Пять друзей Поттера (джен)

В Шотландию пришла зима: северный ветер бросал белые хлопья снега в витражные окна школы, студенты практиковали согревающие чары, а Гарри Поттер осваивал теорию нумерологии.

Его наставник — Арчи Гудвин, смуглокожий итальянец, британского происхождения, был полукровкой и объяснял основы предмета, ссылаясь на маггловскую физику, алгебру и геометрию. Что, несомненно, упрощало нелегкое дело в познании нумерологии. Ведь понять фразу «вычислите расстояние (во времени или пространстве) между объектом А и его признаком В» проще, чем «вычислите трансцендентную величину между субстанцией и ее модусом». За доходчивое вбивание знаний в свою голову Гарри был готов доплачивать отдельно.

Если бы его об этом попросили. Но таких требований не поступало.

Занимались они этим «безобразием» в заброшенном кабинете на пятом этаже. Поттер не стал рисковать общим Делом, показывая новому знакомцу Чудо-Комнату. Но и в неиспользуемом классе с полуразрушенной мебелью лед тронулся — нумерология капитулировала. Спустя несколько занятий, на вопрос Гарри о теории создания порталов, Арчи ответил, что там требуется не только четкое выполнение чар и умение провести нумерологический расчет, но еще и пространственная магия, в которой сам Мордред ногу сломит.

И несмотря на превосходные педагогические таланты Гудвина, Гарри понимал, что портал сможет создать только при помощи Мерлина, Иисуса и Гаутамы Будды вместе взятых.

Но не только это его печалило: наступил декабрь, а как обмануть «лучшие умы» до сих пор никто не придумал.

Боунс, при новом невзрачном библиотекаре, штудировала старые газеты, собирая крохи информации об Отделе Тайн.

Организация эта была самой настоящей Тайной: все знают, что она есть, но что именно в ней есть — неизвестно. В газетах, как отчиталась Сьюзен, раз в месяц появляются небольшие заметки об «успешном проведении операции» Отделом Тайн, но без каких-либо подробностей.

Она даже нашла потрепанную брошюрку о профессиях для выпускников, где говорилось, что легко и просто можно стать сотрудником Отдела: «если вы молоды, являетесь гражданином магической Британии, искренне любите свою Родину и вас привлекает романтика профессии разведчика...». А дальше в брошюрке шла пространная речь о героическом боевом пути, и что Отдел заслуженно считается одной из лучших разведок мира. Про ученых там было всего пара слов, и то весьма косвенно касающихся их: «... разведка во все времена была и остается высокоинтеллектуальным занятием, требующим полной самоотдачи, настойчивости и целеустремленности в решении сложнейших задач в различных уголках мира». [1]

Рон, прочитав это, сказал что-то о вылавливании мутной рыбки в мутной воде. И действительно, вся информация, что была в свободном доступе, никак не проливала свет на эту организацию. После двухнедельных поисков проблема «облапошивания» так и осталась неразрешенной.

Но зато у Грейнджер с Малфоем дела шли хорошо. Проведя пробный эксперимент с варкой простого зелья от фурункулов в Комнате, они выяснили, что магия перемещений не влияет на свойства зелья, и Комната все чаще стала приобретать не столь милый сердцу кабинет с деревянным столом и пятью стульями, а почти точную копию владений профессора Снейпа.

Дела шли хорошо. Конечно, если не считать их постоянных перепалок и двух драк.

Как снова метко сказал Рон, все дело было в «разных менталитетах».

Малфой наконец-то научился дезиллюминационным чарам и специально снимал заклинание неожиданно, пугая тем самым Гермиону. Еще он засыпал ее вопросами о маггловском мире, что отвлекало от работы над сонным порошком, постоянно переспрашивал, комментировал ответы, вставлял свою точку зрения на то, как должна быть устроена жизнь простых людей, и вообще всячески нервировал, придираясь к ее зелью.

И первая драка произошла как раз из-за зелья.

Как-то после очередной фразы Драко о том, что ингредиенты порезаны не так, Гермиона отложила разделочный нож, законсервировала поочередно пять котлов, взяла средних размеров книгу, в которой был рецепт порошка, и надавала ему талмудом по голове, плечам, спине — по всему, до чего успела дотянуться, пока он не выбежал за дверь.

Малфой внял предостережению и стал задавать меньше вопросов. А от комментариев же воздержался вовсе.

Вторая драка произошла, когда он решил, что не только у него должна быть кличка: зная, что родители Грейнджер зубные врачи, он прозвал ее «Дантистом». Она не оценила, но наученный горьким опытом Драко успел перехватить книгу, только не учел, что Гермиона все-таки ведьма.

В этот раз из Комнаты он выбегал, получив чесоточное проклятье.

Но самые странные отношения Гермиону связывали с Ронни. Кто-то даже считал, что они парочка, но на самом деле все было менее возвышенно: еще в октябре она научила его играть в покер. Рон, в силу хорошей памяти и развитой логики, сразу уловил суть игры.

Но на этом Грейнджер и Уизли не остановились. Они стали звать играть других студентов на деньги — сначала кнаты. Но с показательным возмущением чаще проигрывали, чем выигрывали. А когда большинство обитателей и «завсегдатаев» гостиной обучились покеру, они повысили ставки до сиклей. Тогда стал играть уже исключительно Рон и раз через два выигрывать. Потом кто-то из старшекурсников предложил вести игру на галлеоны. Гермиона ответила, что при крупных суммах нужны зачарованные фишки, студенты на это пожали плечами, мол, ей видней, а она таким образом провела свою первую аферу и объявила монополию на их маленький бизнес.

Гриффиндорцы не догадывались, что «особые защитные чары от шулеров» на фишках на самом деле — руны доверия, которые Гарри начертил прозрачными чернилами. И когда все садились за игорный стол, что стоял в самом престижном месте общей гостиной, неподалеку от камина, Гермиона раздавала карты, собирала деньги в обмен на фишки и тихо шептала заклинание, активизирующее руны, а те заставляли игроков терять бдительность и с удовольствием расставаться со своими деньгами.

Так, время от времени Уизли с Грейнджер дурили расслабленных старшекурсников и имели постоянный доход, который делили по полам.

Почему постоянный? Потому, что помимо обучения игры в покер и рун доверия, Гермиона научила Ронни и всевозможным премудростям шулерского искусства.

На вопрос: «Откуда ты все это знаешь?» — она только загадочно улыбалась.

Вот и в очередной раз радостный Уизли зашел в спальню прятать свою долю «улова» и увидел валявшегося на кровати депрессующего Поттера:

— Что скучаешь?

— Да так...

А Гарри думал о Дамблдоре и об Игре.

«Когда она началась? Из-за нее ли умерли родители? Куда делись друзья четы Поттеров, ведь тетка рассказывала, что они все-таки существовали и даже испортили ей свадьбу? Почему директор, будучи его опекуном, отдал его Дурслям? Является ли сам директор злом или он просто заигравшийся чужими жизнями гроссмейстер? И где, в конце концов, Волдеморт?»

Рон было посчитал, что тот размышляет об Отделе Тайн и, спрятав золото, сказал:

— Решение должно быть простым и очевидным. К примеру, сквозные зеркала. Они, конечно, не могут записывать разговор и изображение, но это и не надо. Главное, чтобы кто-то из нас смотрел в зеркало и слушал, что творится в Отделе Тайн.

— А? — Гарри вернулся из дум только на последнем предложении друга. — Зеркала? Прав Раз-Два: я придурок. А ты, Ронни — гений!

— Но сами зеркала не подойдут же?

— Нет, но имея их, я смогу разобрать, что за чары были наложены, и по аналогии зачаровать другой предмет, который не привлечет внимания невыразимцев.

Размышления об Игре были оставлены «до лучших времен».

А дело осталось за малым — приобрести артефакт. Малфой взял у кого-то из слизеринцев на время каталог, в котором были разные полезные и не очень штуки, в том числе, и зеркала. Но стоили они — сто галлеонов. В волшебном мире — сумма не маленькая, а если ее перевести в фунты, то можно скромно прожить в маггловском мире целый месяц.

Гарри сразу сказал, что он — пас, денег осталось впритык — только чтобы оплатить занятия с Арчи. Сьюзи выложила двадцать золотых монет, Драко — на десять больше, а Рон с Гермионой, разорив свои не очень честно выигранные «заначки», — еще по двадцать пять.

Нужная сумма набралась. Сова с заказом покинула стены Хогвартса.

Через неделю Малфой получил посылку, и когда ребята наигрались с зеркалами в их конспиративной Комнате, Гарри сел за исследование.

Исследование продвигалось быстро, что неудивительно, ведь Поттер основательно забил на учебу. Но сей нюанс его ничуть не смущал: за это время он перечитал столько книг, сколько не читал за все три месяца в школе!

Сквозные зеркала на первый, на второй и на двадцать второй взгляд казались уникальными. Чары, которые были на них наложены, создавались специально для «зеркальной» поверхности. И из-за новых свойств, появившихся в результате смешения «зеркальности» и магии, и благодаря модифицированным протеевым чарам, можно было получать картинку и звук в реальном времени. Маги небезосновательно считали зеркала единственной надежной связью: подделать или заменить их нельзя, а те самые, супер-специальные чары действовали только на зеркалах и больше ни на каких других предметах.

Но эти маги не читали учебник по физике за седьмой класс.

А Гарри Поттер как раз на днях его листал, и он знал, что «зеркальностью» обладают не только пресловутые зеркала, но еще медь, бронза, серебро, золото и обсидиан, но, правда, специально обработанные.

Лучше всего для его цели подходило серебро. В качестве «магического видео», можно было использовать украшения, а именно женские сережки-гвоздики с круглой, плоской внешней частью, без каких-либо камушков и узоров. Но у Гермионы и Сьюзен таких не оказалось.

В очередной раз из Хогвартса к миссис Грейнджер полетела сова с письмом, в котором дочь требовала как можно быстрее прислать ей две пары одинаковых серебряных сережек-гвоздиков.

Спустя еще какое-то время, Гарри смахивал с себя пот: сквозные серьги были готовы, теперь нужно зачаровать их на активацию паролем, и дело в шляпе. После бурных обсуждений, чуть не дошедших до рукоприкладства, единогласно была признана кодовая фраза: «О, Мерлин, я так давно об этом мечтала!»

До конца учебного года оставалась ровно одна неделя. И за этот срок Сьюзен Боунс должна усвоить все премудрости шпионского ремесла.

[1] Реальная цитата с сайта Службы Внешней Разведки РФ