Повелитель Тайн (джен)

Плотно задёрнув шторы и погасив в комнате весь свет, Одри выполнила соответствующие приготовления согласно требованиям гадания на волшебном зеркале.

Разумеется, специально выбирать определённое время она не стала: с помощью мистера Шута не было нужды так усложнять.

Глядя на свечи, отражённый свет перед собой и собственное отражение, Одри с волнением и лёгкой тревогой взяла флакончик с экстрактом. Затем она капнула несколько капель в тусклое пламя.

Когда мягкий освежающий аромат наполнил её нос, Одри по какой-то непонятной причине вспомнила времена, когда ещё была любительницей мистицизма.

Поначалу она тоже допускала всевозможные ошибки. Она могла в ключевой момент ритуала понять, что забыла подготовить эфирные масла и экстракты, которые понравились бы божеству. Ей оставалось лишь обходиться духами, и попытки, разумеется, проваливались.

«На самом деле, если судить по сведениям, которыми поделился мистер Шут, Он всё равно ответил бы, даже если бы я воспользовалась духами…» Одри тихо выдохнула и с помощью когитации успокоилась.

Она знала, что такие неконтролируемые мысли не были для неё обычным поведением. Крошечные ожидание и нервозность оказались увеличены Ложью!

Убедившись, что её состояние ума оптимально, Одри сложила ладони и прижала их ко рту и носу, словно в молитве. Она искренне и тихо произнесла:

— Шут, не принадлежащий этой эпохе.

— Таинственный владыка над серым туманом.

— Король Жёлтого и Чёрного, которому сопутствует удача.

…

Тайное заклинание мягко отозвалось семь раз, и Одри почувствовала, как в окружающей тьме появилось нечто почти неописуемое. Это походило на подводное течение, скрытое под поверхностью воды.

Подняв взгляд, Одри протянула правую руку, провела ею сквозь неподвижное пламя свечи и погладила поверхность зеркала сверху вниз.

На этом гадание на волшебном зеркале в целом было завершено. Если интерес таинственного и неизвестного существования будет пробуждён, оно ответит через зеркало.

Над Серым Туманом, в древнем и величественном дворце, Клейн смотрел, как малиновая звезда, представляющая мисс Справедливость, расширяется и сжимается, расходясь иллюзорным светом. Наконец она окрасилась почти чёрным ощущением безмятежности и сгустилась в круглый ореол размером с зеркало, словно ведущий во внешний мир.

«Отличается от прежних ритуалов. Интересно…» Клейн откинулся на спинку кресла и протянул духовность, чтобы коснуться чёрного круглого провала.

Беззвучно его зрение изменилось. Длинный бронзовый стол и малиновая звезда наложились на просторную комнату, освещённую свечами, а затем снова стали отчётливыми.

В этот миг Клейн почувствовал, что зеркало стало продолжением его тела или глаза. Оно позволяло ему ясно видеть реальный мир и вмешиваться в него, несмотря на то что сам он находился над Серым Туманом.

«Да, ясно!»

Все предметы в поле зрения Клейна больше не выглядели размытыми. Они отчётливо отразились в его глазах!

Его взгляд внезапно замер на две секунды.

Перед ним стояла девушка в белом платье с золотым кружевом. Её длинные светлые волосы были небрежно подвязаны и гладкой роскошной волной спадали вниз. В изумрудных глазах отражалось бледноватое пламя, из-за чего они казались глубокими, как океан, и чистыми, как драгоценные камни. Черты лица и его очертания складывались в потрясающую красоту. Её осанка и элегантность были ясными и чистыми.

Клейн отвёл взгляд, по какой-то необъяснимой причине почувствовав себя виноватым.

«Я почти вообразил её Демонессой довольно высокой Последовательности. К счастью, вовремя вспомнил, что мисс Справедливость — Потусторонняя Пути Зрителя. Ей невозможно стать Демонессой… Запах этого экстракта неплох. Очень особенный… В нём есть очень тонкое чувство. Мистический предмет, созданный из Потусторонней характеристики Безликого? Мисс Справедливость превратила его в ожерелье…» Взгляд Клейна упал на мистический предмет, замаскированный под бриллиантовое колье.

Затем он услышал, как мисс Справедливость с предельным ожиданием сказала:

— Зеркало, зеркало, прошу, скажи мне местонахождение владельца этой записной книжки.

Одри знала, что спрашивает мистера Шута, но «Зеркало, зеркало» были словами, которые ей всегда хотелось произнести после сказок, услышанных в детстве. Наконец у неё появилась возможность использовать их на практике.

«Прошлые неудачи не в счёт! Да!» Одри внутренне кивнула.

Клейн мгновенно посмотрел на чёрную записную книжку, лежавшую между мисс Справедливость и свечой. Он обнаружил, что его духовность с помощью зеркала легко распространяется наружу. Он мог «держать» посредник для гадания, словно собственной рукой.

Над Серым Туманом он быстро написал соответствующее утверждение для гадания.

«Местонахождение изначального владельца записной книжки».

Одной «рукой» удерживая записную книжку, а другой — лист бумаги, Клейн повторил написанное и откинулся на спинку кресла. С помощью когитации он быстро погрузился в глубокий сон.

Одри пристально смотрела в зеркало изумрудными глазами и ждала ответа мистера Шута.

Через несколько секунд она увидела, как по поверхности зеркала пошла рябь.

«Получилось! Гадание на волшебном зеркале действительно работает!» Глаза Одри расширились, отражая мелькавшие в зеркале сцены.

Это был вид на деревню сверху!

Сцена приблизилась, и изображения драконов на разных зданиях постепенно стали ясными.

Собор быстро занял всё зеркало, а затем его сменило прилегающее кладбище.

Наконец сцена застыла на надгробии в углу. На нём были слова, размытые под воздействием стихий. Единственное, что ещё можно было разобрать, — имя «Линделира».

В этот момент зеркало внезапно потемнело, а затем вернулось в обычное состояние. В нём снова отражались Одри и свеча перед ней.

«Разве это не та деревня с обычаем почитать драконов? Рыцаря, написавшего записную книжку, звали Линделира, и он был из этой деревни. После поражения в Двадцатилетней войне он вернулся в родной край и оставался там до смерти? Или его тело отправили на родину? Хм… Эта деревня находится в округе Восточный Честер. Город Стоэн тоже часть округа Восточный Честер, так что вполне понятно, что записная книжка, которую получил доцент Мишель, происходит оттуда… В море коллективного подсознания там действительно живёт дракон разума…» Почувствовав просветление, Одри поблагодарила мистера Шута и завершила гадание на волшебном зеркале.

В свете свечи она некоторое время смотрела на записную книжку, а затем решила передать её. Ей хотелось узнать, что смогут нагадать или выяснить Психологические Алхимики.

«По крайней мере, нынешней мне не хватает сил, чтобы вступить в контакт с тем драконом разума. Это всё, что я сейчас могу сделать… Кроме того, даже если Психологические Алхимики действительно что-то обнаружат и извлекут из этого выгоду, когда я постепенно поднимусь в организации, часть этого станет принадлежать и мне~» Настроение Одри очень быстро снова стало хорошим.

* * *

Над Серым Туманом Клейн постучал по углу длинного бронзового стола. Благодаря описанию мисс Справедливость он вынес своё суждение.

Записная книжка и деревня имели какое-то отношение к дракону, а драконы часто подразумевали сокровища!

«Какая жалость. Сил мисс Справедливость недостаточно; иначе я бы поощрил её исследовать это место и в случае опасности молиться „Морскому Богу“, а сам поддержал бы её разными способами. Да, для неё это слишком опасно. Пока можно только отложить… Если Психологические Алхимики ничего не обнаружат, возможно, мы сможем попробовать в будущем…» Клейн подавил сожаление и вспомнил опыт гадания на волшебном зеркале.

«Такой вид гадания чрезвычайно выгоден для третьей стороны. Чтобы соединиться с реальным миром, почти не нужно платить цену. Если бы я захотел, то мог бы вырваться из зеркала в форме Духовного Тела! Но для пользователя это действительно опасно. Он появляется под „взглядом“ неизвестного существования без всякой защиты. После этого его могут одержать, контролировать, проклясть и осквернить…» Клейн вздохнул от всего сердца.

Он не беспокоился, что мисс Справедливость начнёт злоупотреблять гаданием на волшебном зеркале, поскольку у неё была лучшая и самая безопасная цель для молитвы. Ей не было нужды искать кого-то другого.

«И этой целью был я!» Клейн убрал палец, сидя во главе длинного бронзового стола, и молча подождал двадцать-тридцать секунд.

Вскоре он вернулся в реальный мир. Он не стал задерживаться надолго, ведь находился на «Будущем». Кто-то наблюдал за ним из темноты.

Выйдя из уборной и убрав медный свисток Азика и бумажного журавлика Уилла Осептина, Клейн взглянул на алую луну, которую заволокло облаками, и молча задумался на мгновение.

Он надел полуцилиндр, распахнул дверь и вышел в коридор.

Сделав несколько шагов вперёд, Клейн намеренно замедлил шаги и краем глаза посмотрел на первую комнату слева.

По его суждению, таинственная пара глаз, которая днём молча наблюдала за ним и палубой, находилась именно в этой комнате.

Клейн шёл всё медленнее и почти остановился перед дверью.

Он не скрывал вытянутой левой ладони и потянулся к ручке, когда в его голове естественно всплыли сцены.

Недалеко за дверью стояла вешалка для одежды, на которой ничего не висело.

Слабый звёздный свет рассыпался по чистым половицам. Там было чувство одиночества и безмятежности, лишённое человеческой ауры.

Окна в какой-то момент открылись, и снаружи дул морской ветер, приподнимая не слишком тяжёлые занавески.

«Там никого?» Клейн собирался прощупать это место, но тут же отдёрнул левую ладонь и как ни в чём не бывало пошёл к лестнице.

Когда он добрался до палубы и вдохнул холодный ночной ветер, Клейн с холодным и небрежным выражением лица прошёлся по правому борту, словно его главной целью действительно была прогулка.

Внезапно он увидел впереди сидящего человека. На мужчине был комбинезон и белая рубашка.

«Фрэнк Ли?» Клейн не остановился и подошёл ближе.

Мужчина что-то почувствовал, наполовину повернулся и посмотрел на приближающегося.

Это был не кто иной, как Знаток Ядов Фрэнк Ли, но теперь он не улыбался. Из уголка его рта стекала кроваво-красная жидкость.

Клейн приподнял брови и не сказал ни слова.

Фрэнк Ли внезапно поднял руки и схватил серебристо-чешуйчатую рыбу, которая не сопротивлялась.

Подавленно он сказал:

— Не получилось… Их срок жизни меньше, чем я думал. Их невозможно разводить, даже если посадить в землю…

Говоря это, он поднял серебристо-чешуйчатую рыбу в правой руке и вгрызся в неё.

«Это хорошо… Иначе я правда боюсь представить, каких чудовищ ты бы создал… Значит, ты топишь печали в алкоголе, нет, в рыбе?» Клейн молча вздохнул с облегчением.