Sonic: В темпе «Вместе» (гет)

Ночь после разговора с Руж Эми провела без сна. Она лежала в своей комнате, глядя в потолок, и прокручивала в голове каждое слово, сказанное этой странной, пугающе проницательной женщиной.

«Вы поёте для него».

«Он пока глуховат».

«Правда всегда слышна».

Эми перевернулась на бок и уставилась на скетчбук, лежащий на тумбочке. Сколько раз она рисовала его — Ника, Соника, просто парня с синими волосами и красными кедами? Сколько страниц заполнено его лицом, его руками на гитаре, его улыбкой, которую она знала лучше, чем свою собственную?

Она потянулась за скетчбуком, включила ночник и открыла на середине. Рисунок, сделанный ещё до фестиваля: он сидит на бордюре, гитара на коленях, волосы взлохмачены. И рядом — она сама. Маленькая фигурка в углу, которую Эми дорисовала позже, уже после того, как они стали группой.

«Ты всегда была равной, — сказала Хани тогда, на примерке. — Просто никто не догадался сказать тебе об этом раньше».

Она вспомнила, как впервые вышла на сцену. Как Соник протянул ей микрофон, а она чуть не убежала. Как Наклз чуть заметно кивнул — мол, давай. Как Тейлз улыбнулся и беззвучно прошептал «давай». Как Салли за кулисами округлила глаза, но не вмешалась.

И как потом, когда всё закончилось, Соник взял её за руку. Прямо перед всеми.

Она закрыла скетчбук и прижала его к груди.

«Я трижды пыталась ему сказать», — призналась она Руж. Трижды. Первый раз — ещё до шоу талантов, у фонтана. Он вскочил за мороженым. Второй раз — на скамейке, после того как записался ради неё. Он не расслышал. Третий раз — в коридоре, с рисунком в руках. Зазвонил телефон.

Три попытки. Три неудачи. И каждый раз она говорила себе: «Может, не судьба». Но Руж сказала иначе. «Недостаточно. Но это больше, чем ничего. И это правда».

Эми перевернулась на спину и уставилась в потолок. Что, если она перестанет ждать? Что, если в следующий раз не станет прятаться за скетчбуком и говорить про скамейку? Что, если просто скажет — прямо, глядя в его зелёные глаза?

От этой мысли сердце забилось быстрее. Она не была готова. Пока нет. Но, кажется, впервые за долгое время она хотя бы перестала отползать. Она просто лежала и думала. И этого уже было много.

За окном занимался рассвет. Где-то далеко, в своей квартире, Соник, наверное, досматривал очередной сон, даже не подозревая, что сейчас, в этот самый момент, всё немного изменилось. Что девушка с розовыми волосами, которая любит его уже три года, только что сделала крошечный, незаметный, но важный шаг.

Она не призналась. Но она решилась. Когда-нибудь. Скоро. Когда он будет готов — или когда она перестанет бояться. Что наступит раньше.

Она закрыла глаза и наконец уснула. Скетчбук лежал рядом, открытый на чистой странице, где только начали проступать первые линии. Она ещё не знала, что нарисует. Но знала: это будет что-то новое.

В офисе «Эггман Индастриз» в это же время горел свет. Эггман сидел перед монитором, на котором застыла запись с гала-вечера. Он просматривал её уже второй раз, но сегодня его интересовала не церемония. Его интересовали люди.

Помощник застыл у двери, ожидая указаний.

— Два отказа, — произнёс Эггман, не оборачиваясь. — Сначала «Темп». Потом «Картель». Две группы, которые решили, что могут существовать без меня.

— Они не последние, — заметил помощник.

— Верно. Но они — пример. И пока этот пример работает, другие тоже начнут думать, что можно отказаться. А я не могу этого допустить.

Он переключил изображение: теперь на экране был стоп-кадр с фестиваля «Открытый звук». Соник, Эми, Наклз, Тейлз. И отдельно — «Картель». Шедоу, Руж, Омега.

— Они начали сближаться, — продолжил Эггман. — Пока осторожно, пока на уровне жестов. Спарринг, случайные встречи, разговоры в кафе. Но это только начало. Если они объединятся — пусть даже временно, — это создаст прецедент. А прецедент — это зараза.

— Что прикажете?

— Пока ничего. Пусть думают, что они в безопасности. Пусть считают, что я отступил. А когда они меньше всего будут этого ждать...

Он выключил монитор и повернулся в кресле. Его широкая улыбка блеснула в полумраке.

— У меня есть идея. Но для неё понадобится время. И правильный момент.

Помощник кивнул и растворился в тенях. Эггман остался один. Он не торопился. Он умел ждать. И он знал: рано или поздно самый быстрый бегун споткнётся. И тогда он окажется рядом. Как всегда.