Империя Поттеров (джен)

Внутри паба "Белая Виверна" из-за дыма едва можно было разобрать, что происходит в другом конце зала. Посетители переговаривались негромко и неразборчиво для посторонних ушей, скрытые чарами приватности. Этот паб, не самый изысканный в волшебной части Лондона, считался отличным местом для тайных встреч и переговоров, о которых никто другой знать не должен.

Генри пришел сюда под чужой личиной, занял столик в тени и кивнул официанту, заказывая два дежурных блюда и напитки. Лишь после того, как над столиком повисло марево чар приватности, он вернул себе свое лицо.

Спустя две минуты в "Виверне" бесшумно появился Яксли. Он коротко и почтительно кивнул своему лорду, не выдавая его статуса на людях, и сел напротив, одним движением руки накладывая чары, отсекающие любую слежку. Для него этот жест был столь привычным, что он едва ли осознавал свои действия. Генри едва заметно усмехнулся — он прекрасно знал эти привычки старого знакомого. Корбан тем временем взял салфетку, вынул из кармана вечнопишущее перо и без лишних комментариев написал цифру — деньги, которые ему пришлось потратить, чтобы обеспечить помощь и молчание отдельных сотрудников Отдела Тайн и Сектора борьбы с незаконным использованием изобретений магглов.

Генри кивнул и взял салфетку. Завтра же гоблины возместят Яксли деньги, которые тот потратил по его поручению на "представительские" расходы.

Яксли едва заметно расслабился.

— Все улажено, милорд, — негромко сказал он. — Никто не станет задавать лишних вопросов о природе артефакта или происхождении компонентов. Для представителей министерства ваша разработка будет исключительно магическим изделием, созданным в лучших традициях британской артефакторики.

— Отличная работа, Корбан, — Генри улыбнулся, и Яксли кивнул, принимая комплимент как должное. Он знал, что хорошо поработал, и, в отличие от Люциуса, не сомневался в том, что Лорд будет доволен его успехами. Принесли блюда. Генри дождался, пока официант уйдет, и подался чуть вперед. — Корбан, у меня есть к тебе еще один важный вопрос. Скажи, не хотел бы ты чуть выше продвинуться по службе?

Яксли едва заметно поднял брови. Он явно не ожидал такого предложения и теперь смотрел на своего лорда, пытаясь понять, что тот задумал.

— Насколько выше, милорд? — осторожно спросил он.

— На самый верх. Я говорю о кресле Министра магии.

Яксли несколько секунд молчал и обдумывал сказанное, прокручивая в уме возможные последствия и расклады сил.

— Я полагал, вы неплохо ладите с Багнолд, милорд? — наконец спросил он.

Генри улыбнулся.

— Милисент прекрасна во всех отношениях. Но я хочу видеть на этом посту тебя, когда ее срок закончится.

Яксли медленно кивнул. Он принял это поручение как сотни других поручений Темного лорда, которые просто необходимо было качественно выполнить.

— Понял, милорд. Я готов.

* * *

Спустя неделю после первой встречи Генри с Веллкрафтом наконец было назначено заседание патентной комиссии.

Оно проходило в большом зале Гильдии Артефакторов, где почтенные мастера и двое компетентных представителей Министерства собрались вокруг большого стола. На нем уже были расстелены чертежи, лежали отдельные детали для демонстрации, а в центре стояло готовое изделие — маговизор. Генри, назначенный официальным представителем покойной леди Юфимии Поттер, рассказывал о каждом этапе создания и принципах работы устройства. Это была его не первая и даже не десятая защита своего изобретения перед патентной комиссией, и он прекрасно знал, как правильно представить продукт.

Однако несмотря на свой богатый опыт и прекрасную подготовку, он отдавал себе отчет в том, что без всей предварительной работы, которую провели они с Миллисент и Корбаном, этот полумаггловский гибрид, созданный человеком без официального мастерства и якобы являющийся наследием покойной Юфимии Поттер, был бы отвергнут еще на стадии заявки. Чистокровные консерваторы в комиссии скорее согласились бы признать дракона домашней птицей, чем допустить проникновение маггловских технологий в священные чертоги волшебного быта.

Он не ошибся — даже со всеми нужными бумагами, рекомендациями и неофициальной отмашкой Главы гильдии не задерживать выдачу патента, старые волшебники не пытались скрывать брезгливости и скепсиса, когда смотрели на маговизор. Они ворчали о "сомнительной полезности" и "развлекательном характере" устройства, которое по их мнению было бессмысленной поделкой. Однако причин для отказа не было. Эксперты из Министерства тщательно осмотрели артефакт и подписали свои заключения о том, что изделие безопасно, не нарушает Статут о секретности и законы об использовании маггловских изобретений и не содержит запрещенных темных чар. Письмо министра, которая свидетельствовала о том, что авторство артефакта действительно принадлежит Юфимии Поттер, и та самолично демонстрировала госпоже Багнолд это устройство незадолго до своей кончины, уже было подшито к патентной заявке.

И все же, несмотря на безумные траты галеонов, все необходимые подписи и безупречные схемы, старые пни заставили Генри несколько часов отвечать на их вопросы, слушать их придирки и рекомендации по переделыванию бесполезной вещицы во что-то более приемлемое. Генри вежливо улыбался, отчего через пару часов у него уже сводило скулы от улыбок этим раздражающим людям, и терпеливо отвечал на все их комментарии.

— И все же странная вещица, — уже под конец заседания заявил один из мастеров, брезгливо вытирая руки платком после того, как включил и выключил маговизор. — И зачем это нужно нашему обществу?

— Чтобы познавать мир, не выходя из дома, уважаемый магистр, — терпеливо ответил Генри. — Леди Юфимия Поттер хотела сделать жизнь волшебников лучше, пусть даже таким скромным образом.

Спустя несколько часов напряженных дебатов и тринадцатой по счету демонстрации работы маговизора патент наконец был утвержден. Генри торжественно вручили документ на имя Юфимии Поттер, и в ту же секунду, согласно законам наследования интеллектуальной собственности древних родов, права автоматически перешли к действующему главе рода, лорду Генри Поттеру. Теперь он обладал эксклюзивным правом на производство и распространение маговизоров.

Вечером того же дня в одном из самых закрытых и дорогих ресторанов Косого переулка собрались четверо участников этой эпопеи, стоящей сотен галеонов вложений и многих недель напряженной работы, — Генри Поттер, Регулус Блэк, Люциус Малфой и Корбан Яксли.

— За патент, — Генри поднял бокал, глядя на своих сообщников. И несмотря на то, что остальные не до конца верили в его идею, они все же поддержали радость начальства. Только, пожалуй, Регулус, который из рассказов Генри о будущем прекрасно знал, что их идея сработает, был рад по-настоящему.

Они почти до самой ночи неторопливо обсуждали логистику, каналы сбыта и ценовую политику. Люциус уже предлагал запустить рекламную кампанию через "Ежедневный пророк", а Корбан обещал решить вопрос с налоговыми льготами на первые полгода. Теперь, когда их связывали не только Черные метки, а бизнес и политика, Корбан и Люциус вели себя куда смелее в обществе Генри и предлагали куда более интересные идеи и решения. Поняв, что ставший куда более психически стабильным Лорд настроен эффективно действовать, а не портить кадры бессмысленными пытками и членовредительством, они больше не боялись в любую минуту вызвать его гнев и получить наказание. Ему это нравилось. Это было куда более конструктивно и по-человечески приятно, чем видеть перед собой запуганных и мечтающих о бегстве подчиненных.

* * *

На следующее утро заброшенная драконья ферма в Северной Ирландии официально превратилась в первое в волшебном мире производство маговизоров. Ворота ангара распахнулись, и внутри загудела производственная линия. Конвейерная лента тянулась через весь огромный зал, на одном конце которого подмастерья паяли платы, на другом големы Люциуса упаковывали готовые маговизоры в стильные коробки с логотипом "МагТВ". Генри стоял на узкой галерее над цехом и наблюдал за слаженной работой механизмов и людей. Рунисты колдовали над проводниками, наладчики проверяли качество деталей, кристаллы заряжались энергией. Он с удовольствием наблюдал за оживлением и энтузиазмом людей, явно увлеченных своим делом и предвкушающих успех.

Глядя на их работу, он в успехе не сомневался.