Сердце, нуждающееся в спасении (гет)

Вечер опускался на Магнолию медленно. За окном лениво шумел дождь. Не ливень. Такой, который просто напоминает о себе редкими каплями по стеклу. В квартире Люси было непривычно тихо. На столе лежали исписанные листы. Черновики новой книги. Она устало потерла глаза и откинулась на спинку стула.

— Еще одну главу...

Перо зависло над бумагой. Так и не коснулось страницы. Сегодня почему-то не писалось. Она перевела взгляд на календарь. Двадцать шестое июля. И невольно усмехнулась.

— С днем рождения, Люси...

Тихо сказала сама себе. Без торта. Без гостей. Без шумной драки Нацу за последний кусок пирога. Без Эрзы, которая обязательно заставила бы всех есть клубничный торт. Без Миры, принесшей слишком много сладостей. Без гильдии.

Странно...

Она думала, что привыкла. Но именно сегодня пустота ощущалась особенно сильно. Раздался негромкий стук. Люси удивленно посмотрела на дверь.

— Кто там?

Ответа не последовало. Она подошла. Открыла. И на мгновение застыла.

Лаксус.

Как всегда спокойный. Темное пальто было влажным от дождя. В одной руке — небольшой сверток.

— Привет.

— Привет...

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом он протянул ей коробку. Небольшую. Перевязанную темной лентой.

— Это тебе.

Люси растерянно моргнула.

— За что?

Лаксус посмотрел так, будто вопрос был совершенно странным.

— Сегодня ведь твой день рождения.

Она даже не сразу нашлась, что ответить.

— Ты...

— Что?

— Откуда ты знаешь?

Он пожал плечами.

— Мира как-то проговорилась.

Люси тихо рассмеялась.

— Конечно...

Она осторожно развязала ленту. Внутри лежал футляр из темного дерева. Очень простой. Без украшений. Она открыла его. И замерла. Черная перьевая ручка. Тяжелая. Безупречно сбалансированная. С серебристой гравировкой вдоль корпуса. Не роскошная. Но такая, которую покупают один раз на долгие годы. Люси осторожно провела пальцем по гладкому металлу.

— Она... Очень красивая.

Лаксус пожал плечами.

— Ты много пишешь.

Будто этим было сказано все. Она подняла взгляд.

— Ты заметил?

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Конечно.

— Я думала... — Она смущенно улыбнулась. — Никто особо не обращает внимания.

— Я обращаю. — Ответ прозвучал спокойно. Без намека на что-то особенное.

Но почему-то именно от этих слов сердце предательски дрогнуло.

Люси медленно закрыла футляр.

— Спасибо...

Он коротко кивнул.

— Проверим?

— Что?

— Работает ли.

Она рассмеялась. По-настоящему.

Достала чистый лист. Аккуратно сняла колпачок. Чернила легли на бумагу легко. Будто ручка сама знала каждое движение. Она написала всего одно слово.

"Спасибо."

Несколько секунд смотрела на ровные буквы. Потом неожиданно повернула лист к нему.

— Видишь?

Лаксус мельком взглянул.

— Вижу.

— Красиво пишет.

— Я выбирал именно такую.

Она снова улыбнулась.

— Почему мне кажется, что ты подошел к выбору подарка как к выполнению задания класса S?

Он задумался. Совершенно серьезно.

— Потому что так и было.

Люси не выдержала. Тихо рассмеялась снова. Смех заполнил маленькую квартиру.

Так легко... Будто последних тяжелых месяцев никогда не существовало.

Когда смех стих, повисла спокойная тишина. Не неловкая. Домашняя. Лаксус посмотрел в окно.

— Уже поздно.

— Да.

Он поднялся.

— Мне пора.

Люси проводила его до двери. Он уже взялся за ручку, когда она вдруг тихо сказала:

— Знаешь...

Он обернулся.

— Это лучший подарок, который мне когда-либо дарили.

Лаксус несколько секунд молчал. Потом едва заметно улыбнулся. Совсем уголками губ.

— Хорошо.

И вышел.

Дверь тихо закрылась. Люси еще долго стояла в прихожей.

Потом посмотрела на футляр в своих руках. На новую ручку. На исписанный лист. Она вдруг поняла одну простую вещь.

Лаксус не подарил ей дорогую вещь. Он подарил ей то, что говорил без слов:

«Я вижу, кто ты. И мне это важно.»

Люси осторожно прижала футляр к груди.

И впервые за очень долгое время день рождения перестал казаться одиноким.