Они одновременно потерли руки и обменялись понимающими взглядами. Их подопечный семимильными шагами приближался к своему счастью.

_________________

* Beaujolais, VinsDelimitesdeQualiteSuperieur — Божоле, вина высшего качества с ограниченными контролируемыми параметрами.