Повелитель Тайн (джен)

Прикоснувшись к амулету Девятый Закон в кармане, Клейн скорректировал свой рост и детали внешности, сделав его похожим на Амириуса Ривелдта.

Он вышел из кладовой через другую дверь и пошёл по тихому коридору обратно в канцелярию генерал-губернатора.

По дороге мимо него изредка проходили официанты и горничные, но никто не осмеливался смотреть прямо на него.

При одном взгляде на его адмиральский мундир они отходили в стороны, склонив головы. «В такой одежде любой человек такого же роста, наверное, смог бы пройти в банкетный зал…

Надо сказать, что изображать важную фигуру проще, чем обычного человека…»

Клейн продолжал смотреть прямо, сохраняя мрачное выражение лица. Он неторопливо шёл к дорожке, вымощенной чёрным кирпичом.

Вскоре он услышал красивую и мелодичную музыку, а изящные настенные газовые лампы освещали темноту вокруг.

Подойдя к комнате отдыха, Клейн увидел открытую комнату. Его уже ждал мужчина средних лет, который направился к нему.

У мужчины были чёрные волосы и голубые глаза. Черты его лица несколько напоминали Амириуса, но лоб был выше, мешки под глазами — больше, а уголки губ не опускались.

Это был не кто иной, как самый младший брат Амириуса Ривелдта, Астон Ривелдт. Когда-то этот джентльмен служил на флоте, и его повысили до полковника за заслуги в колониях Южного континента.

Позже ему надоела военная карьера, и из соображений политического баланса он согласился на смену профессии и стал генерал-губернатором.

За пять-шесть лет своего пребывания на Орави, благодаря важности расположения острова и его ресурсов, он способствовал тому, что семья Ривелдт начала массово приобретать фермерские земли и поместья, что позволило ему владеть большим количеством недвижимости.

Это было получено не только благодаря его власти. Астон и семья Ривелдт заплатили достаточную цену и даже взяли кредит в банке.

Это не было похоже на восточное побережье Балама, где земли, принадлежащие народу Фейсака, были насильно куплены по чрезвычайно низким ценам.

Конечно, если бы он не был генерал-губернатором Орави, а его старший брат не был высшим командующим флотом Центрального моря Сония, то семья Ривелдт не смогла бы так легко убедить владельцев продать такие прекрасные земли и поместья.

«А вот и первое испытание…»

Клейн спокойно подошёл и остановился перед Астоном Ривелдтом. Астон огляделся и спросил глубоким голосом:

— Ты решил этот вопрос?

«Какой вопрос…» Клейн сначала растерялся, но потом вспомнил введение в полученной информации: — Если Астон попросит о приватной беседе или потребует ответа на какой-то вопрос, скажите ему, что ответ будет дан ему при отбытии с Орави.

«Адмирал Амириус действительно предвидел это. Мне просто нужно следить за своим отношением и тоном.

Да, мне также нужно использовать уникальные термины и произношения, используемые аристократами Лоэна…»

Клейн мягко кивнул и сурово сказал:

— Подожди ещё несколько дней. Ты получишь ответ при отплытии из Орави.

Астон не высказал никаких сомнений, усмехнувшись.

— Похоже, ты ждёшь чего-то, что даст тебе силы принять решение.

«Тот вопрос, который адмирал Амириус должен решить лично?» Сердце Клейна дрогнуло, когда он привычно использовал тон высокопоставленного человека.

— Оставь свои догадки при себе.

С этими словами он сделал шаг вперёд и направился в сторону банкетного зала.

Астон Ривелдт смотрел на спину своего старшего брата, и выражение его лица постепенно становилось холодным.

Затем он слегка покачал головой. Войдя в банкетный зал, Клейн осмотрел помещение и направился к длинному столу, на котором стояла еда.

Время от времени он останавливался, чтобы обменяться любезностями с людьми, которые подходили к нему.

Во время этого процесса он понял, что ему не обязательно понимать темы, затронутые в разговоре.

Всё, что ему нужно было делать, это изредка кивать, позволяя беседе гармонично развиваться до самого конца.

«Действительно, статус важной фигуры делает некоторые аспекты поведения лёгкими, но, соответственно, есть и некоторые вопросы, которые могут быть сложными…»

Клейн преодолевал одно «препятствие» за другим, пока, наконец, не подошёл к длинному столу.

Небрежно взяв тарелку, он вспомнил, что адмирал Амириус любит рыбу, говядину и омаров, но не любит курицу и гуся.

Поэтому он избегал таких блюд, как запечённая курица и гусь, запечённый по-баклундски. Он взял немного говядины, жареной рыбы «Драконья Кость» и омара Одора с маслом и сыром.

Поскольку дно металлических контейнеров было выстлано асбестом, а под ним горел раскалённый уголь или кипела горячая вода, все блюда поддерживали необходимую температуру.

Клейн чуть не сорвался и не разрушил образ, когда откусил первый кусочек. Он изо всех сил старался поддерживать имидж адмирала Амириуса, держа свою тарелку и болтая с членами парламента портового города, поставщиками флота и т.д.

Он серьёзно слушал, что они говорили, время от времени отправляя еду в рот. Он заметил, что молодой человек во фраке продолжает следовать за ним.

У него были аккуратные светлые волосы, зачёсанные назад, редеющая линия волос и светло-голубые глаза.

Он выглядел красивым и элегантным. «Идентичен фотографии. Секретарь Амириуса, Луан…»

Клейн сдержал себя и не стал его разглядывать. Он хотел набить желудок до конца банкета.

Выйдя из резиденции генерал-губернатора, Клейн сел в карету, которую охраняли телохранители, рядом с винным шкафом.

Светловолосый секретарь Луан последовал за ним. Когда его кожаные сапоги ступили на толстый мягкий ковёр, он молча направился к месту напротив Клейна.

Он сел, но занял только треть сиденья. Когда карета начала движение, Луан достал из чёрного портфеля пачку документов.

— Ваше Превосходительство, это бухгалтерская книга военно-морской базы Орави за 1349 год.

Клейн протянул руку и небрежно просмотрел несколько страниц. «Что? Фунт за рулон туалетной бумаги?

Ванная комната военно-морской базы ремонтировалась двадцать раз в год?» Клейн провел несложные математические вычисления и обнаружил всевозможные нелепые цифры.

«Не слишком ли простая и очевидная бухгалтерия? Я даже могу проводить с ними занятия и специально учить их составлять заявки на возмещение!»

Клейн серьёзно задумался над тем, какое отношение ему следует проявить. С его точки зрения, самая большая сложность в маскировке под Амириуса заключалась в том, чтобы обмануть Луана.

Это не означало, что генерал-губернатор Астон и мисс Синтия не были так хорошо знакомы с адмиралом Амириусом, как его секретарь.

Просто Астон, как его младший брат, мог помочь брату скрыть дело, если бы обнаружил что-то неладное.

Точно так же, будучи его любовницей и завися от него, Синтия была бы склонна помочь скрыть это дело для адмирала.

Конечно, нельзя было исключать, что Синтия — шпионка или что её используют шпионы, но всё это было не так опасно, как Луан, чьей обязанностью было следить за адмиралом.

«Я не могу показать никаких проблем…

Как поведёт себя адмирал Амириус, столкнувшись с таким докладом? Впадёт в ярость или притворится, что в ярости?

Нет, персонал военно-морской базы Орави не был бы настолько смел, чтобы передать явно проблемный отчёт так, будто адмирал слепой. У них должен быть определённый уровень доверия и негласное взаимопонимание…»

Поскольку в информации об этом ничего не говорилось, Клейн мог судить только на основании своего опыта.

Кроме того, он мог подтвердить, что отчёт военно-морской базы Орави либо выходил за рамки ожиданий адмирала Амириуса, либо был признан не слишком важным. Судя только по расписанию, это было дело, с которым легко можно было разобраться.

«Несмотря ни на что, я должен держаться так, как обычно держится человек с высоким положением.

То есть не обозначать свою позицию…» Клейн закрыл документы и передал их обратно Луану.

Он спокойно сказал:

— Положи это на мой стол.

Между строк это предложение означало: «Я внимательно просмотрю его».

Для других это означало бы что-то другое, в зависимости от их точки зрения.

Если военно-морская база Орави сделала это без предупреждения, это означало бы, что адмирал несколько недоволен и ждёт объяснений.

Если же обе стороны достигли негласного взаимопонимания по этому вопросу, это означало бы, что адмирал Амириус хочет получить в этом деле более выгодные условия.

Что касается того, оскорбит ли это кого-нибудь, Клейну было всё равно. В конце концов, через несколько дней он уже не будет Амириусом Ривелдтом.

Он считал, что настоящий полубог обладает средствами подавить гнев своих подчинённых.

Кроме того, он был благодарен, что Амириус не был полубогом Церкви Повелителя Штормов. В противном случае ему пришлось бы раздумывать, кивнуть ли головой и передать отчёт, или в гневе швырнуть документ обратно, а нескольких человек мимоходом бросить в море на корм рыбам.

— Да, Ваше Превосходительство, — светловолосый секретарь Луан не изменил своего выражения.

Он сунул документ обратно в свой чёрный портфель, как будто изначально ожидал такого ответа.

На обратном пути Клейн, имитируя привычку Амириуса Ривелдта, прислонился к карете.

Он полузакрыл глаза, как будто обдумывал какие-то вопросы, но на самом деле он ни о чём не думал.

Луан сохранял молчание и вообще ничего не говорил.

Железно-чёрные уличные фонари высотой в человеческий рост быстро остались позади, когда карета подъехала к военно-морской базе и свернула к дому с садом и лужайкой.

Как только Клейн поднялся по ступенькам, дворецкий открыл перед ним дверь, а слуги выстроились по обеим сторонам, благоговейно ожидая его.

Гостиная была оформлена в классическом стиле. Повсюду висели картины с красивыми пейзажами, стояли статуи из известняка, простые и элегантные вазы и т.д.

По комнате разливался слабый аромат, проникающий в самое сердце. Клейн, который должен был расслабиться, в итоге напрягся, когда увидел, что к нему идёт красивая женщина в домашнем платье.

На вид ей было чуть больше двадцати лет. Её светлые волосы ниспадали каскадом, а когда она окинула его взглядом, в её голубых глазах, казалось, было скрытое сияние.

Хотя она была полна нежной женственности, в ней ещё оставались остатки молодости.

Это была любовница адмирала Амириуса, Синтия. Клейн сдержал свой дискомфорт и позволил суровому лицу Амириуса расплыться в улыбке, когда он раскинул руки.

Синтия бросилась в его объятия и встала на цыпочки. Прижавшись щекой к его щеке, она с улыбкой прошептала:

— Адмирал, я уже нагрела для вас воду в ванне.

«Это значит, что кто-то для неё следил за окончанием банкета… Быть любовницей тоже не просто…

Адмирал Амириус любит принимать горячие ванны, чтобы расслабиться…» Чтобы не обращать внимания на то, как близко были их щёки, Клейн позволил своим мыслям блуждать.

Как натурал, он должен был чувствовать себя неловко и в то же время радоваться, что к нему подошла такая красивая представительница противоположного пола.

Однако из-за временного контракта у него не было никаких желаний. Поэтому оставалась только неловкость.

— Очень хорошо, — похвалил Клейн, мягко отталкивая Синтию, потому что не знал, куда девать руки.

Зная, что адмирал не любит интимных отношений в присутствии слуг, Синтия отступила и повела Клейна на второй этаж.

Его привели в ванную комнату, где Синтия приготовила для него халат. Сделав всё это, она приказала слугам не подниматься на второй этаж, пока они не услышат звонок.

Затем она вернулась в спальню, сняла с себя всю одежду и переоделась в ночную рубашку из шёлка.

Ночная рубашка открывала её грудь. Она была белоснежной и манящей, а в глубине её декольте висел особый кулон.

Он был похож на миниатюрный рог чёрного носорога длиной с фалангу пальца. Синтия сняла ожерелье и засунула его под подушку.

Краснея и колеблясь, она вышла из спальни и подошла к ванной комнате, где адмирал принимал ванну.

Собравшись с силами, она потянула за ручку.

Скрип.

Её рука замерла. Она поняла, что дверь ванной комнаты была заперта изнутри.

С пустым взглядом Синтия инстинктивно дёрнула за ручку ещё раз.

Скрип. Скрип.

Дверь в ванную не сдвинулась ни на дюйм.