Эхо хищника (гет)

Лиам заметил, как она отпрянула. Заметил этот стеклянный блеск в глазах и то, как инстинктивно сжалось её тело, создавая дистанцию. Но он списал это на свой резкий рык. Слишком близко подошел к ране.

— Прости, — тихо произнес он, чуть отстраняясь, чтобы вернуть ей личное пространство.

В эту секунду тишину квартиры разорвал резкий, требовательный звонок домофона. Доставщик прибыл.

Лиам с облегчением выдохнул. Еда была отличным предлогом сменить тему. Он быстро прошел к двери, забрал пакет у курьера и вернулся на кухню. Расставил картонные коробки на столике. Запах горячей пищи наконец-то перебил запах канализации окончательно.

Он подошел к девушке и протянул руку. Ладонь раскрыта вверх, приглашающе.

— Надо поесть.

Она посмотрела на его жест так, словно видела подобное впервые, но затем вложила свою узкую кисть в его руку. Её пальцы были ледяными. Лиам помог ей подняться, отметив про себя, какая она легкая — почти невесомая.

Ели они в абсолютном молчании. Лиам ел механически, не чувствуя вкуса, всё свое внимание сосредоточив на девушке. Его мозг работал на пределе возможностей, просчитывая варианты. Как заставить её расслабиться? Она заперлась в своей раковине вновь. Упоминать облаву нельзя — слишком свежая травма. Говорить о паре сейчас — значит давить.

Значит, нужно действовать базово. Безопасность. Тепло. Сон.

Адель доедала свою порцию медленно, методично, словно выполняла программу. Когда последний кусок был ею съеден, Лиам отставил свою пустую коробку.

— Завтра я отвезу тебя домой, — сказал он ровным тоном, констатируя факт. Ему нужно было знать, где находится её логово, даже если сама она туда больше никогда не вернется. — Но сейчас глубокая ночь. Тебе нужно поспать. Ты можешь занять кровать.

Плечи девушки едва заметно напряглись. Она опустила взгляд на свои руки, лежащие на коленях.

— Я могу вызвать такси... — начала она неуверенно. — Или на диване…

— Не стоит, — отрезал Лиам чуть более резко, чем хотел. — Учитывая обстоятельства глубокой ночи и твою одежду, ехать одной будет небезопасно.

Адель вскинула голову, явно собираясь возразить насчет стеснения или нарушения границ.

— Это моя квартира, — опередил её Лиам, устало потирая переносицу. Усталость брала своё. — А ты — моя пара. И будь я проклят, если позволю тебе куда-то ехать посреди ночи или спать на этом диване ради соблюдения каких-то глупых человеческих протоколов вежливости.

Он говорил жестко, пытаясь задавить любую возможную истерику в зародыше.

— Если тебе будет спокойнее… — добавил он тише, глядя ей прямо в глаза. В желтых радужках плескалась усталая серьезность. — Я могу провести эту ночь зверем. Даже на ковре у кровати. Чтобы ты точно знала: я здесь только для защиты, и мои мысли заняты исключительно твоей безопасностью, а не попытками сократить дистанцию.

При этих словах Адель вздрогнула всем телом. Она резко втянула воздух сквозь зубы, будто слова задели обнаженный нерв. Затем замолчала, плотно сжав губы. Недоверие никуда не ушло из её глаз, но теперь оно смешалось с полным непониманием.