Повелитель Тайн (джен)

Над Серым Туманом, во дворце, похожем на обиталище великанов. Клейн постукивал по краю крапчатого стола, мысли крутились вокруг того странного игрального кубика.

«Он на меня может подействовать, а я и не замечу… Уже чем-то смахивает на 0-08, каким он некогда был.

Дело в том, что один здесь, передо мной, а другой спрятан… Это определённо Запечатанный Артефакт, причём один из высших.

Даже если он не 0-го класса, то среди Артефактов 1-го класса занимает очень особое место… Я временно неспособен вмешиваться в дела, связанные с судьбой, но не могу же я безучастно взирать на это, сидеть, сложа руки. С течением времени предметы уровня Запечатанных Артефактов нередко начинают приносить вред посерьёзнее.

Кубик может начать действовать на людей в окружении аптекаря, например, на меня или всех остальных пассажиров корабля…»

Клейн скрупулезно обдумывал дело, но никаких решений в голову не приходило. И он решил поскорее вернуться в реальный мир.

Клейн не знал, ни как запечатать кубик, ни как снизить его воздействие, но знал, что кое-кто может дать подсказку. А именно — Змей Судьбы Уилл Осептин, что был ещё зародышем в материнской утробе!

Войдя в главную спальню, Клейн достал из бумажника журавлика и положил на стол.

Клейн осмотрел поверхность бумаги, где до сих пор виднелись следы стёртых надписей. Взял карандаш и написал простой вопрос: «Что мне делать с этим кубиком?»

Сложил журавлика снова в первоначальный вид, сунул в бумажник, подошёл к двери в комнату слуг и дважды постучался.

Это не противоречило особенностям личности Германа Спэрроу, тот был безумцем-джентльменом.

Разумеется, Клейн больше всего боялся перепугать Дарквилла до смерти, слишком резко открыв дверь.

На это его навели воспоминания о кинофраншизе «Пункт назначения». Вдобавок Клейн побаивался увидеть что-то отвратительное или просто неприятное.

«При тех-то предпочтениях, что демонстрировал Дарквилл, когда он поймёт, что оказался в предельной опасности и сам из неё не выпутается, а остаётся только ждать смерти, есть ненулевая вероятность, что он напоследок решит удовлетворить себя…»

Клейн мысленно подтрунивал, когда услышал слабый отклик толстяка:

— Что такое?

«Хорошо, что ты ещё жив…» Клейн осторожно открыл дверь и чуть наклонился, глядя на Дарквилла и раскрытый футляр перед ним.

Он спокойно спросил:

— Какой счёт?

— Сами можете в газетах посмотреть… В разделе о спорте… — безразлично ответил Дарквилл.

— Я про кубик спрашиваю, — кратко пояснил Клейн.

— Там всё ещё три точки… — отозвался было Дарквилл бессознательно, потом повернул голову и вскочил.

— Вы мне верите?

Клейн не отвечал, чтобы не напоминать Дарквиллу, как кубик обманул Германа Спэрроу.

Обернулся и приказал невозмутимым тоном:

— Давайте, доставайте его сюда.

— Хорошо!

— Хорошо!

Дарквилл и Гарри радостно крикнули почти одновременно. Один воздел руки, другой — крылья.

Толстяк осторожно вынес футляр с кубиком, и Клейн показал на кофейный столик:

— Кладите его туда.

Сказав это, сел на диван рядом. Положил руки на бёдра, склонился рассмотреть странный кубик поближе.

На первый поверхностный взгляд ничего странного в мистическом отношении он из себя не представлял.

Единственное его отличие от обычной игральной кости было в том, что точки были красными — даже три точки.

Клейн из осторожности не прикасался к нему. Чуть выпрямился и взглянул на Дарквилла, сидящего в кресле напротив, и пухлую сову Гарри, устроившуюся позади хозяина на спинке.

— Опишите в точности всю ситуацию.

Дарквилл больше не скрывал правды и с улыбкой, что горше плача, поведал:

— Это важный Запечатанный Артефакт нашей организации.

— Моя задача — доставить его одному человеку на остров Орави.

— Но, как видите… Он крайне опасен. Он переворачивается сам, даже когда места для этого нет!

— Когда он показывает шесть, владелец становится достаточно удачлив. Всё делается относительно легко и успешно, ну вот как моя нескладная ложь смогла обмануть вас.

«Не напоминай… Когда-нибудь серьёзно проучат тебя за твой гадкий язык…» Клейн слушал со стоически-спокойным видом.

Дарквилл продолжал:

— Одна точка означает, что владельцу очень сильно не повезёт.

— Ничто не будет удаваться: вы мне в таком случае бы не поверили, даже если бы я сказал всю правду…

— Две точки должны означать неудачи меньшей тяжести, но вот почему при этом в меня ударила молния…

— Не объяснить никак! Три и четыре точки — нормальные уровни неудачи и удачи. Это легко доказать: пять точек — противоположность двух.

«Нельзя считать, что тебе слишком уж не повезло, иначе бы я тебя уже побил…»

Клейн подумал об этом и спокойно распорядился:

— С этого момента вы оба по очереди внимательно следите за кубиком.

— Как только выпадет меньше трёх точек, обязаны немедленно мне доложить.

— Мы оба? — Дарквилл какие-то мгновения смотрел непонимающим взглядом.

— То есть и я тоже? — Сова, сидевшая на спинке кресла, подняла правое крыло.

Клейн откинулся к спинке дивана, скрестил ноги и спокойно ответил:

— Так вы будете лучше сосредотачиваться и сохраните силы.

Проговорив это, он указал подбородком на сову.

— Вы первый.

— Меня зовут Гарри, — проворчала сова.

«Гарри…» Клейн подавил смех и велел Дарквиллу:

— Звоните в звонок, пусть работник сюда приходит. С этого момента еду будем заказывать в номер.

До прибытия на остров Орави вам нужно всё время находиться в жилой комнате. Нельзя никуда выходить.

Даже если вам в уборную понадобится, то пойдёте туда только тогда, когда покажет три или четыре.

Если совсем не сможете терпеть, я дам вам ведро.

Услышав эти строгие и дотошные указания Германа, Дарквилл постепенно немного успокоился.

Он уже не был в таком ужасе. До этого момента Дарквилла больше всего беспокоило, с одной стороны, что искатель приключений из алчности соблазнится убить его ради кубика, а с другой, что этого слегка безумного и хладнокровного искателя приключений кубик может напугать, и тот решит отменить выполнение задания, оставив Дарквилла без защиты. А теперь оказалось, что Герман Спэрроу вовсе не показывает страха и даже выглядит весьма уверенным!

Дарквилл втайне облегчённо вздохнул и подумал:

«Сработал как настоящий профессионал…

Он совсем не боится! И может даже избежать воздействия кубика и принять моё объяснение.

Он вполне оправдывает своё звание могучего искателя приключений, что запросто охотился на Червеуста!

Поистине исполин уровня пиратских адмиралов!»

Дарквилл встал и пошёл к двери дёрнуть шнур звонка для вызова прислуги.

Едва он вернулся к дивану, послышался резкий вскрик Гарри:

— Поменялось! Поменялось!

— Две точки!

Внезапно, без предупреждения, Клейн упёрся ногами в пол, вскочил с дивана и бросился к Дарквиллу.

Бам!

Снаружи раздался выстрел, и Клейн схватил Дарквилла за руку, потянул назад, резко встряхнул запястьем и швырнул толстяка в сторону.

В этот миг в стене напротив того места, где стоял Дарквилл, образовалось отверстие от пули.

«У кого-то из моряков случайно выстрелило ружьё? Или срикошетила пуля, направленная в какую-нибудь морскую птицу, или что-то в этом роде?

Что бы это ни было, вероятность такого очень мала, однако же…» Клейн повернулся к толстяку.

— Вы ранены?

Дарквилл в затаённом страхе покачал головой.

— Я в порядке.

В следующие минуты Клейн устранил больше десяти несчастных случаев, последовавших один за другим: внезапно рухнула люстра с потолка комнаты, у поскользнувшегося ремонтного рабочего выскользнул из рук молоток и полетел прямо в голову Дарквилла, а рыбья косточка застряла у обедающего Дарквилла в горле так, что он едва не умер.

Казалось, ничего особенно серьёзного, но Клейну приходилось всё время быть предельно сосредоточенным, и это неизбежно истощало силы. К счастью, кубик перевернулся сам собой четырьмя точками вверх, и час, полный бед, наконец, завершился.

«Нет, не может это так продолжаться. Кто знает, не случится ли чего со мной во время его спасения…»

Клейн отослал капитана, пришедшего извиниться, и сказал Дарквиллу:

— Посплю полчасика.

— Вы оба присматривайте за кубиком. Сразу же меня будите, если что неладно.

Толстяк-аптекарь и сова закивали разом, точно два голодных птенца.

Снова улёгшись на диван, Клейн с помощью когитации быстро уснул в надежде получить ответ от Уилла Осептина.

Пробудившись в своём сне, он облегчённо вздохнул, увидев чёрные, как смоль, безлюдные равнины.

Пошёл прежней дорогой и попал в недра чёрной башни со шпилем. На выступе пола, вокруг которого разбросаны были карты Таро, появились новые серебристые строки, многочисленные, убористо написанные.

Клейн остановился и быстро их прочёл.

«Это называется Кубик Вероятности.

«Это Запечатанный Артефакт высшего уровня нашей Школы Мысли Жизни. Я убеждён, что он способен соответствовать стандарту Запечатанного Артефакта 0-го класса.

Он управляет любыми вероятностями. Одна точка увеличивает до максимума вероятность, что с целью произойдут нежелательные ей события.

Две — очень сильно увеличивают эту вероятность. Что не означает, будто две точки безопаснее одной.

Поскольку, когда вероятность достаточно высока, стрястись может что угодно. Три точки увеличивают вероятность нежелательных событий.

От четырёх до шести точек — противоположность этому. Даже для меня — сущности, способной до какой-то степени перенастроить его, — это довольно опасный Запечатанный Артефакт.

Им можно убить полубога, но, конечно же, Кубик может убить и вас».

«Я знаю, твоё состязание с Кубиком Вероятности, скорее всего, сродни битве Бога Сохранения и Загрузки с богами Рандома…» Клейн усмехнулся про себя и читал дальше.

«У Кубика есть признаки живого существа. Он всё время держит владельца на качелях между удачей и несчастьем.

Если тот не очень осторожен, то может и погибнуть от несчастного случая. Когда Кубик до какой-то степени пробуждается, он начинает управлять людьми и предметами, окружающими владельца, и вероятностью их действий.

Хоть это и не доказано, но я подозреваю, что по прошествии достаточного времени Кубик сможет воздействовать и на весь мир, определяя своим счётом каждое действие всех живых существ.

Разумеется, исключая богов».

«Если упрощённо, то это оцифровка всего мира… Э-это точно уровень Запечатанного Артефакта 0-го класса. Крайняя опасность! Какой ужас…» Клейн невольно нахмурился и продолжил жадно читать.

«По-настоящему запечатать Кубик довольно сложно.

«Если объяснять просто, то для этого нужны особые Запечатанные Артефакты, которые отгородят его от Мира духов, астрального мира и реального мира.

Можете попробовать. Ха-ха, раскрою свои карты. Я давно распознал, что вы можете сопротивляться моему прорицательскому чутью.

Возможно, это умение и запечатает Кубик.

«Есть и другой способ, но он сможет лишь на короткое время уменьшить его воздействие.

Однако этого хватит, чтобы отправить Кубик к кому-то, кто сможет его запечатать.

Этот способ задействует в нём свойства живого существа. Попробуйте как-нибудь надёжно устрашить его.

Так он будет вести себя как следует, точнее, успокоится на некоторое время. Около двенадцати часов этот покой продлится без перерыва, затем всё продолжится.

«При повторении устрашающих действий получаемое им воздействие будет снижаться. Через неделю он пометит вас и с неистовой силой возьмётся управлять вашими вероятностями.

«И наконец, спасибо вам за вашу помощь.

Искренне ваш,

Уилл Осептин»

«Этого и следовало ожидать от Змея Судьбы. Он вправду обнаружил моё своеобразие…

Если закинуть Кубик в пространство над Серым Туманом, это должно его запечатать.

Но проблема в том, что Запечатанный Артефакт 0-го класса с признаками живого существа может подействовать на то пространство и, выгнав меня, завладеть им…

Такое не разрешишь гаданием. Артефакт наверняка будет сопротивляться, как и 0-08…»

Клейн отверг идею применить Серый Туман. В голове бешено крутились мысли, и вдруг осенило.

Клейн спешно покинул своё сновидение и, проснувшись, сказал Дарквиллу:

— Знаю способ подавить его воздействие.

— Какой же? — спросил приятно удивлённый Дарквилл.

Клейн, ничего не отвечая, взял Кубик, что показывал четыре точки, и пошёл с ним в уборную.

«Что он собрался делать? Я помню, в каких-то народных преданиях говорится, как вещи, несущие зло, закидывают дерьмом…

Фу…» Дарквиллу не хотелось дальше думать.

Войдя в уборную и заперев за собой дверь, Клейн сразу же провёл ритуал призыва себя самого.

После чего он поднялся над Серым Туманом и вынес оттуда железный портсигар. Затем взял Кубик и открыл портсигар; внутри лежал Всечёрный Глаз.

Лицо Клейна окутывали тени, и он глубоким мрачным взором следил за Кубиком Вероятности, поднося его вплотную к таинственному глазу — Потусторонней характеристике, несущей в себе ментальную порчу от Истинного Творца.

Уголки рта Клейна приподнялись в радушной улыбке, и он прошептал кубику, который держал в руке:

— Ну, сейчас устрою тебе концерт.