Повелитель Тайн (джен)

После атаки Драконьей Мощью Силач Озил и его люди покачнулись, словно их ударило молотом.

Одни разбежались в разные стороны, другие бегали по кругу, а третьи дрожали на месте. Реакции оказались самыми разными.

Но, в отличие от прошлого раза, когда он боялся, что Червеуст Мифор оправится и потому каждая секунда была на счету, сейчас у Клейна оставалось достаточно времени, чтобы понаблюдать за окружающими.

Он сразу же вник в происходящее.

«Реакция определяется их ментальной стойкостью и сопротивляемостью.

Самые слабые и обычные люди бросаются бежать. Те, чья ментальная стойкость среди обычных людей относительно выше, бегут бесцельно. Потусторонние с усиленной психикой, а также обычные люди с крепкой ментальной стойкостью кружат на месте, одновременно пытаясь сбежать и останавливая себя.

Сильные Потусторонние с высокой ментальной стойкостью дрожат на месте или ходят кругами.

Те, у кого от страха случилось недержание, относятся к группе бегущих и уклоняющихся…»

Клейн провёл взглядом по окружающим и уже собирался поднять револьвер, чтобы лишить боеспособности врагов, способных ему угрожать.

Но в этот момент он заметил, что взгляд одного дрожавшего на месте мужчины прояснился. Тот почти вышел из-под влияния Драконьей Мощи, а остальные тоже начали проявлять признаки восстановления.

Учитывая, что он не мог за такое короткое время прикончить их всех, что выстрел мог встряхнуть и привести в чувство часть людей, а разные Потусторонние, объединив способности, могли причинить ему вред, Клейн изменил решение и заставил перчатку на левой ладони покрыться зловещей отражающей чернотой.

Его глаза потемнели, когда он силой исказил намерения пробуждающихся людей.

Дрожащий мужчина внезапно рванулся вперёд.

Он больше не мог противостоять желанию бежать отсюда. Мужчина устремился прямо к тайному выходу, оставляя позади всё уменьшающуюся фигуру своего нанимателя, Силача Озила.

Быстро переключаясь между силами Психиатра и Барона Развращения, попеременно используя Драконью Мощь и Искажение, Клейн загнал в подвал всех ментально стойких или сопротивляющихся подчинённых Озила.

Хотя Ползучий Голод никак нельзя было сравнить с настоящим Пастырем, а переключение между разными душами требовало некоторого времени на восстановление, Клейн хорошо уловил этот ритм.

Он с лёгкостью достиг своей цели, когда на людей всё ещё действовала Драконья Мощь.

Однако он также обнаружил проблему. У некоторых целей при повторном воздействии Драконьей Мощи за короткий промежуток времени эффект постепенно слабел.

Но, конечно, большинство людей Озила уже валялись на земле. Они воняли, а на их штанах были жёлтые и коричневые разводы.

«Драконья Мощь и Искажение — весьма неплохая комбинация… Если бы Мифор не попытался контратаковать, он мог бы сбежать с помощью Взятки — Ослабления и Искажения, а я мог бы и не догнать его.

Да, его контратака была очень сильной. До её начала не было никаких признаков. Если бы не опора Провидца и Клоуна на духовность и интуицию, я мог бы и не успеть использовать Замену Бумажной Фигуркой, не говоря уже о том, чтобы уклониться от удара.

Это напоминает мне, что, хотя Ползучий Голод и даёт боевую силу Последовательности 5, не стоит недооценивать других Потусторонних Последовательности 6.

Одна небрежная ошибка может меня убить…» Пока он размышлял, Клейн заставил перчатку словно покрыться позолотой. В его глазах внезапно засияли две молнии.

Силач Озил вскрикнул от боли, которую больше не мог выносить, и рухнул на землю, словно обвалившаяся горная вершина.

Он обхватил голову руками и забился от боли, как только что выловленный сом.

«К сожалению, у меня нет Потусторонних сил, способных атаковать по площади. Иначе я смог бы сдержать остальных Потусторонних…

Я помню, что в домене Морского Короля есть Шторм Молний… Но такой оберег слишком высокого уровня.

Он превосходит мой уровень знаний…» Мазнув взглядом по людям, Клейн неторопливо направился дальше, в подвал.

Изначально здесь был рынок, но после того как все сбежали, стало пусто.

Клейн, в своём двубортном сюртуке, вытащил стул из-за прилавка.

Поставив его перед Озилом, он неторопливо уселся. Нахмурившись, Клейн без единого слова уставился на владельца бара.

Немного вздрагивая, Озил оправился от терзавшей его боли, которая почти заставила его утратить контроль.

Но голова у него всё ещё раскалывалась. Озил уже собирался встать, когда увидел пару бледных глаз, отражавших бледно-золотой свет, и руку в перчатке, покрытой тёмно-золотой чешуёй. Холодный пот по-прежнему стекал с его лба.

Озил чувствовал себя так, словно перед глазами появились водовороты, притягивающие всё его внимание.

Клейн спокойно спросил:

— Ты когда-то был пиратом?

— Да. — Озил осознал, что у него появилось сильное намерение отвечать этому человеку.

Это было Психологическое Внушение!

Не изменяя тона, Клейн задал новый вопрос:

— Какие поступки, нарушающие законы королевства, ты совершал в прошлом?

Озил ничего не утаивал — он просто рассказал, что творил и как пират, и как хозяин бара «Лист Амириса».

В это входили грабежи пассажирских кораблей, изнасилования пассажирок и убийства невинных. Туда же входили расправы с конкурентами, похищения членов их семей и засады, после которых целые семьи отправлялись на дно океана.

Клейн молча всё выслушал, а уголки его губ медленно приподнялись. Он хлопнул левой ладонью по правой руке и сказал:

— Какой компетентный пират и вполне сносный бандитский главарь.

Среди этой похвалы он вытянул левую руку, и на тонкой человеческой коже раскрылась свирепая пасть.

Подвал наполнили пронзительные крики, но через несколько секунд они оборвались, оставив лишь эхо.

Клейн продолжал сидеть на стуле и молча наблюдал, как перед ним медленно собираются яркие точки света.

Вокруг него бандиты, пострадавшие от недержания, инстинктивно отползали подальше, оставляя на полу пятна.

Через некоторое время Клейн медленно встал. Наклонившись, он поднял чистый светящийся шар размером с кулак младенца, а также бумажник из одежды Озила.

Окинув взглядом толстую стопку наличных, Клейн убрал сферу с бумажником и вернул револьвер в кобуру.

Сняв полуцилиндр, он поклонился дрожащим в углу бандитам.

Закончив со всем, Клейн проверил подземную область.

К его сожалению, он не нашёл ничего вроде сейфа. Ему оставалось только вернуться по проходу, подобрать труп Червеуста Мифора Кинга и пройти к входу.

Он замер на пару секунд, и сцена снаружи естественным образом очертилась в его сознании. Клейн обнаружил, что вышибалы, которые, как он представлял, должны были попытаться открыть дверь и прийти на помощь, уже исчезли.

«Драконья Мощь заставила их осознать, что это схватка Потусторонних, поэтому они и сбежали?

Как и ожидалось от района, где повсюду пираты. Даже обычные люди имеют некоторое представление о силе Потусторонних.

Кажется, подобное здесь происходит нередко? Уполномоченные Каратели внезапно арестовывают беглых преступников?»

Развязав металлические цепи, Клейн по пути сунул руку в карман Мифора Кинга и вытащил наличные.

Сдержав желание пересчитать добычу, он поджёг бумажную фигурку и бросил её наружу, прежде чем открыть дверь входа.

Затем он вышел наружу вместе с трупом Мифора. К этому моменту большинство уже сбежали.

Только около десяти человек жались по разным углам, чтобы узнать результаты сражения.

Безразлично оглядев окружающее, Клейн заметил, как люди отводят глаза. Единственным человеком, который посмел удержать взгляд, был Оз Кент.

Он хмурился, наблюдая, как Герман Спэрроу медленно несёт труп.

Бах!

Труп полетел к нему и, опрокинув стол, рухнул рядом.

Оз Кент внимательно на него посмотрел и его зрачки сузились. «Мифор „Червеуст“ Кинг!»

«Червеуст Мифор Кинг! Третий помощник Вице-Адмирала Болезней, Мифор Кинг!» Потрясённый, он снова украдкой взглянул на Германа Спэрроу.

Клейн слабо улыбнулся.

— Не забудьте о моей награде.

Сказав это, он взял полуцилиндр, слегка поклонился в знак прощания, развернулся и вышел через главную дверь бара «Лист Амириса».

* * *

Гавань Баяма. На «Белом Агате».

Элланд смотрел, как дверь его капитанской каюты с грохотом распахнулась, и удивлённо спросил:

— Кент, что случилось?

С искажённым выражением лица Оз Кент спросил:

— Элланд, с каким монстром ты меня познакомил?

— … Герман Спэрроу? — ответил вопросом на вопрос Элланд, чувствуя в себе неуверенность.

Оз Кент кивнул.

— Он расправился с Червеустом и Силачом, не моргнув и глазом, прямо в баре «Лист Амириса», прямо у меня на глазах! Это не заняло и пяти минут!

Ему казалось, что он сейчас сойдёт с ума.

— Мифор Кинг? — спросил Элланд, но прозвучало это так, будто он повторял имя про себя.

Затем на его лице появилась горькая улыбка.

— Похоже, мы должны доложить обо всём наверх.

Элланд не упоминал ни Пламенного Даница, ни смерть Стального Мавети.

— Хорошо! — Оз Кент словно только этого и ждал.

В три часа дня, в садовом здании неподалёку от канцелярии генерал-губернатора.

Элланд и Оз Кент сидели в изысканно украшенной гостиной, ожидая ответа важной фигуры.

Спустя неизвестное время по лестнице спустился молодой человек с аккуратно зачёсанными назад светлыми волосами и сказал им:

— Генерал говорит: поскольку он временно не проявляет к нам враждебности, мы должны соблюдать соглашение и продолжать прежнее сотрудничество.

— Однако нужно быть осторожными. Отправьте телеграмму в Баклунд и тайно расследуйте его настоящую личность и цели здесь, в море.

— А ещё распространите новость, что он убил Мифора Кинга. Среди пиратов.

— Да, мистер Луан. — Получив чёткие указания, Элланд и Оз Кент немедленно облегчённо вздохнули.

* * *

Уже в гостинице Клейн провёл предсказание и пересчитал наличность, убедившись, что получил 327 фунтов 9 соли и 5 пенсов, а также Потустороннюю характеристику Борца Последовательности 8 Пути Воина.

«Это тоже предмет стоимостью шесть-семь сотен фунтов… Кроме того, есть награда за Мифора. Даже если вычесть „плату за труды“, останется несколько тысяч фунтов.

Хе, Оз Кент, возможно, и не посмеет брать свою долю… Очень хороший урожай. Настоящая нежданная прибыль!»

Клейн провёл ритуал и отправил Ползучий Голод над Серым Туманом.

Если честно, он чувствовал, что Драконья Мощь, Безумие и Психологическое Внушение были довольно полезными Потусторонними силами, с которыми ему не хотелось расставаться.

Однако, поскольку он уже пообещал мисс Справедливость, Клейн в итоге решил сдержать слово.